После.

― И даже вопросов не будет? ― тихо спросила она, надеясь, что он не услышит. ― Хм, а ты хочешь это обсудить? ― Гермиона ухватилась за протянутую ей руку и сжала её своей ладонью. ― Нет. ― А я бы не отказался. Но позже. Когда ты будешь готова к этому разговору, ― Северус надеялся, что ответил правильно, когда Гермиона остановила его и, встав на носочки, поцеловала в губы, он понял, что не ошибся в своих предположениях. Пальцы мужчины с готовностью промчались по её бокам, пощекотали рёбра, погладили тело через ткань лёгкого платья и, надавив, подтолкнули девушку к стене коридора. Она охнула Снейпу в рот, когда он сжал её бёдра и жадно поцеловал в ответ. В голове шумело, дыхания не хватало, но оба держались до последнего, не желая останавливаться. Гермиона отрезвляюще прикусила ему нижнюю губу и тут же, извиняясь, лизнула укус. ― Спасибо. ― День только начинается, так что не спеши благодарить. Она с улыбкой и наигранным осуждением прошептала его имя и вновь нашла губами мужской подбородок. Почувствовав на себе взгляды, они оба, не сговариваясь, отпрянули друг от друга. Портье, проходящий мимо, поджал губы и посмотрел на них крайне осуждающе. Северус знал почему, но всё-таки решил, что больше никогда не поселится в этом отеле, уж слишком здесь всё… строго. ― А что он на нас так смотрит? ― тихо поинтересовалась она. Озвучивать супруге причину недовольства служащих Снейп не стал в силу её восприимчивости. ― Не знаю. ― Здесь что запрещено целоваться или держаться за руки? ― Очевидно. Ты выбрала чересчур пуританский отель. ― Я? ― Ну, мы. ― И он не пуританский, а просто предназначенный для семейного отдыха. Отзывы были положительные. ― Пошли уже завтракать, а то точно опоздаем.

***

― А если вдруг так сложатся обстоятельства, что у нас не получится вернуться сегодня, это станет большой проблемой? ― прощупал почву Северус. ― Ну, если под этим не «сегодня» не подразумевается «через несколько дней», то нет, не станет. ― Нет, конечно, ― улыбнулся он. ― Завтра после обеда точно вернёмся. Просто расписание не очень удобное: последний паром уходит около пяти вечера, а ехать туда на несколько часов ― мягко говоря бессмысленно. Мы не успеем ни поговорить, ни… ― покосился на сына Северус, ― насладиться временем вдвоём. ― А, так Гермиона меня уже предупредила, что вы останетесь там на ночь. ― Да? ― он не хотел казаться чересчур довольным тем, что их с супругой планы совпадали. ― Спасибо. Но если вдруг что, обязательно нам позвоните или, на самый крайний случай, отправьте патронус. ― Всё будет хорошо, не волнуйтесь. ― Ну, что ты? ― Северус протянул ладонь к Фергусу, потрепав его по и без того взлохмаченным волосам. ― Но почему я не могу поехать с вами? Я буду вести себя… ― Потому что мы хотим побыть вдвоём, что здесь непонятного? ― А я вам мешаю? ― Если бы ты нам мешал, мы бы в принципе не брали тебя с собой в эту поездку, ― проворчал Снейп. ― А так… Если хочешь, то мы сходим с тобой куда-нибудь завтра. ― А куда? ― Куда захочешь. ― Прям куда-куда захочу? ― засветился внутренним светом Фергус. ― В пределах этого острова и разумного. ― Хорошо. ― И при условии, что ты будешь беспрекословно слушаться Маргарет во время нашего отсутствия. ― Ладно. ― И не давить маме на жалость, напрашиваясь с нами. Договорились? ― Да, ― он недовольно пожевал нижнюю губу ровно тем же жестом, что и Гермиона, таким знакомым и родным Северусу. ― Чтобы было не так напряжно, можете сводить их в игровую комнату, ― предложил Снейп Маргарет, ― или включить им какие-нибудь мультики в номере, не обязательно развлекать их по полной программе. ― Я не смотрю мультики! ― Вчера смотрел, а сегодня уже нет? ― хмыкнул Снейп, отчего сын насупился. ― Не волнуйтесь вы так, мы придумаем чем заняться. ― Ладно, ― он вновь с сомнением окинул детей и Маргарет взглядом. ― Я готова, ― Гермиона подкралась из-за спины, собственническим движением касаясь его ключиц. ― Маргарет, я ещё раз хотела обсудить, что… ― Не переживайте, я сохранила инструкцию, которую вы мне дали, ― няня монотонным голосом повторила заученную фразу. ― Но в случае какой-нибудь внештатной ситуации, которой, я уверена, не случится, я сразу же позвоню вам или мистеру Снейпу. ― Да. Хорошо. Ты не обижаешься, что мы не берём тебя с собой? ― Гермиона перевела взволнованный взгляд на сына. Снейп одновременно с ней посмотрел на него крайне строго и ожидающе. ― Нет, мам. Через весомых семь минут прощаний в честь недолгой разлуки, одинаково измотавших и родителей, и детей, они, наконец, были готовы идти. ― Главное, про номер на этот раз не забывайте, ― почти неслышно прошептала Северусу Маргарет, в глазах её взрывались искринки веселья. ― Думаю, порядки там не менее строгие. Ну, или сразу снимите себе отдельную виллу. ― Смешно, ― изогнул он губы в едкой улыбке. ― Я старалась.

