Петля

Трис, по правде сказать, старалась как можно меньше времени проводить в отведённой ей комнате. Главной причиной тому стал огромный плакат во всю стену — возле портрета человека, умершего буквально у неё на глазах, Трис чувствовала себя по меньшей мере ужасно. Первое пару часов она всеми силами пыталась свыкнуться с этим — как-никак, ночевать ей явно придётся именно здесь, — однако надолго терпения Трис не хватило. Она медленно, опасливо приоткрыла дверь: чужие голоса доносились лишь откуда-то снизу, из закрытой наглухо комнаты. Дверь с громким хлопком распахнулась, и из неё вылетели все трое из Сперроу. Трис вышла на лоджию и с интересом проследила за ними: жёсткий, отрывистый шаг не оставлял сомнений в том, что и Фэй, и Бен были в бешенстве. Кристофер чуть отстал от них, замирая посреди зала. Едва заметно завибрировал, переливаясь чем-то разноцветным. Он подождал, пока остальные скроются из вида, и тихонько зазвенел. — Милые семейные переговоры прошли не очень хорошо, да? — Трис приподняла уголки губ и кивнула в ответ на очередной едва различимый звон. — Смотрю, у вас тоже дискуссии похожи на пороховую бочку. Куб снова засветился, отвечая тихим шипением, и Трис прислушалась к шелестящему звуку. Может, понимать Криса — привилегия людей со сверхспособностями? Он перевернулся и, не дожидаясь ответа, последовал за дверь, оставляя Трис в одиночестве. На следующее утро её разбудил знакомый звон. Трис нехотя приоткрыла глаза, тотчас отшатываясь на другой конец кровати. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы вновь свыкнуться с мыслью о переезде. Крис повторил всё тот же звук, начиная тихонько вибрировать. — Чуть более разборчиво. Умоляю, — Трис попыталась остановить его, выставив руку перед собой, а второй медленно прикоснулась к виску. — Смею предположить, что тебе нужно меня куда-то проводить? Трис показалось, что он зазвенел чуть радостнее. Из горла вырвалось разочарованное шипение, когда ноги коснулись холодного пола. Трис с небольшим промедлением встала, недовольно осматривая и приглаживая помятую рубашку. Кристофер что-то вяло пробурчал и поплёлся к выходу. Трис изо всех сил старалась запомнить дорогу, по которой Кристофер довёл её до столовой, несмотря на полусонное состояние. Дверь с лёгким скрежетом открылась: за ярким светом, заставившим Трис на мгновение прикрыть глаза, она не сразу сумела разглядеть, как Бен лениво махнул ей рукой, приглашая присоединиться к завтраку. Крис тоже подлетел к столу — почти сразу же послышалось нервное шипение, которое Бен слушал вполуха. — Забыл сказать, — не поворачиваясь, добавил он после того, как шипение прекратилось. — Можешь взять одежду Джейми. Не думаю, что она будет возражать. Трис чуть сощурилась, благодарно кивая, но не сказала ни слова в ответ. Изучающе взглянула на стол перед собой: количество и разнообразие еды заставляло не то восхититься, не то ужаснуться. Трис с опаской взяла вилку и подцепила первое попавшееся на тарелке. — Мы ненадолго уедем, — вновь подал голос Бен. — За тобой присмотрит Крис. Надеюсь, ты догадываешься: ему ничего не стоит снова вырубить тебя. Или, к примеру, терроризировать на протяжении нескольких часов, пока мы не вернёмся. Выбор за ним. Верно, Крис? Куб что-то ворчливо прошептал, но на возражения это было мало похоже. Скорее, подумалось Трис, ему не хочется застревать в Академии наедине с незнакомкой, когда его брат и сестра едут вершить судьбу всего мира. А сама Трис была несказанно рада, что её не берут с собой. Вряд ли надвигающийся апокалипсис мог хоть как-то помочь ей вернуться домой. В стенах Академии после ухода Первого и Второго Номера стало удручающе тихо. Крис скучающе носился по столовой, изнывая от свалившейся на него ненужной ответственности. Утреннее