Неприступный преподаватель Ким и его вечный паровозик любви

День 3 На дворе ноябрь месяц. Самый канун зимы. На улице становилось намного холоднее. Деревья полностью оголились. Ветер сделался неприятно-морозным, вынуждая кожу лица невольно зябнуть. Появились первые заморозки. На мокрую землю медленно падали первые снежинки… Все люди сменили свои лёгкие курточки и атласные шарфики на более подходящую одежду — утеплённые пальто, шапки и широкие шерстяные шарфы. Но сейчас не об этом… Наконец настала та самая пора, когда необходимо было выбрать тему для курсовой работы и соответственно преподавателя, который станет куратором и будет всячески помогать с выполнение данного задания. — И-извините? — Джин неуверенно постучался и заглянул в прорезь двери. В тот час Намджун сидел совершенно один в огромной аудитории. Он мгновенно повернул голову на доносившееся к нему обращение. — Тебе что-то нужно? — неприветливо осведомился альфа, взглянув исподлобья. — Заходи! Чего там стоишь? — омега тотчас повиновался и тихонько прикрыл за собой дверь. Сокджин нерешительно надвигался в сторону преподавательского стола. — Итак… — Ябыхотелписатьсвамисвоюкурсовуюработу, — как на духу выпалил младший. — Какого… Что ещё раз? — недоумевающе нахмурился тот. — Прекрати уже ломаться! Повтори по-человечески! — ругался Намджун. — Я… Я-я бы хотел писать… С вами… С-свою курсовую работу, — едва слышно прошептал омега. — Вы позволите? Я честно буду стараться выполнять все ваши поручения и задания! — чистосердечно пообещал он. — Хм… — молодой профессор недолго помолчал, облокотившись подбородком о собственный кулак, и стал оценивающим взглядом рассматривать сжавшегося от страха студента с ног до головы и обратно. — Почему именно я? Что во мне такого особенного? В университете много замечательных преподавателей, с которыми у тебя прекрасные отношения, так как почему же ты выбрал человека, который не проявлял к тебе никогда никакого радушия и тепла? Вот искренне не понимаю! — озадаченно покачал головой. — Я досконально изучил всех профессоров «от» и «до» на сайте нашего заведения: их направленности в научной работе, производимый подход к изучению проблем в различных областях, да и, в принципе, наиболее предпочтительный круг ближайших интересов в учебной деятельности… — Джин нервно сглотнул, опустил взгляд и растерянно забегал глазками по полу, так как пристально-сверлящий взор альфы его сильно смущал и выводил из равновесия, сбивал со всех мыслей. — П-понимаете?.. И мне очень импонируют именно ваши наработки и идеи. Я бы действительно хотел с вами работать, профессор Ким, — с затаённой надеждой заключил Джин и в следующий момент робко вскинул макушку. Их взгляды пересеклись. — Хорошо. — Ч-что? — ошарашенно пискнул омега. — Я сказал «ладно». Ты плохо слышишь? — слегка раздражённо повторил тот. — Н-нет… — Джин порывисто и часто-часто закивал, словно болванчик — вот настолько он был ошеломлён и сбит с толку. — Что вы! П-просто… Если честно, то я меньше всего ожидал, что вы так легко и быстро согласитесь со мной работать. — На что ты надеялся? На отсутствие у меня профессионализма? — недовольно пробурчал старший и вновь отвернулся к своим бумагам. Разговаривать со студентом он продолжил, не глядя на него. — Ты ведь думал, что меня придётся долго и упорно уговаривать? — Вы ненавидите меня, — расстроенно констатировал младший. — Постоянно ругаетесь и считаете меня раздражающей занозой в заднице, — грустно всхлипнул он. — Я вам неприятен больше остальных… — Но тем не менее я не вправе отказать студенту, если он решил выбрать меня в качестве куратора для своей курсовой работы. Я обязан разграничивать профессиональную деятельность и личную жизнь. Хорошо? — Намджун развернулся в крутящемся кресле и посмотрел на Сокджина, слабо усмехнувшись. — Да расслабься ты уже. Чего так скрючился? Словно я тебе бить собираюсь! И я вовсе тебя не ненавижу. Почему я должен? Да — мы не лучшие друзья. И, вероятно, никогда таковыми не станем. Но всё же давай работать слаженно и без вот этого напряга в наших отношениях, чтобы обоим было комфортно в паре? Согласен? — он потянулся к противоположному концу своего стола, в то время как омега продолжать стоять в полнейшем ступоре и глубоком непонимании всего происходящего. — Держи вот эту папку. Она не очень толстая и большая. Ты быстро сориентируешься: что к чему. Тщательно просмотри каждый пунктик и предложенные темы работ, с которыми предполагаемо мог бы справиться и отлично написать. Не волнуйся, с остальным я помогу тебе, — Намджун ободряюще улыбнулся. — С-спасибо… — дрожащими