Рисую тебя

***

      Джерард сидел на кровати Рэя и делал наброски в своём планшете. Не для работы, а для Фрэнка — собирался выпускать третью часть про Айеромэна. Злодей должен был пленить своего брата-близнеца, а сам занять его место.       Рэй, всё ещё шмыгая носом, лежал рядом, отвечая на сообщения в смартфоне.       — Миссис Блэквуд прислала мне такие тёплые пожелания выздоровления, — сказал он.       — А знаешь, кто ещё желал тебе поправляться?       — В Интернете при ответе на подобный вопрос уже начали бы составлять слово «Гитлер» по буквам.       — Давай по буквам. К.       — Котик?       — В будущем ты мог бы так её называть.       — Джерард, перестань. Что-то раньше за тобой не было замечено любви к сводничеству. У меня есть своё мнение по поводу этого всего и я его придерживаюсь.       — А вдруг девушка страдает от неразделённого чувства?       — Страдает она… От того, что никак не может втащить меня в ТикТок, — Рэй нахмурился и отвернулся к большому окну. Ему нужен был дом с садом, потому что, по словам художника, удобно ходить внимательно разглядывать веточки-листочки в художественных целях. — Давай не будем больше про Кристу, или как там её. Над чем ты работаешь?       — В издательстве — комикс про семейку супергероев, а сейчас — для друга рисую личный комикс про него.       — Того самого друга? — брови Рэя подпрыгнули.       — Да, — Джерард, смутившись, улыбнулся.       — Не хочешь знакомить, расскажи хоть в общих чертах. Старше-младше?       — Младше.       Все вопросы о Фрэнке вызывали улыбку, будто он только что в него влюбился и не было всех этих месяцев вместе. Джерард совершенно не устал от него и от его нежностей и был рад дарить ещё больше в ответ.       — Кем он работает? Или учится?       — Он… в медиа.       — О, так это какая-то известная личность? Поэтому такая скрытность?       — В определённый кругах. Поэтому пока не афишируем. Не подумай, что я считаю, будто ты раструбишь сразу всем, просто мы с ним так договорились.       — Я не жалуюсь. Главное, чтобы тебе было комфортно и он тебя не обижал.       — Что ты! Это такое доброе замечательное существо.       Рэй отложил телефон и залез под одеяло.       — Знобит? — забеспокоился Уэй.       — Нет, просто вялость, сонливость накатили.       — Поспи. Может быть, когда проснёшься, поешь? Я закажу продукты и приготовлю.       — Проще заказать готовые блюда.       — У тебя такая большая клевая кухня, а ты держишь в холодильнике лишь напитки да десяток яиц. И молоко.       — Давай ещё как моя бабуля: в дом нужна хозяйка!       Раздался сигнал доставленного сообщения.       — Прочитай, — попросил Рэй. — Личного там не будет.       — От неизвестного номера.       — Реклама какая-то, наверное.       — Мистер Торо-Ортис, я желаю вам скорейшего выздоровления. Надеюсь, вы совсем скоро сможете вернуться к работе и порадовать нас новыми картинами.       — Хм, — лицо Рэя сделалось озадаченным. — Интересно. Не так много людей знают мой личный номер, и все они записаны в контактах. Что-то слетело в телефонной книге? Дай-ка проверю.       — Тут следом ещё сообщение, — тихо сказал Джерард, который уже понял, откуда пишут сообщения. С бежевого дивана, глядя на гранаты на стене. — Рэй, прости, если что-то в новогоднюю ночь было не так. Не болей.       — С ума сойти! — возмущённый тоном произнёс Рэй. — Она где-то прознала мой личный номер! Теперь менять его, что ли?       — Что-нибудь ответить? Поблагодарить за заботу?       — Удали сообщения.       Рэй отвернулся от Джерарда и натянул на себя одеяло.       Закутываться в одеяло — это их с Кристой общее.       Прежде чем выполнить просьбу друга, Джерард записал номер Кристы в контакты в его телефоне.