солнце скользило по обеденному столу, и Трис бездумно тыкала вилкой в яркие блики на еде. Ей в голову не приходило ни единой мысли о том, чем можно заняться после завтрака. Первое, что получилось придумать — обыск комнаты, а может, и не одной. Но идея казалось настолько бредовой, что даже не пошла в дальнейшее рассмотрение. Осмотр Академии был чем-то из той же оперы, хоть и не казался столь криминальным. Но всё же в некоторые комнаты Трис, должно быть, вход заказан. А определить подобные запретные двери на глаз она явно не сможет. Следующие несколько часов им пришлось провести с Крисом наедине. Не сказать, что компания была чересчур давящей или неуютной — хотя эту мысль Трис явно была готова оспорить в любой другой ситуации, — однако внезапное возвращение ещё одной девушки из Сперроу и вправду скрасило дальнейшее пребывание здесь. Бен и Фэй сразу же скрылись за ближайшим поворотом — никто кроме Кристофера не решился последовать за ними, слыша обрывки гневного разговора. Слоун — девушка тут же решила представиться в обход долгих прелюдий — казалась слишком живой и доброжелательной для Академии Сперроу. Трис было подумалось, что она и правда может проникнуться безудержным желанием помочь ей вернуться. Им волей судьбы пришлось прожить бок о бок ещё пару дней: за это время Слоун успела проболтаться об отношениях с Лютером и о том, как Фэй и Бен скрупулёзно составляли план дальнейших действий — по отдельности, что было чертовски предсказуемо. По правде сказать, идея об объединении команд казалась не такой уж и катастрофичной. Может, только самую малость. Трис очень хотелось верить, что на время перемирия ей наконец можно будет забыть об угрозе в лице незнакомца из отеля. Про свою вероятную смерть от рук Пятого она старалась думать как можно меньше — может, его внимание захватят более насущные проблемы? Слоун о подобных переживаниях, даже вопреки своей открытости и доброте, так и не удалось узнать. По правде сказать, подобное поведение Номера Пять очень располагало к себе. Трис впервые за всё время, проведённое здесь, удалось по-настоящему расслабиться лишь за разговором с ней. Слоун была столь непосредственна, что ей без промедления хотелось открыться, выложить всё свои проблемы и знать, что тебя не осудят. И это пугало. Трис в очередной раз за эти несколько дней прикусила язык, на этот раз до небольшой капельки крови — она и так рассказала слишком много. Сперроу уже знали почти всё: при первом же разговоре пришлось раскрыть подавляющее большинство карт. О сестре, о шестидесятых, о своих страхах — Трис оставалось лишь гадать, какой кусочек из этой информации, спасший ей жизнь пару дней назад, может оказаться фатальным в последствии. Слоун проследила за её меняющимся настроением, и Трис знала, что за этим последует мягкий, но настойчивый вопрос: — Тебя что-то беспокоит? Это из-за Академии? Может, мои браться или, — она осеклась на секунду, сглатывая тугой ком в горле, — или сестра сделали что-то не то? Трис бросила на неё короткий тревожный взгляд. Порой ей действительно удавалось забывать, что проблемы сейчас у всего мира. — Нет, ничего такого, — она задумчиво накрутила рыжую прядь на палец. — Я просто немного паникую из-за всех этих исчезновений. Страшно представить, как что-то неизвестное может в секунду забрать половину людей Америки. — Верно, — Слоун отрывисто кивнула, нервно сцепляя ладони. — Меня тоже пугает этот, — она слегка усмехнулась, — Бог. На мгновение их поглотила тишина. Трис с сомнением вглядывалась в глаза собеседницы, пока та снова не расплылась в лёгкой улыбке. — Грейс его так называет. Ты не слышала? — Слоун терпеливо дождалась отрицательного ответа. — Хочешь сходить посмотреть? Трис замерла в замешательстве. Её разум уже готов был протестовать, как