***

― Устала? Северус, полулёжа на пляжной подстилке, обнял со спины жену и лениво поцеловал её во влажный солёный висок. Гермиона прислонилась к нему, накрывая ладони, лежащие поверх её живота. ― Да нет в целом. ― Если ― да, то можем вернуться в номер. ― Это намёк на секс? ― На сон, ― хмыкнул он. ― Тогда давай ещё немного побудем здесь? Или ты хочешь спать? ― Я? Нет. Хотя день получился довольно-таки насыщенным: паром до Маэ, крошечный самолёт, доставивший их до Праслина, национальный парк, деревушка острова со старинными храмами и сувенирными лавками, художественная галерея. И самая приятная, заключительная часть этого дня: романтический ужин, состоящий из вина, фруктов и стейка из южно-африканской говядины под соусом из зелёного перца и картофеля для него, на отдалённом пустынном пляже. О бокалах или одноразовых стаканчиках никто из них не вспомнил, поэтому теперь бутылка дорогостоящего вина кочевала из рук в руки; ни Северуса, ни Гермиону это ни капельки не заботило. Снейп взял румяный кусочек картофеля и поднёс его к губам супруги. ― Не думаешь же ты, что я позволю тебе ужинать одними фруктами? ― У меня нет аппетита. ― Не верю, ― он провёл картофелем по её губам, оставляя за собой жирный след, у неё не было другого выбора кроме как открыть рот и покорно принять еду. Но когда он тем же методом протянул ей мясо, Гермиона запротестовала. ― Ты стала вегетарианкой? ― Нет, конечно. ― Тогда в чём дело? ― Ни в чём… Просто я по возможности стараюсь есть только низкокалорийные блюда. Северус задумчиво нахмурился. ― Почему? ― Я набрала несколько лишних фунтов, если ты не заметил, ― она уткнула подбородок в свои колени. ― Что за глупости? Ты потрясающе выглядишь! ― он провёл кончиками пальцев по её плечам и новым, на этот раз непредвзято оценивающим взглядом окинул её фигуру и пришёл к тем же выводам. ― Конечно, а весы, наверное, врут. ― Однозначно. Ну, или как вариант эти самые фунты отложились в самых нужных местах, ― промурлыкал он ей на ухо, поднимая одну руку к её груди, а вторую опуская на шелковистое бедро. ― Конечно, Северус, все восемь фунтов. ― Да, ― он поцеловал её щёку и ненавязчиво сполз к подбородку, покрывая кожу ласковыми поцелуями. ― Я не понимаю, почему тебя вообще волнует подобная мелочь. ― А как она может меня не волновать? Джинни родила чуть ли не на год позже меня, но уже не только вернулась в свой дородовой вес, но даже скинула его. ― Так она и до беременности весила больше тебя, ― обратил внимание Северус. ― А ты до вторых родов наоборот весила чересчур мало, даже колдомедик велел тебя откармливать во избежание каких-либо отклонений, а сейчас у тебя идеальный вес. И выглядишь ты великолепно. Я говорю тебе, как мужчина. ― Так ты ― заинтересованный мужчина и, конечно, не станешь меня обижать. ― Когда я не хочу тебя обижать ― я сурово молчу. ― Даже так? ― Ну, а как иначе? Он чувствовал улыбку, когда её губы скользили поверх его. Скоро она прекратила поцелуй, устроив ладошку на его щеке, и вмиг сделавшись не смущённой, но серьёзной. Мускул на скуле шевелился в напряжении. ― Если ты хочешь что-то спросить, то лучше сделай это сейчас. Я готова, ― протараторила она и снова отвернулась, прижавшись к его груди. ― Дошла до нужной кондиции? ― покосился на бутылку с вином Снейп и невольно улыбнулся. ― Северус, второго предложения не будет. ― Ладно. Зачем ты ходила к сексологу? У нас есть какие-то проблемы? ― Не у нас, только у меня, ― прошептала она почти не слышно, почувствовав его ласковые поглаживания и губы, что словно в утешение, выцеловывали кожу шеи и плеч. ― Помнишь же, что когда мы… Ну, после вторых родов… Попытались заняться сексом, мне было… ― Конечно, но потом ты сходила к гинекологу и сказала, что всё в порядке. ― В физиологическом плане ― да, почти. Были небольшие проблемы с либидо и гормонами, но доктор сказал, что это естественный процесс и что со временем всё стабилизируется. Посоветовал начать пользоваться смазками, увеличить время