И в каждом из миров мы найдём друг друга

Сад выглядел просто волшебно. Деревья были украшены маленькими золотистыми огоньками, напоминающими светлячков, а в воздухе между ветвями парили разноцветные фонари, которые смотрелись особенно уютно на фоне чёрного ночного неба. Под пышными кронами старых клёнов сгрудились маленькие столики, которые теперь пустовали: гости танцевали или прогуливались по саду. Гермиона удобно устроилась за барной стойкой, находившейся на открытом воздухе рядом с танцполом. Грейнджер потягивала какой-то новомодный коктейль с кофейным ликёром, который ей насильно впихнула в руку Пэнси, сразу же молниеносно испарившись. Тянуло поискать взглядом одну знакомую макушку, но... Грейнджер одёрнула себя. Она уже тысячу раз клялась прекратить это и начать жить нормальной жизнью. В попытках отвлечься Гермиона принялась изучать собственный маникюр (весьма посредственный), как вдруг её прервали. — Развлекаешься? Чёрт. Пульс немедленно подскочил, а к щекам начала приливать кровь. К этому невозможно привыкнуть. Гермиона кинула взгляд на Малфоя, который с комфортом разместился на соседнем высоком стуле. Расслабленный, верхние пуговицы рубашки расстёгнуты. Румянец, улыбка, блеск в глазах. — Да. К сожалению, мне за всю жизнь не попалось ни одной книжки, где написано, как правильно тусоваться. Я ещё учусь, — саркастично протянула Гермиона. Драко засмеялся и положил ей руку на плечо. — Тогда ты в правильной компании! От теории к практике? Гермиона закатила глаза, но всё-таки ответила усмешкой на эту посредственную шутку. Резко захотелось ещё выпить. — Знаешь, Грейнджер, — взгляд Малфоя блуждал по нарядной весёлой толпе, а на лице играла лёгкая улыбка. — Я никогда не говорил этого тебе, но... — проронил Драко, остановившись на полуслове. Гермиона ничего не могла с собой поделать. Это было как цунами, как природное стихийное бедствие. Всё, что делал Драко, всё, что он говорил, отдавалось в ней, как будто усиленное в несколько раз громыхающее эхо. Бороться было бесполезно, она уже поняла. Поэтому она просто чувствовала. Чувствовала шум взбесившегося потока крови в венах и артериях, слушала колотившийся пульс, дышала сквозь болезненную щекотку в животе и груди. Звучит, как симптомы болезни? Да наверное, так и есть. — Я никогда не говорил тебе, но я безумно рад, что судьба снова свела нас с тобой, — тихо проговорил Драко. Он не смотрел на неё, и это было милосердно. — Мы смогли узнать друг друга заново, и я понял, что... Ты потрясающий человек. И замечательный друг. Спасибо тебе, Грейнджер, — Драко всё же повернулся к ней и мягко улыбнулся, — Спасибо, Гермиона. Гермиона улыбнулась в ответ. Она очень сильно надеялась, что улыбка получилась. Но, встречаясь с ним взглядом, она становилась беспомощной, голой и беззащитно очевидной в своих чувствах. Всё, хватит. Она рассмеялась. — Неужели Драко Малфой сказал мне что-то приятное? Кто ты? И что ты сделал с моим другом? — она широко улыбалась и толкала его в плечо. — Иди-иди, Астория ищет тебя. Неприлично надолго оставлять невесту в день помолвки! Драко покачал головой, но всё же поднялся со стула и направился к своему счастью. А теперь пора. И чем скорее, тем лучше. Она оставила бокал на стойке, схватила сумочку и направилась к калитке, ведущей из сада к точке аппарации. Гермиона лавировала между гостями, кивая и улыбаясь. — Эй, Грейнджер! Она остановилась, но не обернулась. Пэнси стремительно приближалась, и Гермиона знала, что это неизбежно. — Эй, куда ты собр... — глаза Паркинсон расширились в ужасе, когда она увидела лицо подруги, которая уже еле сдерживалась. — Идём! — резко сказала Пэнси и потащила Гермиону за руку. Они добрались до точки аппарации почти бегом. Паркинсон взяла на себя перемещение, крепко обняв подругу. Через секунду они уже стояли посреди гостиной в квартире Гермионы. И здесь она сломалась. — Пэнс... Я не могу, Пэнси... Пэнси гладила её по волосам, по спине, шептала какие-то глупые утешения и увещевания. Но она не смогла бы заглушить громоподобную мысль в голове Гермионы. Он никогда не будет твоим.