вдруг за спиной послышались тихие, неспешные шаги. — Вот только подвал заперт, — низкий, вкрадчивый голос раздался откуда-то из-за плеча, и Бен, не колеблясь ни секунды, обошёл их и махнул рукой, призывая следовать за ним. — Не горю желанием узнать, как быстро мы сдохнем, если его случайно коснётся кто-нибудь посторонний. Трис великодушно пропустила камешек в свой огород — конфликтовать в непосредственной близости от парадокса, уносящего жизни людей, было не слишком привлекательно — и, за неимением выбора, последовала за Номером Один. В подвале было чересчур душно. Высушенный воздух буквально раздирал лёгкие — Трис готова была поспорить, что огромный светящийся шар в центре комнаты был этому причиной. Она медленно приблизилась, не решаясь подойти вплотную и держась за Беном со Слоун. Глаза мгновенно заслезились, раздражённые яркими вспышками — Трис пришлось отвести взгляд чуть выше и прикрыть глаза. — Он поглощает живых существ раз в пару часов, — Бен понизил голос, в котором едва можно было расслышать напряжённость, и непрерывно всматривался вглубь испускающего свет шара. — И с каждым разом перерывы становятся меньше. Он повернулся в пол оборота, переводя взгляд на Трис, и скривил губы в едкой ухмылке. — Надеюсь, после этого пропадёт всякое желание с ним взаимодействовать. — Я всё равно ничего не смогу с ним сделать, — она медленно покачала головой. — И вообще не уверена, что сможет кто-то ещё. Вы ведь, наверное, уже пытались? Бен скованно поджал губы, а Трис впервые за эти несколько недель хотелось ему посочувствовать. Город возлагал на них слишком большие надежды. Слишком большую ответственность. Решение вернуться наверх было негласным и обоюдным. В какой-то момент ступенек стало слишком много: Слоун, не в силах выдержать напряжённую атмосферу, порывалась догнать Бена и выразить хотя бы малейшую поддержку. Однако вплоть до самой двери шла по правую руку от Трис. На выходе их ждала Фэй — её вороны окружили массивную фигуру, которая пыталась спрятаться за женской спиной. Лютер в смятении выпрямился, как только взгляд Номера Один остановился на нём, и натянул на лицо обманчиво радостное выражение. Птицы пролетели в опасной близости от него, садясь на плечи хозяйки. — Какая приятная встреча! Привет, Бен, Слоун и, — нервно сцепленные между собой руки дрогнули, когда Лютер заметил ещё одно знакомое лицо, — Трис? Но как? То есть, мы обыскались тебя! Ей оставалось только мягко помахать рукой в ответ на приветствие. Лютер обескураженно улыбнулся и на всякий случай оглядел весь зал ещё раз, будто выискивая ещё парочку своих друзей. — Нет, это круто, ты не подумай! Приятно знать, что ты не потерялась, или, — он вновь запнулся, в смущении хватаясь за шею, — ну, ты знаешь. Не пропала. Последовал короткий кивок с её стороны, и Бен, великодушно дождавшись конца речи о трогательном воссоединении, выступил вперёд. Из-за угла показался Кристофер — прямо на нём стояла небольшая картонная коробка. Трис с изумлением вслушивалась в мягкий, размеренный голос Бена и не могла оторвать взгляд от коробки. Края немного смялись под нервными пальцами Лютера: его лицо стало непривычно серьёзным, когда руки вцепились в красно-чёрный костюм Академии Сперроу. В ответ на гневный взгляд вороньих глаз Бен лишь мягко пожал плечами и улыбнулся. Трис вдруг подумалось, что он стал выглядеть чуть более спокойно и собрано, чем раньше. Слоун, засияв воодушевлённой улыбкой, взволнованно подбежала к возлюбленному. Она протянула руку к коробке — в каждом её движении читалось нетерпение. Кристофер довольно зашипел, почувствовав, как коробка заметно полегчала, на что Слоун расслабленно приложила к нему руку. В следующую секунду её глаза распахнулись сильнее, и она поражённо заглянула в коробку — пальцы