Сейчас не случается дважды

🎧 Feel nothing — The plot in you

      Лиён, облокотившись о дверцу своего шкафчика, ленивыми жестами листает папку в руках. Но взгляд морозных радужек внимательно скользит по каждой букве текста. У Каэля есть свои приколы, и он всегда делит людей на секции, присваивая каждой своего цвета папку. Лиён сразу оценивает свою заинтересованность, стоит ему кинуть взгляд на цвет. Каэлю редко интересны люди, еще реже он читает дела, которые нужны именно Лиёну. Дело Юнги первое, когда Каэль оригинал оставил себе, а Лиёну отдал жалкую копию. И папка ярко-красного цвета, бросающаяся в глаза. Это уже второй человек, нашедший в Юнги нечто эдакое. Но что именно? Что же в нём такого, чего нет в других? Или в том же Лиёне? Парень долго вглядывается в его фотографию, пытается на дне зрачков найти ответ на свой главный вопрос, но не может. Он абсолютно обычный, хамоватый и, вероятно, упёртый. Таких ломать ещё более интересно.       Изначально Лиён думает, что найдёт в деле нитки, за которые можно дёрнуть. Они есть всегда и много, но с каждой страницей эту грёбаную папку хочется запустить в окно. Либо этот Мин Юнги и правда такой ангелочек, либо Каэль отдал ему не всё, скрыв что-то в своих интересах. Ну дрался иногда в школе, один раз на учёте состоял за неподобающий вид. Да и всё. Единственное, за что зацепился Лиён — это отец парня. Полное ничтожество по описанию. Имеет проблемы с азартными играми, должник некоторым участникам игровых клубов. Мать Юнги давно покоится в земле. Лиён надолго останавливается на этих строках, но так и не находит, за что зацепиться. Погибла из-за невнимательности водителя, даже фото машины есть. На мгновение она кажется очень знакомой, но мысли в голове путаются, и Лиён, мотнув головой, читает дальше. Был бы тогда Юнги с ней рядом, можно было бы надавить на это, но он словно вообще ангел. Участвовал в школьных мероприятиях, числился в секции плавания в своём городе, но ушёл после смерти матери. И бла, бла, бла. Ничего интересного.       Лиён, тихо рыкнув, со злостью перелистывает страницу. Лиён никогда еще не читал настолько чистых дел, но Каэль, будто решив прикольнуться, оставил всё на конец. Последний лист он даже подставляет под лучи солнца, читая внимательно каждую строчку.       В десять лет помогал отцу проворачивать аферы по жульничеству, неверно тасовал карты и иногда подменивал их, оборачивая неплохие деньги. На счету немало обманутых лиц.       Лиён довольно скалится. Вот оно. Даже у такого скучного и, казалось бы, заурядного человека есть скелет в шкафу. Лиён знал это. Невозможно быть настолько идеальным. Это то, за что можно потянуть, с помощью чего можно уничтожить. Мало, но это даже лучше всего, что можно было найти.       Каэль словно знает Лиёна так хорошо, что оставил это на десерт, как нечто прекрасное.       Лиён резко прижимает папку к себе, когда в дверях раздевалки появляется Юнги. Он приветливо машет рукой, а Лиён почти не фальшиво улыбается. — Ну и холодрыга сегодня, хотя только начало сентября, — трёт себя Юнги, пока идет к соседнему шкафчику, а Лиён провожает его взглядом, так и не подняв папку. — Что читаешь? — Да так, — тянет улыбку ещё больше он. — Расписание своё изучаю. — Боже, у тебя ещё есть расписание, — смеётся Юнги и выкладывает всё из рюкзака, а Лиён оглядывает его. Он не выглядит бедно, хотя отец совсем не работает. Даже написано, что каждый месяц Юнги относит ему некоторую сумму, полностью содержа. Но где-то было написано, что после смерти матери ему осталась хорошая сумма, только вот непонятно, откуда она взялась у такой простой чухонки. Её всю она переписала на своего единственного сына. О конкретной сумме информации нет, но Лиён предполагает, что Юнги мог не работать. Но он на работах с раннего возраста, опять даже зацепиться не за что. — Кстати, — Юнги тянется к своему рюкзаку и достаёт манговый энергетик, протягивая его Лиёну. — Не только же тебе покупать мне их.       Лиён улыбается краем губ и перехватывает банку из его рук, ставя рядом. — Я делаю это не для того, чтобы ты потом отплачивал мне тем же. — Я знаю, — пожимает плечами парень, снимая футболку. — Я просто был в магазине и вспомнил о тебе. — Тогда спасибо, — смотрит на него Лиён и убирает папку себе в рюкзак, застёгивая его и закрывая шкафчик на ключ. — Мы же не занимаемся в воскресенье? — прыскает Юнги, тоже закрывая шкафчик и идя к выходу, ровняясь с Лиёном. — Сюда можно прийти, но официальных занятий нет. Обычно таких сумасшедших нет. — Ты же приходишь.       Лиён в удивлении выгибает бровь, понимая, что это не вопрос, а утверждение. Он опускает взгляд на мятную макушку, требуя объяснения. — С чего ты так решил? — Мне показалось, что ты тот тип людей, который всё сделает ради своей цели.       Лиён еле сдерживает ухмылку. Понял, сукин сын. Ну и ладно, так интересней. — Так и есть. Я не отступлю, если чего-то желаю, — он отворачивает голову и кивает, когда Юнги улыбается. — А ты? Ты такой же?       