Звёздное крошево

Я помню, как хрустит под ногами снег в морозный день. Память услужливо воспроизводит звук, и перед внутренним взором возникает картинка со слепящими сугробами: каждая снежинка искрится, отражая солнечный свет, и лед превращается в звезды. Достаточно представить эту картинку, чтобы понять, что ежедневно мы видим, находясь на борту звездного лайнера. Звезды, звезды, звезды! И бесконечность космической пустоты. Это нельзя описать — только увидеть. — Так и знал, что найду тебя здесь, — Мир садится рядом на лавочку. Из всех увеселений лайнера я предпочитаю звездный парк, и кому как не лучшему другу знать об этом. — Чего не на представлении? Там предсказания выдают. —Бывает три вида прогнозов. Предсказание того, что всем хочется: чтобы обнадёжить. Предсказание того, что никому не хочется: чтобы попугать. И предсказание того, что на самом деле будет: чтобы всех рассмешить*... Там какие раздают? — Чего? — друг хмурится, и я вздыхаю. — Ничего. Чушь это все, говорю. — А. Теперь понял. Зато весело. Мирослав пожимает плечами и устремляет взгляд к прозрачному куполу парка. Там, за толстым и прочным стеклом пульсируют мириады звезд: голубых, белых, возможно даже желтых. Признаюсь, не знаю почему, но глядя на звезды мне всегда хочется мечтать*. Хоть человечество и покорило ближайший космос, звезды все еще остаются для нас недосягаемыми. Иногда мне кажется, что этим и обуславливается тяга многих загадывать желания на звезды. Кстати, благодаря этому мы и познакомились с Миром. Незнакомый тогда мальчишка однажды занял мою любимую скамейку в парке, и я просто села рядом. — Нельзя просить у звезды исполнить желание и при этом ничего не предпринимать*, — я села рядом и искоса посмотрела на мальчика. — Глубоко, — незнакомец продолжил смотреть сквозь купол. — Сама придумала? — Вообще-то нет. Это цитата из мультика. — Хороший мультик, наверное. — Ага. Хочешь покажу? Мир, конечно, захотел. А потом я узнала желание, загаданное на звезду. Мир просил друга. А получил меня. Местом встречи навечно стал звездный парк. — Как-то один философ задался вопросом: мы — люди, потому что мы смотрим на звезды? Или мы смотрим на звезды, потому что мы — люди*? — Ты это к чему? — Мир снова хмурится, не понимая меня. — Сомневаешься в том, что мы человеки? — Не коверкай слова, — я легонько толкаю Мира плечом. — Я к тому, что может так статься, что звезды существуют лишь для того, чтобы исполнять человеческие желания. — Ты вроде не сторонница подобного, — взгляд друга выражает удивление. — Одни люди меняют других, это нормально, — я впервые пожимаю плечами, словно повторяя за Миром. — Ведь звезды исполнили наше желание, так почему не поверить? Мир улыбнулся тогда загадочно, и я уловила, что лицо друга приобрело пунцовый оттенок. Мое лицо было близким по цвету, и потому я отвернулась — к звездам. Много встреч еще было, и много праздников, проведенных на скамейке в парке. Звезды, Мир и я. Мы. Я приобрела привычку пожимать плечами — Мир же периодически стал сыпать цитатами и «философствовать». Произошедший однажды разговор был лишь вопросом времени. — Хотел бы я знать, зачем звезды светятся... — Наверное, затем, чтобы рано или поздно каждый мог вновь отыскать свою*, — я пожимаю плечами и краем глаза замечаю улыбку. Мирослав двигает руку навстречу моей ладони и переплетает пальцы. — Я уже нашел. — Ась? — кажется, мои щеки противно краснеют. — Будешь моей звездой? Я улыбаюсь в ответ.

***

— Знаешь, Свет, твой последний рассказ... Ну, слабоват, не находишь? — В смысле? — девушка хмурится, выдирая из рук подруги тетрадь. — Космический корабль, подростки, мечты всякие... Ну, а где завоевание далеких планет? Где бластеры, инопланетяне, это вот все? — подружка описывает руками круг и вопросительно поднимает брови. — Где? — Ой, иди «Звездные войны» пересмотри, «слабовато», видите ли! — девушка пунцовеет и задыхается от возмущения. — Я душу выложила всю! А ты! — Ну раз душу, то ладно. Раз душу, то... Подруга не успевает договорить, прерванная подушкой. Возмущенные писатели — страшная сила! Так что... Каждому писателю — свой читатель, и не всегда это близкие люди.