руками Джин взял папку и благодарно искривил свои губы, что вышло немного неказисто и смешно. Он очень переживал и терялся перед этим красавчиком. Намджун: «Забавный…» — Подойди ко мне на следующей неделе, и мы обговорим все детали более подробно. Ты напишешь мне план работы по своей теме и потом будешь делать какие-то наброски на протяжении всего года, а я соответственно буду проверять и, возможно, что-то убирать либо корректировать. Понял? — спокойно объяснял Намджун. — Да, — Сокджин несколько раз кивнул и отступил на шаг назад, — спасибо ещё раз… Правда. Я точно подойду на следующей неделе! — после чего с широкой улыбкой до ушей выбежал из аудитории. — До свидания! День 4 Прошла двадцатиминутная перемена. Прямо сейчас у Чимина и Джина должна была быть пара Намджуна по современному искусству Англии. Но преподавателя в аудитории пока не было. Именно поэтому везде стоял шум и всякое копошение: все свободно передвигались и расслабленно разговаривали между собой. — Что ты пытаешься сделать? — растерянно полюбопытничал Чимин у лучшего друга, слегка наклонившись к его уху своей светлой макушкой. А тот усердно и даже в какой-то слабой панике искал это «неизвестное» у себя в портфельчике. — Вот! — радостно воскликнул Джин, наконец вытащив наружу потерянную вещицу и невольно перепугав своим криком гибрида. В его ладони предмет смотрелся, словно горящий факел на Олимпийских играх — гордо и величаво. На лице счастливой омеги читался неописуемый восторг. — Я уже было подумал, что случайно забыл дома или вообще выронил где-нибудь на улице… — несильно качая головой, печально надул губы он. — И кому такой маленький чудесный презент? — кокетливо заиграл бровками Чима, заинтересованно подложив ладошки под свои умилительно пухленькие щёчки. — Кто тот счастливчик, у которого сегодня вечером слипнуться обе половинки от такой сладости? — выставляя напоказ белоснежные зубки, по-доброму рассмеялся он. Но в следующий миг он ненароком словил на себе очередной яростный взгляд со стороны давно знакомого альфы, который с последней их встречи ни разу с ним не заговорил, но каждый раз по-тихому прожигал в нём невидимую дыру только лишь взглядом. Пак прерывисто вдохнул и, отвернувшись с плотно поджатыми губами, спрятался за плечом Джина. — Сейчас узнаешь, — Ким не боялся ехидных порицаний или неодобрения, издевательских насмешек с чьей-либо стороны на свои действия, так как в данный промежуток времени на них никто не обращал внимания, занимаясь каждый своими делами либо «перемыванием косточек» — тут кому что, когда на горизонте нет препода и можно заниматься всем, чем хочешь… И вот только Пак Чимин и Мин Юнги собственной персоной, который весь день не сводил своих беспросветно чёрных глаз с этой неразлучной, словно сиамские близнецы, милой парочки, видели, что собирался сделать Сокджин. А тот, в свою очередь, быстренько подбежал к учительскому столу и незаметно подкладывает Намджуну в портфель его любимый десерт — пуноппан. День 5 — Джин! Ну ты где?! — громогласно и нетерпеливо прокричал светловолосый омежка с другого конца университетской столовой, где располагался выбранный ими столик. Около десяти минут назад он забрал свой поднос с едой и теперь томился в долгом ожидании появления своего лучшего друга. Ему оставалось только лишь жадно вдыхать вкусный аромат своих вкусностей на тарелке и лишь подтирать слюнки, так как без Джина ему кушать ни в коем случае нельзя, ведь брюнет несомненно расстроится и загрустит от того, что его не подождали. А тот услышал требовательный зов своего лучшего друга и тотчас оглянулся на него. Сокджин тоскливо кивнул в сторону длиннющей очереди и обречённо поджал свои припухлые губы. — Эх… — Пак тяжело вздохнул и горестно покачал головой, подперев ладонями надутое лицо. Он стал блуждать весьма скучающим и незаинтересованным взглядом по периметру обеденной зоны. Неожиданно его глаза натолкнулись на довольно знакомую макушку… Мин Юнги. Мать вашу… Только не он! Нужно немедленно валить отсюда или хотя бы спрятаться куда подальше, чтобы ненароком не заметил и не утащил куда-нибудь! Чимин решил действовать согласно последнему варианту. Ведь не мог же он бросить Кима одного и сбежать без каких-либо объяснений? Поэтому до мозга костей испуганный гибрид максимально незаметно и тихо затаился под своим столиком. И только его слегка взлохмаченная макушка и пара миндалевидных глаз выказывались наружу. Чимин: «Я не должен позволить себя найти… Только не он! Юнги меня прикончит после того случая… Я ведь сбежал! Трусливо и даже толком не поблагодарил его за помощь! А