Лиён знает, что нет. Что он более мягкотел и добродушен. Он ведь ангел, как внизу приписал Каэль, но Лиёну интересно, что ему ответят. — Вовсе нет, — смеётся Юнги, прикрывая рот ладонью. — Я стараюсь идти к своим целям, если ставлю их себе. Но по головам никогда не пойду, я думаю. — Как же ты тогда в спорт забрёл? — хмыкает Лиён, а Юнги пожимает плечами. — Когда я плыву, я будто меняюсь. Не знаю, как это происходит. — Вот как, — тянет Лиён, и они оба входят в помещение спортзала.       Разминка проходит как обычно. Изабелла делает сегодня учёт на силовых упражнениях, уделяя внимание каждому ученику. У Юнги она стоит слишком долго, что Лиён, лежащий на тренажёре и поднимающий вес, скрипит зубами. Джисон всё время кидает на него косые взгляды, а Лиён ставит себе галочку разобраться с этой паскудой позже.       В бассейн Белла пускает только для того, чтобы уже ноющие её студенты успокоились. Лиён, сидя на бортике, просто наблюдает за старательно плывущим Юнги и выкрикивающей ему что-то Изабеллой. Зачем она это делает — непонятно, ведь он всё равно вряд ли что-то слышит, но сам факт, что Белла стала уделять новенькому много внимания, заметили все. Лиён в особенности. Обычно в группе он был центром вселенной, всегда только его приводили в пример. Когда появился Юнги, он не получил ни одного значимого внимания и славу. Это сначала было прикольно, сейчас Лиёна это не на шутку раздражает. — Ты продолжаешь слишком сильно выгибать лопатки, Юнги. Не нужно так стараться, ты быстрее устанешь и тебя не хватит на второй заход, — присаживается она перед подплывшим к бортику Юнги. Он тяжело дышит и снимает очки, кивая. — Оно само собой получается, я не контролирую это. — Тебя так научили, но это неправильно. Легко учить с нуля, тяжело переделывать старую работу, особенно если она сделана некачественно, — Изабелла тычет пальцем в его лопатки, и хлопает его по плечу. — Поэтому давай работать усерднее. Будет тяжело, но я помогу тебе со всем справиться. Для начала начни делать комплекс упражнений для спины, который я сегодня показывала. Только понемногу, не растяни мышцы и связки. — Спасибо за советы, я сделаю всё возможное, — опирается подбородком о сложенные руки Юнги, чуть улыбаясь ей. — Ну и чудно, — тянет она добрую улыбку в ответ и слегка хлопает его по щеке. — Куришь? — Нет, — пожимает плечами он, еле спрятав ехидную усмешку, а женщина подозрительно щурится. Кажется, она всё поняла.       На самом деле, в руки он берёт сигарету лишь в редких случаях. В ситуациях, когда не знает, куда себя деть. — Если поймаю, утоплю в бассейне, — угрожает она, а Юнги прыскает. — Не поймаете, — в шутку смеётся он и ныряет под воду, когда женщина тянется, чтобы дать парню подзатыльник. — Так, моржи, выползаем на сушу и собираемся. Надо решить кое-что, — Изабелла, оперевшись на свои колени, поднимается, подзывая своих студентов взмахом руки. Когда все парни собираются у бортика, обсушиваясь полотенцами, она становится напротив них, пряча руки в карманы спортивных брюк. — На следующей неделе у нас ужасно скачущее расписание. Поэтому нужно определиться, когда нам ставить нашу секцию: утром или вечером? Кому как удобно.       Лиён оглядывает группу взглядом, зная, что все такие вопросы в основном женщина решает именно с ним. Все остальные лишь подстраиваются под него и его запросы. — Утром будет лучше, — лениво машет рукой он, уверенный, что женщина сейчас согласится, и они разойдутся. Но неожиданно Юнги, стоящий рядом, поднимает руку, и Изабелла переводит на него взгляд. — Мне кажется, что лучше вечером. После занятий можно будет отвлечься и развеяться. Да и лично у меня, к примеру, после вечернего плавания сон лучше идёт, — он неуверенно оглядывает команду, которая закивала. — О, я думал, у меня одного, — вклинивается парень с розовыми волосами, протянув руку Юнги, чтобы дать ему «пять». Лиён глазам своим не верит, он крепко сжимает зубы и метает взгляд в сторону Юнги. — Вечером, так вечером, — хлопает в ладони она. — Тогда на сегодня закончили, увидимся на следующей неделе.       Юнги улыбается ей напоследок и идёт вслед за всеми к раздевалке. — Он подаёт большие надежды, не так ли? — Лиён переводит взгляд на его спину и поворачивается к женщине, сложив руки на груди. — Он может достичь многого. Я, правда, надеюсь на это, поэтому не расслабляйся, Юнги отличный мотиватор для тебя. — Он ещё не дорос, чтобы им быть, — хмыкает Лиён, а женщина мотает головой. — Мы все сначала приходим неопытными и желторотыми, но мы люди, а человеку подвластно всё в этом мире, если есть огромное желание. Так что не недооценивай его, хорошо? — хлопает по плечу его она и идёт в сторону своего кабинета, оставляя Лиёна зло смотреть на своё отражение в воде. Лиён не привык проигрывать, он даже мысль такую не допускал. Что же изменилось с появлением этого Мин Юнги?