медленно расцепились на плече Лютера, заставляя того оторвать взгляд от костюма и проследить за Слоун. — Бен, скажи, что мне это не кажется, — она коротко и тихо ахнула, доставая из коробки второй костюм. Слоун на секунду прикрыла глаза, будто бы возвращаясь в реальность, и бросила взгляд на Трис. Кристофер тихо зазвенел — Трис была уверена, что сейчас он подталкивает хоть кого-нибудь к действию. И первым, что следовало ожидать, заговорил Бен: — Перед такой глобальной угрозой, как апокалипсис, стоит использовать все наши силы для спасения, — он плавным движением руки обвёл всех собравшихся. — Думаю, нам стоит объединиться. Уверен, все мы: и Амбрелла, и Сперроу, хотим найти способ уничтожить чёрную дыру. Слоун с воодушевлённой улыбкой протянула второй костюм Трис — и ей совсем не хотелось отказывать. Она на мгновение замешкалась. Трис вдруг захотелось выцепить хоть что-нибудь устрашающее в окружающей атмосфере: она с тихим расслабленным выдохом заметила, как ворона на плече Фэй прожигает её холодным взглядом, а сам Бен сжимает ладони чуть сильнее нужного. Трис следовало бы испугаться подобного своего порыва, но вместо этого она почувствовала лишь облегчение. Сперроу тоже сомневались. И так старались скрыть свои переживания, что им удалось за столь короткий срок расположить к себе Трис больше, чем той же Амбрелле. Кровать в чужой спальне была слишком мягкая, еда — слишком дорогая и экзотическая. Дом выглядел так, будто ради него можно было бы смело продать целый город в шестидесятых годах. И это пугало ровно в той же степени, как и располагало к себе. Трис, должно быть, наконец начала понимать тех людей из города, кто взахлёб расхваливал Академию. Они играют роль спасателей лучше, чем кто-либо другой — в этом им точно удалось превзойти Амбреллу. Оттого было вдвойне приятнее увидеть в глазах Бена ту же нервозность, что при их первой встрече, а в глазах Фэй — холодный упрёк и отрешённость. Трис медленно взяла костюм из чужих рук. Должно быть, человеку, который всегда шёл им навстречу, Сперроу могут захотеть помочь чуть больше. Она бросила короткий взгляд на Слоун: её глаза блестели отнюдь не от мягкого света вокруг. Трис постаралась улыбнуться ей как можно мягче, а после коротко кивнула Номеру Один. Бен едва заметно расслабил сцепленные руки. Он уже был готов продолжить мотивационную речь, как вдруг Лютер, нервно переступив с ноги на ногу, решил произнести: — Это очень трогательно, правда. Поздравляю, Трис! Но что за чёрная дыра? И им пришлось поделиться друг с другом информацией: Беном двигало желание расположить к себе потенциального союзника, а Лютер руководствовался чистосердечным порывом выговориться. Конечно, нетрудно было догадаться, что этот порыв выльется в уже знакомую Трис историю. Ей отчего-то было до скрежета зубов интересно понаблюдать за реакцией Бена: будет ли он также спокоен и собран, узнав, какая участь его постигла в команде Амбреллы? Однако Трис не учла одного — ей тоже стало чуточку больнее. Большой холодный зал почти опустел: Фэй сразу скрылась в глубине коридора, и Крис вскоре последовал её примеру. И сейчас горечь Бена, казалось, была готова заполнить всё вокруг. Он вновь выплюнул какую-то едкую грубость: Трис была уверена в том, что Лютер отчасти её заслужил. Пол тихонько заскрипел под её нетвёрдыми шагами. Она отошла совсем чуть-чуть, так, чтобы скрыться от внимания остальных. Должно быть, дома Трис сейчас тоже считают мёртвой. Вопросы сами собой приходили в голову нескончаемым потоком: как бы она сама отреагировала, если бы её отвели к собственной могиле? Если бы все вокруг наперебой утверждали, что она мертва? Трис как никогда чётко осознавала: она пропала из жизни своих родных гораздо раньше, за многие годы до встречи с Амбреллой. Но её