стоило ли? Конечно же… Наверное, он очень злиться на меня? Хочет придушить? Раздавить, словно подколодную змею, как неблагодарную тварь… Но тогда… Я просто ударился в панику из-за собственных чувств. Этот красивый альфа, с которым мы враждуем с прошлого года, разбередил мои душу и сердце странными желаниями. И тогда мне казалось это ненормальным и просто чудовищным! Просто ужасным… Но… Может он и не хотел для меня ничего плохого вовсе? Он ведь даже спас меня… Если бы не Юнги, меня бы жестоко и грубо изнасиловал Ли… Он был нежен и ласков со мной, когда пытался утешить. Говорил много приятных слов и укачивал. И почему я не доверился ему? Но теперь… Я просто боюсь натолкнуться на Юнги и нарваться на вполне заслуженную ненависть с его стороны. Я жутко стесняюсь и боюсь оставаться с ним наедине… Что я ему скажу? Я люблю тебя? Прости? Что я такой трусливый и глупый гибрид…» Чимин настолько глубоко улетел в собственных размышлениях, что даже не замечал удивления на лицах окружающих и крайне озабоченных взглядов, направленных в свою сторону (ведь не каждый день увидишь, как кто-то обедает не за столом, а под ним), а также не успел запечатлеть глазами тот самый момент, когда оглушающий грохот прокатился по всей столовой, причиной которого как ни странно оказался Джин. Звук падающего металлического подноса неприятно резанул по слуху всех присутствующих, от чего каждый недовольно поморщился. Тарелки и стаканы поразбивались, а вся еда небрежно была раскидана по всему полу. — Эй! Тебе жить надоело?! — басисто раскричался какой-то внушительных габаритов альфа, на которого как раз-таки случайно натолкнулся омега. — Смотри, куда ноги двигаешь, олух! — вокруг начало скапливаться столпотворение. — Ты вообще не видишь, куда прёшь, а?! — Я не специально… — Джин не хотел плакать, правда не хотел, но унижение и несправедливость всей ситуации заставляла внутреннюю влагу не подчиняться и предательски подступать к глазам. Омега принялся впопыхах собирать разбросанную по полу еду, дрожащими пальцами едва цепляясь за грязные в соусе предметы. На него также налетела местная уборщица, властно возвышаясь над ним. — Эй! Это я теперь убирать должна твои помои?! — сердито воскликнула она, оставив швабру в ведре, а сама возмущённо уперев руки в свои тучные бока. — Или кто?! Чего это ты тут бардак разводишь?! Ноги кривые что ли или, быть может, глаза в разные стороны расходятся?! Ходить нормально, как все люди, не умеешь?! — яростно голосила она. — Вот разбросают свиньи этакие недоделанные, а мне подтирать за ними — отродьями идиотов-родителей! — Извинись перед моим парнем, жалкий дружок гибрида! — повелительно топнув ногой, злостно гаркнула на него девушка-омега. — Ты сильно толкнул его в плечо и чуть не облил тарелкой своего бульона! Быстро проси прощения! — орала она над склонившейся головой Сокджина, который до сих пор покорно сидел на своих коленях на полу перед целой оравой «любопытных Варвар». — Что тут… — внезапно неразборчивые перешёптывания студентов развеял знакомый голос. — Джин?.. — вмиг оторопел Намджун и впал в конкретное замешательство. — Что здесь, чёрт возьми, происходит?! — он грозно оглядел всех присутствующих, безмолвно требуя ответов. — Джин-и!!! — в центр всеобщей суматохи ворвался охваченный паникой Чимин. Он крепко-крепко обнял Джина, который не прекращал вздрагивать от удушливых рыданий. — Отошли все отсюда быстро! — сурово прорычал Намджун. — Что вы тут устроили?! Детский сад какой-то! — Но профессор… — попыталась вякнуть та самая девушка-омега. — Разошлись — я сказал! — безапелляционно оборвал альфа, бросив на неё и её молодого человека недвусмысленный взгляд потемневших глаз. После его прихода толпа постепенно, хоть и весьма неохотно, со слышимым нытьём о невозможности дальше лицезреть сие представление, начала рассасываться. — А вам что?! Особое приглашение нужно?! — обратился он к не свихнувшейся с места поломойке. — Этот парень изгадил мне весь пол! — рыкнула та. — Почему я должна делать лишнюю работу только потому, что он такой бесхребетный растяпа, да ещё и слепошарый?! — Я ненарочно! — приглушённо промычал омежка в грудь своему другу, который не переставая ласково поглаживать его по голове. — А меня это не волнует! Он… — Вы получаете за свою работу деньги! — резко вставил Намджун. — Ваша прямая обязанность — наводить чистоту в университете! Много или мало… Никого не касается, сколько грязи вам придётся убрать, сколько мусора выбросить и сколько полов перемыть! Нигде данных цифр не прописано! Но если в каком-то помещении не чисто, то вы просто обязаны