🚬🚬🚬

🎧 We own the night — Hollywood Undead

      Перед выходным объявляют ежегодные весёлые старты. Некие соревнования во многих аспектах между факультетами всей академии. Тэхён, ненавидящий этот день всей своей душой, накануне, медитируя, чуть ли не молился, чтобы всё это счастье отменили. Но в субботу утром директор объявляет об общем сборе на территории академии и просит всех надеть зимний комплект костюма. У каждого факультета был свой цвет, поэтому отличить кто и где было довольно несложно. Вот Тэхён и Валерио были в костюмах бледного зелёно-серого оттенка, Чимин — в горчичном, который очень подходил к его волосам, а Юнги достался сапфирово-синий.       Прохладное пасмурное утро явно не внушало большинству хорошее настроение, поэтому многие студенты, кутаясь в форменные толстовки, прыгали на месте, ожидая начало жеребьёвки. — А я думал опаздываю, — Чимин появляется неожиданно сзади и тут же сгибается пополам, пытаясь отдышаться. — Ты бежал, что ли? — поворачивается на него Валерио и качает головой. — О, я не просто бежал, я летел, блять, — всплескивает руками он и выпрямляется так резко, что его спина хрустит. — Что это было? — в шутку спрашивает Юнги, видя подавленное лицо друга. — Мой позвоночник, — пищит он, и Юнги с Валерио тихо смеются. — А с Тэ что? — наверняка уже выпрямляется, мотает головой в сторону парня Чимин. Тэхён же, не двигаясь и сложив руки на груди, пилит взглядом траву под носками кроссовок. — А его лучше вообще не трогать, — машет рукой Валерио. А потом склоняется к Чимину, шепча. — Он не выспался.       Чимин тут же открывает рот и морщится. — Я ненавижу этот день примерно также, как и диспансеризацию. Два дня, в которые хотелось бы исчезнуть, — Чимин поправляет ворот своей толстовки и оглядывает огромную толпу студентов, ища своих. — Чёрт, точняк. Медосмотр — это ад. Мне в том году сколиоз поставили, — кривится Валерио, а Тэхён рядом хмыкает. — Да его половине академии поставили. Ты видел того деда. Извращенец какой-то, — подаёт он голос. — Реально, он так лапал, я думал, он меня прямо там на столе разложит, — интенсивно кивает головой Чимин. — А я не прошёл тест на трезвость, будучи абсолютно трезвым, — вставляет Юнги и все одновременно начинают смеяться. Чимин аж пополам сгибается. — Ну серьёзно. Я не попал указательным пальцем по носу. Я до конца жизни запомню этот взгляд той врачихи. — Представляю, что она написала в твоей карте, — хохочет Валерио. — Так меня заставили дуть алкометр, — всплескивает руками Юнги, а Чимин закрывает руками лицо. — Ещё скажи, что что-то показало, — прыскает Тэхён. — Да какой. Говорю же, я тогда был трезвее некуда. Но вы бы видели лицо той дамы, когда показало допустимое значение. Я думал, она сольётся со стеной, — Юнги прячет руки в карманы и оглядывает стадион, на котором становилось людей всё больше и больше. — Вообще, я ненавижу больницы. Там воняет по-страшному, а эти сумасшедшие люди, что тратят полжизни на адскую учебу, меня жутко пугают. — У меня тётя медик. Страшная женщина, отвечаю, — мотает головой Чимин и ёжится от холодного ветра. — Почему нас заставляют в этом всём участвовать в такую погоду? — Я бы лучше на парах посидел, серьёзно, — согласно кивает Валерио и тоже прячет руки в карманы. — Жалкий час этой херни, а потом обратно в кровать до вечера, — Тэхён самозабвенно поправляет волосы и устало прикрывает глаза, когда на середину выходит директор и ему дают в руки бокалы с шариками. — Что вообще происходит? — Юнги вытягивает голову, пытаясь разглядеть через толпы людей, что там творится. — Сейчас каждому факультету дадут соперника и одно направление путём жеребьёвки. А потом выбранному факультету даётся право выбрать себе в пару соперника из факультета напротив, — поясняет Чимин. — Нам в прошлом году хоккеисты попались. Страшные ребята. — А нам из балетного, — хмыкает Валерио. — Такие лапочки. Мы их порвали в мясо просто.       Когда начинается жеребьёвка, Юнги старается вслушиваться в слова, внутренне сотрясаясь от холода и ещё непонятного чувства. Всё это время ему кажется, что кто-то сканирует его взглядом, будто рентген. Он как-то раз повернулся, но в толпе не смог разглядеть нужного взгляда. Валерио даёт Тэхёну «пять», когда им выпадает команда Чимина. — Опа, — тот предвкушающе трёт руки. — Готовьте свои задницы, крошки. Я их надеру.       Тэхён начинает фальшиво смеяться и выставляет средний палец. — Ты правда рассчитываешь выиграть у нас? У нас? — тычет Тэхён в свою грудь, выделяя последнее слово. Он заметно оживился, а Юнги делает шаг назад. — Чую, мне придётся теперь ходить между вами, — хмыкает Юнги, оглядывая взбудораженного Чимина, который выставляет большой палец и рассекает жестом свою шею, имитируя казнь. — Вам пизда, пацаны. — Не дождёшься, Министрелия, — Валерио тут же прячется за Тэхёна, когда Чимин замахивается на него. — Я просил меня так не называть! — А ну тихо, — жестом машет им Юнги и вслушивается, когда шарик вытягивают для пловцов. Он мгновенно ловит взгляд Лиёна, стоящего чуть впереди, и замирает. — В этом году с нашими пловцами посоревнуются боксёры в беге на дистанцию пятьсот метров. — Вот это повезло, — сожалеюще смотрит на него Чимин, кладя на плечо друга ладонь.       А у Юнги внутри всё падает. Судьба будто его совсем не любит, каждый раз подставляя грёбаного Дамира. Словно на этом свете больше никого не существует, кроме него. Юнги хочется просто убежать отсюда. Из всех многочисленных факультетов им достался именно тот, где есть Дамир. — Факультет большой. Какая вероятность, что Дамир выберет именно меня? Ему плевать на моё существование. Нечего паниковать.       Тэхён поджимает губы и ловит взгляд приближающегося Хосока. — Готовься проиграть, рысёнок.       Юнги это слышит прямо над своей головой. Дамир надолго не задерживается, он ловит изумрудный взгляд, хмыкает и идёт дальше, а Юнги нечитаемым взглядом остаётся прожигать его удаляющуюся спину, обтянутую плотной чёрной тканью. — А вот теперь можешь начинать паниковать, — констатирует мысли Юнги Валерио. Тэхён нагло игнорирует какие-то двузначные воздушные поцелуйчики от Хосока, отвернув голову.       