Как я полюбил запах кофе...

Прошло три дня, как я последний раз видел того Арсения. И кстати, тот уёбок тоже так и не появился, хотя по идеи должен был прийти вчера. Неделю я жил в спокойствие, но завтра снова в школу, поэтому расслабляться тоже нельзя. Не знаю, что меня ждёт, даже не то что завтра, я не знаю, что меня ждёт сегодня, хоть уже и вечер. Но тот урод может появиться сегодня. Как не домой придёт, так возле подъезда ожидать будет, чтоб разукрасить меня перед школой. Сильно тоже не будет, я это знаю, чтоб мама не заподозрила, но я получу дохуя ударов в живот и в ноги, чтоб этого не было видно Он хоть и наркоман, но прошаренный пиздец. Я был уверен на 99,9% что сегодня мой отец придёт. Не знаю почему так, как-будто чуйка, и поэтому на всякий случай я уже собирался к Диме. Он как раз уже выздоровел, так что норм. Потому что мама на работе, и если тот придёт, то мне не поздоровится, и это точно. Я уже собрался, взял собранный рюкзак, потому что буду там ночевать, и нужно же хоть что-то взять к школе. Поза и маму я уже предупредил, поэтому осталось только съебаться от сюда. А это самое страшное. Я только выбегаю с комнаты, и слышу щелчок, что открывается дверь. Я рефлекторно вошёл обратно в комнату и ждал пока тот кто прибыл, прошёл мимо моей комнаты, чтоб успеть выбежать. Это в принципе может быть и мама, хотя время пол восьмого и мама будет дома где-то через час. Скорее всего это не она. Вот я уже слышу шаги, которые проходят мимо комнаты. Я тихо открываю дверь, подхожу к выходу, начинаю открывать дверь. Уже слышу последний щелчок, который обозначает, что вот вот свобода. Уже хвастаюсь за ручку двери, чтоб выйти, как вдруг, меня хватают за капюшон и швыряют обратно в коридор. Что я не только упал, так и проехался спиной по полу. Я хоть и высокий, но худой, и тот амбал меня легко может пошвырять по комнатам. Он подходит ко мне, берёт меня за кофту, поднимает, ставит и смотрит на меня своими уже красными глазами, от этого взгляда аж мороз по коже пробегает. — Не ждал, да? Ну я и не на долго, просто пришёл договорить, как и обещал. — Ну ты говорил через три дня, а уже 4 дня прошло после твоего обещания. — Я походу бессмертный. После моих слов, мне прилетает пощёчина. — Ты будешь говорить тогда, когда я тебе скажу. — Урод. — Что за урод в машине тогда был? — я молчу, и мне прилетает ещё, только так, что я аж падаю на пол. — Я спросил. — Видно, ты уже память свою пропил, он же сказал, что он мой друг. — В этот раз, удар прилетает коленом в живот. Сука, как же это больно. — Умный сильно? Если ты хоть слово ему про меня сказал, я тебя до полусмерти доведу. А убью, ты и сам знаешь когда. — Конечно, если я маме всё расскажу. — Ты ему говорил что-то? — И вот ещё один удар. Сука туда же, гондон. — Говорил?! — Снова. Сука, гондон ебучий, чтоб ты сдох. И опять удар. — Нет, я ничего не говорил. Он не знает ни то, что ты мой отец, и ни то, что ты меня избиваешь чуть ли не каждый день! — Если узнает, тебе пизда. Знай это. Он взял меня за кофту, только замахнулся и вдруг на кухне зазвонил телефон. Он бросил меня, я схватил рюкзак и выскочил с квартиры. Забежал сразу в лифт и когда он уже закрывался, ко мне уже бежал тот мудак. Но, слава богу, лифт успел закрыться. Как только я приехал на первый этаж, я слышал, что кто-то очень быстро спускался вниз. Я уже выбегаю с подъезда и бегу к Позу. Ну как бегу… по крайней мере, стараюсь, а то с болью в животе это делать крайне трудно. Я решил оглянуться, проверить, бежит ли он там… да, бежит. Дима живёт далеко, и я могу не убежать. Так как мне тяжело даже передвигаться, а ему нет. Я не вижу куда бегу, потому что уже всё-таки вечер и темнеет рано. Я выскакиваю на трассу и на меня едет машина, я уже думал всё… Но она останавливается и с него вылазит Арсений. — Ты головой тронулся, какого хуя на проезжую часть выскакиваешь… Антон? Что ты… — Арсений, помогите пожалуйста. — Я