Сломанное доверие

Очередной день начался так же, как и остальные. Я ждала своего врача, который делал мне массаж ног, потому что мои родители узнали, что это могло бы хоть как-то помочь мне вновь почувствовать свои конечности, а затем научиться заново ходить. Но каждый раз, когда врач приходил ко мне, я плакала, потому что никогда не ощущала его рук, а это означало, что это вряд ли помогло бы мне. В такие моменты я всегда вспоминала о том, как я любила заниматься спортом, бегать в парке и плавать в озере рядом с домом. Тогда я считала это должным, которое давалось всем людям, которое должно было быть у всех людей. А сейчас для меня это было недосягаемой мечтой. Я не была тем человеком, который любил весь день сидеть на одном месте и тратить жизнь впустую, поэтому мне было больно осознавать, что так я проведу лучшие годы своей жизни. Вдруг в дверь постучали. Я облегчённо выдохнула, потому что уже начала думать, что врач забыл прийти в назначенное время, но дверь никто не собирался открывать. За ней стоял кто-то, кто боялся даже сделать лишний вдох, настолько было тихо вокруг. Я сразу же поняла, что это не врач и не сиделка, потому что у них были ключи. Это был кто-то, кто, наверное, долго искал меня, ведь иначе бы он не молчал столько времени в ожидании чего-то. Чтобы узнать это, я подъехала на коляске к двери и собрала свою решительность в кулак, что позволило бы мне спросить: — Кто за дверью? — мой голос казался напуганным, потому что я боялась, что это мог быть Леон. Мама говорила мне, что даже если кто-то постучит в дверь, это скорее всего не будут работники больницы, поэтому мне посоветовали даже не спрашивать, кто стучался в дверь, потому что так я бы выдала своё нахождение в этом номере, но до этого никто посторонний не появлялся здесь. Я уже не боялась этого запрета, ведь мне было нечего терять, я уже лишилась полноценной жизни, и если бы я совсем лишилась её, то для меня это было бы не страшно. — Да ответьте же наконец мне! Кто за дверью?! Я приложила ухо к двери и стала ждать ответа, без которого я не была бы спокойна ещё долгое время. Неизвестность обычно порождала во мне множество вопросов, а в данном случае я бы не смогла найти ответы на эти вопросы за всю свою жизнь, если не больше. — Это я, — я закрыла глаза и облегчённо вздохнула, потому что это был не Леон. Это был Бен. Я незамедлительно открыла ему дверь, поскольку он был единственным человеком, который не причинил бы мне вреда и не сказал бы Леону, где я находилась. Возможно, это именно тот человек, который всегда был искренен со мной в плане мыслей и эмоций, что нельзя было сказать о Леоне. — Закрой дверь за собой, пожалуйста, — я сказала это тихим голосом и отъехала в гостиную, остановившись напротив окна. Так я могла занять себя хоть чем-то, наблюдая за красивыми домами и эльфелевой башней. В его глазах я запомнила жалостливый взгляд, который был направлен на меня, как только дверь была открыта. Я предполагала, что и сейчас он смотрел на меня точно так же. Ему было жаль меня, жаль потому, что он не смог мне помочь, он и не знал, что всё так получится. Он просто не догадывался об этом, не мог поверить, что Леоном овладеет ревность в тот вечер, и она будет настолько сильна, что он будет готов убить меня. Я услышала, как дверь закрылась и медленные шаги становились всё ближе ко мне. Я не знала, для чего Бен нашёл меня, с какой целью, но то, что он смог сделать это, говорило о том, что он сильно этого хотел. — Здравствуй, Элли, — Бен начал с этой банальной фразы, с которой не обходилась ни одна наша встреча. Насколько же они были прекрасными, когда я вспомнила о них в это мгновенье. — Бен, ты можешь не смотреть на меня так? — Как именно? — С жалостью. — Я и не смотрю на тебя так. — Смотришь, я же чувствую. — Хорошо. Как скажешь, — он так легко соглашался со мной во всём, в лёгких спорах, мыслях и просьбах. Я не помню и дня, когда он сказал бы мне "нет". — Как ты меня нашёл? — Твоя мама согласилась дать мне адрес, где ты сейчас живёшь. — Мама? — Ну да, я звонил на твой телефон, а ответила она. — Ах, точно. Я же забыла сменить номер. — Тебе следует сделать это, иначе сама знаешь кто может сюда явиться. — Обязательно сделаю это. Я посмотрела на Бена и увидела в нём полное спокойствие. Правда он пытался быть таким в этой ситуации, потому что я помню, каким он становился, когда речь заходила о Леоне. Я слышала, как он кричал и крушил всё вокруг, когда я находилась в коме. Казалось бы, человек не может ощущать реальность, будучи в таком состоянии , но я слышала и ощущала всё. Я слишком хотела жить, чтобы так легко сдаться. — Кстати, пятнадцатый этаж, ты серьёзно? — он задал этот вопрос в полном недоумении от моего решения, но