***

      — Почему ты такой запыхавшийся? — спрашивал любимый голос в телефоне.       — Опаздываю с обеда, — ответил Джерард Фрэнку. — Тороплюсь в офис.       — Что ты ел?       — Эээ… рис. Вернее, курицу терияки. Она с рисом. Да.       Джерард соврал. Он бегал в типографию, чтобы забрать свеженький выпуск комикса про Айеромэна. Только Фрэнку об этом знать не нужно, это сюрприз.       — А я забыл, что у меня назначена фан-встреча, не подготовился. Увидел Кристу в дверях и не понял, почему она приехала.       — И как к таким встречам готовятся?       — Арендуется конференц-зал или Криста договаривается с каким-нибудь бутиком или кафе — таким образом, мы ещё и рекламу им делаем. Обычно я говорю какие-то слова, но чаще просто отвечаю на вопросы. Если мне сегодня попадётся стеснительная аудитория, я буду сочинять на ходу какую-нибудь чушь.       — Я тебя знаю, ты скажешь интересную речь.       — Может, Криста что-нибудь подскажет. Сейчас она не может говорить — когда за рулём, то так внимательно и осторожно водит, что даже парой слов не перекинется. И мы всегда ездим без музыки. Знаешь, — Фрэнк перешёл на шёпот, Джерард представил, как он прикрывает ладошкой рот, — я перестал просить привлечь Рэя. Хочу, чтобы Крис стала прежней, а то ей так грустно. У них ничего не было, а она страдает так, будто бы разводится с тем, кого любит, после десяти лет брака. Ладно, мы подъезжаем. Позвоню тебе потом?       — Конечно.       Джерард вбежал в здание офиса и помчался в лифт. Никто бы не стал ругать его за пятиминутное опоздание, но в этом случае он чувствовал себя немножко Кристой.       Уж оказавшись на рабочем месте, он развернул бумажную упаковку. Хрустящая бумага, пахнущая краской. Золотым тиснением внизу обложки — «Моему Фрэнки». Джерард порадовался, всё выглядело так, как он и хотел.       — Джерард, — начальник подошёл незаметно. Ну или Уэй не заметил, увлёкшись перелистыванием страниц.       — Да, — Джерард отложил комикс на стол.       — Спрашиваю у всех, укладываемся ли в срок. Как у тебя дела?       И тут случилось страшное — начальник схватил со стола комикс и начал перелистывать. Сначала просто, а потом внимательнее, заостряя внимание на страницах.       — Я… я… справляюсь, — Уэй сглотнул.       — Что это? Джерард Артур Уэй, — прочитал руководитель на обложке. — Ты выпускаешь свои комиксы? А отдел кадров в курсе? И какое это издательство?       — Нет-нет, — поспешил оправдаться Джерард. — Это единственный экземпляр, я рисовал для друга во внерабочее время, не пользуясь ресурсами издательства, всё за свой счёт.       — А зря…       — Простите?       — Это полностью написал и нарисовал ты?       — Ну да…       — Великолепно же!       — Извините?       — Я бы хотел показать это редакторам. Джерард, если им понравится, мы могли бы выпускать… тебя.       — А?       — Это интересная вещь с главным героем, который сразу станет узнаваемым… эта клякса чёрная на костюме. Мы бы подобрали тебе команду, занялись продвижением нового героя, Скинь мне исходники.       — Понимаете… я… мне… сперва надо поговорить с моим другом, это же он — главный герой, его лицо.       — Другой герой, как я вижу, — начальник пролистал несколько страниц, — тоже со знакомым лицом.       Уэй отвёл взгляд и схватил ручку.       — Жду ответа, — начальник положил комикс на стол, хлопнул Джерарда по спине и удалился —продолжать обход других сотрудников.       А Джерард задумался о том, захочет ли Фрэнк такую коллаборацию, ведь комикс — это что-то между ними, личное. И желает ли сам такой судьбы для этого комикса? И захочет ли её издательство, узнав, кто на обложке... Рэй усмехнётся, скажет, что был прав — Фрэнку то рисование, то теперь он герой комиксов… опять скажет про музыку и рестораны. Знал бы он, что музыку Фрэнк уважает и даже пытается сам что-то писать. Но ведь это совсем не означает, что Фрэнк не знает, чего хочет. Он хочет заниматься разным, что в этом плохого? Что зазорного иметь различные хобби?

