Пять раз Тоби спасал Дейдару, и один раз Дейдару спас Обито

      Ночь вступила в свои права. Дым от последнего взрыва почти рассеялся. В центре воронки стояли двое. Учиха крепко держал потерявшего сознание Дейдару. Мужчина успел применить Камуи на них обоих, прикоснувшись к напарнику и сделав их тела неосязаемыми.       – Ну вы и наделали шуму, – раздался голос появившегося из-под земли белого Зецу. – Я уж думал, что и мне конец. Что теперь собираешься делать, когда Дей всё узнал?       – Он отключился. Скажу ему, что подорвался на своей глине. А ты мне подыграешь.       – Похоже, это не только из-за взрыва, – заметил белый. – У него нервное перенапряжение или что-то вроде того.       – Лучше вам поспешить в убежище, а то как бы наш Дейдара-чан не склеил ласты, – саркастично произнёс чёрный.       – Ищи другую еду, – отрезал Учиха.       – Но Дей однажды сказал мне, что не против этого, – задумчиво протянул белый. – Больше витаминов и питательных веществ на благо Акацуки!       Обито молча положил обмякшего подрывника на землю и затянул его, а потом и себя в Камуи.       – Как думаешь, что из этого всего выйдет? – спросил белый.       – Будет очень интересно, – ответил ему чёрный.         ***         Убежище встретило их пустотой. Все остальные ещё были на миссиях. Учиха снял перчатки, положил Дейдару на кровать, убрал протектор с его головы и потрогал лоб. Обито невольно засмотрелся на молодое лицо: такие правильные, ещё немного детские черты, маленький ровный нос, гладкая кожа, пушистые ресницы. Мужчина отдёрнул руку и встряхнул головой.       «Почему, почему я сделал это? Зачем я продолжаю заботиться о нём, даже рискуя быть раскрытым? Точнее, почему я вообще забочусь о ком-то? А мои предыдущие слова… Почему мне так интересно, что для него значил Сасори?»       Учиха сел рядом с кроватью, безвольно опустив голову. Вспомнились важные для него люди из прошлого: Какаши, Рин, Минато-сенсей… Картинки воспоминаний складывались, наползая одна на другую, как частички в калейдоскопе. Всё, что хотел Обито, единственная цель, к которой он стремился, ради которой он использовал, убивал либо отправлял на смерть многих людей, почему-то меркла перед этим пацаном, который сейчас тяжело дышал в тридцати сантиметрах от него. И Обито это чертовски пугало. Он не понимал, откуда в его груди рождается это почти забытое ощущение, перетекая в живот, заставляя сотни мёртвых бабочек оживать.       Бесстрашный Обито Учиха на самом деле боялся. Боялся даже обычной привязанности, старательно избегал этого, пытаясь подавить в себе любые эмоции. А теперь то, что он прятал годами, старалось вырваться наружу, рискуя смести всё на своём пути. Мужчина вышел из комнаты, плотно закрыв за собой двери, и направился к себе. Прислонившись к стене, он почувствовал вызов Пейна.       – Слушай, насчёт Дейдары…       – Я уже знаю, господин Мадара.       – Зецу?       – Да. Пусть парень восстановится пару дней, для поимки Санби это будет необходимо. Отправитесь на миссию немного позже.         ***         – Я всё равно не понимаю, – сказал Дейдара. – У нас как минимум должны были остаться хотя бы какие-то повреждения, м!       – Семпай, Тоби на самом деле очень быстрый! Вы что, даже не похвалите Тоби? – ответил мужчина, подавая напарнику тарелку с едой.       Было утро. Они сидели на кухне в убежище. Цукури пришёл в себя и теперь пытался понять, как он мог подорваться на своей глине и не получить урона. Что-то не сходилось в словах Тоби. Того самого Тоби, который едва плёлся за ним всю дорогу на миссию, который постоянно жаловался на усталость и голод. Как он мог настолько быстро добраться до убежища? Сейчас этот нелепый дурачок шумно суетился, гремел посудой и снова нёс бред в своей обычной манере. Дейдара вздохнул:       – Ну, всё равно… Спасибо.       Тоби замер, а потом радостно взмахнул руками:       – Семпай похвалил меня! Тоби хороший мальчик!       – Но, если честно, я был бы не против отдать себя на пропитание Зецу. Больше витаминов и питательных веществ на благо Акацуки, м, – усмехнулся блондин.       – Не говорите так, семпай, во-первых, Тоби бы очень расстроился, а во-вторых, Зецу бы остался голодным, потому что от семпая бы ничего не осталось…       Договорить Учиха не успел. Они оба немного вздрогнули от ментального сигнала: Лидер вызывал.         ***         Полученная новая миссия поначалу привела Дейдару в радостное возбуждение. Ловля Треххвостого обещала быть интересной, со взрывами и приключениями, всё, как он любил. Однако его начало одолевать смутное беспокойство. Он списал это на странности своего нового напарника. Конечно, Цукури уже успел немного привыкнуть к нему, но многое в его действиях вызывало вопросы.       Тоби ушёл к себе, а Дейдара остался пить чай на кухне. Внезапно тишину в убежище нарушило появление Какузу и Хидана. Вернее, шум создавал в основном один Хидан, который, увидев Цукури, громко выкрикнул:       – О, Дейдара-чан! Ну как тебе первая миссия с этим ебанатом?       – Нормально, – пробубнил Цукури. – И хватит называть меня Дейдара-чан, м!       – Слушай, – Хидан подсел к подрывнику, переходя на почти шёпот. – Ты ничего странного в нём не заметил?       – А что, должен был?       – Ну, бля… – жрец оглянулся по сторонам. – Короче, когда я в первый раз его увидел, ещё в ебучей Амэгакуре, я тогда только вступил… Я захотел принести его в жертву Джашину. Не знаю, правда, какого хуя он ошивался у Пейна.       – И что с этого?       – А то, что он, по ходу, тоже бессмертный или типа того, хотя из себя ебанашку строит.       – Не понял…       – Я начал с ним драться, а он, блять, уклонился абсолютно от всех моих атак! – Хидан снова повысил голос, но резко замолчал, а потом продолжил уже тише: – Но самое стрёмное знаешь что? Я проткнул его косой прямо в живот, а ему хоть бы хны. Моя коса просто прошла сквозь него, как через воздух!       – Ты уверен, что тебе не показалось? – нахмурился Дейдара.       – Уверен… Ладно, – Хидан встал. – У меня сейчас должна быть молитва.       Дейдара остался в ещё большей растерянности. Вскоре убежище наполнилось завываниями во славу Джашина.