никогда — никогда до этого — не считали умершей. Сестре, наверное, и без её исчезновения стресса хватило. А Трис только и смогла, что поступить ровно также, как делала тысячи раз до этого — не оказалась рядом. Она дрожащими руками смяла край поношенной футболки и тихо выскользнула из гостиной: её исчезновения никто и не заметил. Портрет девушки из Сперроу на стене смылся в неровные тусклые пятна перед глазами. И наутро глаза нестерпимо болели. Трис понадобилось больше десяти минут, чтобы попросту прийти в себя и открыть их. Через еле заметную щель в занавесках пробивалось горячее утреннее солнце: тонкий искрящийся луч услужливо подсвечивал лежащую рядом одежду. Едва Трис натянула её на себя и вышла наружу, как на её голову обрушился жужжащий рой чужих голосов. Среди них с трудом можно было различить несколько знакомых. Первым, чей голос удалось выцепить в эпицентре этого шума, был Пятый. Трис нетвёрдым шагом подошла к Фэй, стоящей чуть поодаль от основной компании: как оказалось, Амбрелла добралась до Академии совсем недавно, буквально пару минут назад. Ноги медленно подвели к краю лоджии. Казалось, с каждой секундой напряжение в комнате всё ближе подбиралось к своему пику. Трис тут же зацепилась глазами за Бена: он всеми силами выдавливал из себя остатки доброжелательности к гостям. Ему хватило одного цепкого взгляда, охватывающего всех собравшихся, чтобы Амбрелла сосредоточила всё своё внимание на нём. Фэй неспешно двинулась в сторону лестницы: в гостиной сейчас не хватало всего двух человек. Трис незамедлительно последовала за ней, с каждой секундой ощущая на себе всё больше чужих взглядов. Все в Амбрелле медленно переглядывались между собой: становилось понятно, что вопросов точно не избежать. Она вскользь оглядела Пятого. Тот всё также нервно сжимал кулаки, опуская руки на худые бледные колени, и Трис искренне хотелось надеяться, что её поступок Амбрелла не расценит как что-то из ряда вон — или как что-то, из-за чего можно лишиться жизни. Искать поддержку в лице Бена было бы крайне глупо — и Трис вопреки своей же мысли перевела взгляд на него. Тот лишь спешно кинул взгляд на них ещё в самом начале лестницы, будто убеждаясь, что все участники действа на месте, и едва заметно кивнул чему-то из своих мыслей. Лютер же в секунду заметно приободрился: его улыбка уже не выглядела настолько напряжённой и рассеянной, когда он радостно махнул рукой в сторону Трис: — Смотрите, я же говорил! Она жива и вполне здорова. Мне не одному кажется, что Сперроу её немного откормили? А то вообще не могу вспомнить, когда Трис при мне ела в отеле, — он на мгновение ушёл в свои мысли, но поспешно решил добавить. — Отлично выглядишь, Трис! В ответ на резкую смену темы Бен чуть склонил голову, в точности копируя движение руки Лютера, и криво усмехнулся. Потребовалось несколько секунд, чтобы внимание снова вернулось на него. А дальше последовала всё та же речь, что слышала сама Трис при их посвящении с Лютером. За одним единственным исключением: теперь же половина зала не воспринимала слова Бена всерьёз. Последовал один колкий комментарий за другим, и Трис в смятении закусила губу. Не сказать, чтобы Бен не справлялся. Однако значило ли это, что предложение о перемирии примут? Атмосфера всё сильнее накалялась — пальцы на руках чуть побледнели при столкновении с холодным деревом. Трис раздражённо и чересчур резко опустила ладони на стол. Все взгляды были обращены к ней — в её руках, казалось, была возможность разрушить всю ту хрупкую связь, которую успел построить Бен. Она на мгновение скосила испуганные глаза в его сторону: раздражение на лице читалось так явно, что на размышления о своих словах оставалось всего пару секунд. Трис с нервным выдохом выпрямилась, обводя глазами всех