Я хочу тебе помочь

Как мало, оказывается, Донни нужно было для счастья. Он буквально жил своей работой еще до всего того, что с ним приключилось, а теперь так тем более смысла своего существования не видел. Казалось, жизнь закончена. А она вообще начиналась, или это была его персональная бета-версия? Он неделю не имеет доступа к лаборатории по великому хотению его старшего брата, которого Дон начинает потихоньку ненавидеть уже, и чуть ли на стенку из-за этого не лезет. Недавно и вовсе пошел на крайние меры, а именно решил стащить у Рафа ключи от, на минуту, своей лаборатории. Рафаэль оказался черепахой не глупой, что не удивительно, ведь Донателло знал о скрытом уме и хитрости брата, потому ключи ночью держал под подушкой. Но Донателло же умнее, блин. И отчаяннее. Итог был не утешительный. Раф зажал его своими лапищами, и Донателло пришлось провести ночь в обнимку с братом в крайне неудобной позе, учитывая тот факт, что Рафаэль у нас не от мира сего и в качестве спального места выбрал гамак, а не кровать, как все нормальные черепахи. Но не это было страшно, а находиться в крайне смущающем положении, пытаясь объяснить усмехающемуся брату, что стояк по утру — это часть физиологии и никак иначе. Но что действительно угнетало, так это то, что каждый член семьи был на стороне Рафаэля, методы которого, как считал сам Донателло, на минуту, ученый и самый подкованный в вопросах психологии мутант, были крайне деспотичными. Ладно, от части, Донни признает, что слишком загрузил себя. Но! Он же делает это ради семьи. Чтобы они были в безопасности. По сути… кроме конструирования своих игрушек, Дон ничего и не умеет. Как обычно, чертовски бесполезен. И это должен понимать хотя бы Лео, но даже он на стороне Рафа. Где это вообще видано, чтобы Лео был на стороне Рафа?! — Долго еще будешь пытаться развить в себе сверхспособности? — интересуется Рафаэль, плюхаясь на диван рядом с братом и отвлекая того тем самым от удручающих размышлений. Дона отпружинило из-за веса брата, и он чуть не пролил на себя кофе, кружку с которым все это время сжимал в слегка дрожащих руках. Какая это по счету кружка? А, не важно! Донателло лишь сильнее кутается в плед, чувствуя, что его морозит, и недовольно смотрит на брата. — Как ни старайся, телик лазером ты не пробьешь. И меня тоже. — Извини, что я ничем полезным не занят, ведь ты буквально отнял у меня мое главное занятие, — съязвил Донателло, отворачиваясь и продолжая хлестать кофе. А то мало ли, вдруг и его отберут. Раф мог все. — О, ну прости, что я помешал тебе и дальше забивать на семью, тренировки и себя, — не остался в долгу Раф, а после… в наглую отобрал у Донни кружку, сделав небольшой глоток и тут же сморщившись. — Бля, как ты пьешь эту гадость? — Следи за языком. — Следи за своим здоровьем. Вот и поговорили. Донателло все это время боялся, что испортит все, что связывает его с Рафаэлем, но сейчас он явственно чувствует, что Раф сам готов все испортить. Он же совсем не понимает того, что делает ему, Донателло, только хуже. Так проблемы психики не решаются. И это крайне не нравилось Донателло, ведь Раф, по сути, нарывается. То зажмет Донни где-нибудь и начнет чуть ли не с ложечки кормить, ведь, цитата, «придурок, опять поесть забыл?». То толкнет в ванную комнату и обеспечит холодным, мать его, душем, как бы намекая, что Донателло не помешало бы охладиться. С одной стороны такие двусмысленные действия, которые тут же разбиваются об стену реальности. Реальности, в которой Раф, Дон был уверен, его ненавидит! Пора бы Донни уже оставить те чувства и… отношения в том мире. Но он не мог. Как и перестать чувствовать вину за случившееся не мог. Ведь это