это исправить! — строго заключил он. — Тьфу! Бестолочи… — раздосадованно фыркнув, невоспитанно попрощалась женщина и, полыхнув недобрым взглядом в сторону Чимина и Джина, молча ушла вместе со своим ведром и внутри мокрой шваброй. — Вставай! — альфа грозно возвышался над обнявшимися омегами. — Два раза повторять не буду. — Вы станете его ругать? — тихонько проскулил Пак. — Он ведь не специально! Простите его… — пытался давить на жалость он. — Просто… Так вышло. — Сбавь обороты. Защитник сыскался… — фыркнул старший. — Я не собираюсь его ругать, — спокойно выдохнул он и посмотрел на друзей снизу вверх с каким-то нежным состраданием и теплом в глазах. — Угомонись. Просто я бы хотел с ним поговорить. Ты не мог бы его поднять со своих колен? Боюсь, иначе мне придётся простоять здесь вплоть до закрытия университета, пока твоего дружка не выдворит отсюда свирепый охранник, — саркастично заметил он. — Да, — тот часто-часто закивал, охотно согласившись, а затем принялся тормошить задремавшего брюнета, — конечно. Сейчас… — Давай сюда руку, — призывно улыбнулся ему альфа, когда омега скептически прищурился и нерешительно взглянул на него с перепачканного пола соусом Карри. — Я только помогу тебе встать. Больше ничего. Ладно? — протягивая вперёд обе свои руки, добродушно улыбался он. И только младший, ответно расплывшись в доверчивой улыбке, попробовал встать со скользкого покрытия, взявшись за сильную ладонь мужчины, как его пятка непроизвольно соскользнула, а сам хозяин данной части тела упал навзничь и также потянул за собой «свою подмогу» в лице ошарашенного Ким Намджуна. И как только судьба так бессовестно может смеяться над и без того трудной жизнью бедняжки Сокджина? Почему я так говорю?.. Да потому что в следующее короткое мгновение губы истинных неумышленно присосались друг к другу. Альфа всем своим неподъёмным весом упал прямо на худощавого омежку и буквально придавил к полу, выставив руки по обе стороны от его головы. Джин: «Божечки-кошечки… Это наконец-таки произошло! Мы поцеловались! У-и-и-и!» Намджун: «Блять… Только не это! Что за хрень происходит?! Так… Намджун, успокой свои гормоны! Ты же не подросток! Но чёрт… Как так получилось, что я так некстати приземлился на него и поцеловал?! Но… Почему мне не противно от его касаний? Я не испытываю даже мизерного отвращения. Это всё потому, что мы истинные? Чистая биология или всё-таки сердечные чувства взыграли надо мной? Но губы Джина такие… Они немного полноватые и очень мягкие, без каких-либо ранок и шероховатостей… Их приятно целовать. Они нежные и сладкие, но не приторные, а только слегка отдают спелой клубникой. Бальзам такой что ли?..» — В-вы… — старался хоть что-то произнести младший, когда старший всё же отлип от него, чуть приподнялся на локтях и потом отстранился на некоторое расстояние. Ошеломлённый Чимин, заторможенно хлопая круглыми шарами вместо глаз, с открытым ртом разглядывал эту неловкую и крайне смущённую парочку. — Вы испачкались в соусе… — Джина трясло от нахлынувших эмоций после случайного поцелуя. — Не бери в голову, — второпях отозвался тот. — Ты в порядке? — альфа стал внимательно ощупывать его тело. — Д-да… Просто… В-всё действительно хорошо… — омега скромно отодвинулся. — Профессор Ким, — нежданно подал голос стоящий рядышком гибрид, — вам нужно умыться и поскорее почистить свою одежду. Мы искренне приносим свои извинения вам. Джин и я правда сожалеем, что всё обернулось именно таким образом… Никто из нас этого не хотел и не планировал. Извините ещё раз, — он тяжело вздохнул. — Плохо с нашей стороны позволить вам оставаться тут и дальше. Лучше идите и приведите себя в порядок, пока пятна от соуса не въелись в вашу одежду… — Вы справитесь без меня, я надеюсь? — Намджун встал и испытующе поглядел на обоих друзей, словно мало доверял им. — Конечно! — оживлённо закивал светловолосый. — Не волнуйтесь, я сам помогу Джину добраться на оставшиеся пары. Большое спасибо вам за помощь, профессор, вы просто замечательный человек! — благодарно просиял он, поднимая онемевшего от шока друга на ноги. — Отлично, — бесстрастно проговорил тот. Ну как… Он изо всех сил пытался быть максимально равнодушным. Но на деле был похож на красного свежесваренного рака. — Тогда встретимся на нашем следующем занятии! До свидания…

