Сейчас не случается дважды

      Сразу после первых соревнований началась подготовка к следующим. Это уже уровень повыше, потому что проходить они будут между академиями. Перед допуском медсестра ещё раз осмотрела Юнги, поспрашивала что-то и, вздохнув, дала добро. Всё это было лишь формальность, потому что со времен потасовки с отцом прошло много времени, и всё успело зажить. Юнги даже отправляли к их психологу, чтобы она помогла Юнги в его «тяжёлой ситуации». Это так выразился директор. Ни словом больше, ни меньше. Юнги промолчал почти весь сеанс, нахохлившись и сложив руки в замок на коленях. Даме в очках оставалось только отпустить его, но выпросить обещание, что парень навестит её в декабре.       Ноябрь начался очень продуктивно. Как только все нужные лица дали Юнги добро к подготовке к межшкольным, грубо говоря, он стал впахивать как проклятый. И это был первородный кайф, когда Изабелла хвалила его на глазах у всей команды, когда что-то получалось, к чему он так упорно шёл. Когда Юнги отдавался делу, в нём открывалось будто второе дыхание. Многие из команды шутили, будто он скрывает жабры, которые появляются под водой.       Из минусов: вместе с ним допустили и Микки. Тот особо не докучал Юнги, только иногда бросал едкие словечки и посылал в сторону Юнги уничтожающие взгляды. Иногда это раздражало особенно сильно, но не когда Юнги активно тренировался. — Попробуй брать большую площадь, когда гребёшь, — с бортика кричит ему Белла, пока Юнги плывёт сто метров. — Не напрягайся сильно, я отсюда вижу, что ты натянут, как струна.       Юнги, плавно двигаясь, касается бортика последний раз и выныривает, глубоко вдохнув воздух. Он делает упор на руках и подтягивается, садясь на выступ. Когда Изабелла направляется к нему, он снимает очки, а за ними и шапочку, мизинцем прочищая хлюпающие уши. Мышцы ног болезненно ноют, но внутри было дикое удовлетворение. Он знал, что ему это нравится, что он наслаждается. — Ты слишком напрягаешь мышцы, когда плывёшь. Быстрее будешь уставать, — женщина останавливается возле бёдер Юнги и треплет его мокрые волосы. — Я не могу по-другому. Я всегда так плаваю. — Можешь, всё ты можешь. Мне не нужны брёвна в бассейне. Тебя вода обтекать должна, ты должен быть параллелен её течению, а не плыть прямиком. Тогда сопротивление будет, мышцы будут работать больше и усталость придёт быстрее. Ты выдохнешься на половине. Хоть у тебя и выносливость потрясающая, нельзя пренебрегать этим правилом. — А я, может, новые создаю, — смело улыбается ей Юнги, а Белла в ответ только хмыкает. — Я пожила на свете побольше твоего и вижу, когда ошибки — это реально ошибки, а не новый стиль. Не упрямься, а поработай над этим. Начни с медитации, или упражнений каких, а только потом лезь в воду пробовать.       Юнги остаётся лишь послушно кивнуть, он показывает тренеру большой палец вверх. Та мотает головой и разворачивается, но, сделав несколько шагов, вновь поворачивает к парню голову. — Давно хотела спросить у тебя. Какова твоя цель? — Цель? — переспрашивает Юнги, хмуря брови. — Многие тут хотят золотые медали, чтобы поступить в магистратуру, другие хотят на олимпиаду, третьих родители заставили. Но ты, кажется, ни к одной из этих категорий не относишься. Так какая у тебя цель? — Даже не знаю, — задумывается Юнги. Про цель ему тоже говорил Лиён, мол, что она должна быть. — Ты не знаешь просто, за что плаваешь. Ты будто родился в воде, в тебя бог и правда заложил зерно таланта, но в твоих действиях полное бездумье. Ты не знаешь, для чего ты это делаешь. — Мне просто это нравится, я кайфую, когда плаваю. Зачем мне это делать для чего-то или для кого-то? — Юнги смотрит женщине в глаза, а та выдыхает, отворачиваясь. — Потому что только когда перед глазами есть цель, она будто красная тряпка для быка, заставляет тебя бежать вперёд. Когда её нет, а горизонт размыт, будто нет смысла жить. Обязательно найди себе её, твою цель.       И она, сунув руки в карманы спортивных штанов, уходит к другим ученикам. Юнги опускает бездумный взгляд на водную гладь. Мама так много рассказывала ему про плавание, но не посвятила в самое главное: какую цель Юнги должен поставить для себя. Для чего ему плавать, или для кого?       Он оглядывает своих одногруппников быстрым взглядом. Белла права, все они до единого знают, зачем здесь находятся. Знают, чего хотят, а Юнги будто заблудший путник без маяка идёт по обмелевшему дну моря. Он никогда не задумывался над своими целями в жизни, в плавании, он просто плывёт по течению и наслаждается мирным существованием. Но ему так часто твердят о целях, горизонты которых размыты для Юнги, что тот начинает с каждым разом чувствовать себя более неполноценным.       Когда Юнги выходит из душевой, Лиён прибирает свой шкафчик, а в раздевалке играет какая-то музыка с колонки других парней. — Ты в общагу? Можем поехать вместе, — Юнги становится рядом, натягивая на ещё влажное тело толстовку. Лиён даже не смотрит в его сторону, продолжая что-то перекладывать. Юнги даже думает, что тот чёртов перфекционист, раз так скрупулёзно относится к чистоте своего шкафчика. — Нет, у меня ещё дела. Езжай без меня.       Юнги лишь пожимает плечами и садится надеть кроссовки. — Совсем скоро мои первые соревнования. Это так волнительно. — И что? Такие же, как и все остальные, — всё ещё не показывается из-за дверцы Лиён. — Может для тебя да, но я их очень жду, — с трепетом улыбается Юнги, но дверца рядом резко захлопывается, привлекая внимание всех, кто ещё был в раздевалке. — А не боишься разочароваться? — Что? — тут же напрягается Юнги, так и замерев над шнурками, потому что это звучит довольно агрессивно. Лиён еще некоторое время смотрит на свой шкафчик, а потом поворачивает голову и улыбается. — Ну, не стоит просто так сильно зацикливаться на чём-то. Пусть всё идёт своим чередом, — Лиён быстро проворачивает ключ, подхватывает куртку и сумку и идёт к выходу. — Увидимся.       Юнги остаётся лишь проводить парня чуть нахмуренным взглядом. Он сегодня явно был не в духе.       Лиён почти вылетает из раздевалки, где дышать стало невозможно с появлением Юнги. Тот будто весь чистый кислород высосал своим существованием. От одного его вида у Лиёна скручивает конечности, ломает их. Он прикасается затылком к стене и закрывает глаза. Та ночь Хеллоуина стояла перед глазами так ярко, словно была несколько часов назад. От этого глаза хотелось себе выдрать, а потом стереть память, лишь бы не видеть то, как Чонгук целует Юнги. Сам. Лиён зажимает виски и измученно мычит, вспоминая всё это.

