Hold your breath

Геральта разбудили громкие звуки. Темнота расступается, неохотно выпуская ведьмака из своих объятий. Он не умер. Это значит, что Регис пощадил его? Но почему? Этот вопрос был единственным, что хоть как-то удерживалось в тяжелой голове. «Стар я стал для всего этого дерьма» — подумал Геральт и распахнул глаза. Он лежал на чем-то твердом, абсолютно непредназначенном для сна или же лежания… и уж тем более умирания. Это был тот самый склеп, в котором Регис жил какое-то время. Только сейчас он выглядел совсем иначе. Даже мертвым тут не захотелось бы обитать. Стены склепа покрыты сеточками трещин, в некоторых местах даже видно пробоины. Кто-то очень сильный сделал это. И Геральт знал кто. На полу валялись кости, кое-где даже сохранились кровавые подтеки. Он питался совсем недавно. Геральт нервно закусил губу. Все это походило на один из самых худших кошмаров. Его друг, близкий человек превратился в нечто отвратительное. Назвать Региса монстром он не мог, он помнил его другим. Помнил их пьянку в его доме, когда Лютик наболтал лишнего. Помнил то, с какой отвагой вампир боролся с Вильгефорцем. И как погиб. Может, он все-таки умер тогда, а это всего лишь допплер, что морочит голову. Из соседней комнаты послышались протяжные завывания. Что-то одновременно человеческое и чудовищное было в этом звуке. Геральт вскочил, позабыв обо всем. Ноги едва его слушались. Сколько он здесь пробыл? Вой повторился, но куда тише. В этот раз он больше напоминал плачь. Плачь Региса. Не помня себя, ведьмак побежал на звук. Через некоторое время он оказался в зале, который когда-то был комнатой его друга. Сейчас это помещение не имело ничего общего с тем теплым воспоминанием. Вокруг лежало столько костей, что им не было счета. Куда делась кожа… Неужели Регис уже проглатывал их всех целиком как большой змей? Геральта уже давно не пугала смерть. В такие моменты ему просто становилось неуютно, будто внутри грудной клетки кто-то ползает. Под ногами жалобно хрустнули кости. Совсем маленькие, детские. Регис стоял около стены. Облик его был лишь наполовину человеческим. Длинные когти упирались в стену. Вампир то ли царапал ее, то ли пытался удержаться на месте. Одежда на нем была вся запачкана кровью, да и вообще она больше напоминала лохмотья. Плечи все еще сотрясались от беззвучных рыданий. — Регис, — тихо позвал Геральт. Он собрал всю свою волю в кулак, чтобы не побежать к другу. Этот метод уже не работает. Надо делать что-то другое. Но что? — Уходи, — голос был хриплым. В нем не было ярости, только усталость и боль. Пожалуйста, повернись. Вампир развернулся. Около рта все еще виднелись струйки крови. Однако взгляд был полон отчаяния. Геральт уже видел подобные взгляды. Людям в последнее время жилось откровенно говоря херово, поэтому приходилось делать отвратительные вещи, чтобы выжить. Но то люди, существа глупые. Высший вампир не мог поступать так из-за желания выжить. Регис виновен во всем, что совершил. Принять такое было самым сложным, ведь в близких людях всегда ищешь только хорошее. Но Геральт знал, что внутри этого существа сидит его Регис. И он должен был его вернуть. — Что ты видишь? — прошептал вампир, смотря куда-то в пол. Скорее всего разглядывая очередные кости. — Тебя. — А вот это все? — Регис неопределенно взмахнул руками. Ведьмак кивнул, показывая, что понимает о чем речь. — Ты важнее, — ответил Геральт. И он был уверен в этом. Хотя и не оправдывал эти кровопролития. Лишь давал шанс. Регис рассмеялся. Столько боли было в этом звуке. Так, наверное, смеется человек, которого приговорили к казни. — Что же я наделал, Геральт? Эта месть внутри меня выжгла все. Ослепила, как и в тот раз с Вильгефорцем. — Но сейчас ты жив, — ведьмак с ужасом вспоминал тот день. Тогда он нашел Цири, но слишком многих потерял. И теперь готов был пойти на все, чтобы не допустить подобного. Больше вины на себя он не смог бы взять. — А толку? Я убивал невинных, их было так много. Всех, без разбору. От этой вины мне не отмыться, не отсидеться под землей, — голос Региса был тихим, но таким надрывным, будто еще немного и он заплачет. — А знаешь что иронично? Все это время я думал только о тебе. Убивал, чтобы забыть. Чтобы утопить злобу на тебя. А в итоге ты мне приходил в полубреду, брал за руку. Ты не осуждал, как не осуждаешь и сейчас. Только я-то знаю, как ужасен мой поступок. Я ждал, что после всего, ты убьешь меня. Или у меня хватит сил убить тебя. Наивно с моей стороны. Повинуясь сиюминутному желанию, Геральт взял друга за руку. К счастью, когти уже исчезли. — Я с тобой, — упрямо произнес ведьмак. Скорее себе, чем Регису. Так вина забивалась куда-то далеко внутрь и затихала. — Геральт, я давно хотел это сказать. Еще когда мы были в первый раз в Туссенте. И много раз после. Но не находил смелости. И вот к чему это привело. — Говори, я теперь здесь, — на всякий случай ведьмак слегка пожал пальцы друга. — Я люблю тебя. Любил, наверное, с того момента как увидел в первый раз. Все время боялся твоей реакции. Мы вампиры выбираем себе партнера вне зависимости от пола. Но в вашем мире это кажется диким, хоть и не всем. Геральт молчал. И впрямь, он всегда любил только женщин, чародеек в основном. А задумывался о подобном он редко, скорее из-за шуток Ламберта, да и только. Но это признание было таким правильным, будто другого ожидать и не стоило. Догадывался ли он? Наверное, как догадываются о том, что завелась мышь по писку и скрежету. Ты ее не видишь, но понимаешь, что это она, а не ветер или вор. Так и Геральт осознавал, по жестам и взглядам, словам и выражению лица. Только не реагировал, откладывал, как и любой человек, встречающийся с чем-то сложным. И сейчас перед ним стоял выбор. Подумать или вновь отодвинуть, забыть. Но глаза вампира, сейчас напоминавшие два черных омута, казалось, проникали в самое сердце, гипнотизировали. Под этим гипнозом сломался бы любой. Наконец, вампир нарушил тишину: — Лучше ничего не говори. Подумай об этом, это все что я прошу. — Ты дрожишь, — ведьмак нахмурился. Вроде бы вампиры не болеют. — Это, наверное, истерика. Не был уверен, что вампирам подобное свойственно. Жизнь умеет удивлять, — в голосе Региса был одновременно и сарказм, и горечь и еще сотня чувств, коих Геральт нем мог уловить до конца. — Цири научила меня кое-чему. Давай, сделай вдох, сосчитай до 4, а потом выдыхай. Это должно помочь. Только не сбивайся. Ты должен полностью сосредоточиться на дыхании. Регис повиновался. И через пару минут дрожь прошла, а сам вампир выглядел куда более спокойно. Но Геральт знал, что это ненадолго. Вампиру нужно спокойствие и уход. А эта пещера далеко не то, что нужно. — Пошли отсюда, тебе здесь не место — Но куда? Мне нигде больше не будет места. Люди меня ненавидят, княгиня меня не простит. — В Корво-Бьянко. Я спрячу тебя там, а дальше разберемся. Договорились? — Договорились, — вздохнул вампир, в который раз вверяя свою жизнь в руки ведьмака.