именно он им не помог. Не помог своему Рафаэлю. И когда Донателло стал считать именно того Рафаэля своим? — Отдай кружку и иди куда шел, — попросил Донни, вздыхая и выжидающе глядя на брата. — Я вообще-то к тебе шел, — фыркнул Раф, поднимаясь и направляясь вместе с кружкой на кухню. Дон непонимающе нахмурился и поднялся следом, пошел за братом. — И что же тебе ну… Ты что творишь?! — вскрикнул Донни, чуть ли не со слезами на глазах наблюдая за тем, как его дражайший кофе безжалостно сливают в сток. Это был словно недавний удар под дых, полностью, мать его, лишающий воздуха. И самой возможности дышать. — Мальчики, привет! — послышался голос из общей комнаты. И именно этот голос не дал Донателло покрыть брата тонной отборнейшего мата. Эйприл пришла. — Надеюсь, что не помешала! — Я сейчас пойду к Эйприл, а ты… Молись, — прошипел Донателло, разворачиваясь и уходя обратно в общую комнату. Раф даже бровью не повел, продолжая тщательно мыть кружку. Казалось, пронять этого идиота не могло уже ничего. Он видел брата, истекающего кровью. И было бы легче, являйся причиной какой-то конкретный враг. Рафаэль бы открутил тому голову и дело с концом, а тут… Как защитить брата, если тот, кто ему вредит, — это он сам? Чтобы спасти, нужно заставить ненавидеть. И Раф мастерски с этим справляется. — Эйприл! — прозвучало звонкое и полное счастья обращение из общей комнаты. Майки тоже услышал голос подруги, потому молниеносно спрыгнул со второго этажа и заключил девушку в объятья. — Тебя давно не было. Как ты? — Буду в порядке, если перестанешь меня душить в объятьях… — Прости-прости! — Микеланджело тут же разжал руки. — Ох, — выдохнула девушка, когда ее отпустили. После улыбнулась. — Я тоже рада вас всех видеть. И… — она запнулась, когда наткнулась взглядом на Донни. — Ох, ты заболел? Выглядишь неважно. — Тише ты! — шикнул Майки на Эйприл, после состроив театрально печальную мину. — У нас тут трагедия… Это было мирное время, но пришел этот страшный вирус. Донни первый зараженный. Крайне агрессивен. Спровоцируешь, может покусать, — шепнул он как бы по секрету, будто Донателло и не стоял рядом с ним. — Не слушай его, все… — В порядке. Я до сих пор слышу эхо этих слов его голосом… — Майки всплакнул. — Прекрати делать вид, будто я невменяем, — Донни пихнул брата локтем, после вздохнул. — Как ты, Эйприл? Тебя и правда давно не было. Все хорошо? — Да, спасибо, что спросил, — улыбнулась девушка. — И… У меня для вас новости. Для вас всех! — чуть повысила она голос, чтобы ее услышал каждый из братьев и собрался в общей комнате. — О, Эйприл, — подал голос Леонардо, выходя из собственной комнаты. Он как раз направлялся на кухню за зеленым чаем, который поможет быстрее расслабиться и погрузиться в медитацию. — Чай? — Привет, Лео, — улыбнулась девушка. — Нет, спасибо. Я на самом деле ненадолго и с новостью, — Эйприл чуть зарделась, лукаво улыбаясь. — Тогда я скоро вернусь и послушаю, — кивнул Лео и таки прошел на кухню, где застыл на месте, наблюдая за тем, как Раф наводит порядок на кухонных полках. — С каких пор ты проводишь инвентаризацию? — Эйприл пришла? — вместо ответа спросил Раф, чем-то грохоча в тумбе, где хранились банки с кофе Донателло. Дверца закрывала часть лица брата, потому Лео не мог разглядеть его сосредоточенного выражения лица. Лео хотел ответить, но услышал восторженный крик Майки и таки выглянув в общую комнату. — Ой, да ладно! Неужели этот придурок Кейси решился! — офигел Майки. Но был крайне счастлив за подругу, которую вновь заключил в объятья. — А как оно было? Цветы, конфеты, ужин при луне? Этот идиот же додумался до ужина?! Это самая важная часть в предложении! — Предложении? — переспросил