🎧Texili — golden tbilisi, VGDG

      Только заслышав про некую игру с близостью, Лиён не выпускал из поля зрения Дамира, уже планируя сесть с ним рядом. Только вот весь его план полетел к чёрту, когда его снова нагло проигнорировали. Чонгук, не раздумывая, уселся рядом с Юнги, который только поморщился от вида парня. Лиёну, сцепив зубы, пришлось сесть напротив и безостановочно прожигать взглядом Чонгука, который вёл себя так непринуждённо, как никогда не вёл. Он так спокойно сидел рядом с Юнги, смотрел на него. Лиён следил за каждым движением. А потом произошло то самое страшное, что приходило в самых страшных кошмарах. Он снова поцеловал этого Юнги.       Первый раз Лиен подумал, что это просто совпадение. Второй раз — это уже грёбаная закономерность.       Он так крепко сжимает стакан, что тот трескается под его пальцами. Только ни Чонгуку, ни Юнги нет дела до него и его разбившихся надежд. Он ведь правда верил, что Дамир когда-то полюбит его. По-настоящему. Но всё испортил какой-то Мин Юнги, неожиданно появившийся в их академии. Лиён отряхивает руку и поднимается. На него также никто не смотрит, только Тэхён ополаскивает его подозрительным взглядом, а Лиён дарит уничтожающий в ответ. Он толкает какую-то девчонку, собиравшуюся войти в туалет и закрывает дверь прямо перед её носом. Ему плевать на её нужду и крики негодования, он только прислоняется к раковине и смотрит на своё отражение. В холодных радужках будто замёрзло всё. Этот холод уничтожает всё на своём пути, не щадит даже сердце. Лиён хватается за волосы и оттягивает их, складываясь пополам. — Грёбаный, грёбаный, грёбаный, — рычит он от невыносимой злости, переполнявшей его. Это было невыносимо.       Всё это сводило с ума, заставляя логический мир Лиёна громыхать и рушиться. Внутри всё рушилось так скоропостижно, как Хиросима когда-то. Лиён же лучше в тысячу раз: он умнее, выигрывает все соревнования, красивее, из хорошей семьи, так почему же Дамир всё равно выбирает этого грубияна Юнги? Почему?       Лиён глубоко выдыхает и выпрямляется, сквозь боль смотря на себя. Он включает воду и резко брызгает, что прозрачные капли рушат его отражение, деформируя. Он привык быть лучшим, идеальным. Но какой-то Мин Юнги одним своим существованием покачнул эту вендетту Лиёна. Он не позволит. Не в этой жизни. Лиён всегда был первым и будет, он всегда добивался того, чего желал. И неважно какими путями. Он предплечьем протирает участок зеркала и почти соприкасается лбом. — Когда желания терпят крах, они превращаются в гнев и туго натягивают тетиву. Ты сам только что подписал себе смертный приговор, Мин Юнги. Я не буду действовать у тебя за спиной больше. Совсем скоро я объявлю тебе войну, в которой ты изначально числишься проигравшим.