я понимала его удивление. — А что не так? — Разве после такого ты не боишься высоты? Или тебе удалось всё забыть? — Поверь мне, я ничего не забыла. Я до сих пор помню, как меня столкнули и я видела все этажи, которые я пролетала в считанные секунды. Я помню ту отчаянную радость, когда я упала на прочую тканевую крышу у входа отеля, которая находилась в районе второго этажа. Я помню, как она порвалась под моей силой тяжести от такого свободного падения и как я окончательно упала на асфальт. Я всё помню и вижу это во сне. — Прости за глупые вопросы. Просто я в недоумении. — Я знаю, просто здесь я чувствую себя в безопасности, ведь мне не нужно всё время думать о том, что меня могут увидеть через окно. Я отъехала от окна к дивану, чтобы пересесть на него. Бен подошёл ко мне и помог сделать это, сев рядом. Я поняла по его выражению лица, что он хотел спросить что-то важное у меня, но не знал, как это сделать. Я даже и предположить не могла, о чём можно ещё спрашивать меня, всё уже давно сказано. — Я знаю, что сейчас об этом глупо или, так скажем, неуместно спрашивать, но я спрошу. Ты действительно любила его? — Да, вопрос и правда глупый и неуместный... — я некоторое время молчала, потому что думала, что мои слова дали ему понять, что я не собиралась говорить что-либо по этому поводу, но мне пришлось сказать, чтобы он не ожидал ответа в течение дня. — Если честно, я не знаю. — Не знаешь? После всего, что он сделал? — Я не в этом смысле... Я сомневаюсь, что по-настоящему любила его. Эта мысль возникла у меня ещё когда я была в больнице. — А почему же ты была с ним? — Мне казалось, что с ним я счастлива. Он был причиной моих улыбок каждый день. Этого я отрицать не могу, ведь тогда мне было спокойно с ним, и я чувствовала себя в безопасности. Даже если он вёл себя агрессивно, я запиралась в комнате и утешала себя словами, что этого больше не повторится, а всё потому, что я привязалась к нему. Леон, на самом деле, в самом начале был очень добр ко мне, и в нём я видела настоящего мужчину, за которым можно было быть, как за каменной стеной, но я не думала, что эта фраза может быть реализована настолько буквально. Я даже не поняла сперва, почему он так быстро предложил мне отношения, когда мы были знакомы от силы неделю. И то, что он не настаивал на этом, а просто дал право выбора, тогда характеризовало его, как порядочного человека. Но не смотря на это, Леон каждый день спрашивал меня о том, какой я сделала выбор, и всегда заканчивал фразой: "не переживай ты так, я подожду, сколько потребуется". И я отчётливо помню тот день, когда он вошёл в ванную, пока я умывалась перед сном в то время, как все остальные успели заснуть. Он тогда прижал меня к стене и произнёс, что не может больше ждать моего ответа и что я специально тяну этот момент, чтобы поиграть с его чувствами. Я, конечно, всё отрицала, потому что я просто не была готова к отношениям, но он всё равно поцеловал меня. Это был очень чувственный поцелуй, но в то же время аккуратный, потому что он целовал меня так осторожно, будто я была маленькой и хрупкой девочкой. Я помню, как я убежала, покраснев, после того, как Леон отстранился от меня, потому что со мной до того момента не случалось ничего подобного. И конечно же, мне уже ничего не оставалось делать, как согласиться стать его девушкой, ведь он был слишком настойчив в этом плане и добивался всего, чего только желал. — А он относился к тебе, как к вещи! Постоянно контролировал твоё передвижение и то, с кем ты общаешься, даже одну отпускать на улицу не хотел, — Бен вернул меня в реальность, когда произнёс эти слова. Мне так хотелось вернуться в это прошлое, но именно в то, когда мы с Леоном были счастливы. Когда не было тех ссор и ужасных последствий. — Он ревновал. — Это была нездоровая ревность. Это было ненормально, когда он  запрещал тебе выходить на улицу на встречу с друзьями, лишь потому, что ты не имеешь права общаться с кем-либо кроме него, ведь ты принадлежишь только ему. — У него были причины для этого. Разве ты забыл, что относился ко мне не как к другу? — Не забыл, — он напряг лицо и сжал скулы, показав тем самым, что ему было неприятно думать об этом. Он хотел тогда быть на месте Леона, я знала это, поэтому соглашалась встретиться очень редко, чтобы он скорее избавился от этих чувств. Но я видела их в его манере речи, эмоциях, жестах и глазах сейчас. — Ладно, давай не будем об этом. Нам не нужно вспоминать плохое и ругаться. — Хорошо. Я знала, что ты это скажешь. — А разве могло быть по-другому? — Бен посмотрел в мои глаза и улыбнулся мне, подарив мне эти искренние эмоции, которые были порождены его добротой и желанием помочь мне чувствовать себя совершенно спокойно и уютно с ним.