Вот сейчас Юнги и правда начинает паниковать, нервно потерев лицо ладонями. — Его слова ещё ничего не значат, — пытается успокоить друга Чимин, а Юнги гулко сглатывает. — Да тебе же нравится мериться с ним членами. В чём сейчас проблема? — поворачивается корпусом Тэхён, тут же приковывая взгляды друзей. Валерио осуждающе качает головой. — Я всегда это делал неосознанно. Оно само вспыхивало. — Ну вот иди и надери ему задницу, в чём проблема, я не понимаю? — Тэхён вальяжно взмахивает волосами и идёт в сторону своей команды, что начала собираться вместе. — Ты всегда можешь отказаться от его вызова, — начинает Чимин, но Юнги мотает головой. — И показать свою трусость? Ну нет уж, — он хлопает друзей по плечам в знак поддержки и идёт в сторону беговых дорожек стадиона.       Лиён уже стоит у старта, оглядывая это кольцо, которое им нужно пробежать. Юнги сам не понимает бушующую бурю внутри. Может, всё дело в словах и действиях Дамира в кинотеатре? Он совершенно не понимает, но какой-то частью души верит, что его выберет хотя бы тот же Проглот. Да кто угодно, лишь бы не Чонгук. Дамир ведь сам так много раз повторял, что ненавидит людей, что ему противно любое взаимодействие с ними. Что же тогда ему надо от Юнги? — Волнуешься? — Лиён на него не смотрит, просто стоит, сунув руки в карманы. — Не знаю. Вроде нет, но внутри как-то неспокойно. — Знаешь, что я тебе скажу, — опускает на него взгляд парень, оглядев всего. — Никогда и никому не показывай свои настоящие эмоции. Особенно своим соперникам, это сыграет против тебя. Люди коварны.       Юнги неопределённо дёргает плечами. Он не успевает ответить на этот совет Лиёна, когда к ним подходит Изабелла и тренер боксёров, говоря распределиться. Лиён взглядом выискивает нужного человека, а найдя, улыбается и машет рукой, пытаясь привлечь его внимание. Но Дамир упрямо смотрит лишь на одного человека. Его тёмный взгляд больше напоминает взгляд хищника, заприметившего жертву. Он не ждёт своей очереди, подходит к Юнги и встаёт перед ним, нагло хмыкнув. — Я даю тебе уникальную возможность взять реванш, — тянет Дамир под взгляд Лиёна, который в обиде поджимает губы. Он так долго ждал года, когда судьба сжалится, и им выпадут боксеры. Выпали, только всё стало куда хуже. Судьба будто помахала ему ручкой и бросила, оставила.       А у Юнги в голове набатом бьют слова Тэхёна. Это он виноват в заинтересованности Дамира. Он сам это делает. Юнги прикрывает глаза и глубоко вдыхает пасмурный воздух. — Эй, рысёнок, неужели струсил?       Одна фраза заставляет Юнги резко распахнуть глаза и волком посмотреть в глаза напротив. — Я даю тебе шанс передумать, левая голова, — парирует Юнги, а Чонгук громко хмыкает. — Да какое благородство. Ну ты хоть покажи, что можешь, а то кроме как прятаться за чужой спиной, я больше в тебе ничего не увидел, — он чуть сгибается, чтобы быть с парнем на одном уровне, и упирается руками в колени. Наверное, это и была последняя капля спокойствия Юнги. Слова Тэхёна растворяются влажной дымкой, а взамен всплывает зелёное пламя, сжигающее всё на своём пути. — А не боишься облажаться на глазах у всех, Дамир? А то я слышал, у боксёров очень хрупкое эго, — скалится в ответ Юнги, вызывая напротив ещё более широкую улыбку. — За мое эго не беспокойся, вот за свои нежные пятки лучше начни переживать сейчас, — кивает головой, а Юнги гордо вскидывает голову. — На спор? А то вдруг ты в кусты прыгнешь, — Юнги с самозабвенной улыбкой протягивает ему руку под хохотание Хосока, стоящего рядом. — Кто в кусты? Я? — Ну не я же, — Юнги снова даже моргнуть не может, чтобы прервать этот зрительный контакт. Что бы там ни было, взгляд у Дамира был и правда слишком чарующий. — На что спорим? — Лично принесёшь мне обед на подносе во время ланча при всех, — перехватывает его ладонь Дамир, чуть покрутив. — Не болит ладошка? — Тогда, если я выиграю, ты сделаешь то же самое, — сжимает его руку Юнги, проигнорировав последний вопрос. — Не выиграешь. — Не будь слишком уверенным, Дамир Каррель, — Юнги разбивает их руки и тут же идёт в сторону старта. Чонгук, проводив спину Юнги не моргающим взглядом, улыбнувшись, идёт следом, но чья-то рука его останавливает. — Удачи, Дамир, — улыбается Лиён, но Дамир грубо сталкивает его руку. — Отцепись, — рычит он и, толкнув парня плечом, идёт дальше. Лиён прижимает отбитую ладонь к себе и крепко сжимает её в кулак, стрельнув злым взглядом в Юнги.       Юнги, чуть размявшись, встаёт наготове. Где-то вдали ему руками машет Валерио, рьяно поддерживая. — Готовь свои ручки нести мне еду, рысёнок, — смотрит на него с соседней дорожки Чонгук. — Готовь свою гордость, левая голова, — парирует Юнги, хищно улыбаясь, зная, как Дамира бесит это прозвище. — Тебе конец, — рычит Дамир и срывается с места, когда слышит свист тренера. Риналь, всё это время слышавший обрывки перепалки, кидает взгляд на Изабеллу и улыбается ей какой-то своей улыбкой, ловя такую же в ответ.       Юнги просто повторяет себе, что не может проиграть ещё раз этому зазнавшемуся индюку. Он обязан его проучить. Юнги почти не чувствует собственных органов, когда несётся по стадиону. Он не слышит вопли наблюдающих за ними студентов, что ещё не начали свои соревнования, его уши заглушает свист ветра. Он почти влетает на финишную черту, остановившись и согнувшись пополам. Только через секунду, когда смотрит на недовольное лицо Дамира, Юнги понимает, что победил. Он сначала не верит, а потом начинает скакать по траве, тыча в Чонгука пальцем.       А Дамиру впервые плевать на этот проигрыш, потому что радующийся такой мелочи Юнги стоил этого. Чонгук не может оторвать от него взгляд. — А я говорил, что со мной лучше не связываться! — вопит Юнги и, ткнув в грудь Дамира пальцем, уносится, скрываясь в толпе. Хосок и Намджун, стоящие рядом, лишь молча переглядываются.