🚬🚬🚬

🎧 Hell to the stars — Harry Hudson

      В пятницу, когда у них пары закончились довольно рано, Валерио предложил приготовить пиццу и совместно поесть её как раз перед соревнованиями по боксу, на которые вновь приглашали яркие вывески. Но маленькая общажная кухня просто не вместила четырёх ходящих по ней парней. Поэтому Юнги и Чимину пришлось спокойно сесть на подоконник и не вертеться под ногами. Не то, чтобы они прямо сильно горели желанием мешать хозяюшке-Тэхёну. — Мы между собой решили не докучать тебя расспросами, но меня гложет этот вопрос уже некоторые сутки. Так что это было? — не выдерживает Чимин, нервно болтая ногами. Тэхён пуляет в него испепеляющий взгляд, а тот лишь пожимает плечами, мол, я не виноват, оно само. Юнги даже не сразу понимает, о чём речь, только через секунду молчания осознавая. — Я не знаю, что тебе ответить, — честно отвечает он. Потому что он правда сам пока не разобрался. Их отношения с Дамиром не поддаются вышепринятым нормам стандартного взаимоотношения людей. В их случае, наверное, больше работала какая-то космическая тяга, а не мозг. Некое притяжение. — Поверь мне, скоро об этом будет говорить вся академия, — Валерио застывает с ножом в руке посередине кухни. — Окей Гугл, первая новость в браузере.       Юнги прыскает в ладонь и пожимает плечами, мол, ну и пусть. — Точно. Ведь как это так, натуральный натурал Дамир сам поцеловал первокурсника! — подхватывает Тэхён. — А я вот сразу понял, что так будет. Вот сразу, — строит умное выражение лица Чимин, но тут же получает скалкой по голове от Тэхёна. — Куда там.       Чимин обиженно дуется и показывает язык другу. — Он предложил мне встречаться, — вдруг поднимает голову на друзей Юнги, а те и замирают. Скалка из рук Тэхёна выпадает, Валерио давится собственной слюной, а Чимин от шока падает с подоконника. — Дамир предложил тебе встречаться, — вслух повторяет слова друга Чимин и задумчиво чешет затылок. — Дамир предложил встречаться.       Повторяет, как мантру, словно не веря. — Ну просто слова эти как-то не сочетаются.       Валерио, готовый взорваться, шокировано смотрит то на Тэхёна, то на Чимина, то на Юнги, а потом громко вопит: — Почему вы такие спокойные?! Меня одного распирает от этой новости?       Это служит будто отправной точкой для бурного обсуждения. Они даже забывают про пиццу, готовка которой приостановилась. — Я рад за тебя, правда, но тебе не кажется это странным? — после всеобщего веселья спрашивает Тэхён, привлекая к себе внимание. — Что именно? — не понимает Юнги. — Я не так хорошо знаю Дамира, но я никогда не замечал за ним гейства. Человек ведь не может так быстро поменяться. — Брось, Тэ, не будь занудой, — морщится Валерио. — Ты намекаешь, что это может быть спор? — тут же улавливает смысл мысли Тэхёна Юнги. — Я не знаю. — Да ну, это бред, — Юнги мотает головой. — Я же чувствую, что его тоже тянет ко мне. — Даже спрашивать не буду, как ты это чувствуешь! — заливается Чимин, а Юнги шикает на него. — Он же не первый раз меня целовал, — вырывается из него это раньше, чем он успевает подумать. Чимин резко перестаёт смеяться. — То есть, — с нажимом тянет он, складывая руки на бока. — Вы уже целовались, а я узнаю об этом только сейчас?       Чимин выглядит так смешно, но Юнги не выдерживает. — Не было подходящего времени, — отсмеявшись, пожимает плечами он. — Тогда на концерте, да? — Тэхён бьёт прямо в точку, как и всегда. — Я видел, когда он пошёл за тобой. — Все всё знают и обо всём догадываются, кроме меня, — Чимин включил свою любимую «драма квин». — Кстати, Лиён не обрадовался вашему поцелую. Так что не думай, что он бросил затею с Дамиром, — Тэхён подходит к окну за спиной Юнги и ставит его на проветривание. — Слушайте, я не такой глупый. Я не подпускал его слишком близко и не собираюсь, но и вреда он мне пока не делает. — А ты ждёшь, пока сделает? — наседает Тэхён. — Я держу его под контролем, — уверяет друзей Юнги, оглядывая каждого. Не заставит же он силой полюбить себя?       