Butterfly

       Квартира встретила звенящей тишиной, которая резала уши. Запах одиночества врезался в лицо и прошёл по телу лёгким ветерком. Дверь за спиной громко хлопнула, оставляя владельца жилья в темноте. Трэвис стоял и не знал что делать дальше. Подобное оцепенение часто накатывало после прихода домой. Он жил этой работой, а в обычной жизни он просто существовал, пережидая, когда закончится вечер и ночь дома. Мужчина даже не представлял себя обычным человеком с семьёй и уютным домом. Зачастую ему хватало парочки друзей и бутылки крепкого алкоголя на выходных, чтобы забыться и не думать о волнующих проблемах. Посреди недели я вряд ли напьюсь, но вот несколько банок пива влить в себя можно. Пойдёт на пользу.        Спустя несколько минут он все же сделал шаг в пустоту. Как в пустоту квартиры, так и в пустоту мыслей.        Включать свет не хотелось, он не любил, когда искусственное освещение било по глазам. Фонаря на улице хватает, чтобы спокойно пройти до кухни, не ударившись об углы мебели. Попутно с этим Трэвис стягивал с себя рубашку и галстук, услужливо душащий его на протяжении дня. Стало свободнее дышать. Не день, а дурдом какой-то.        Невыносимая дневная жара оставила свой отпечаток на помещении. Однушка впитала всю температуру дневного солнца. Здесь стояла духота, несмотря на наступивший вечер. Спасением был либо холодный душ, либо балкон. И Трэвис выбрал второе, оставив водные процедуры на потом.        Схватив банку холодного пива, он захлопнул холодильник. Смотреть там было не на что: одиноко стоявшие банки с алкоголем и пара овощей. Настоящий холостяцкий набор. Он редко оставался дома один, предпочитая сидеть в гараже или ходить в гости к друзьям. Одиночество иногда давило на него с невыносимой силой, а иногда, в тяжёлые дни, давало шанс отдохнуть. Сегодня был чертовски сложный день.        Осторожно наступая босыми ногами по прохладному полу, он добрался до балкона. Никаких планов на вечер не было, можно спокойно выпить и лечь спать, чтобы завтра в точности повторить сегодняшний день. И так до самой пенсии. Или смерти. Только вот сегодняшний день выбивался из остальных.        Пиво приятно щипало язык, с каждым глотком унося мужчину дальше от обыденных мыслей. Он всегда старался скрыть свои истинные переживания, стараясь думать лишь о работе. Но алкоголь менял этот порядок, ставя на первое место далеко не службу. От понимания этого захотелось курить. Редкое явление, но иногда такое нужное, поэтому Трэвис искал свою пачку сигарет минут десять, перевернув почти всю квартиру. Кому расскажу — не поверят. Да и никому я не буду рассказывать. Это личное.        Смятая жестяная банка полетела на паркет и неприятно лязгнула. Сильный порыв ветра в очередной раз затушил огонь зажигалки. Мужчина со злости сжал её ещё крепче, отворачиваясь спиной к улице. И снова неудача. Было решено выдвинуться на кухню за спичками и новой порцией алкоголя.        Вернувшись на балкон, он увидел толпу подростков, разгуливающих под окнами дома. По поведению было понятно, что они не сильно трезвые. Но Трэвиса это сейчас не волновало, он тоже отдыхал, он тоже человек. Вот почему в жизни все так сложно, а? Почему мне так везёт на девушек, которые мне симпатичны? Нет, я на это не поведусь, была бы ты постарше, мисс Кирни, я бы ещё подумал.        Девчонка как назло проскальзывала в его мыслях, не давая толком ни на чем сосредоточиться. Тёмные глаза смотрели в пустоту улиц, пытаясь найти ответы на многие риторические вопросы о жизни. Он мотнул головой, пытаясь согнать наступающие воспоминания. Вторая банка быстро закончилась и повторила судьбу предшественницы. Желание курить усилилось. Одиночество ощущалось еще сильнее. И почему это заволновало меня только сейчас?        Долгожданный никотин попал в лёгкие, приятно обжигая горло. Разум затянуло пеленой лёгкости. В голове снова возникла сегодняшняя сцена в машине. Юная особа плотно засела в его сознании. И он поддался этому. Думать о таком не запрещено, я же ничего не делаю с ней.        Это оказалось приятным — прокручивать каждое её движение с точностью до вдоха или выдоха. Он прикрыл глаза и шумно выдохнул, почувствовав, как в форменных штанах стало теснее. Длительное воздержание давало о себе знать. Он не любил заниматься сексом без эмоциональной связи. Но тратить время на создание такой связи он тоже не хотел. Поэтому изредка перебивался случайным сексом с очередной подругой, которая вешалась ему на шею. Но это только в крайнем случае.        Трэвис устало вздохнул, проводя рукой по лицу. Стопы начинали болеть от долгого стояния на одном месте, голые участки тела покрылись мурашками. Только бушевавшее сердце разгоняло кровь, которая мгновенно прилила к лицу, как только он зашёл в комнату. Алкоголь, смена температуры и возбуждение — всё это расширило его капилляры, отчего лицо предательски покраснело. Ему впервые за много лет захотелось не вырубиться в беспамятстве, а чем-то заняться вечером. Неужели эта девчонка так повлияла? Забавно. Он снова улыбнулся мыслям о ней.        Мужчина ощутил резкое желание присвоить это хрупкое тело себе, охранять и защищать. Но он не знал: был ли это искренний порыв или просто желание обладать молодым и достаточно сексуальным телом? А в том, что она чертовски соблазнительна, он не сомневался. А ещё она была слишком молода для него. И это был его личный стоп-кран. Портить кому-то жизнь своим присутствием он не собирался.