прелюдии и… ― Я всё это помню, мы выполнили все рекомендации и ты сказала, что стало намного лучше, что тебе больше не больно, когда я… Это была ложь? ― Нет! Не совсем. Я… Ну… Испытывала небольшое физическое недомогание, с которым справлялась и половины стандартной дозы обезболивающего, так что ничего серьёзного или сверхъестественного со мной не происходило. ― Что? ―Снейп убрал от неё свои руки и измученным жестом потёр переносицу. ― Зачем? ― Ну, ты же хотел, а мне было… Несложно, и почти не больно. Я же говорю: только небольшое физическое недомогание. Да, мне было не особо приятно, но… Терпимо. ― Ага, с учётом обезболивающих, ― сыронизировал он тусклым голосом. ― А ты не пробовала мне сказать, что ты не хочешь?! Объяснить эти все эти блядские причины? За кого ты меня принимаешь? За животное, живущее одними инстинктами?! ― Нет, конечно, ― обиделась Гермиона, обхватив его руку. ― Просто как ты себе представляешь такой разговор? ― Так же, как и этот? Только не спустя полтора года! Извини, ― прошипел он, услышав собственный злобный голос. ― Продолжай дальше. Причем здесь сексолог? ― Ну, когда я поняла, что лучше мне не становится, несмотря на то что прошёл не один месяц, я и решила к нему обратиться. Снейп провёл ладонью по лбу, смахивая волосы назад. ― И когда ты пошла к нему впервые? ― Три с половиной месяца назад. ― И что он сказал? Какие рекомендации дал? ― Она предположила, что это какой-то эмоциональный блок из-за тяжёлых родов, вынужденной пластической операции после них, потому что, как я и сказала, никаких физиологических проблем не было. Просто. Эм, подсознательный страх боли. Северус, взяв себя в руки, вновь обнял её. Сердце тарабанило о рёбра. ― Она сказала как это перебороть? ― Дала нескольких советов… ― Каких? ― Для начала сосредоточиться ни на вагинальном сексе, а на оральном, без проникновений. ― И ты, конечно же, мне об этом рассказала? ― На тот момент этот разговор стал невозможен: не после того, как я продолжительное время умалчивала о проблеме, а ты думал, что у нас всё хорошо. ― Да, конечно, всё было просто великолепно! ― В общем, ещё она мне посоветовала купить комплект вагинальных расширителей разных диаметров и постепенно пробовать использовать их. ― И как результат? ― унылом голосом поинтересовался он. Его бы воля ― он поучаствовал и в оральных ласках и… И при введении этих загадочных штук. ― Вроде нормально, ― застенчиво пожала плечами Гермиона. ― Когда я использую пальцы, боли уже нет, ну, а при введении фаллоимитатора лёгкий дискомфорт ещё чувствуется, но по сравнению с тем, как было раньше, это уже почти ничего. ― Знаешь, если бы ты пригласила меня поучаствовать или хотя бы посмотреть, я бы совсем не оскорбился. ― Северус, я же не ради удовольствия это делала! И совсем с другими целями, нежели самоудовлетвориться. ― Я понимаю. ― И, если честно, то тех же два месяца назад мне… Ещё не хотелось секса. Я понимала, что это ненормально… Но не было ни времени, ни желания разбираться с этим вопросом. Когда же я нашла в себе силы обратиться к сексологу и начала прилежно выполнять всё её рекомендации, то… Вроде бы как и либидо вернулось. ― Да? ― По крайней мере то, что происходило между нами в последние несколько дней, мне очень нравилось. ― Мне тоже, но… Если ты пока не готова, я могу подождать столько, сколько будет нужно. Обещаю, это не станет проблемой до тех пор, пока ты будешь со мной хоть как-то контактировать и разговаривать. ― Я всегда с тобой разговариваю. ― Гермиона… ― Правда. Просто в последнее время прибавилось работы, и я устаю… Но мне казалось, что у нас всё в порядке, ну, за исключением секса, конечно. Извини, если я уделяла тебе мало внимания. ― Ты меня ― тоже. ― А тебя-то за что? ― она погладила его руку и вдруг прижала к ней губы. ― За всё. Если бы я знал в чём дело, то вёл бы себя иначе. ― Я знаю. ― Тогда пошли в отель, поздно уже. Теперь я точно хочу спать, ― он вскочил на ноги. ― В каком смысле спать? А секс? Мы ведь