🚬🚬🚬

🎧 Motley Crew — Post Malone

— Я не виноват, что мои ступни такие короткие, а твои лапти под сорок два, — недовольно тычет вилкой в улыбающегося Тэхёна Чимин. — Если бы не это, победа была бы моей. — Неважно, при прыжке мои носки были дальше твоих, а значит победил я, Министрелия, — закидывает в рот огурец Тэхён. — Да чтоб ты провалился где-нибудь, Ким Тэхён, — зло рычит Чимин и подпирает голову руками. — Да ты не расстраивайся. А то я слышал, что маленьким людям потом труднее восстанавливаться, — шутливо приподнимает брови Валерио и даёт Тэхёну «пять» под ругань Чимина. — Не разговаривайте со мной больше, поняли? — предупреждающе метает в них взгляд он.       Чимин наконец поворачивает голову на Юнги и выгибает бровь. — А ты чего ничего не берёшь?       Но Юнги лишь как-то таинственно улыбается. Кажется, даже рядом сидящий Тэхён давится соком, когда Дамир, с абсолютно мрачным выражением лица, несёт к их столику поднос. Он останавливается у места Юнги, который поднимает на него смеющийся, но весьма довольный взгляд, и довольно грубо ставит поднос, даже чуть разливая сок. — Всё? — рычит он сверху, собираясь уйти, но Юнги мотает головой. — Забери и поставь нормально.       Чонгук в шоке выгибает брови, а у Чимина сосиска изо рта вываливается. — Ты прикалываешься? — Давай, — тянет Юнги и на мгновение ему кажется, что Чонгук его после этого обеда закопает на заднем дворе общаги. Потому что сейчас к их столику приковано большинство взглядов.       Юнги чудится, будто Дамир где-то на особой частоте утробно рычит разъярённым котом, но поднимает его поднос и ставит так медленно, что парень не сдерживается и прыскает. — Вот теперь свободен, — бросает он уже в спину Дамира. — Спасибо, — но получает лишь выставленный средний палец.       Юнги, не обращая внимания на три пары прикованных к нему взглядов, начинает есть свою еду. — Вот это реально восьмое чудо света, — моргает Валерио. — Что ты такое сделал, что Дамир Каррель лично принёс тебе еду? — вопрошает Чимин, приблизившись к Юнги ближе. — Выиграл у него, — беззаботно пожимает плечами он, а Чимин единожды хлопает в ладоши. — Мать, я ослеп.       Юнги поднимает взгляд, когда Дамир садится к нему спиной, за самый дальний стол к братьям. Он опускает взгляд на тщательно подобранную еду и лучшие кусочки, а странная улыбка ползёт на его губы.