Лео, после чего Эйприл продемонстрировала другу руку с обручальным кольцом на безымянном пальце. — Оу… Что ж, мои поздравления. А когда свадьба? — Пока еще мы обговариваем этот вопрос. Не хотелось бы торопиться, да и… Я думаю ограничиться простой распиской, а отпраздновать… здесь. В кругу семьи, — чуть смущенно произнесла девушка. Она относилась к братьям ниндзя не просто как к друзьям, а в первую очередь как к своей семье. И хотела бы разделить этот праздник в первую очередь с ними. Кейси был полностью согласен со своей невестой. — Что ж, ты будешь первой девушкой в мире, захотевшей отпраздновать свадьбу в канализации, — по доброму усмехнулся Леонардо. — Но мы не против. Ты всегда останешься желанным гостем в этих холодных стенах. — Супер! Эйприл, мы тебе такую вечеринку забабахаем! — Майки, казалось, был воодушевлен даже больше, чем Эйприл. Будто это он выходит замуж, ей богу. — Ой, я смогу примерить платье подружки невесты? Думаю, оно мне пойдет! Как думаешь, Донни? — А? — Донателло, который все это время был вновь погружен в собственные мысли, не видя ни малейшей радости от вести подруги, ведь в том мире Кейси и Эйприл тоже поженились, а потом мужчина умер, оставив девушку вдовой. — Да-да, конечно. Лео скосил взгляд на брата, но ничего не сказал по этому поводу. Лишь вдохнул. Платье так платье. Чем бы дитя не тешилось, как говорится. Эйприл тихо посмеялась, а Майки воодушевился. — Я буду самой красивой подружкой невесты! — Эйп, одолжишь помаду. Я этому затейнику так рожу разукрашу, будет неотразим, — усмехнулся Раф, выходя из кухни с черным пакетом, в котором что-то стукалось. Донателло не придал этому значения. А зря. — Кстати, презент на свадьбу, — Раф протягивает девушке пакет. — Не все же тебе постоянно гуманитарной помощью черепахам-отшельникам заниматься, — после подмигивает и уходит к себе. Все провожают его долгим взглядом. — Эм, ладно. Спасибо, Раф! — первая пришла в себя Эйприл. — Ну, я пойду. Рада была повидаться. И я напишу вам на какой день все будет запланировано. — Окей. Но не смей покупать торт! Этот химический крем, который они делают… У меня от него изжога, — скривился Майки. — Я сам тебе торт сделаю! Большой, красивый и со стразиками! — Буду ждать с нетерпением, — посмеялась девушка, после кивнула Лео, чмокнула в щечку Донни, опять чуть не была задушена в объятьях Майки и ушла. Братья остались наедине друг с другом в общей комнате. Не долго думая, Лео вместе с чаем ушел в додзе медитировать, Майки тут же занял диван перед телевизором, который ранее оккупировал Донателло, выглядя при этом так, будто изничтожит каждого, посмевшего отвлечь его от просмотра канала Дискавери. Хотя ранее готов был убить каждого, кто включит при нем этот самый канал. Донни же вздохнул и пошел на кухню, где собирался вновь налить себе кофе, после присоединившись к просмотру телевизора вместе с младшим братом. Взамен того, который нагло отобрал Раф, а после вылил в раковину. Вообще ничего святого нет в этой черепахе. И что Донателло в нем нашел? Однако стоило Донни открыть дверцы шкафа, где он обычно хранил банки с кофе, как черепаха застыл на месте, не понимая, почему там пусто. Он нахмурился и стал обшаривать все ящики и полки, может кто-то из братьев делал уборку и переставил, но ничего так и не нашлось. А мозг услужливо подкинул звук жестяных банок в пакете, который Раф отдал Эйприл. Он же не мог… — РАФАЭЛЬ! Казалось, от этого крика содрогнулась сама земля, Майки свалился с дивана от неожиданности, а из додзе послышался кашель. Лео подавился чаем. Раф же с интересом рассматривал журнал по мотогонкам. И только слегка лукавая улыбка выдавала его с головой.