Со стороны коридора слышится громкий топот. Будто кто-то быстро к ним бежит. Тэхён, уже предчувствуя, закатывает глаза. — Я чую еду! — на кухню просовывается голова Проглота. Тот радостно оглядывает четырёх парней и полностью залетает в комнату, просовывая голову между рукой нарезающего помидор Тэхёна. — Пицца, — блаженно тянет он. — Только почему-то ещё не готовая.       Тэхён слегка бьёт того по лбу и Хосок отскакивает к подоконнику, обиженно держась за место удара. — Еду заслужить надо, — тычет в его сторону ножом Тэхён, а Хосок разочарованно выдыхает, садясь рядом с Юнги. — Я пытался его остановить, — в дверях появляется Намджун, приветливо всем улыбаясь, только один Чимин цокает и отворачивается, показывая свою полную неприязнь. Намджун на это только поджимает губы. — А Дамир…? — Юнги всматривается за спину Намджуна, но так никого и не видит. — Он к соревнованиям готовится. — Ему сегодня опять с Каэлем бороться. Тот сам ему назначил бой, — подхватывает Намджун, садясь за стол на табуретку. — Он заедет в общагу перед началом забрать вещи. Сказал и тебя подхватит. Так что будь готов, — Хосок крадёт со стола кусок какого-то овоща под негодование Тэхена и пихает его в рот.       У Юнги почему-то от этих слов внутри тепло разливается. Это так необычно для него и непривычно, но так приятно. Дамир сказал, что они вместе поедут. До поджимающихся пальцев на ногах. — Так вы тоже в курсе, что они мутят? — смотрит на Хосока Чимин, а тот пожимает плечами, мол, разумеется. — Так, или валите, или помогайте пиццу делать, — Тэхёну явно надоедает находиться на забитой кухне, но, как ни странно, никто не уходит. Хосок, удивляя всех, искусно режет колбасу и трёт сыр, будто всю жизнь этим занимается. Намджун, чтобы не мешаться, сидит в противоположной части кухни от Чимина, который и слова больше не говорит.       Пицца оказывается большая и вкусная. Юнги оставляет пару кусков Дамиру, который появляется в дверях, когда Тэхён и Хосок моют посуду. — Дэм, мы тебя заждались! — машет рукой Проглот.       Юнги не сразу замечает Чонгука за своей спиной, только когда его руки падают парню на плечи. Юнги резко оборачивается и тонет, потому что Дамир ему улыбался. Только ему одному и никому больше. Внутри спирает дыхание, что парень с волнением выдавливает из себя хоть что-то. — Я оставил тебе пару кусочков. Ты не голоден? — Я поем после соревнований. Сейчас не хочу терять форму, — Чонгук отодвигает стул рядом, а Юнги следит за каждым его движением. — Волнуешься? — Боюсь опять проиграть, — смотрит прямо в глаза Чонгук, а Юнги так хочется его обнять. — Давай тогда опять поспорим? — лукаво улыбается Юнги. — Снова хочешь подраться, рысёнок? — Если выиграешь, я скажу тебе кое-что. — Мне это понравится? — выгибает бровь Чонгук, разглядывая вблизи лицо парня. Оно ведь так сильно отличается от девичьего. В Юнги нет совершенно ничего женственного, но именно от него внутри ураган чувств. Ни от кого-либо другого, а именно от Мин Юнги. — Думаю, что да, — задумчиво тянет Юнги, а потом от неожиданности вздрагивает, когда Дамир наклоняется к нему, почти касаясь носом его. — Тогда я выиграю. Очень хочу услышать это.       Юнги сам сокращает оставшееся расстояние между их губами, обхватывая ладонями его лицо. Для Юнги это так ново, как и для Чонгука, но даже от этого факта у обоих срывало крышу. Юнги вовсе забывается, когда облокачивается спиной о стенку, а Чонгук придавливает его к ней своей массой тела, не переставая выцеловывать каждый миллиметр его губ. — Напомнить им, что они тут не одни, что ли? — складывает руки Тэхён, бедрами упираясь в столешницу, попутно закрывая Хосоку рот рукой. Тот много раз моргает и мотает головой. — И как мы вообще пришли к этой картине маслом? Кто-то уловил цепочку событий? — И как к этому привыкнуть? — смотрит на Чимина Валерио, улыбаясь, но парень прожигает взглядом Намджуна. Мол, гляди, это могли быть мы, если бы ты всё не испортил.       Намджун, поджав губы, отворачивается. Потому что правда глаза колет.