***

      Казалось бы, не бог весть какая проблема — спросить у Фрэнка разрешения на комикс, а ещё выслушивать, как Рэй время от времени вкидывает мысли типа «Хм, а если к какому-нибудь другому тиктокеру залететь? Который вправду рисует!» Понятно, что ни к каким тиктокерам он не собирался, ему Криста не давала покоя, про которую он так по-школьному трепался лучшему другу, как не нравится и какая она некрасивая, а на деле запал на одноклассницу.       А боязнь рассказать про комикс была связана с тем, что малыш мог бы подумать, что Джерард тщеславен и хочет быть известным автором комиксов. И не то чтобы он не хотел, но не в популярности дело, а в возможности рассказывать истории.       Пострадав неделю, он высказал Рэю, чтобы тот позвонил Кристе и не мучался, а сам собрался к Фрэнку. Тем более получил сообщение «Ручка устала рисовать! Приходи!» и грустный смайлик.       Поэтому Джерард поднялся на лифте и бросился в объятия Фрэнка, обмениваться горячими приветственными поцелуями.       — Где твоя уставшая ручка? — спросил Уэй, состроив жалостливое лицо.       — Вот, — Фрэнк протянул ему правую руку.       — В шоколаде, надеюсь? — заметив коричневые пятна, поинтересовался Джерард.       — У меня его полно с фан-встречи.       — И не поделился?       — Ещё есть несколько пакетов, и в них наверняка тоже шоколад. Но погоди, пока я сделаю распаковку.       — Покажи картины.       Фрэнк снял с него пальто, и Джерард прошёл в гостиную.       Даже если откинуть чувства к Фрэнку Айеро, это была хорошая работа. Поле цветов, впереди крупные, к середине холста всё меньше и меньше, потом горная вершина, солнце за ней и облака, от которых вела линия к подписи художника. Вот так — у всех книзу справа, а у него сверху слева. Чёрно-белый вариант делал картину универсальной, подходящей разным видам интерьера. Это вполне мог кто-нибудь повесить и в офисе в приёмной, и дома в гостиной.       — Ни разу не оторвал маркера от холста? Честно? Картина же большая.       — Поэтому мне устала ручка! — плаксиво произнёс Фрэнк, вернувшийся из ванной, где отмывал шоколад. Переживал, что, если камера не записала, и мне повторять придётся… Я и так уже одну запорол — с морем и корабликом. Чихнул.       — Идея потрясающая. Это искусство, кто бы что ни говорил.       Фрэнк схватил Джерарда за руки и потянул на себя. Он поцеловал его в губы, потом в шею. Отстранился, на секунду закусил губу и потянул Джерарда в спальню.       Уэй понимал, что второй секс у них таки случится когда-нибудь. И первый его не разочаровал. Но он почему-то порозовел. В его мечтах занятия любовью не всегда были внезапные. Он, например, планировал позвать Фрэнки в гости. Развесил миниатюрные фонарики на прутья кровати, подумывал купить пирожные — маленькие шоколадные маффины с голубикой. Потом ему пришло в голову, что он не подружку на чаепитие с ночёвкой зовёт, и постеснялся звонить Фрэнку.       Айеро затащил его в спальню, развернул и толкнул на кровать. Здесь царил полумрак — лишь свет из гостиной. Джерард покосился на окно. Шторы, к его спокойствию, были задёрнуты. Фрэнк стащил с себя футболку, бросил её на пол, снял спортивные штаны. Джерард, чтобы не валяться бревном, расстегнул джинсы и попытался лёжа стянуть их с себя. Фрэнк захихикал и помог — дёрнул штанины на себя. После недолгой возни джинсы присоединились к одежде Фрэнка. Джинсы потянули за собой трусы и Джерард машинально поправил их обратно, хотя сейчас это было бессмысленно. Он потянулся к пуговицам рубашки, но Фрэнк остановил:       — Оставь её.       