***

       — Ох, грёбаный телефон.        Я быстро вскочил с кровати, пытаясь определить откуда идёт звук. После такого мгновенного и не особо приятного пробуждения это довольно трудно сделать. А в темноте этот шанс равен практически нулю. Я закрыл глаза, ориентируясь только на звук — так легче найти источник.        Телефон лежал в кармане моих брюк, которые смятые валялись около шкафа. После принятия душа не особо хотелось убираться, поэтому я решил, что это дело оставлю на завтра. Все равно планов никаких не было.        На экране высветилось несколько непрочитанных сообщений и пропущенный звонок. Остальные уведомления я даже не читаю — сразу смахиваю их в бок. Там никогда ничего важного или полезного. Сколько вообще времени?       Крис никогда просто так не позвонит в десять вечера: либо что-то случилось в лагере, либо ему что-то нужно от меня. Точно не просто пожелание спокойной ночи от любимого брата. Ни один расклад меня не устраивал, я не хотел сегодня видеться с кем-либо, а тем более ехать куда-то. Так что я с большой неохотой начал ему перезванивать.        — Ещё раз привет, Трэвис. Извини, что так поздно, но у меня к тебе есть одна маленькая просьба. Пожалуйста.        Мои догадки только подтвердились. Радовало только то, что в лагере всё спокойно — не придётся видеться с посторонними людьми и пугать их своим внешним видом.        — Хорошо, Крис, говори прямо, — отказать брату я все равно не смог бы. Да и потом пришлось бы выслушивать от родителей.        — В общем, я сегодня дома оставил документы, сможешь забрать и завести мне их?        Я ссылался на важные дела, которые придумывал на ходу, но аргумент под названием «виски», который полагался в качестве утешительного приза, убрал все мои сомнения.        — Через полчаса приеду, встречай или отправь кого-нибудь меня встретить. До скорого.        Ехать ужасно не хотелось, но глупая мысль, которую навеял алкоголь, закралась мне в голову на середине разговора. А вдруг я встречу там её? Если она ещё не будет спать, шатаясь по лагерю. Тогда точно смогу её поближе рассмотреть или хотя бы узнаю её имя.       — Да ты чёртов маньяк, сержант Хэкетт, — я с серьёзным лицом посмотрел на свое отражение.        Это точно было похоже на помешательство, ведь я её только видел и угрожал. Ну так, немного серьёзным тоном запугал. Но, скорее всего, это выглядело как натуральная угроза. Я бы и сам испугался. Но никто же мне не сможет запретить смотреть на неё или хотя бы обменяться парой слов. Чисто для приличия, не более.