🚬🚬🚬

🎧 All I want — Kodaline

      Вечером Юнги вновь работает в магазине. Под закрытие он поправляет все цветы на витрине, оглядывает освещение, выключая его, помогает считать кассу. Буквально недавно приходило руководство и отдало Юнги его первую зарплату здесь. — Я так и не извинился за тот вечер. Пригласил тебя, а в итоге бросил, — смотрит на Элли Юнги, когда она снимает свой фартук. — Да не волнуйся. Твои друзья мне очень понравились, да и я видела, что у тебя не было другого выхода. То был твой друг? — Да, наверное, — заторможенно отвечает Юнги. Он сам вообще не успел понять, когда Каэль успел подружиться с ним. Этот парень ворвался в его жизнь ураганом и не оставил другого выхода. Он был приятным и нравился Юнги. С ним было и правда спокойно. — Поэтому всё хорошо. Спасибо, что вытащил меня, фильм был чудесным. — В следующий раз мы сходим погулять вдвоём, чтобы больше меня никто не утащил, — улыбается он ей, а на лице Элли появляется лёгкий румянец. — Договорились, — кивает она и складывает свой фартук в шкаф. — Чем планируешь сейчас заняться? — Схожу к отцу, — без особого энтузиазма отвечает он. Чем раньше Юнги это сделает, тем лучше. Чтобы потом не портить себе настроение среди недели. — Ты никогда про него не рассказывал. Ни про кого из своей семьи, я даже подумала, что ты сирота. — Я и есть сирота, — отрезает Юнги грубо, но потом извиняюще смотрит на Элли. Она ведь совсем ни в чём не виновата. — Мой отец, он что есть, что его нет. — Я не знала, — шепчет она. — Конечно, ты не знала. Всё нормально.       Они больше не продолжают разговор. Юнги задвигает витрину и ждёт, пока Элли закроет магазин. — Надеюсь, всё пройдёт хорошо, — крепко обнимает она его и стоит так дольше положенного, а Юнги не смеет отстраниться. Он кивает ей, когда девушка делает шаг назад, и уходит в сторону. Элли так и остаётся смотреть ему вслед, а потом подносит рукава свитера к своему носу, вдыхая ещё оставшийся запах Юнги.

🚬🚬🚬

🎧 Coraline — Måneskin

      Юнги никогда не полюбит этот район только потому, что он подстать отцу. Прогнивший насквозь. Район находился в красной зоне Обливиона, прямо рядом с заводом. Юнги просто не хотелось тратить на отца большие деньги, а ему было всё равно, где прожигать остаток жизни. Только вот парень не подумал, что ему ещё каждый месяц придётся ходить к нему. Он по дороге купил кое-какие продукты, будучи уверенным, что у отца в холодильнике мышь повесилась.       Он закрывает нос рукой, когда заходит в подъезд и старается быстрее пройти пролёты, лишь бы не вдыхать больше эту кошмарную вонь тухлости и мочи. В квартире далеко ситуация не улучшается. Ключ как всегда лежит под ковриком, поэтому Юнги с лёгкостью попадает в квартиру. Хотя, при слабом желании эту хлипкую дверь можно и ногой выбить.       В квартире до одури грязно, воняет табаком и спиртом, будто помещение не проветривали уже лет сто. Юнги цыкает и даже не разувается, боясь испортить свои белые носки. Он на ходу одной рукой собирает разбросанные бутылки по полу и идёт на кухню. Где-то в глубине слышится телевизор, что означало присутствие отца. Пересекаться с ним — последнее, что хотел бы Юнги. Парень ставит пакет на стол и начинает его разгребать. Просто так ставить их в холодильник было плохой идеей, потому что на полках валялись дохлые тараканы. Юнги просто хотелось уйти отсюда, убежать. Но когда-то, сидя около его кровати, мама попросила Юнги заботиться об отце, будто наперёд зная о том, что произойдёт через несколько лет.       Юнги, кривясь, вытирает холодильник и столешницу, приводя кухню в более-менее божеский вид. Со стороны коридора слышатся вялые шарканья по полу, и Юнги глубоко вбирает воздух, морально готовясь к встрече с отцом. Мужчина заползает на кухню медленно, а выглядит он ещё хуже, чем представлял Юнги. Отёкший, с синяками под глазами и где-то побитый. Видимо, опять задолжал огромную сумму. Его растянутая белая майка висела на нём, а бороду покрыла густая щетина, и Юнги отворачивается, чтобы не видеть его. — Припёрся, — бурчит, тут же заглядывая в пакет. — Что это? — Набор стандартных продуктов, — как само собой разумеющееся кидает Юнги. — Ты не бессмертен. — Где бухло? — Ты его и сам себе можешь купить, — сквозь зубы шипит Юнги, крепко в руке сжимая пачку молока. — Не смей мне показывать тут свой характер, щенок, — звонко бьёт по столу кулаком Минсон, что Юнги даже вздрагивает. — На кого ты стал похож? — Юнги поворачивается к нему лицом, поджимая губы. — Это всё твоя мамаша. Это она сотворила со мной это, — он руками показывает на всего себя и кривит губы в страшной и прогнившей улыбке, что Юнги начинает воротить. Это ведь его родная кровь, в нём собрались гены этого уродства. — Ты сам с собой это сделал, — тычет в него пальцем Юнги. — Не смей трогать маму, она пыталась предотвратить это.       Но Юнги не успевает договорить. Минсон подлетает и хватает парня за горло, сжимая в своей стальной хватке. — Да кто ты такой, грёбаный паршивец? Она была дешёвой шлюхой, вот и скончалась скоропостижно. Не удивлюсь, если какой-то её хахаль сбил, чтобы лишних разговоров не было. А ты весь пошёл в неё. Грёбаный педик. — Не смей так называть её, — шипит Юнги, обхватив руками его поверх. — Я рад, что похож именно на неё, а не на такое ничтожество, как ты.       Юнги поздно понимает, что это было лишнее. Отец будто звереет. Он замахивается, сильно ударяя Юнги по щеке, что тот отскакивает к столешнице, ударяясь о неё головой. — Ты забыл, как я тебя воспитывал, когда был мелким сопляком? Мне срать, что ты уже совершеннолетний, ты должен уважать меня, — Минсон показательно хватает со стола стакан и кидает его прямо в Юнги, который еле успевает пригнуться. Он разбивается об стену, а осколки разлетаются во все стороны, задевая щёку парня. — Уважать тебя — это последнее, что я стану делать в этой жизни. Ты не заслужил моего уважения. Ты пьёшь целыми днями, все мои деньги тратишь на очередной проигрыш. Я работаю постоянно, учусь и всё равно часть денег отдаю тебе, хотя не должен! — на этот раз Юнги не успевает увернуться, кружка разбивается о его плечо. Минсон не даёт сыну опомниться, хватает того за волосы и бьёт лбом о столешницу. Юнги пытается вывернуться, но хлынувшая кровь из носа выветривает все мысли из головы. Там пустота. Плечо саднит, голова раскалывается, Юнги, кажется быстрее захлебнётся собственной кровью. Минсон прикладывает его о столешницу ещё раз, теперь полностью дезориентируя парня. — Ты должен отдавать мне все свои деньги, щенок. Потому что сколько я вложил в тебя, сколько я потратил денег на твою одежду и учебники. Да ты никогда не расплатишься! — Это всё делала моя мама, не ты, — из последних сил хрипит Юнги, предпринимая последнюю попытку противостоять отцу. Но в пьяном состоянии у него будто все рецепторы работают на двести процентов. Он валит сына на пол, начиная бить его ногами. Юнги скручивается, закрывая голову руками, а в ушах дикий писк, оглушающий. — Ничего, я научу тебя манерам, грёбаный педик. И твою голубизну из тебя выбью.       Юнги слышит эти слова где-то на грани скоротечно уносящегося сознания. В эту секунду ему хочется сдохнуть и никогда больше не получать шанс на новую жизнь.