🚬🚬🚬

🎧Hero — Skilet

      Юнги и правда не приходится трястись в трамвае, потому что Чонгук с ветерком и комфортом везёт его на своём мотоцикле. Да и Тэхёна с Валерио не будет, у них занятие по гольфу, а Чимин просто поморщился и сказал, что нет желания. Поэтому Юнги сегодня на трибунах будет обитать один. Ему теперь, вроде как, положено бывать на всех соревнованиях Дамира. Да и к тому же, там будут Хосок и Намджун, едущие где-то сзади. С ними точно не соскучишься.       Людей не так много, потому что соревнования внеплановые, чисто для каких-то приехавших министров с другого континента. Высшее общество развлекается как может.       Когда Чонгук уходит в раздевалку, Юнги ещё некоторое время болтает с Хосоком и Намджуном, которые сегодня не участвуют в боях, а потом уходит в коридор к автомату с кофе. Сейчас почему-то его хотелось особенно сильно. Юнги кидает монетки, и пока стаканчик набирается, он задумывается. С начала их общей дороги прошло не так много времени, но Юнги ощущает себя особенно счастливым. Таким, каким давно не был. Такое чувство, будто он находится на своем месте здесь и сейчас. Будто всё идет так, как и заготовила судьба. Потому что, когда он находился рядом с Каэлем, этого чувства не было. Что-то глубоко внутри кричало: «не то». — Вот мы и снова увиделись.       Юнги моргает пару раз, выныривая из своих мыслей, и поворачивается. Сзади, сложив руки в карманы штанов, стоял Каэль. Юнги натянуто ему улыбается, потому что понимает, что человеку нужно сказать о нынешнем положении дел. Юнги чувствует, что нравится этому парню, от этого ещё тяжелее. — Пришел поболеть за меня? — лукаво улыбается Каэль и делает шаг навстречу. Юнги же делает шаг назад. — Разве тебе нужна моя поддержка? Ты и без неё справлялся. — Но теперь я хочу видеть тебя на каждом своём бое. Это придает мне уверенности, — ещё шаг навстречу. Юнги почему-то чувствует себя загнанным. Будто всю его силу подавляют глаза Каэля, такие тёмные и пугающие. У Дамира они тоже темнее ночи, но только мрак в них не отталкивает, а наоборот тянет, как магнит. — Каэль, послушай… — начинает Юнги, спиной коснувшись автомата. — Подумай несколько раз сейчас, прежде чем озвучить то, что ты хочешь.       Юнги недоумённо выгибает бровь. Это сейчас была угроза? — Я встречаюсь с Дамиром. И мне искренне жаль, что дал тебе повод думать, что мы можем с тобой быть вместе… — но ему снова не дают договорить, потому что Каэль резко кладёт свою руку поверх головы Юнги, нависая сверху. — Встречаешься с Дамиром? Смех да и только. Не думал, что у него такое скверное зрение, раз он тебя перепутал с противоположным полом, — хмыкает Каэль, не переставая разглядывать лицо Юнги сверху вниз. — Даже если и так. Это развлечение для него и только. Он сейчас наиграется, а потом выкинет тебя, как ненужную вещь. И ты всё равно прибежишь ко мне.       Пока он это говорит, Юнги медленно закипает внутри. В какой-то момент температура кипения достигает своего пика. Юнги резко хватает Каэля за грудки и меняет их местами, припечатывая того к бедному автомату. — Послушай, я тебе вроде всё понятно объяснил. Не поверю, что за такой короткий срок я успел тебе настолько понравиться, что ты жить без меня не можешь. Я извинился перед тобой, а ты обозвал меня вещью, чёртов педант. Даже если и бросит, тебя это не должно касаться. Отныне это дело только моё и его. Он мне нравится, понял? — рычит ему в лицо Юнги, а потом отпускает, делая сразу же несколько шагов назад. Мало ли, что ожидать от этого парня. Потому что взгляд у Каэля пугающий. — А я до последнего надеялся, что мы останемся друзьями.       Юнги суёт руки в карманы джинсов и разворачивается на пятках. — Ты пожалеешь, — прилетает ему в спину, а Юнги останавливается и хмыкает. — Может, и пожалею потом, но сейчас я точно так не думаю.       Каэль провожает его фигуру взглядом, а потом резко бьёт по автомату, прикрывая лоб рукой.       Он мне нравится.       Эти слова гудят в его голове, словно назойливые мухи. Этот отличался от всех тех, кто интересовал Каэля ранее. У всех прошлых его мальчиков было одно составляющее — покорность и бесхарактерность. Этот же будто был вылит из другого металла, но Каэль от него в восторге. От его острого языка, огненного взгляда и тяжёлого характера. Да и кулак у него тяжелый, он уверен. Может, поэтому Юнги так и влечёт. Новое и неизвестное. Такое манящее. А ведь он ещё и Дамиру понравился. Каэль натягивает оскал на губы и выпрямляется. — Ты еще приползёшь ко мне, когда Лиён прижмёт тебя, а Дамир выкинет. И я приму тебя уже поломанным и таким, какой ты мне нужен.

