Ирония

— Модель #031, как слышно? —Проанализируй пространство вокруг. В случае неисправности сенсорных, визуальных и других функций, сообщи нам. В который раз, робот, под именем Лябрис, которое совсем недавно было ей дано, оказалась в огромном, красном зале. И в который раз, от неë требовалось лишь одно — доказать тестирующим еë людям, что она является лучшим их экземпляром. Быстрее, эффективнее и ловчее одерживает верх над другими роботами из этой же лаборатории, которых она обычно разбивала с одного удара. Ничего из этого, правда, не имело большого значения. Как только в Лябрис обнаружат какую-либо неисправность, которую учёные допустили сами, её тут же заменят другим видом. Её так же лишит работоспособности кто-нибудь из моделей лучше её. Ничего здесь не решалось ими, всё зависело от тестирующих и создавших их людей. Сколько было выброшено и забыто в этом месте идентичных ей моделей? Еë не должно это пугать, так она запрограммирована. Так были запрограммированы и остальные роботы, которые отличались от неë лишь оружием и тем, что у людей называлось причëской. У них так же не было и имëн, лишь порядковое число, под которым их выпустили. У неë тоже был свой номер — номер 031, так она понимала, что приказ отдан именно ей. Но а теперь она была Лябрис. «У нас у всех есть что-то наподобие разума, потому что им важно, чтобы мы обрели эго и активировали свою персону…» «Эго?» «Прямо как у людей!» Дав ей имя, они хотели приблизить еë к человеческому роду? Тогда почему она… — В этот раз целей будет всего пять, мы тестируем твою сосредоточенность. Начинаем после сигнала. После привычного для неë сигнала, звучащего почти как сирена, сразу из нескольких арок тëмного зала на неë начали выходить подобные Лябрис роботы. Двигались они непривычно медленно, пытаясь как будто запутать главную цель. Они были запрограммированы, чтобы быть убитыми от еë рук? Она была выше всех своих противников на порядок, но была ли от этого какая-то настоящая выгода? «Мы может и оружие, но разве нас не должны использовать для чего-то большего, чем соревноваться друг с другом и одерживать победу?» Лябрис опешила, поднимая над одним из механических созданий огромный металлический топор, острие которого было заточено достаточно сильно, чтобы она могла вот так, как сейчас… Одним взмахом лишить не успевшего среагировать робота головы, которая покатилась по полу со звонким железным звуком, растворяющимся в зале, что был подсвечен красным по всему периметру центральной колоны. Лябрис знала, что красный для людей — это цвет «агрессии» и крови. Что этой жидкости, хранившейся в венах человеческого рода, разливается «пугающе» много во время подобных схваток. У подобных ей же было чëрное, чëрное масло, и сейчас по полу растекалась лишь эта липкая, с резким запахом субстанция. Интересно, а пытались ли они покрасить их масло в красный цвет? Для того, чтобы приблизить их к человеку, а потом… «Но я больше и не думаю о таком. Я просто рада, что я — существую! Нам дали шанс, чтобы и мы смогли пожить на Земле». Мысли Лябрис перебрались к идентичному ей созданием. У неë так же не было имени, но был свой номер — номер 024. Они «познакомились» во время вечерней прогулки во дворе лаборатории, из которой их и создали. Лябрис казалось, что до этой встречи в еë голову никогда и не приходили мысли, как таковые. Она бы никогда не задавала вопросов, которые «волнуют» еë уже который промежуток времени, она бы никогда не думала, что возможно, поступки учëных имеют под собой что-то большее, чем простая программа «нужно выполнять». Лябрис вытащила топор из железной груди, в которой не было ничего, кроме проводов и шестерëнок, отправляя ещë одну «цель» в склад непригодных моделей. Ей начало казаться, что «чувство» «испуга» растëт с ней всë с новыми лужами вытекающего из бездушного механизма масла. «Быть может, и другие модели иногда задумываются над необходимостью этих поединков?» «Н-нет!» «Ты испугалась?.. Я думаю, лучше об этом забыть. Мы ничего не можем сделать против них, мы так запрограммированы». Неужели, Лябрис и вправду может испытывать «страх» и даже «вину»? Она вдруг вспомнила улыбку, которая проскальзывала иногда на лице #024, и как она могла различить даже «эмоции», совсем как у людей. Иногда робот смеялась, иногда улыбалась, будто сожалея о чëм то. Однажды, она поделилась с Лябрис историей о девочке, которая якобы дала им шанс на существование, став самым первым для этого эксперимента подопытным. #024 часто повторяла, что она рада просто стоять под звëздным небом и играть с несмышлëнной маленькой собачкой, которую звали Снежок. #024 была похожа на людей. — Извини, — еле заметно проговорила Лябрис, разрезая пополам очередную «цель», видя, как быстро перестают мерцать механические глаза. Если они, так же как и она, не хочет учувствовать в этом, то неужели они и вправду испытывают страх перед своей смертью? Последним делом видя еë «безэмоциональное» лицо. Зачем… — Так, ясно, без изменений в показаниях, остановить испытание, — прозвучал откуда-то сверху голос знакомого мужчины, лицо которого рассмотреть было трудно, в лаборатории все были похожи друг на друга. Прямо как модели, что они так трепетно создают. Ничем не отличаясь. Халат и очки. — Вы даже больше, чем мы, роботы, — внезапно для себя прикрикнула Лябрис, вспоминая, что то, что происходит в зале не слышно «людям» сверху, — Создали себе игрушек и всë пытаетесь… — #031, сейчас тебе предстоит победить одну из самых сильных наших творений. Есть высокая вероятность, что здесь не справишься даже ты. У неë хорошие показатели, но если же ты справишься, то ты… впрочем, начнëм после сигнала. Лябрис глубоко вздохнула, увидев знакомую, сильную и крепкую фигуру перед глазами. Это была #024, что больше всех… была похожа на людей. —Я… —Прости, мне нужно выжить. Я должна поблагодарить девочку, что дала мне возможность увидеть это чудесное звëздное небо. «Это только вопрос времени, и мы будем вынуждены бороться против друг друга.» —Я… И они всего лишь оружие. Они всего лишь инструмент, однозначно, проблем с устранением менее эффективной модели быть не должно. Всё это было лишь представление для «людей», что смотрели на них сверху. И они лишь следовали тем, что вложили в них встроенные внутрь программы. Чем больше Она будет желать ей спасения, тем больше Она буду злиться на них. Они смеялись, потому что это идеальное условие для создания «персоны», к которому они так стремились всë это время. Сильная эмоция создаёт человеческое эго, и сейчас она не может противостоять вновь активированной в ней программе. — Ты теперь… не сможешь улыбаться? #024 улыбается Ей в самый последний раз, и Лябрис трудно понять эту эмоцию в этот момент. Еë разрушенное тело «застывает» на полу, звук неисправности всех из работающих до этого механизмов заставляет Её желать сбежать отсюда от беспомощности и покрывающей Её с головой [грусти]. —#031, возвращайся в сектор 3, это большой прогресс. Лябрис всë вглядывалась в ненастоящие глаза той, которая больше всех была похожа на людей. Зачем наделять машину эмоциями? Но больше всего Ей становится противно оттого, что Она — лучший их эксперимент, достойно достигнувший вершины их собственных целей.