***

В следующие дни Сокджин вёл себя примерно также. Он либо случайно сталкивался с альфой, возникали неловкие и до ужаса смущающие ситуации между ними, либо омежка нарочно подкладывал что-нибудь приятное в его сумку или же просто оставлял трепетно-нежные послания на бумажке на столе прямо перед его появлением в аудитории… В последний раз младший встретил старшего на улице, во дворе главного корпуса, когда тот торопливо шагал в сторону своего дорогого внедорожника. Перед этим он оставил маленькие валентинки в кармане альфьего пальто, хотя до дня Святого Валентина ещё было, как до луны пешком… Но да ладно. Бог с этими валентинками! Тогда, когда омежка всё-таки нагнал преподавателя, а тот неожиданно увидел рядом с собой знакомую физиономию, то Намджун разговаривал с Сокджином очень хорошо и доброжелательно, словно эта невидимая нить симпатии и взаимного дружелюбия всегда проходила между ними. Казалось, их отношения наладились, и больше не было той непримиримой враждебности, отдаляющей истинных друг от друга. Но всему приходит конец…

***

Сокджин в который раз за сегодняшний день приближается к кафедре лингвистических наук. За весь день он так и не смог найти Намджуна. Он снова заглядывает внутрь небольшой светлой комнатки, и опять ничего ровным счётом не меняется, оставаясь по-прежнему — сидит угрюмый и молчаливый секретарь с чашкой заваренного кофе и что-то сосредоточенно строчит у себя на компьютере, совершенно не обратив внимания на вошедшего. Даже не глянув в его сторону. А приёмная пуста. Джин осторожно и бесшумно выходит в коридор. Он легонько прикрывает за собой дверь и разворачивается. Омега тяжело вздыхает, его взгляд мрачнеет и наполняется видимой тоской, в то время как пальцы нервно заламываются. Парень намеревается уйти с грустным сердцем, но вдруг, проходя мимо лаборантской, которая являлась соседним кабинетом кафедры лингвистических наук, слышит оттуда какие-то подозрительные звуки. Он на носочках, едва различимо для чужих ушей, пробирается поближе к источнику странных воздыханий и слащавых речей. Джин протискивается внутрь и аккуратно заглядывает во внутренний кабинетик, который служил ещё одной комнаткой в лаборантской, через которую необходимо было пройти, чтобы попасть в ту крошечную кладовку. Джин: «Нет…» Всего его самые заветные мечты и огромные планы на светлое и счастливое будущее рухнули в одночасье, когда омега безотрывно поглощает застывшим и стеклянным взглядом вот такую вот картину: Сандра Уилсон сидит прямо на столе с похотливо раздвинутыми коленками, в то время как профессор Ким Намджун стоит между её стройных ног и хищно впивается в её губы ненасытным поцелуем. У Джина болезненно колет в сердце. Его мышцы становятся буквально пуховыми и совершенно не хотят слушаться, намертво пригвоздив податливое тело, которое мгновенно делается ватным и онемевшим, к поверхности пола. Омега едва удерживается, чтобы не осесть безвольной тряпичной куклой и не скатиться вниз по стеночке, крича и взвывая от невыносимой сердечной боли, которой подвержены все несчастные, безответно влюблённые люди. Его кожа резко бледнее, несмотря на то, что её обдаёт нестерпимым обжигающим жаром. Взгляд предательски мутнее, и глаза заволакиваются туманной дымкой подступающих слёз горечи и печали. В какой-то момент брюнет и вовсе не замечает, что на него в упор давно уставилась пара ядовито-змеиных глаз. Он будто очухивается и выходит из транса, невольно содрогнувшись, после чего встречается с пристальным взором нахальной девицы. Та явно не считает себя шлюхой. Она властвует. Она — королева! Это ведь Джин бегает за её женихом… Унижается и попусту тратит своё личное драгоценное время, будучи тайным воздыхателем… А она делает всё правильно и никому не вредит. Тем более Намджун на её стороне. Они трахаются достаточно давно. Познали все грани друг друга. Альфа любит Сандру всепоглощающе и сильно. Никогда не даст в обиду и точно не позволит какому-то «жалкому дружку гибрида» занять её место. И как раз-таки девушка чувствует это значительное превосходство перед Джином, хоть тот и приходится истинным её будущему мужу. Джин: «Почему она так смотрит на меня? По-издевательски и со злобной насмешкой… Я должен уходить отсюда сейчас же! Своим порочным взором она делает моё положение ещё более никчемным и унизительным. Я не хочу больше на это смотреть. Намджун… Он никогда не будет принадлежать мне. И тем более не полюбит меня. Я должен отступить… Смириться. Выбросить даже мысли про него. Позволить Сандре принимать и отдавать свою любовь этому мужчине. Чувствую себя вываленным в грязи…» Омега выходит из временного остолбенения и затем стремительно выбегает из лаборантской, даже не удосужившись закрыть за собой дверь. А вот Сандра… Эта дрянь так и не призналась своему любовнику, что за ними наблюдал младший… Чем это обернётся для невинного омеги?.. Не понятно.