🚬🚬🚬

🎧 I love you (acoustic) — woodkid

      Чонгук здоровается с другими бойцами, чем вызывает у них странные взгляды. Отчего-то Дамир чувствует себя поистине счастливым, будто он наконец обрёл свою недостающую часть. Словно всё это время он ходил неполный, а теперь наконец всё встало на свои места. Еще с самого первого взгляда в эти изумрудные радужки он понял, что пропадёт. Потому что не утонуть в Мин Юнги невозможно. Он разрушил все стереотипы Чонгука, уничтожил его законы вдребезги, а теперь восседает на вершине дамирова сердца. Предложить стать его Дамир желал в глубине души ещё после их боя. Наверное, тогда Чонгук потерялся основательно. Даже братья молчали, ничего не высказывая ему, хотя прекрасно видели все состояния Чонгука.       Дамир оглядывает свой шкафчик, и его взгляд падает на небольшое удостоверение. Он улыбается и поддевает его пальцами, читая инициалы ещё раз. Это было мотоциклетное удостоверение на имя Мин Юнги. Чонгук вчера обнаружил его у входа в общагу, когда шёл за Юнги. Он не стал окликать его, а долгое время вчера лежал и разглядывал идентичную своей карту. Юнги не говорил, что умеет водить мотоцикл. Интересно, что ещё скрывает этот парень и сколько ещё он будет удивлять Дамира? Чонгук улыбается и кладёт назад в шкафчик удостоверение, закрывая его.       Когда он выходит в пустующий коридор, то видит лишь братьев и Юнги, которые о чём-то переговаривались меж собой. Дамир накидывает связанные перчатки себе на шею, становясь рядом. Намджун окидывает брата рентгеновским взглядом, выявляя уровень агрессии, и в удивлении вскидывает брови. — Это так Юнги на тебя влияет? — в лоб спрашивает Намджун, а Юнги кажется, будто его щёки сейчас сгорят. — Он моё успокоительное, — Дамир кладёт свою руку на плечи Юнги, вызывая у последнего улыбку. Хосок хмыкает и кивает Намджуну. — Мы подождём вас у ринга, если вам есть о чём поговорить, — и, дождавшись кивка Дамира, оба скрываются в конце коридора. — Почему сейчас будешь бороться ты, а страшно мне? — Юнги поворачивается к нему корпусом, скользя взглядом по лицу напротив. — Всё будет хорошо, рысёнок. Не первый раз же. Так что тебе не стоит переживать за меня.       Юнги кивает и на мгновение повисает тишина. Он скользит взглядом по тёмному коридору, будто ища, что же ещё сказать, что пожелать. Он, кажется, чувствует себя более растерянным, чем Дамир, который ни разу не состоял в отношениях с парнем. Но вдруг Дамир подходит совсем близко и пальцами слегка приподнимает подбородок Юнги, заглядывая в его такие красивые рысьи глаза. — Не жди от меня сразу нереального результата наших отношений. Я стараюсь, но это всё слишком новое для меня. Я сейчас будто балансирую на тонком канате, сделав шаг вперёд и три назад. — Нужно, чтобы ты чувствовал себя комфортно, слышишь? — сглатывает Юнги и обхватывает лицо Чонгука ладонями. Он стал себя ловить на мысли, что обожает этот жест. — Это и есть отношения, где каждая сторона помогает совершенствоваться друг другу. Давай договоримся, что будем говорить всё сразу и в лицо, не откладывая в долгий ящик. Все недопонимания будем решать здесь и сейчас, чтобы не усложнять. Я понимаю, что нам нужно привыкнуть друг к другу, поэтому давай помогать этому, а не наоборот.       Юнги неотрывно смотрит в глаза Дамиру, большим пальцем чуть поглаживая его скулу. — Запомни, самое главное — наш комфорт и доверие друг к другу. Договорились? — Рысёнок, с каких пор ты стал таким внимательным? — улыбается Чонгук, разряжая обстановку, а Юнги цыкает и отпускает его лицо. Но Чонгук перехватывает его ладони и притягивает к себе, обнимая. — Договорились, рысёнок.       Юнги еле скрещивает руки у него за спиной и прикрывает глаза, слыша его такое ровное сердцебиение. Он таким похвастаться вряд ли может. Дамир ведёт рукой по загривку против роста мятных волос и почему-то ведёт носом, нюхая. Юнги пах каким-то лёгким парфюмом, общагой и табаком. Наверное, он недавно курил.       Юнги и правда курил после встречи с Каэлем.       Чонгук уходит к рингу, ожидая свою очередь, а Юнги садится к Намджуну и Хосоку на первый ряд. — Видимо вы хорошо поговорили. Он так сияет, — замечает Хосок, смотря на брата. Юнги только заговорщически пожимает плечами. — Я надеюсь, для тебя это всё не игра, потому что еще одного предательства Дамир не вынесет, — вдруг рядом гремит голос Намджуна, и Юнги поворачивает голову, хмуря брови. Хосок мечет в брата грозный взгляд, поджимая губы, но старший всё равно продолжает, упрямо глядя вперед. — Это чудо, что Дэм позволил тебе войти в свою жизнь. Цени то, что он открыл тебе сердце, как первому парню. Вероятно, ты первый и последний человек идентичного пола в его жизни. Да и в принципе последний человек. — Разве я похож на того, кто любит играть на чувствах других? — Юнги задевают слова Намджуна, потому что тот ясно дал понять, что не доверяет парню. Намджун оглядывает его ленивым взглядом и вновь отворачивается. — Посмотрим.