поворачиваю голову к тому придурку, чтоб показать ему, что мне реально нужна помощь. — Блять, садись, быстро! Я еле ползу к переднему сиденью. Уже падаю в него, и мне прям в нос дал, этот запах кофе. Я закрываю дверь, открываю окно и Арсений даёт газа вперёд. — Спасибо вам. Вы меня опять спасли, прям мой ангел хранитель. — Хотел посмеяться, но чё-то не получилось, и выдал непонятный и болючий звук. — Капец смешно, на. — И зачем? — Нахуя мне салфетки? — У тебя губа разбита. Кровь вытри. — Я торкнулся к ране, и это было больно. — Говори, куда везти тебя. Я сказал адрес Димы, и он резко затормозил и мне придавил ремень, прям по свежо сделанным ударам — С-с, что вы делаете? — Это же в другой стороне. — Да, я знаю. — Так, значит сейчас ты едешь со мной в магазин, а потом я тебя отвезу. — Окей. — И мы снова тронулись с места. — Что с животом? — Да сука. Интересно что-ли? Включаем дурачка. — В смысле? — Я когда резко затормозил, ты взялся за живот, и скривил лицо. — И что? — Ну значит там, что-то болит. — Пиздец, ты догадливый. — Ничего не болит. — И он снова резко затормозил, пидор. — Сс, та сука, нахуя вы так делаете? Вам заняться нечем?! — Чего ты орёшь? Мы в магазин приехали. — А нельзя нормально остановиться? — Можно, но зато я понял, что у тебя реально там что-то болит, он тебя в живот бил? — Та блять, ничего у меня там не болит, и никто меня не бил. Чего вы доебались? — Не хочешь не говори. Но материться и орать на меня, не надо. — Последние слова он сказал грубо, но продолжил мягче. — Ты со мной, или в машине будешь? — Я лучше, в машине посижу. — Как хочешь. — Он вышел с машины, и в этот момент мне позвонил, Димка. — Алло, ты где? — В машине сижу. — В какой, блядь, машине? — Я приеду, и всё тебе расскажу, ладно? — Ладно, кстати. — Что? — Ты когда последний раз ел? Только по честному. — Блядь, ну это сейчас вообще не кстати. — Это сейчас, не самое главное для меня, но… позавчера. — Ну ты и… Антон. Приедешь, будешь есть. — Я не хочу. — Яблочный пирог. — Окей. Я его обожаю. Даже если бы сегодня ел, то всё равно бы от него не отказался. Мне кажется, если бы даже при смерти был, всё равно бы ел его. Ведь это не пирог, а произведение искусства какое-то. — Ну вот и хорошо, поторопи того с кем ты в машине. — Не могу. — Почему? — Он вышел. — Ну, придёт и поторопи. — Он и так быстро ездит. — Если бы он быстро ездил, то ты бы уже сидел у меня. — Когда узнаешь всё, то не будешь так говорить. Ладно давай, он идёт. — Окей, жду. Я отключился, и Арсений залез в машину. — Быстро вы. — Мне повезло, что вечером меньше людей — Понятно. — Воду будешь? Я посчитал, если ты бежал, то, наверно, воды хочешь. — Угадал. — Угадали, спасибо. — Он дал мне банку колы. М-м-м кайф. Этого мне и не хватало, особенно холодным к ране, вообще песня. — Ну что, поехали? — Да конечно. — Мы ехали пол дороги в тишине, ну я видел, что он прям хочет что-то сказать, или спросить, но молчит. — Арсений, я же вижу, что вы хотите что-то сказать, говорите. — Ладно, куда мы по-настоящему едем? Я так понял, что возвращаться ты не намерен, значит едешь на всю ночь, да? — М-да, переживает что-ли. — Да, мы едем к моему лучшему другу, а вы что, переживаете? — Ну сейчас же, я за тебя отвечаю, тем более, если с тобой, что-то случиться, я сам себя не прощу. — Ну мы ведь, даже не друзья. — И что? Это не даёт повод за тебя переживать? — Приятно. — Не знаю… — Ну вот и всё. — Ну ладно. О, мы уже подъезжаем, и меня уже ждёт Дима. Покурим как раз. — Спасибо вам, ещё раз. — Пожалуйста, это друг? — Да. — Понятно, пока. — До свидания. Я только вышел с машины, и уже вижу: охуевшие лицо Димы. Он ведь не видел, что я там, окна тонированные. — Аа…ээ. классная тачка. — Ага. Я сделал шаг, и чуть не ёбнулся из-за боли. Меня поймал Дима, и посадил на лавочку. В этот раз, он меня бил как-то сильнее что-ли, или я за это время отвык. — Ты же в курсе, у меня дохуя вопросов? И