Сегодня Премьер-Министр тоже хочет биться головой о столб

После обеда Император выдержал часовую проповедь Премьер-Министра о народных страданиях. Как только он почувствовал, что вся пища уже переварилась, он призвал Премьер-Министра пойти в кровать. Премьер-Министр так долго с ним разговаривал, он и подумать не мог, что в голове у Императора будет только это. Какой глупый Император! Премьер-Министр был так зол, что хотел удариться о столб. Но чиновников там не было, и никто не остановил бы его, так что он не решился этого делать. Под полуискушением и полупринуждением Императора Премьер-Министру ничего не оставалось, как принять ванну и приготовиться. Император хотел прийти и помочь, но был выгнан дурными словами, поэтому мог только сдаться. Когда Премьер-Министр закончил, он надел тонкую рубашку и прошел в спальню. Император уже лежал на кровати. Увидев входящего Премьер-Министра, его глаза загорелись. Махнув рукой, он приказал дворцовым слугам удалиться. Премьер-Министр двинулся вперед, стягивая с себя рубашку. Император извивался и хотел действовать, но все еще смущался этого. Он обернулся и снял с себя одежду. Двое обнаженных людей взобрались на кровать, легли на спину и уставились на занавеску. Император первым вышел из тупика и, не стыдясь показать свою нехватку знаний, спросил: — Что мне нужно делать дальше? Прежде чем дождаться ответа Премьер-Министра, он протянул руку за спину Премьер-Министра, раздвинул его упругие ягодицы и, как и вчера, засунул внутрь указательный палец. Хорошие ученики никогда пассивно не ждут ответа учителя. Премьер-Министр знал, что сегодня все будет иначе. Он подавил свой стыд и подбодрил Императора: — Да, медленно нажимайте и расширяйте во все стороны... Премьер-Министр обнял Императора за плечи и уткнулся ему в грудь. Император последовал словам Премьер-Министра. Его палец крутился и поворачивался внутри, разминая во всех направлениях. Морщины маленького рта постепенно исчезали при расширении, и паста из цветков сливы стекала вниз. Премьер-Министр не смог сдержать стон. Схватив Императора за руку, он сказал: — Чуть сильнее... Император услышал слова и добавил немного силы. — Вставьте еще один палец... Он как лучший ученик, принялся усердно выполнять задание. Когда первый палец смог плавно входить и выходить, Император добавил средний палец и медленно двинулся по кругу. Его пальцы вошли глубоко внутрь и вращались, имитируя движение настоящего органа. Еще один палец был добавлен. Император все же притормозил, опасаясь сделать больно Премьер-Министру. Его великан внизу раздулся и уперся в ногу мужчины, готовый к труду. Спустя долгое время Император хрипло сказал: — Теперь все в порядке? Премьер-Министр, уютно устроившийся в объятиях Императора, тихо пробормотал: «гм». Решимость удариться о столб, обретенная в суде, была утрачена. Он поднял ноги и обхватил ими талию Императора. Обвив руками шею Императора, он прошептал ему на ухо: — Вставьте. Чистый голос был подобен звуку ледяных капель только что растаявшего снега, падающих с красной черепицы дворца, заставив сердце Императора пропустить удар. Император вынул три пальца и перевернулся, чтобы оказаться над Премьер-Министром. Он поднял ноги, что были вокруг его талии, вверх. Одной рукой он раздвинул упругие ягодицы, обнажив полностью раскрытую дырочку. Другой — держал свой твердый орган, прижимая головку ко входу. Из-за нервозности Премьер-Министра его маленькая дырочка сжалась. Император успокаивал его: — Не нервничай. На самом деле, он сам так нервничал, что его лоб вспотел. Он начал медленно засовывать гигантский предмет внутрь. Мягкая плоть вокруг него мешала ему войти. Император на мгновение остановился, затем с некоторой силой продолжил вводить его, пока, наконец, смог втиснуться. Премьер-Министр громко застонал, но ту же поспешно замолчал. Император хмыкнул: — Внутри слишком тесно. Было слишком жарко, и каждая часть мягкой плоти цеплялась за его стержень, отказываясь отпускать. Премьер-Министр снова обнял Императора за шею, чувствуя, как твердый предмет, который еще не был до конца засунут, продолжал увеличиваться. Он стиснул зубы, приложил некоторую силу и двинул нижнюю часть тела вперед, поглотив больше половины упругого ствола, а затем от боли покрылся холодным потом. Его лицо побледнело.