🎧 Enemies — the score

      Больше они не говорят. Юнги находится в прострации вплоть до момента, пока не объявляют имя Дамира. — Вперед, Каррель! — вопит рядом Хосок, подскакивая со своего места. Судья ставит Дамира и Каэля напротив друг друга и машет рукой, а Юнги складывает руки у губ.       Уже с первых секунд Юнги хочется уйти, убежать, скрыться, потому что видеть, как Каэль наносит болезненные удары Дамиру было видеть невыносимо. Но Чонгук достойно выдерживал все, многие блокируя и нанося такие же тяжёлые удары. В какой-то момент ему даже удаётся повалить Каэля на ринг, только тот тут же меняет их местами. Когда судья начинает обратный отсчёт, Юнги от волнения продавливает себе кожу ногтями, оставляя тёмные отметины.       Каэль скалится, понимает, что Чонгуку не выбраться. А потом склоняется над ним и шепчет, чтобы слышал только Дамир: — Знаешь, в чём была его большая ошибка? Он позволил поцеловать себя. Он дал мне попробовать себя. И мне понравилось. Поэтому твой рысёнок рано или поздно станет моим.       Дамир бьёт его в скулу так сильно, что Каэля отшвыривает в сторону. Судья грозно свистит, когда Чонгук с рыком налетает на соперника. Их обоих даже приходится растаскивать по разные стороны. Риналь держит своего ученика крепко, приказывает прийти в себя, но у Дамира внутри набатом бьют его слова. Всё равно победителем назначают Каэля, возводя его руку ввысь. Тот скалится на разъярённого Дамира и гордо задирает голову, пытаясь разглядеть мятную макушку. Только вот Юнги на него совсем не смотрит, он грызёт ногти от стресса и глядит на человека рядом таким взглядом, что вкус победы резко меркнет на его фоне. — Это нехорошо, — подытоживает Хосок, смотря на брата, когда тот грубым и широким шагом идёт в раздевалку.       Юнги к нему не лезет вплоть до того, пока Чонгук не выходит на улицу, садясь на свой мотоцикл. Парень просто садится сзади молча. — Я на Арбат. Хочу развеяться, — чуть поворачивает голову к братьям Чонгук, приподнимая стекло шлема. Юнги только чуть морщится, пытаясь понять, про что он. Когда он приобнимает Дамира за спину, то ощущает только сильно напряжённые мышцы. — Мы не отпустим вас в таком состоянии, — мотает головой Хосок и садится на свой мотоцикл. — К тому же на Арбат, — подхватывает Намджун. — Что такое Арбат? — оборачивается Юнги, когда Чонгук заводит мотор. — Сейчас увидишь, — опускает стекло Дамир и, подождав, пока Юнги сильнее обхватит его талию, жмёт по газам.       Они едут недолго по главным улицам Обливиона, лавируя меж машинами. Они проезжают восточный завод, что Юнги даже закашливается от этого смрада. Когда мотоциклы в ряд тормозят на многолюдном перекрестке, Юнги в удивлении вертит головой. Очень много молодых людей, мотоциклов, кожаной одежды и громкой музыки. Когда Дамир снимает шлем, держа его в руках, музыка становится ещё громче, а голос ведущего объявляет о начале заезда. — Это гонки какие-то? — догадывается Юнги, тоже снимая шлем, чтобы лучше слышать. Он оглядывается на парней, но те выглядят так, будто тут уже не первый раз. Наверное, так и есть. — Что-то по типу экстремального заезда. Каждый раз меняется маршрут, никогда не знаешь, что тебя ждёт. Я приезжаю сюда, когда чувствую, что на грани. Адреналин всегда смещает любые эмоции на второй план.       Юнги сначала хочет возразить, отчитать Чонгука за сумбурность, а потом вспоминает, как после ссор с отцом выходил на площадку и лазил по деревьям, много раз срываясь с них. Он тоже заглушал агрессию более сильным чувством. — Хорошо, — лишь пожимает плечами Юнги и устраивается удобнее сзади. — Я думал, хоть ты его отговоришь, — негодующе вскидывает руки Намджун, а Юнги мотает головой. — Не буду. — Ты не обязан со мной ехать, — Дамир поворачивается, а Юнги только улыбается, мотая ногами. — Я знаю, что не обязан. Но у нас период привыкания друг к другу. К тому же, я знаю этот способ тушить свой гнев не хуже, чем ты. Поэтому поехали, потом поговорим о морали, если доедем до финиша. — Пиздец, два оптимиста, — плюётся Намджун, а Хосок лишь садится рядом со своим мотоциклом, подогнув под себя ноги, и провожает взглядом брата и Юнги.

🎧Flames — Tedy

      Юнги ни секунды не жалеет о том, что решился на это вместе с Чонгуком. Он едет аккуратно, Юнги это прекрасно видит, от этого внутри такое тепло разливается. Они едут по лесу, сквозь плотные ели по тонким тропинкам, периодически выезжая на людные трассы. Желающих экстремалов с ними было около двадцати и все до ужаса счастливые. Они тормозят у какого-то обрыва передохнуть и перекусить, если кто-то брал еду. Юнги разглядывает ночной город с высоты птичьего полёта, когда Дамир подходит сзади и кладет свой подбородок на его плечо. — Я долгие годы искал, как мне скрывать свой гнев, как обуздать его, потому что из-за него мой отец бил меня ещё сильнее. Никогда бы не додумался до такого, — задумчиво тянет он. — Нужно просто отдать твоего отца в психиатрическую лечебницу, чтобы ему мозги на место вставили, — Дамир хмурится, вспоминая ту ужасную картину с избитым Юнги. День, когда и сердце Чонгука почти перестало биться. — Я же не могу. Ты знаешь, я говорил тебе. — Но теперь с тобой я, — Чонгук поднимает голову, а Юнги поворачивается к нему. — Я знаю, знаю. Но я не могу так быстро принять это решение. Нужно время, — его слова затрепетали, как крылья пташки. Дамир выдыхает и опускает голову, кивая. — Я просто не понимаю этой привязанности. Мои биологические родители бросили нас с Хосоком, а приёмные не особо-то и любили. Поэтому мне не понять. — Меня любила только мама, но и она меня покинула. Я патологически боюсь одиночества, ужасно просто. Наверное, это одна из причин, почему я мечтал об общежитии. Здесь всегда голоса, люди. Наверное, если я останусь один в пустой комнате, то словлю очень сильную паническую атаку. — Значит, ты больше не останешься один, — Дамир берёт его за руки, крепко сжимая и заставляя ощутить поддержку. Юнги только опускает глаза на их сцепленные руки. — Не разбрасывайся такими обещаниями. Мы ведь не знаем, что будет в будущем. — Мне всё равно, что будет в будущем. Я обещаю, что ты никогда не останешься один в пустой комнате, — где-то вдали громыхает салют, а Юнги закусывает язык, потому что в носу предательски начинает щипать. — Я обещал тебе сказать кое-что. — Если я выиграю, — приподнимает бровь Дамир. — Неважно, выиграл ты или проиграл. Суть моих слов не изменилась от этого, — Юнги приподнимается на носочки, чтобы быть с Чонгуком приблизительно на одном уровне и шепчет почти в губы: — Ты мне нравишься, Дамир Каррель. Очень сильно нравишься.       Дамир замирает, для него будто все звуки уходят на второй план. Словно вокруг них образовался вакуум, не пропускающий ничего лишнего. Чонгук просто запускает руку за шею Юнги, притягивает его к себе и целует. Вновь так же глубоко, мокро и контрастно. Внутри живота Юнги сворачивается морской узел, он сжимает в кулаке куртку Дамира от невероятных чувств. Чонгук чуть отстраняется, сконфуженно вдыхая свежий воздух и улыбаясь. — Знаешь, рысёнок, — начинает он и делает паузу, заставляя Юнги заглянуть ему в глаза. — Ты мне, оказывается, тоже очень нравишься.       Юнги только облегчённо смеётся на это и вновь целует, пока руки Чонгука медленно оглаживают его талию и ягодицы.