🚬🚬🚬

🎧 Carnival of rust — Poets of the fall

      Тэхён, сидя на своей кровати, глубоко дышит по уроку из ютуба, а Валерио нервно поглядывает на часы. — Уже почти десять, а Юнги всё нет. — Что ты переживаешь, может, у него свидание, — через некоторое время отвечает Тэхён, выдохнув, но Валерио открывает чат с Юнги. Сообщения доставлены, но не прочитаны, а звонки так и остались не услышаны.       Валерио вздрагивает, когда в комнату без стука залетает Чимин. — Я не могу дозвониться до Юнги, — он гулко сглатывает и оглядывает комнату. — Мы тоже, — Валерио поднимается с кровати, а Тэхён выключает урок, принимая более удобное положение. — Его точно нет в общаге? Может, он у Дамира, ну или гуляет с тем парнем, — предполагает Тэхён, но Чимин поджимает губы. — Он всегда отвечает на мой звонок, — нервно кидает он и вылетает из комнаты, всё-таки решив проверить комнату Горыныча. Он залетает в неё тоже без стука, на ходу распахивая дверь. В комнате играл рок, а три пары глаз мгновенно уставились на влетевшего в комнату Чимина. — Какого хера? — негодующе восклицает Дамир, что-то листая в телефоне, а Намджун, заметив эту начинающуюся истерику на лице Чимина, резко поднимается с кровати. — Юнги здесь не было, да? — его зубы чуть подрагивают, как и руки. Чонгук тут же откладывает телефон и садится на кровати, как и Хосок. — В каком смысле? — Мы не можем его найти, — бросает Чимин и вылетает из комнаты. Намджун поворачивается к братьям и все трое переглядываются. Дамир мгновенно хватает свою кожанку и вылетает из комнаты, не обращая внимание на окрики братьев. Он появляется в проёме комнаты Юнги, оглядывая её. Но парня в ней и правда нет. На что он надеялся? — Почему такой кипиш? Он разве не может гулять где-то? — смотрит он на Чимина, который впопыхах натягивает на себя толстовку. — Ты просто не знаешь его отца, не знаешь, какой ад Юнги переживает каждый раз, — Чимин обходит Дамира и поворачивается к застывшим Тэхёну и Валерио. — А он должен был сегодня идти к нему, он говорил. — Какой адрес? — Северный район, вроде, — тараторит он. — Оставайтесь здесь на случай, если он придёт, — кидает парням Чимин и быстрым шагом идёт в конец коридора. Дамир ещё секунду смотрит в одну точку, а потом, грубо ударив косяк, летит вслед за Чимином. Лиён, остановившись в дверях своей комнаты, склоняет голову, следя за переполохом. Он первый раз видит, чтобы Дамира кто-то волновал настолько сильно, чтобы тот сорвался ночью из общежития.       Тэхён хватается за волосы, нервно их потянув. — Хоть бы всё обошлось, — шепчет себе под нос Валерио, сложив руки в молитвенном жесте, положив между ладонями свой крестик.