договаривались, ― возмущение и недоумение в глазах были вполне искренними… И забавными, как на взгляд Северуса. ― Милая, давай по возвращении в Англию мы вдвоём сходим к твоему сексологу, гинекологу, и если они дадут добро, то… ― Так я уже ходила. И они не против. Северус, правда, я уже настроилась и хочу, чтобы это случилось именно сегодня. ― И как же именно ты настроилась? Выпила обезболивающее? ― Не выпила, но купила утром. На всякий случай. Надеюсь, мне оно не понадобится. Давай хотя бы попробуем? А если вдруг что пойдёт не так, то ограничимся на сегодня минетом. Или, если хочешь, можем начать с него? ― Гермиона, может мы ещё и позы заранее обсудим? ― возразил Северус. ― К чему эта спешка? То ты сторонишься меня, то… ― Я соскучилась, ― чуть дёрнула плечом она, ― и хотела убедиться в том, что у нас, у меня всё получится, что я ещё способна… ― Утром ты мне отказала. И вчера. ― Мне было страшно делать это без припасённого обезболивающего. ― Ты в любой момент могла бы попросить меня остановиться, и я бы это сделал. ― С теми знаниями, которые у тебя были вчера, ты не смог бы адекватно воспринять отказ, а я… Я не могла тебе всего рассказать. Извини. Снейп притянул её за талию к себе и вжался в неё. Сердца в унисон нервно бились. Он наклонил голову, оставив на её губах поцелуй. А затем ещё один, и ещё, и ещё. Пальцы в пляс пустились по её купальнику, вырезу на спине, поддевая выступ ткани. ― Что ты делаешь? ― выдохнула ему в рот Гермиона. ― Пытаюсь заняться сексом?.. ― Ну, не здесь же? Я думала, мы вернёмся в номер и… ― А чем тебе не нравится здесь? ― Северус полной грудью вдохнул свежий воздух и умиротворённо покосился на тёмную линию горизонта. ― Мне здесь нравится, но… ― она ненадолго потеряла мысль, когда его ладонь пролезла к заднице. ― Это как-то неприлично и… ― И твои соски отвердели, ― прошептал он ей на ухо, отчётливо ощущая давление женского тела; в этом своём закрытом влажном купальнике она была раскрыта для него как никогда. ― И нас могут увидеть, ― напомнила ему Гермиона осуждающе. ― И мы никогда сюда больше не вернёмся. Не вижу проблем. ― Северус, это… Это… ― Потеряла мысль? ― насмешливо прошептал он, укладывая её на спину. Не особо-то она и сопротивлялась. ― Не волнуйся так, кто нас здесь-то увидит? Здесь и в девять часов вечера никого не было, а сейчас уже около двух. ― Ну, всё равно… Мне это не нравится! ― Смазку брала? ― Да. В сумке. Он снова усмехнулся, и она слабо стукнула по его щиколотке ногой. ― И как он снимается? ― Сзади наверху застёжка. Помочь? ― с издёвкой поиграла бровями она. ― Справлюсь. А дальше просто вниз? ― Да. ― Отвратительно неудобная модель, ― прохрипел он, когда с горем пополам освободил тело супруги от оков одежды. Он сглотнул, рассматривая её, такую взволнованную и трепетную. ― Ну, я же говорил, что твои фунты ушли в нужные места. ― Ты про что? ― Про грудь и бёдра. ― И живот? ― И живот, да, ― она ущипнула его в ответ и он искренне добавил: ― Рёбра теперь не торчат. И мне это нравится. Северус пощипал её твёрдые соски, поиграл с ними языком, наслаждаясь сбившимся дыханием Гермионы и её руками, надавливающими на его плечи. Томные поцелуи покрыли шею, живот, бёдра; он был готов зацеловать каждый дюйм её тела. Чем, в принципе, он и занялся. ― Северус, ты долго ещё? ― В каком смысле? ― Ну, может ты уже… Мне хочется сейчас. ― Я вижу, но ты сама же мне намекала на долгие предварительные ласки. ― Да, но не настолько же долгие! ― Но я думаю, что лучше будет… ― Се-ве-рус! ― Ладно. Она показалась ему достаточно влажной, но он всё равно послушно потянулся к флакону со смазкой и выдавил на член чуть ли не треть тюбика. Потом вспомнил про забытый презерватив и… ― А может?.. ― он посмотрел на Гермиону, наблюдающую за ним из-под опущенных ресниц. ― Даже не думай. Со вздохом он полез в карман отброшенных брюк. ― Ты ведь сама говорила, что… ― Да, но по итогу беременность случилась тогда, когда мы на неё уже не рассчитывали, так что рисковать не будем.