***

Ничего не подозревающий альфа, находясь в абсолютной гармонии с самим собой, расслабленно заходит в аудиторию и с едва слышным вздохом ставит свой рабочий портфель на преподавательский стол. Не обращая ни на кого внимания, так как сейчас все отдыхали на перемене, он выходит в коридор, отправляясь в специально отведённое помещение для того, чтобы уже там затянуться сигаретой. Неторопливо покуривая и безмятежно наблюдая за благоговением окружающей природы, Джун вполуха прислушивается к неразборчивому бормотанию студентов на улице. Но в какой-то момент он начинает ловить на себе странно-заинтересованные взгляды и слышать ехидные смешки явно в свой адрес. Ким откровенно теряется и непонимающе хмуриться вокруг себя. Выражение его лица резко темнеет и становиться очень пугающим. Что происходит? Почему все потешаются над ним? Отчего он вынужден терпеть к себе столь неприличные фривольности от каких-то малолеток? Но те не меняли былого настроя. И только больше перешёптывались и бросали на преподавателя весьма красноречивые, кокетливо-блестящие взгляды. Альфа плюёт на это дело и возвращается в здание. Почти у входа его ловит заведующий кафедрой — тот выглядит понурым и настроенным на негативный лад. — Тебя вызывает сам ректор, — только лишь отрапортовал он и направился дальше восвояси, оставив коллегу в полнейшей растерянности. Намджун послушно следует к самому нежеланному для посещения кабинету. Внутри него постепенно зарождается гнетущее чувство какой-то тревоги. Его голову съедают множество противоречий. Связаны ли как-то с этим визитом насмешки студентов? Возможно… Но в конце концов, альфа добирается до необходимой точки невозвратности и решительно открывает дверь, после чего заходит внутрь. — Доброго времени суток, профессор Ким! — его встречают три пары глаз. Но голос, что поприветствовал его в данный момент, принадлежал самому главному — ректору, который восседал у себя на кожаном кресле за длинным палисандровым столом. — И вам того же, господин Чхве, — уважительно поклонился тот, слабо улыбнувшись, и мельком взглянул на Джина, который сначала смотрел на него пристально и немигающе, но затем ещё более побледнел, опустил свою голову к коленям и отвернул взгляд в противоположный угол, словно провинившийся маленький котёнок, который боится, что его сейчас будут сильно ругать. — Что-то случилось? — сразу же заподозрил неладное молодой альфа. — А разве вы не в курсе последних новостей? Слухи до сих пор не дошли до вас? — несколько удивлённо поинтересовался ректор со странным выражением лица. — Вы это про что? — недоумевающе сдвинул брови тот. — Ваша связь со студенткой Уилсон, — весьма прозрачно и недвусмысленно намекнул старик, показательно выпучив глаза и вскинув на свой морщинистый лоб пару бровей, — раскрыта каким-то крайне любопытным студентом, который явно любит совать свой нос в чужие дела, — он метнул беглый взгляд на Сокджина. — К-какая связь? — с запинкой уточнил Намджун, чувствуя чудовищную слабость во всех конечностях и внутренний мандраж. Сейчас он выглядел так, словно только что его поймали с поличным — искренне потрясённым и огорошенным. Очень бледным. — К-кхм-кх… — хрипло прокашлялся ректор. — Вы целовались. Не стану озвучивать всех подробностей… — Но… — Станете отрицать сей факт? — Джун было хотел что-то возразить, даже рот для этого открыл, но резко отяжелевший, стальной взгляд старика заставил его заткнуть раньше, чем он совершит данную ошибку. — Я то могу закрыть на это глаза… Простить и помиловать вас. Не увольнять по позорной статье, так как вы многоуважаемый дипломированный специалист с кучей достижений и званий, несмотря на вашу молодость. Но всё-таки… — он покачал головой. — Многие студенты не поймут моей странной лояльности и подобострастия к преподавателю, который работает у нас всего неделю с лишним. — Кто это сделал?! — несдержанно гаркнул Ким. — Ответьте хотя бы на этот вопрос! — его взор обволокся чернотой и казался устрашающим. Джина аж передёрнуло от страха и паники за свою жизнь. — К сожалению, я не могу информировать вас об имени моего источника, который доложил о вас, так как это станет поводом для скандала и ненужной нервозности и волнения ученика. Поэтому это сугубо конфиденциальная информация. — Хорошо. Тогда я могу идти собирать вещи?! — ледяным тоном отчеканил пепельноволосый с каменным выражением лица. — Разумеется, — любезно позволил ректор, улыбаясь лишь краешком губ. — Вы свободны. Хочется надеяться, что впредь вы будете более осмотрительны в подобном плане, — выразительно выгнул бровь. — Это вам моё последнее напутствие. Вы должны понимать, что больше не можете у нас работать. Ваше дальнейшее присутствие скажется