так как ты мой лучший друг, первый вопрос я задам: что с тобой? И почему у тебя разбита губа? — Долгая история, поэтому успеем покурить. Но я всё равно, расскажу в кратце. — Окей, только чтоб там были ответы, на все мои вопросы. — Мы закурили и я стал рассказывать. — Я собирался к тебе, пришёл тот алкаш избил меня, я бежал от него. Не видя куда бегу, выскочил на трассу, меня чуть не сбила эта машина, с неё вышел Арсений. Я попросил помощи, и вот он меня подвёз. — Это был тот Арсений? — Я только одного знаю. — Да. — Классный он, уже два раза тебя, от него спасал, и вы никак не подружитесь. И как он только, появляется так вовремя? — И не говори. — Кроме этого, я не знал что можно ещё ответить на его слова. Мы докурили и стали подниматься, Поз мне немного помогал, а так я старался идти сам, чтоб потом, лишние вопросы не задавала его мама. Когда Дима открывал двери, неожиданно заговорил, я даже дернулся, потому-что, всё время как мы поднимались, он молчал. — А ты маме сказал, что ты у меня с ночёвкой? — Да, я её ещё днём предупредил. — Понятно. — Мы уже вошли внутрь и продолжили разговор. — А ты хоть какие-то книги и тетради взял? А то в школу завтра. — Да, надеюсь, хоть по тем предметам, а то обидно будет, зря таскал, получается. Зайдя на кухню, где исходил уют и прекрасный запах выпечки. Мне сразу стало спокойно, и я чувствовал себя в безопасности. Когда мы ели вкусный пирог, я решил похвалить маму Поза: — Тёть Надь*, ваш пирог божество, очень вкусно. — Ещё считая, что ел уже давно, так вообще. — Да мам, очень вкусно, как всегда. — На здоровье, мальчики. Тош, если хочешь, можешь в душ сходить. — Спасибо, мне не помешает ополоснуться. — Ещё считая того, что меня нормально так пошвыряли по полу. — Я боюсь спросить, а что с твоей губой? — И что мне говорить?.. — Да там мужик не видел куда шёл, и коробкой меня зацепил. — Ого, он хоть извинился? — Ага, конечно. — Да, конечно. — Тох, я сейчас тебе полотенце принесу. — Хорошо. Через минуты две, он принёс мне полотенце, и я пошёл в душ: разделся и сразу пошёл смотреть в зеркало, на свои синяки. Блядь, здесь гематомы на весь живот, я еле еле доторонулся к ним, и уже скривился от боли, потому что, это очень больно. Главное, чтоб рёбра сломаны не были, а то это пиздец. Я залез в душевую кабинку и включил, холодную воду, чтоб освежиться, и выйти быстро. Я всё-таки не дома, а то если я включу горячую, то это будет где-то на час. Я переоделся и пошёл в комнату, чтоб наконец-то, лечь на свою кровать. Да, у Димы есть моя кровать, я очень часто у него ночую, и наши мамы решили прикольнуться, и купили мне сюда личную кровать. И смешно получилось, и удачно. Мы немного повалялись, посмотрели кино и легли спать. — Тох просыпайся, мы в школу опаздываем. — Первый раз, что-ли? — Я желал ещё поспать. — Нет, а покурить мы можем не успеть к второму уроку? — Да блядь. — Давай вставай, через пару минут, начнётся первый урок. Нужно успеть покурить, а то перемена начнётся, все учителя выйдут, и нам пизда. — Щас встану. — меня начал тормошить Дима, и я понял, что от меня не отстанут. — Та всё, всё, встаю. Я надел вещи, которые с собой взял, и надел кольца с браслетами, которые были со мной. Они не очень подходят к одежде, но выбора у меня нету. Взял рюкзак и мы пошли в школу. Мы уже дошли, и сразу отошли немного за пределы здания, чтоб нас не было видно. Закурили, и начали разговаривать — Тох, хочешь прикол? — Ты ещё спрашиваешь? Конечно. — Короче, мне Матвиеныч звонил, говорит что когда ты придёшь в школу, будешь в ахире. Он меня ещё так и разбудил. — Я уже в ахире от того, что он уже в школе. — Ну да, он ведь наказан, поэтому пришёл вовремя. Кстати завтра последний день наказания. — Ну наконец-то. — Интересно, от чего я буду в ахире. К нам пришёл симпатичный новенький и он гей? Смешно. — Через пять минут — окончание урока, нужно успеть слиться с толпой и найти Серёжу. — Ну