собравшихся. — Слушайте: я понимаю, вы на нервах, — в воцарившейся тишине было слишком хорошо слышно сбившееся дыхание, однако Трис упрямо продолжила. — Но хотя бы дослушайте его предложение без идиотских комментариев, а потом грызитесь, сколько душе угодно. Вам нужно объединиться. И я искренне надеюсь, что хоть кто-нибудь из вас не готов променять жизнь на бессмысленные споры. Трис провела холодной ладонью по лицу, устало прикрывая глаза, и едва слышно добавила: "Пожалуйста". Сейчас она готова была отдать что угодно, лишь бы её судьбу и судьбу сестры не решала раздробленная и вконец спятившая семейка с суперсилами. Благо, Бен решил оставить её поступок без комментариев. Трис даже показалось, что ей удалось избежать испепеляющего взгляда в спину — скорее всего, на фоне общей нервозности она его просто не заметила. Гостиная вновь погрузилась в молчание, и Бен коротко вздохнул, намереваясь-таки продолжить прерванную агитацию. Иронично: на сей раз ему вновь помешал громкий хлопок. Тяжёлая дверь резко распахнулась — Виктор тут же устремился в сторону сестры тяжёлым нервным шагом. — Где Харлан? Ноги слишком резко подкосились — Трис пришлось в спешке опереться на ближайший диван. Она сжала мягкую обивку до побеления костяшек. Виктор, будто только очнувшись, немного опасливо взглянул на Трис и вновь обвёл глазами гостиную. — Не смотри на них, — Эллисон расслабленно выпустила бокал из рук, и стекло тихо звякнуло, соприкоснувшись со столом. — Я убила Харлана. — Почему Харлан был здесь?! — после короткого возгласа все глаза были вновь обращены на Трис, и та, оправившись от секундного замешательства, впилась обжигающим взглядом в Эллисон. — Ты убила сына моей сестры? Трис оттеснила Виктора, положив напряжённую руку ему на плечо — тот в замешательстве шагнул в сторону, едва не споткнувшись о кресло. Теперь её и Эллисон разделяло буквально пару шагов. — Верно, — Номер Три угрожающе поднялась с кресла, встречаясь глазами с чужим разгневанным взглядом. — А он, в свою очередь, убил наших матерей. И мою дочь, — она едко выплюнула последнее слово Трис в лицо, озлобленно сжав губы в тонкую полоску. Трис резко отшатнулась. Ей не хватило духу убедить себя в том, что ярость на лице Эллисон притворная. Ей безумно хотелось оправдать Харлана, сказать, что он не может быть виновен в чём-то столь ужасном, но сразу поняла — слова будут пустым звуком. Трис не видела племянника много лет, Трис понятия не имела, как именно для Харлана закончилась встреча с Амбреллой. Трис знала лишь улыбчивого мальчика с красивой семейной фотографии — в противовес же стояла судьба человека, наделённого ужасающей разрушительной силой, внедрённой в него насильно. Её худшие опасения подтвердились: голос Виктора стал срывающимся, нервным, а сам он не был способен ничего опровергнуть. Стоящий позади диван оказался как нельзя кстати: Трис тяжело прислонилась к нему бёдрами, расфокусированным взглядом наблюдая за гневной перепалкой перед собой. Ей не хватило духу вслушаться в аргументы — слова вылетали из раскалывающейся головы так быстро, что та даже не успевала их осмысливать. Все вокруг что-то испуганно вскрикивали, призывая Эллисон остановиться. Зал заволокло шумными распалёнными голосами — стаканы на столе угрожающе зазвенели под натиском накаляющейся атмосферы, переливаясь яркими солнечными бликами. Стекло оглушительно громко треснуло, разлетаясь по деревянному столу и царапая поверхность. Виктор испуганно отбросил от себя осколки, тут же отдергивая руку. На него смотрели с обжигающим укором во взгляде — кто-то вновь перешёл на срывающийся крик, обвиняя его. — Это был не я! — руки Виктора напряжённо сжались под всеобщим давлением, но он упорно стоял на своём. — Осколок горячий! Пятый, чуть нахмурившись, подобрал