Кто ты для меня?

Кто-то скажет, нет никакой драмы в том, что со мной случилось, но фотография в руках дрожит, как лист на осеннем ветру, а над потоком слез я не имею больше власти. Вокруг суетится медсестра с непонимающим взглядом, и только холодные папины руки дают силы выйти из этого состояния. Последующие события плохо отпечатались в моей голове. Только наутро, когда мелкие пылинки пугливо кружились в воздухе, и звëзды на потолке погасли под гнётом солнечного света, я поняла, что, возможно, нам не следует отметать знаки судьбы и её влияние. Мы не властны над некоторыми событиями и людьми, которые приходят в нашу жизнь. Нам остаётся только найти к ним правильный подход. Тишина в доме убаюкивала, но надо было встать. На столе завтрак и записка от мамы, в телефоне пропущенный от папы и десять от Клары. Я отпросилась с учебы, написала Кларе и родителям, решив провести этот день в компании самой себя и привести свои мысли в порядок. Вечер наступил довольно быстро. Приготовив лёгкий ужин, я устроилась у окна. Жизнь города бурлила, и казалось, не остановит своё движение, что бы не происходило у его жителей. Внезапно около дома остановилась машина, и из неё вышла мама. Следом вышел высокий черноволосый мужчина. Они увлечённо разговаривали около пяти минут и то, что произошло дальше немного меня встревожило. Мужчина потянулся и оставил на её губах лёгкий поцелуй. Этот нежный взгляд полный любви, будто напротив целая Вселенная, он был мне знаком. Когда-то так смотрели и на меня глаза цвета серого неба. Но я отогнала прочь грустные мысли и продолжила наблюдать. В ответ на поцелуй изящная рука коснулась щеки всего на несколько секунд, чтобы подарить частичку тепла и быстро уйти улыбнувшись. Через минут пять дверь с шумом открывается, оповещая о приходе хозяйки дома. Мне трудно сдержать эмоции. Жаль, что мы не можем видеть себя со стороны, может тогда мы поступали бы иначе. В её глазах я вижу своё отражение и испуг. — Ты всё видела, — констатация факта, нежели вопрос. — Я всё объясню, дай мне минуту.

***

Лепесток ромашки мерно плавает в импровизированном озерке чая, от которого исходит еле заметный дым. Кажется, почти не злюсь. Напротив — женщина, чьи черты оставили на мне лёгкий отпечаток, подарив мне медовый цвет глаз, вздёрнутый маленький носик и тонкие губы. Даже на эмоции схожи и некоторое время в воздухе витает тишина, проникая во все щели и усиливая едва уловимые звуки. — У каждого из нас давно своя жизнь. Семь лет назад я встретила человека, которого полюбила. Но я боялась сделать больно близкому человеку, с которым жила больше десяти лет и которого, как мне казалось, тоже любила. Ничего не было, мы просто общались, но сердце требовало большего. Однажды мы не смогли встретиться, я была так расстроена, что не смогла скрыть свои эмоции. В тот вечер твой отец всё понял, и утешал меня, и сказал столько важных для меня слов. А ещё в тот день я узнала, что он тоже любит другую, но ради меня пытался забыть всё. Самое ценное для меня — это наша семья, вы. Когда судьба связала нас нитью, мне казалось, что я встретила человека, которого буду любить всю жизнь, но после твоего рождения нить погасла. Ты связала нас. И если бы передо мной встал выбор дружба или любовь, то я не задумываясь выбрала бы дружбу. Я надеюсь, что ты поймёшь нас, — нервный выдох выдавал её состояние. — Почему вы всё ещё живёте вместе? — Мы хотели сказать тебе, но не хотели расстраивать. — Мама, я всё понимаю, но мне нужно немного времени. — Да конечно, прости нас. В этот момент мне стало ясно, что лучше бороться за жизнь в пустыне, чем умирать в иллюзии оазиса.

***

На удивление ночь оказалась спокойной. В первый раз за последний год я проснулась без будильника, и, что странно, в пять утра. Дом дремал, пока я хлопотала на кухне и пекла блины для родителей. Пришла пора меняться ролями, теперь моя очередь заботиться и помогать, любить и понимать. От этих мыслей становилось тепло. Вскоре, когда всё было готово и стол накрыт, на кухне появилась папина заспанная макушка, а спустя десять минут и мамино бодрое личико. От них исходила некоторая неловкость, я слышала, как вчера мама долго разговаривала с отцом в кабинете. Позже папа заглянул в мою комнату, и мы просто вместе долго смотрели на звëзды через телескоп, как делали часто в детстве, когда я не могла уснуть. — Я хочу, чтобы вы были счастливы, и нет разницы вместе или врозь, — мягко улыбнувшись самым дорогим людям, сказала я. Самое ценное в жизни — видеть искорки счастья в глазах родных. С этим чувством ничего не сравнится, и прямо сейчас мне доводилось это наблюдать. Завтрак прошёл легко и весело. Мы обсуждали моё поступление, маминых студентов и папины исследования. Как только родители отправились на работу, я принялась прибирать со стола. И вдруг раздался звонок в дверь. «Наверное, мама забыла какие-то документы», — промелькнула мысль в голове. Как только дверь открылась, я почувствовала, что моя жизнь — это американские горки. На пороге стоял человек с глазами цвета серого неба, которого я не видела больше пяти лет и без которого я научилась жить.