как на моей, так и на репутации всего университета. — Я понимаю. Благодарю за предоставленную возможность работать в таком престижном месте, господин Чхве, — Намджун быстро поклонился и в мрачном настроении вышел за дверь, сразу натолкнувшись на взвинченную Сандру. — Любимый! — та налетела на него с обнимашками. — О нас все узнали… Какой ужас! Что же теперь делать, дорогой?! — Тшш… Солнышко, между нами ничего не изменилось. Мы справимся. Всё будет хорошо, — альфа широко улыбнулся, ласково заправив выбившуюся прядку коричневых волос за ушко своей принцессы. — Ты моя красавица навечно! — Сандра таяла в его объятиях, хоть и строила лживо-расстроенную моську. — Только теперь нам будет гораздо проще встречаться. Ведь я больше не работаю здесь. — Тебя уволили? — опечаленно поинтересовалась она. — А как ты думаешь? — горько усмехнулся тот. — Конечно же, это так и есть. — Но ты ведь не бросишься меня? Не оставишь, даже если мы перестанем так часто видеться? — девушка в глубоком отчаянии прижалась всем телом к груди своего возлюбленного, ощущая его сильные, надёжные руки у себя на спине. — Прости меня, любимый! Это всё только моя вина, что тебя так несправедливо лишили рабочего места! — Что за глупости ты говоришь, любовь моя? — Ким мягко отстранил Уилсон от себя и смачно чмокнул в центр малиновых губ. — Ты ни в чём не виновата! Неужели любовь ко мне сделала из тебя преступницу? Нет! Также исключено и то, что я тебя когда-нибудь оставлю. Я люблю тебя! — уверенно проговорил он. — Поэтому этому никогда не бывать. Мы ведь в скором времени собираемся пожениться… Моя красавица такая забывчивая! — хрипло рассмеялся альфа, целуя в границу шеи и тоненького плечика свою невесту. Теперь они могут делать это публично. — Слава богу, — облегчённо выдохнула девушка ему в шею, — я думала ректор оставит тебя на работе, но насильно принудит бросить меня. — У него бы это не вышло. Уж лучше уволиться отсюда тогда! Но сначала… — Что такое, дорогой? — невинно осведомилась та. — Для начала я планирую выяснить, кто та подлая крыса, которая подставила нас, раскрыв наши отношения перед всем университетом, и теперь трусливо прячется от меня, скрывая свою личность, — яростно прошипел Намджун. — Ох! — на огромное удивление своего мужчины, девушка восторженно заликовала в белозубой улыбке от уха до уха. Казалось, она была очень довольна, едва ли не прыгая от неукротимого счастья. — А я, кажется, знаю имя этой твари, — осведомлено похвалилась она. — Каким-таким образом? — озадаченно насупился крайне растерянный альфа. — Понимаешь… — мило надув свои губки, как бы заранее извиняясь, несколько виновато начала она. — Я тебе не сказала… Но… Буквально недавно я видела, как Ким Сокджин, мой одногруппник, следил за нами в лаборантской. В тот момент, когда ты целовал меня у себя на столе, и мы любили друг друга, не замечая никого и ничего вокруг, он стоял прямо в дверях и наблюдал за нашей обоюдной страстью. Я более чем уверена… — короткая пауза. — Именно он пустил слушок про нашу связь. Кто же ещё? — Но зачем? — сердито прорычал пепельный, не очень-то и веря в слова возлюбленной. Как никак… Но Джин не плохой человек. Он бы никогда не опустился до таких отвратительных вещей и не стал бы ради собственной выгоды подставлять других людей. — Для чего ему это было нужно?! — А ты не догадываешься, Джун-и? — Сандра многозначительно повела бровями. — Напомни-ка мне, сколько времени он домогается тебя? Неделю? Две?.. Не удивительно, что эта бессовестная шлюха, которая вечно липла к тебе, решила ускорить процесс завоевания тебя, думая, что после всей этой ситуации меня выбросят из университета! Нет меня — нет проблемы! — негодующе заключила она. — Вот же… Сука! — озлобленно выругался старший и в бешенстве заходил по коридору широкими шагами, словно умалишённый. — Неужели это и правда он сделал?! — недоверчиво вскричал он. — Как он меня достал! Присосался, как назойливый москит… — Что ты имеешь в виду? — Эти его вечные встречи… Еда… Валентинки… Да блять! Продыха от него нет! — свирепо рычал тот. — Мелкий уродец… Пакостная тварь, которая действует исподтишка и не понимает элементарного слова «нет»! — П-простите… — Сандра и Намджун тотчас одновременно обернулись на звук. — Я-я… Я очень сожалею. Но я не виноват! — Да как ты посмел даже вякнуть в нашу сторону после всего произошедшего?! Тебе что… Совсем не стыдно?! — разъярилась девушка. — Но я честно говорю, что это не я рассказал про вас ректору! — в бессильном отчаянии переубеждал несчастный омега. — Я… Не имею к этому делу никакого отношения. — Тогда кто?! — остервенело обратился к нему альфа, дико посмотрев на него. — Ты вечно лезешь ко мне! Буквально зажимаешь по