один со стола и покрутил в руках. — Тёплый, — вынес вердикт через пару секунд. — Возможно, успел остыть. Ты уверен в этом? — Чёрт возьми, да! — Виктор в отчаянии взмахнул руками, широкими шагами направляясь вглубь Академии. — Вы все так зациклены на том, чтобы задеть меня, что даже не замечаете реальной проблемы! Дверь с грохотом захлопнулась за ним. Трис обессиленно оттолкнулась от дивана и нетвёрдым шагом поднялась по лестнице — ей казалось, что ноги могут подвести в любой момент. Кровать, ожидаемо, не оказалась спасением: едва Трис смогла упасть на неё, как к глазам подступили непрошенные слёзы. Ей до сих пор до конца не верилось, что Амбрелла обрекла сестру и Харлана на такие чудовищные страдания. Трис так отчаянно хотела верить, что они хотят помочь людям со всего мира выжить, но всё, что им удалось сделать до этого момента — угробить несколько чужих жизней, просто оказавшись рядом с ними. Их силы были чудовищными. Равно как и то, что сейчас поглощает всё живое. Трис в отчаянии закрыла лицо ладонями — оставалось надеяться, что Харгривзы и черная дыра стоят друг друга. Впервые в жизни Трис искренне хотелось верить в Сперроу: они были чертовски пугающими, но, в отличие от Амбреллы, способны использовать это во благо. Приглушённые голоса внизу наконец стихли — стало быть, Бену удалось уговорить их на взаимопомощь. Трис чуть улыбнулась вразрез всему тому, что произошло несколькими минутами ранее. Состоявшееся объединение было сродни чуду — и Сперроу удалось обеспечить этим чудом мир. Они праздновали: всё прошло как нельзя лучше, и мысль о совместной победе уже не казалась столь недостижимой и бредовой. Толстые стены заглушали въедливые звуки музыки — Трис была этому как никогда рада. От радостных выкриков глаза непроизвольно слезились, руки машинально смахивали влажные дорожки с лица. С каждой минутой шум казался всё более давящим — Трис в отчаянии закрыла уши руками, всем сердцем желая погрузиться в тишину. Уши заволокло чем-то глубоким и пугающим. Перед глазами заискрилась яркая вспышка — Пятый мгновенно схватил Трис за руку и растворился вместе с ней за секунду до обжигающего взрыва. Глаза привыкли к новой обстановке только спустя несколько секунд: ноги машинально несли Трис дальше от горячего воздуха за спиной. Они добежали до знакомого отеля — дверь тихо скрипнула, приглашая их внутрь. Потребовалось несколько минут, чтобы привести дыхание в норму. Готов к бою был только Бен: его отрывистые фразы царапали слух, но Трис упрямо не переводила внимание на что-то более спокойное. Все вокруг напряжённо молчали — в отеле не было ни единой души, кроме них. Трис едва сумела остановить себя от того, чтобы не влепить пощёчину Пятому: тот спокойно оглядывался на бушующий за дверью апокалипсис и уже готов был сдаться. Как вскоре оказалось, не только он один: Слоун, сияя радостной улыбкой, вручила Трис приглашение на свою свадьбу, настоятельно рекомендуя прийти. Все разбрелись по свободным комнатам — маленькая баночка, украшенная чем-то вроде открытки, тут же полетела в ближайшую мусорку. Трис почувствовала болезненный укол совести, но не смогла заставить себя веселиться со всеми. Ей никак не удавалось избавиться от удушливой вины перед сестрой и Харланом за то, что она не может помочь сохранить мир. А люди, в чьих руках была гораздо большая власть над апокалипсисом, попросту сдались. Трис была уверена, что голосование лишь всё усугубит — и в подтверждение её мыслям Пятый предпочёл плыть по течению. Появившийся на сцене Реджинальд Харгривз мог лишь досадливо поджать губы — власти у него хватало только на Бена. Трис хотела было радоваться тому, что Номер Один всё ещё не опустил руки, но что мог один человек против вселенской опасности? И по итогу всё решил случай — убийство. Слоун никак не могла перестать лить слёзы, захлёбываясь в них, а Трис никак не могла заставить себя её поддержать. Рука замерла в миллиметре от чужого плеча: Трис до крови закусила губу, оставляя Слоун наедине со своим горем. Они обе едва заметили, как позади с тихим скрипом открылась тяжёлая металлическая дверь. Кто-то окликнул Трис — на плече сомкнулась горячая рука Пятого. Он грубо, явно в спешке втолкнул в открывшийся проход их со Слоун и крикнул что-то оставшимся позади. Пульс бился где-то в горле — Трис всё продолжала бежать вперёд, нагоняя Диего. Спустя секунду раздался оглушительный щелчок: потрескивающие звуки от раскалённого шара вмиг умолкли, ноги ударились о порог возле противоположной стороны выхода. Трис устало схватилась за ближайший комод — ноги то и дело подкашивались, грозясь и вовсе отказать. Она в смятении огляделась: должно быть, опасность на мгновение отступила. Уши заволокло чужим обессиленным дыханием — все вокруг старались выкроить лишние минуты на передышку. Реджинальд с усилием задвинул потайной вход, окончательно отделяя от бушующего апокалипсиса. Повисла напряжённая тишина: Клаус остался по ту сторону двери. Слоун с концами ушла в себя, не проронив ни слова, Пятый — еле слышно выругался, до боли сжимая челюсть. Реджинальд скомандовал выходить в холл — ему не терпелось закончить начатое, а Трис лишь почувствовала подступающую к горлу тошноту. Он был так зациклен на собственных грандиозных свершениях, что вывести его на чувства не удалось ни Лютеру, ни Клаусу. И это было омерзительно. В холле было всё также пустынно и тихо, как и по другую сторону двери. Послышался резкий вкрадчивый голос Реджинальда — тот в который раз объяснял план, зачитывая какую-то унылую легенду, — как вдруг затылка коснулось что-то холодное. По телу прошлась острая вспышка боли. Ноги резко подкосились, теряя связь с сознанием — голос Реджинальда из-за спины размеренно продолжал свой рассказ. Трис медленно, опасливо приоткрыла глаза: перед ней промелькнула тёмная дверь лифта, и тот издал тихий звон, оповещая о прибытии. Вокруг неё потрясённо оглядывались Харгривзы — казалось, они сами были удивлены не меньше. Лютер с осторожностью шагнул из лифта, сминая ботинками короткую траву. — Мемориальный парк, — тихо вчитывался в памятник Пятый, проводя рукой по холодному металлу. — Кажется, у нас получилось? Клаус просиял улыбкой — Трис тут же отшатнулась от него, оглядывая с ног до головы. Он радостно помахал ей рукой, обходя парк по кругу. Трис проследила за его взглядом — Лютер заметно убавил в плечах и сам же с удивлением разглядывал свой новый облик. Он радостно провёл ладонями по предплечьям, обвёл глазами всю территорию парка вокруг, и улыбка на его лице медленно померкла. — Где Слоун? — он покрутился вокруг своей оси, не желая мириться с увиденным. — Она не с нами? Почему? Трис повторила его движения — из Сперроу и правда с ними был только Бен. Он напряжённо осмотрел окружающих и поджал губы. Его глаза вцепились в Пятого — тот всё пытался использовать свои способности, но ничего не выходило. Трис, наблюдая за его попытками, чуть не упустила момент, когда Бен резко развернулся и ушёл в сторону одной из арок. И Трис не думала ни секунды — рванула вслед за ним. Голова резко закружилась: арка осталась позади, буквально в двух шагах, но Трис её уже не видела. За ней была лишь кромешная темнота — Трис повернулась вперёд, надеясь увидеть Бена, и испуганно отшатнулась, скрипнув ботинками по лакированному полу. Перед ней и правда стоял Бен — в форме Академии Сперроу, напряжённый и враждебный. Он свирепо оглядывал всех вокруг — его глаза никак не могли ни на чём остановиться, — и в эту секунду Трис подумала, что Бен остался единственной спасительной веткой в новом мире.