Фрэнк сам расстегнул пуговицы. Поводил пальцем по торсу Джерарда. Тому тоже хотелось бы провести руками по обнажённой коже любовника, и он не упустил эту возможность.       — Двигайся к спинке, — сказал Айеро. Джерард не понял, но пополз, куда велено. Фрэнк при этом схватился за резинку его трусов и потянул вниз. Уэй, чувствуя себя довольно беззащитно, непривычно обнажённым, хотя и в рубашке, оперся спиной о высокую мягкую спинку кровати.       Фрэнк избавился от своего белья и придвинулся ближе, усевшись на вытянутые ноги Уэя. Джерард положил ладошки на его грудь и смотрел на них, постучал пальцами по коже Фрэнка, погладил её. Айеро молчал.       — Задумался, малыш?       — Да вот размышляю: плюнуть на твой член или нет?       Джерард нарочито недовольно посмотрел в эту ухмыляющуюся мордашку. Долго имитировать недовольство не смог, рассмеялся. Похоже, начинать секс с общего смеха — это их традиция.       — Ладно, ладно, — Фрэнк придвинулся поближе и обнял Джерарда. — Хочу сегодня по-другому.       Они соприкасались интимными местами, и Уэй зажмурился от того, как ему хотелось Фрэнка. Это ощущалось не только физически, покалываниями, вибрациями и приливом крови в определённое место его тела - колотящееся сердце прогоняло горячую волну по всему телу, предвкушая желаемое, требуя любимого здесь и сейчас. И Джерард разрешил себе всё это.       Фрэнк потянулся к тумбочке, вытащил презерватив и смазку. Но не для себя.       — Можно его надену я?       Джерард, расслабившись, не понял вопроса, а Фрэнк решил действовать самостоятельно. Уэй почувствовал, как ладошка любимого касается его, как постепенно презерватив обхватывает пенис. Он не смотрел туда, предпочитая прикрыть глаза.       Фрэнк схватился за его плечо, приподнялся и начал медленно, помогая себе рукой, опускаться. Джерард шумно выдохнул от неожиданности.       — Люблю тебя, — прошептал Фрэнк на ухо, снова приподнялся и опустился, ещё раз, два… и наконец нашёл свой ритм.       Уэй поплыл. С каждым движением ему становилось жарче. Он видел грудь Фрэнка, не смея поднять глаза выше или опустить ниже, чувствовал его запах, слушал дыхание. Наслаждение копилось с каждым тактом. Ему захотелось, чтобы Фрэнк тоже ощущал экстаз в ответ, ещё больший, чем сейчас, и он протянул руку, сжал его член. Фрэнк звучно выдохнул. Джерард начал с медленных поглаживаний, однако ритм движения его партнёра, ускоряющийся, и близящаяся развязка заставили его подстроиться под скорость движений.       — Фрэнк, я… — начал Джерард, будто бы предупредить хотел, что напряжение достигло своей точки, сконцентрировалась и готово было бить в цель, но не успел. Он простонал, вздрогнул, уткнулся лбом в грудь партнёру и сжал руку, вызвал ответную реакцию Фрэнка. На ладошку выплеснулась вязкая сперма.       Отдышавшись, Фрэнк аккуратно освободил Джерарда и бросился на подушки.       — Ох ножки мои, ножки, — произнёс он, выпрямляя свои ноги.       — Малыш, ты устал? — участливо проговорил Уэй.       — Очень приятно устал, — улыбнулся Фрэнк. — Возьми с тумбочки салфетки и пижамку — знаю, она тебе надо.       Джерард вытер ладонь, стянул презерватив и замотал его в одну из салфеток. Нащупал пижаму. Меховая, что ли?       Уэй с удивлением смотрел на серую (кажется, в полумраке было не совсем заметно) мягкую кофту с капюшоном.       — Надевай, надевай, — проговорил Фрэнк, без стеснения орудуя салфеткой.       Джерард нацепил этот костюм плюшевого медведя. Фрэнк тут же накинулся на него с объятиями.       — Ой, какой ты мягонький! — произнёс он, зарываясь лицом в кофту. — У нас с тобой так всё хорошо, что я боюсь какого-нибудь пиздеца, потому что Вселенная решит, что такое надо уравновешивать.       — Есть хорошее средство прогнать эти мысли, малыш, — Джерард обнял его. — Не верить во всё это. Если бы Вселенная слушала желания людей и реагировала на каждую вещь, которую человек считает знаком, то что бы творилось вокруг? Прогони эти мысли! Что мне сделать, чтобы тебя отвлечь?..       Через несколько минут Джерард, облачённый в простынь, стоял рядом с Фрэнком напротив камеры.       — Хочу снять ролик на тему, что привидения исчезают при свете. Суть будет вот в чем: принято считать, что призраки видны в темноте, а при свете они пропадают. Но при этом никто не задумывается, что их просто не видно, а так-то они рядом всё равно. Я включу счет, а ты руками взмахни, типа «ну, бывает». А песню какую-нибудь подходящую ты знаешь?       — «Ghostbusters»?       — Банально.       — Давай просто загуглим, сейчас там подборок будет тьма… песни о призраках…

***

      Джерард сидел в кафе и хихикал над роликом про призраков под какую-то смешную детскую песенку. Его ужасно смешил и он сам, и Фрэнк, достаточно было вспомнить, как они это снимали. Ноги в мохнатых штанинах попадали в кадр, Фрэнк менял простыни и ракурс. Джерард хватал кусочки ткани и делал привидению странные улыбки, получая «не балуйся!», в один момент Фрэнк дал ему кружку с кофе, и эта фотка — как привидение держит кружку — попала в его Инстаграм. Из ролика он это вычеркнул.       А следом Фрэнк выложил бэкстейдж, где Джерард в простыне внезапно хватает его в охапку, малыш пугается, но потом смеётся и через ткань целует привидение. Он постепенно знакомил фанатов со своим любимым, не показывая лица, и был рад делиться своими счастливыми моментами с подписчиками.       — Приветики, — Рэй плюхнулся за столик напротив и взялся за меню. — С чего ты там лыбишься?       — Да… парень прислал ролик прикольный.       — Любопытно, но кто же это? И как ты с ним познакомился?       — Фрэнк Айеро.       — Ахаха, — засмеялся Рэй. Джерард ничего не стал говорить дальше — Рэй не поверил, а ведь Уэй сказал правду. Но на такую реакцию он и рассчитывал. — Принесите мне кофе, пожалуйста, обычный чёрный, и… омлет с беконом, и красную фасоль, — попросил он у подошедшей официантки.       — Я познакомился с ним на выставке. Знаешь, известные и не очень личности ходят на мероприятия и не всегда светятся там. Просто для себя любят искусство. К тому же, моё издательство… блин, я не спросил его!       Джерард хлопнул рукой по лбу. Совсем забыл спросить Фрэнка про комикс. Он вытащил телефон и написал сообщение: «Малыш, моё издательство было бы не против рассмотреть возможность массовой печати комикса про Айеромэна. Хочу поговорить с тобой об этом. Я сомневаюсь.»       Уже отправив, пожалел, что вышло так официально.        «И ты будешь настоящим писателем? Или как правильно говорится в случае комиксов?» — пришёл ответ. И следом:       «Комиксист. Я погуглил ».        «Я буду рад, если так».        «Вы видели этот новый фильм? Между прочим, первоисточник написал мой парень. И книга лучше».        «Я поговорю с Крис».       — Здравствуйте, — Крис появилась сама. — Мистер Торо-Ортис…       Рэй не отвечал, он даже взгляд не поднял на девушку. Но Джерард заметил смущение в его взгляде на сахарницу.       — Мистер Торо-Ортис, у меня к вам деловое предложение.       — Послушайте, я же сказал… — начал Рэй.       — Оно не связано с ТикТоком, — поспешила прервать его Криста. — Я хочу заказать портрет. Мой.