всем доступным недоступным углам университета! Как я могу тебе верить?! — он ненадолго прервал свою пламенную речь, безотрывно наблюдая за тем, как по впалым щекам младшего скатываются огромные градины крокодильих слёз. — Ты ухаживаешь за мной с тех самых пор, как только я впервые появился здесь, устроившись на работу. Ты прохода мне не даёшь! Домогаешься! — его лицо сделалось пунцовым. — Пристаёшь, словно я для тебя свет в окошке, а ты назойливая мошкара, пытающаяся наглотаться моей крови! Тебе вечно что-то надо! Эти твои улыбочки… Бесполезные подарки… Ненужное внимание… Да как ты не понимаешь, что мне без надобности твои чувства?! У меня уже есть любимый человек — и это Сандра! Вот она! Смотри! — Намджун показательно выставил самодовольно ухмыляющуюся девушку перед собой и перед лицом бедного Сокджина, у которого с каждой произнесённой репликой нещадно истекало кровью сердце и раскалывалось на части от мучительной боли. Это была невыносимая пытка. Поистине жестокая. — Я люблю её! И всегда буду любить! Мы поженимся и в будущем станем счастливыми родителями! А ты… — недолгая пауза. — Почему ты такой тупой, Джин? Ты ведь с самого начала догадался про наши отношения! К чему тогда все эти жалкие попытки?! Ты мне не нужен. Ты мне даже не нравишься. Твои чувства для меня — пустое место! — Н-но… — Ты хочешь сказать, что мы — истинные? — опередил его старший. — И что? Тебе назвать статистику по количеству пар, которые соединены узами брака и счастливы без каких-либо биологических условностей? — … — И после всего перечисленного я должен тебе верить? И ты сам продолжаешь желать, чтобы я тебе поверил? — с большим сомнением произнёс он. — После всех жестокостей и помоев, которыми я облил твою любовь? — Намджун скептически хмыкнул, скрестив руки на груди. — Ты же легко мог сдать нас на почве неконтролируемой ревности. Разве не так? — Но я действительно этого не делал! Я не предавал вас! — от всепоглощающей безысходности и безнадёжности хотелось выть в голос и заливаться непрекращающимися рыданиями. — Н-не я… — умоляюще проскулил омежка, беспорядочно взмахивая руками в разные стороны. — Прошу вас! Поверьте мне… Если вам подобную ложь сказала ваша невеста, то она вас обманывает! Я не делал против вас ничего. Как я могу?.. Вы же… — Ты любишь меня? — нервно сглотнув, неожиданно поинтересовался тот. — Зачем вам об этом знать наверняка? Вам же это не нужно… — Джин чувствовал потерянность. — Отвечай, когда тебя спрашивают! — сурово отрезал мужчина. — Э-это… Д… Д-да, — слабенько прошептал парень. — Тогда я тебе не верю. — Но я не делал этого!!! Не я! Это был не я! — сорвался на бешеный ор. Его накрыла настоящая истерика. Трясло омегу не по-детски. — Джин-и, успокойся, пожалуйста! Прошу тебя! — к нему подбежал перепуганный Чимин. — Не нужно этого! Пошли лучше… — Он не верит мне… Не верит… — Джин буквально захлёбывался горючими слезами и начал падать вниз — его ноги совершенно не держали и подкашивались. — Я тебе верю, милый, есть человек, который тебе всегда будет доверять… — нежно шептал гибрид на ушко лучшему другу. А тот был подвержен сильной лихорадке и что-то бурчал себе под нос, словно какой-нибудь сумасшедший в психушке. — Да он псих! — ошарашенно взвизгнула Сандра, пугливо отшатнувшись подальше. — Что с ним такое?! Такое ощущение, словно у него передоз от наркоты! — Намджун одеревенел и вообще молчал от шока. — Заглохни, мерзкая шавка! — свирепо выстрелил в её сторону Пак. — Тебе место только в борделе! Там будешь подавать свой голос! — Эй! — возмутилась та и тут же взглянула на своего жениха, что продолжал плотно поджимать губы. — Придурок! — внезапно Джин вновь обрёл достаточные силы. Грубо оттолкнул от себя Чима и, резко поднявшись, прокричал данное ругательство прямо в лицо бывшему профессору. — Долбанный обрубок! Ублюдок! Ненавижу! Ненавижу тебя! — он беспощадно колотил крепко сжатыми ладошками по чужой груди, а по его щекам хлынул ещё больший поток солоноватой воды. — И почему у меня такой ужасный истинный?! Да лучше бы я умер раньше нашей встречи! Ненавижу… — омега истошно кричит и только потом убегает весь в слезах — красный и заплаканный. Никогда прежде Намджун не видел в этих глазах такое количество гнева и отвращения по отношению к нему. Омега действительно перестал его любить и начал всепоглощающе ненавидеть. Но так ли это на самом деле?.. Остаётся загадкой. Решение было принято твёрдое и непреклонное: Сандра благодаря своим богатым родственникам осталась в университете, Джина несправедливо оклеветали в глазах любимого, после чего он сбежал и больше никогда не надеялся встретить Намджуна, а сам альфа был в тот же день уволен и отправлен в «свободное плавание».