как всегда короче. — Ну да. Мы выкинули окурки, и зашагали в здание. Как только вошли, прозвенел звонок, мы слились с толпой и встретились с Серёгой. Нас троих, уже увидел наш классный. Отходя от класса, где был только что, наш урок, мы поздоровалась с Павлом Алексеевичом и пошли на стадион. Там просто есть где сесть, ещё Серёжа хотел мне что-то рассказать. — Бляя, Шаст ты будешь в ахире просто. — Мне уже интересно, поэтому не тяни. — Ты ждал этого, с того момента, как её увидел. — Не понял. — Только не прыгай потому что я в курсе, что с твоим животом. — Бля, он бесит меня. — Давай реще, интересно же. — И непонятно нихуя. — Наша историчка уволилась. — Неужели. — Да ну нахуй, серьёзно? — Да, и поэтому у нас первый урок была геометрия. — А я то думаю, почему мы в математичный класс пошли, если должны были в другой идти. Пизде-ец, я в ахуе, хоть какая-то новость ахуеная. — Да реально ахуеная, она походу всех бесила. Не удивлюсь Шаст, если это ты её довёл. — Дима, ты гений блядь. — Я старался, каждый божий день, старался как мог. — Ну вот у тебя получилось. Так ладно, Димон, бери Шаста под руку, и идёмте на литературу. — О-о-о, Алексееч в ахуе будет, что мы не опоздали. Я то ладно, а вот то, что Антон не опоздал, он точно в ахуе будет. — Это точно. — Зато, мы увидим его охуевшее лицо. Идёмте тогда. И мы пошли на урок, зашли как раз по звонку. Сели на свои места, я на последнюю парту, пацаны спереди меня, и в класс зашёл, наш классный. Кстати он реально классный. — Них… извините за выражение. Это ведь наша троица, даже Антон здесь, вы меня с каждым разом удивляете. — Да мы такие. А лицо была, ржака, пиздец. — Ан-ну, Матвиенко и Шастун, к уроку готовы? Пф, ещё чего, мы с Серёгой в один голос: — Нет, не готовы. — Я так понял, это вы на следующий раз оставили? — Ага, ждите, мы с Серёгой до такого ещё не дошли. — Я буду прыгать от счастья, если дойдёте. — Будем знать, да Тох? — Ага. — Ладно, поговорили и хватит. Перейдём к уроку. Прошли ещё пять уроков, один мы с Димой прогуляли, и одного не будет. Так как та ведьма уволилась, и поэтому наконец-то домой. Мы уже собирались уходить, но зашла директриса, и сказала сесть всем по местам и позвала нашего Пашку, чтоб тот не дал никому сбежать. Мы сидели в тишине и Ванька одноклассник, опередил меня и спросил в чём дело: — Павел Алексеевич, а почему мы сидим просто так? Почему нам нельзя пойти домой? — Ванёк, у меня те же вопросы возникли. У меня сейчас урок в параллельном классе, но меня забрали, ничего не объяснили и привели сюда. — Прикол, и нахуя нас держат? О, директриса — Павел Алексеевич, можете идти. — Спасибо. Она подождала пока классрук выйдет, и потом аж заговорила. — Так, вы уже выпускной класс поэтому, никакие уроки нельзя пропускать. Сейчас у вас будет история. — Класс, завыл в возмущениях. Ну и я буду не я, если не всуну свой нос. — Ирина Олеговна, какая история, если она уволилась? — Она уволилась в первый день каникул, и за это время, мы нашли нового учителя. — А почему он, или она на первый урок не пришли? — Шастун, если ты такой любопытный, у него или у неё, и спросишь. Видно она не хотела говорить, что именно это за учитель, женщина или мужчина. Но она в курсе кто это, кто же на работу учителей принимает, интриганка. — Ладно. Я пойду позову нового учителя, а вы сидите, сбежать не получиться, он стоит за дверью разговаривает. Сидите тихо и ждите смирно. Вам ясно? Мы только кивнули головами и она вышла. Ко мне развернулись пацаны. — Серёг, ты знал это? — От куда? Если даже наш классный, не знал. — Тох серьёзно, от куда он мог знать это? — Бля, пацан, вы слышали чё она сказала? Она сказала «ОН стоит за дверью», «ОН», значит это мужик. — Блядь, мужика будет тяжело вывести из себя. Открываются двери, все смотрят на него, чтоб понять, что это за историк такой, либо старый дед, либо какой-то молодой. Он заходит, закрывает двери, а у меня открывается рот…