🎧 Empires — Ruelle

      Дамир, вылетев на холодный воздух, сразу же идёт к своему мотоциклу. Чимин собирается пойти к нему, но его перехватывают за руку. — Ты не поедешь с ним, — смотрит на него Намджун, а Чимин грубо отталкивает его руку, метая яростный взгляд. — Отъебись, — рычит Чимин, но Намджун держит его сильно, не давая и возможности вырваться. — Ты с ним не поедешь. Сейчас он не в том состоянии, чтобы везти с собой кого-то. — Мой друг возможно в беде, — Чимин хватает Намджуна за горло кофты, а тот кивает на свой мотоцикл. — Поехали за ним.       Чимин вообще не думает, он просто надевает шлем, который протягивает Намджун, и садится за ним.       Лиён провожает резко зарычавший мотоцикл Дамира нечитаемым взглядом из окна своей комнаты и поджимает губы.       У Чимина сердце бьётся с бешеной скоростью, когда они несутся по ночным трассам ужасного и вонючего северного района. Он никогда не простит себе, если с Юнги что-то случится.       Они тормозят у нужного дома, но только когда они залетают в подъезд, Чимин понимает, что не знает номер квартиры. — Он не говорил квартиру, — дрожащим голосом шепчет он, а Дамир утробно рычит, хватаясь рукой за переносицу. Намджун, стоящий рядом, впервые видит настолько взволнованного брата, брата, которому не плевать на жизнь малознакомого человека. — Позвони ему. Мы, может, услышим через дверь, — вдруг предлагает Намджун, который из них троих лучше всех соображает, а Чимин пытается трясущимися пальцами набрать номер, достав телефон. Дамир, у которого нервы натянулись до предела, выхватывает телефон, сам набирая номер Юнги и звоня. Они замирают и прислушиваются, начиная медленно подниматься по этажам. Дверей было не так много, поэтому на третьем этаже через одну из дверей они слышат приглушённую мелодию. Намджун тут же задвигает Чимина за свою спину, а Чонгук чуть отходит назад и со всей силы выбивает дверь ногой. В квартире воняло просто ужасно, стоял полумрак, единственным освещением был работающий телевизор. Чонгук медленно идёт мимо гостиной, где, склонив голову, сидел мужчина. Кажется, он спал. Дамир идёт дальше, оглядывает каждую щель этого прогнившего места. Ни одного намёка на присутствие Юнги, даже обувь не стоит, только его звонивший телефон. Дамир заглядывает на кухню и замирает. У окна на полу лежал скрюченный Юнги, кажется, без сознания. Его футболка была залита его же собственной кровью, кровь из носа уже давно засохла, став бурой. Чимин, остановившись за спиной Дамира, вскрикивает, когда видит это. — Нет, нет, — шепчет он, подбегая к другу вместе с Дамиром. Намджун, схватив свой телефон, тут же набирает скорую.       Чонгук прикладывает палец на сонную артерию. Кажется, в этот момент будто тяжёлый груз упал с плеч, который разом свалился после увиденного. На секунду в его голове проскользнула мысль, что он больше не увидит этих глаз, не услышит колкости в ответ. — Эй, рысёнок, ты слышишь меня? — Дамир слегка хлопает Юнги по щекам, старясь привести его в чувство. Чимин мечется по кухне, собирая полотенце и моча его под водой, чтобы, склонившись, вытереть запёкшуюся кровь. Когда Юнги слабо открывает глаза, Чимин громко всхлипывает, упав лбом на его плечо. — Что ты здесь делаешь? — почти неслышно, но он смотрит прямо на Дамира. Радужки его потемнели на несколько тонов. Они теперь не были яркого изумрудного оттенка, выражая всю ту боль, которую он испытал. — Молчи, просто помолчи, — рычит Чонгук, сцепив зубы. — Скорая будет через восемь минут, — в комнату заходит Намджун, а Юнги, вяло оттолкнув руку Дамира, пытается подняться, но, зашипев, резко падает обратно. — Оставь свой характер сейчас. Я хочу помочь тебе, — Дамир тянет к нему свою руку, но Юнги протестующе шипит, посмотрев на него так, что этот взгляд Чонгук не забудет никогда. — Ты сказал мне, что тебе никто не нужен. Ну а мне сейчас не нужен тот, кому не нужен был я, — это последнее, что шепчет Юнги, смотря Дамиру прямо в глаза, прежде чем вновь отключиться. — Я его убью, — рычит Чонгук и дёргается в сторону гостиной, где мирно храпит Минсон, но Намджун преграждает ему дорогу. — Уйди прочь. — Дэм, успокойся. Сейчас не выход сводить счёты с отцом Юнги. Сейчас о нём самом нужно побеспокоиться.       Дамир сейчас напоминает загнанного в угол зверя. Он хватается за голову, сжимая её крепко в своих тисках и с тихим воем опускается на корточки.       Чимин, так и продолжающий сидеть рядом с Юнги, вытирает тыльной стороной ладони слёзы, поглаживая друга по спутанным и кровавым волосам. — Потерпи ещё немного, скорая рядом, — шепчет он.       Где-то вдалеке сирена машины скорой помощи разрезала мирную тишину Обливиона.