***

       Силуэты деревьев проносились за окном, сливаясь в одну тёмную массу. Стрелка спидометра вплотную подошла к отметке с максимальной скоростью. Педаль была выжата до предела. Трэвис любил поиграть со своей жизнью, не особо боясь смерти. Он считал, что терять ему нечего. Да и настигнет она рано или поздно каждого.        Выпитая кружка кофе придавала энергии, снимая всё опьянение с мужчины. Спать уже не хотелось, поэтому он сделал погромче музыку и начал тихо подпевать любимой группе. Ветер гудел за окном в унисон песне, придавая определённый шарм этой одинокой поездке.       Когда за окном машины показалась знакомая вывеска, мужчина убавил скорость и выкрутил руль, поворачивая к лагерю. Кинул взгляд на стопку документов, лежащих на соседнем сиденье, и в очередной раз выругался из-за своего ближайшего родственника, который каждый раз находил ему занятия и отвлекал от собственной жизни.        Крис насмешливо помахал рукой, когда Трэвис заглушил машину на въезде в лагерь. Уровень агрессии поднимался с огромной скоростью. Стараясь выглядеть максимально дружелюбно, старший из братьев вылез из автомобиля, не закрывая за собой дверь. Он планировал вручить эти бумажки и свалить отсюда как можно скорее. Но его планам не суждено было сбыться, потому что Крис поднял указательный палец, останавливая этим жестом Трэвиса, и потянулся к телефону, чтобы ответить на звонок. И начал движение в сторону леса, не собираясь заканчивать разговор. Ты издеваешься или что?        Данная выходка вывела мужчину из себя: он кинул папку с документами на капот, крепко сжал кулаки и глубоко вдохнул, задержав воздух в лёгких. Это всегда помогало. Слегка успокоившись, он выдохнул и заметил шевеление белого пятна справа от машины. Рука автоматически потянулась нащупывать пистолет — он всегда брал его с собой.        Но стоило ему дотронуться до оружия, как он разглядел в этом пятне подобие человека. Очень знакомого человека. Это что, джек-пот?       Идея напугать появилась не сразу, но мгновенно стала фаворитом в его голове. Юношеское озорство, которое обычно спало в глубине души, решило выйти наружу. И он не мог ему противостоять. А может и не хотел.        Осторожно переставляя ноги по земле, он подкрался сзади и схватил девушку за шею. Ощутимо, но не больно. Убивать её Трэвис не собирался, поэтому дыхание перекрывать нельзя. Ему было интересно, что она будет делать дальше. Позовёт на помощь? Или попытается укусить? А может будет умолять отпустить?        Но все его планы разрушились одним движением с её стороны — она прижалась сильнее. Мужчина мгновенно почувствовал тепло тела, которое теперь вжалось в него. Дыхание сперло, такого исхода событий в его планах не было. И он решил действовать на поводу у желаний, отключив мозг. Я об этом пожалею.        Трэвис аккуратно положил свою левую руку ей на бедро, прижимая ещё плотнее к себе, сокращая то расстояние между их телами, которое он пытался держать. Она не сопротивлялась этому порыву, позволив продолжать. Его ладонь заскользила дальше и легла на низ живота, выврвав шумный выдох девушки. Он знал, что ей эта игра тоже нравится, иначе она бы не поддавалась.       Немного надавил ладонью, заставляя её прогнуться в пояснице. Его пах плотно упёрся ей в ягодицы, а рука задвигалась ниже. Если что, скажу, что это был пистолет, а не мой вставший член.        Шея девушки манила своей бледностью и доступностью. Не тратя время на раздумья, он потянулся к ней, собираясь оставить губами метку в виде маленького синячка на коже. Но резкий шлепок по лицу, прилетевший от неё, заставил Трэвиса остановиться, вернув остатки разума. Она ещё несовершеннолетняя, что я делаю.        Сопротивление усилилось, как только она почувствовала, что мужчина остановился. Необходимо было срочно заканчивать эту неудачную «шутку», которая может обернуться для него далеко не смешным концом. Тело не слушалось, а голова отказывалась думать. Какой я идиот, что я натворил.        Вернув самообладание, он решил, что нет ничего умнее, чем сказать:        — Угадай кто?       И он убрал руку, которая удерживала Кирни.        Шутка оказалась неудачной.