🚬🚬🚬

🎧Revolution — Ruelle

      Следующую неделю Юнги активно готовится к соревнованиям. Он нервничает к концу и даже просит у уже знакомой медсестры успокоительное. Это уже более серьёзное соревнование, поэтому их всех просят сдать тест на допинг. Накануне Юнги даже трясёт, пока он сидит после тренировки на трибуне, разглядывая воду. — Так трясёшься, будто завтра у нас конец света, — Лиён садится рядом, а в руке у него две банки энергетика. — Всего лишь сдаём тест на допинг. — Да брось, это всего лишь формальность. Чего ты так переживаешь? — машет рукой он и протягивает уже открытую банку энергетика. — Я не особо хочу что-то пить сейчас такое. Мало ли. — Я пью их перед каждыми соревнованиями, смотри, — Лиён отпивает из своей банки, улыбаясь. — Так что не переживай по поводу этого. Это же просто газировка.       Юнги переводит взгляд на энергетик и, благодарно кивнув, делает глоток. — Не бойся завтра. В тесте нет ничего страшного. Просто кровь возьмут и мазок слизистой. И пойдем гулять, — смотрит на него Лиён и тоже переводит взгляд на бассейн.       Так и происходит. Они все сдают тест на допинг и продолжают активно готовиться к соревнованиям. Эти проходят в два этапа и на первый собирается довольно много народу. Горыныч и друзья Юнги занимают лучшие места, не переставая махать волнующемуся Юнги. Заплыв на пятьдесят метров сегодня и на сто завтра. Юнги натягивает очки, вдыхает побольше воздуха и прыгает в воду по свистку. Под водой ничего не слышно, только лишь своё быстро бьющееся сердце. Пятьдесят метров это мало, поэтому Юни даже не успевает устать. Он проплывает первым, обогнав Лиёна на две секунды.       Он радостно выпрыгивает из бассейна и получает поздравления. Лиён ему улыбается и машет на прощание, обещая завтра догнать Юнги.       Юнги так счастлив, хоть Изабелла и говорит ждать завтра и раньше времени не праздновать победу.       На следующее утро, когда Юнги сидит на паре, по громкой связи объявляют его имя и говорят подойти к кабинету директора. Уже тогда Юнги почему-то начинает чувствовать приближающиеся проблемы. В кабинете директора на удивление довольно много непонятных людей, которые все в момент смотрят на Юнги, когда он заходит. У Изабеллы такой измученный вид, будто она не спала сутки. Юнги присаживается на стул напротив директора, когда тот рукой на него машет и складывает руки на коленях, сглатывая. — Что произошло?       Ему отвечают не сразу. Эти странные люди перебирают какие-то бумажки, что-то обсуждают тихо, а потом кладут какой-то документ перед парнем. — Ознакомьтесь, — выдаёт какая-то женщина, а Юнги опускает глаза. Он просматривает глазами, но почти ничего не понимает. Это была какая-то таблица с кровяными клетками и их значениями. — Я не понимаю, — поднимает глаза на Изабеллу Юнги, и та слишком тяжело вздыхает, разбивая внутренности Юнги. Он ждёт от неё хоть слово, но женщина так и не выдавливает ни звука. — Этот документ подтверждает, что у вас в крови нашли метилгексанамин, по другому геранамин, — та же самая женщина, дающая бумажку Юнги, всё берёт в свои руки. Он переводит на неё непонимающий взгляд, но внутри всё начинает медленно рушиться. — И что это? — Этот препарат у вас в крови является непрямым симпатомиметическим веществом. Короче говоря. Мин Юнги, вы не прошли допинг тестирование.       И вот на этом моменте счастье Юнги заканчивается.