Хроники одиноких вечеров

Через купюру большого номинала скоро проступят пятна крови… Если рискнул прийти в казино, то будь готов оставить там всё, в том числе и жизнь. Мило воркую с высоким мужчиной приятной внешности, периодически и как бы невзначай поглаживая пальцами свои ключицы — черное платье очень уж открытое. Краем глаза замечаю, как кое-кто злобно косится на нас, держа в руке уже пустой бокал. А ведь Чуя ещё психовал, когда меня дали ему как помощницу для задания в казино! Ни один мужчина не сможет так изощрённо обмануть другого мужчину, как женщина. Наш «клиент» сейчас стоит прямо передо мной, и всё, что мне нужно сделать — уединиться с ним где-нибудь. Накахара на подхвате — разберётся с многоуровневой системой охраны, если будет нужно, затем выбьет подписание нужных бумаг. Редкость, конечно, но бывают, что бизнесмены не хотят прогибаться под Портовую мафию. Задание не сложное, и я откровенно получаю удовольствие, раздражая напарника: Моя ладонь невинно легла на плечо мужчины, а тот не растерялся и уже лапал меня за талию. Глаза Накахары были просто восхитительны — такая квинтэссенция злобы и ревности, что он вот-вот взорвётся, но продолжает держать себя в руках. Меж тем я уже обнимаю мужчину за шею, и вдруг слышу тихий звон. Это по стенке бокала, который Чую держал в руках, пошла трещина. Кажется, пора завязывать этот цирк: — Кобуро-сама, вы знаете, как женщинам бывают приятны прикосновения? Невинно таращу на него карие очи, и мужчина тает передо мной, уловив намёк. Птичка оказывается в клетке, когда шёпот мужчины щекочет мое ухо, с предложением подняться наверх, где есть комнаты для ВИП-посетителей. Проходим мимо Накахары, который уже избавился от бокала и затолкал руки в карманы — тихо бесится. Ловлю на себе заинтересованные взгляды других мужчин, которых Чуя тоже тихо ненавидит. Шляпа одиноко лежит на барной стойке, а я самодовольно дефелирую мимо Накахары держа под руку другого. Эх, Хигучи бы с подобным заданием вряд ли справилась бы так гладко… Хотя я, в отличие от неё, куда менее выносливая. Мы с мужчиной заходим в лифт, пока Чуя поднимется каким-нибудь другим способом. Помимо этого, он ещё должен угадать этаж. Этот Кобуро уже нагло пялится на мое глубокое декольте, и мне не по себе от мысли, что придётся терпеть его до прихода Накахары. Выходим на семнадцатом этаже в пустой коридор с красным ковром, меня ведут к одному из номеров. Всё современно — достаточно отпечатка пальца Кобуро и денежки автоматически спишутся с его счёта. Не ожидала, что как только захлопнется дверь, меня схватят за волосы и прижмут лицом к комоду… Какая же пошлятина! Чувствую, как мужчина прижался ко мне, уже постепенно задирая моё платье, но не дёргаюсь — я слабее, и просто взбешу его этим. Надо бы всё-таки поучиться у Хигучи… Наконец-то слышу за спиной такое знакомое и озлобленное: — Тебе, падаль, жить надоело? Чуя одним лёгким движением отбрасывает мужчину в стену, а я выдыхаю и поправляю платье. Рабочие будни… Уже даже не отворачиваюсь, когда с кем-то разбираются. Наш «клиент» выхватывает телефон, в попытке спасти свою шкуру, но Чуя выхватывает и крошит сложное устройство в щепки. Кто-то явно слишком уж ревнивый, потому что сила ударов бешеная. Он же так и прибьёт этого Кобуро! Вопреки предписаниям, лезу под руку Накахаре: — Не отшиби ему мозги, пока он не подписал, — достаю из сумочки несколько свёрнутых бумажек и ручку, протягивая трясущемуся от боли и страха мужчине — На, и тебя больше не тронут. — Кто сказал, что не тронут?! — Чуя скалится, как цепная собака — Я не успокоюсь, пока не выломаю ему руку! Если бы не звукоизоляция, то нас бы давно накрыли… Крики стоят просто животные, и я всё-таки отвожу глаза. Кажется, я переборщила со своими играми на чувствах Накахары. Стараюсь как можно ласковее погладить его спину, когда он в очередной раз замахнулся, на что слышу хриплое: — Ты отработаешь каждую секунду моего терпения, Т/И… — Это угроза, милый? — томно выдыхаю — Давай для начала поскорее сделаем то, зачем пришли? Он чертыхнулся и выпрямился, а значит, прислушался. Вот и славно — даю забитому до шокового состояния Кобуро ручку и наблюдаю, как он ставит на бумагах неуверенные росчерки. Вот и чудненько! Складываю всё обратно в сумочку, пока Накахара уже вяжет «клиенту» руки — чтобы у нас было время отступить спокойно. Уж после такого-то он точно наймёт новую охрану, но от этого всё равно не будет толку. Мы быстро выходим из номера, тихо прикрыв его, а затем забегаем на аварийную лестницу. В этот момент со спины меня схватила за шею рука Накахары, легко и просто вжимая в стену так, что мне пришлось прислониться к бетону щекой. И ко мне опять прижимаются сзади — да что ж такое, будет хоть что-то новое за этот вечер! Но судя по стальному тону Чуи, определённо будет: — Я не знаю, что я с тобой сделаю. — Может, дотерпишь хотя бы до спальни? — пытаюсь шутить, но он игнорирует это, усилив хватку — Ладно, я поняла тебя… — Ничего ты ещё не поняла. Ты же вполне могла обойтись и без всех этих нежных жестов с ним! Могла же, но всё-равно выводила меня! — А ты, я погляжу, ревнуешь… Не забывай, какая у нас работа. — К черту работу, — он тоже берет меня за волосы, и мне кажется, что все мужчины в этом одинаковые — Оправдываться начнёшь прямо сейчас. А вот теперь я точно доигралась. Думала устроить ему горячую ночку, но не представляла, что она начнётся прямо тут. Опускаюсь перед Накахарой на колени, расстёгивая пряжку ремня на его брюках…