Как я полюбил запах кофе...

В класс заходит тот, которого я точно не ожидал здесь увидеть. И так не ожидал, что все вещи, которые лежали на парте, полетели под неё вместе со мной. Я тогда чуть не закричал от боли, потому что ударился животом. Когда все замолчали, тот человек заговорил: — Так, пацаны, Антон в школе? — он обращался к Диме и Серёже. Они тоже охуели, но Поз всё равно ответил: — Дядь Андрей, А-антона нету, он отпросился домой, а сейчас он… на работе у мамы. Он решил меня в школе побить что-ли? Тот наркоман совсем свихнулся. Поз красавчик, потому что этот урод сейчас к маме не пойдёт. Он ещё не полностью залил в себя кофе. Алкашкой всё ещё от него несёт. — В смысле? Так он же… — Вот сука эта Юля хотела сдать меня, но не успела, в класс кто-то вошёл. — Ты? — Не понял. Так смотреть не буду, чтоб не спалиться. Ну пиздец как интересно, кто там. — Мужчина, попрошу вас покинуть класс, пожалуйста. — Это ведь… — Я к сыну пришёл. — Для этого есть перемена. Раз вы чей-то отец, должны знать расписание уроков вашего ребёнка. Подождите перемены, и он сам к вам выйдет. — Блять… — Его нет, он уже ушёл. — Ну, раз нету, покиньте класс и дайте провести урок. — Пожалуйста. — И вышел с класса. А я, наконец-то, вылез с под парты, и эти голубые глаза, бросились сразу на меня. Он был в ахуе, но сделал вид, что меня не знает. — Ты что там делал? — Прятался. — Р-ручку поднимал. — Всё это время? — Нет, вы просто сначала меня не увидели. — Понятно. Ладно давайте знакомиться. Я Арсений Сергеевич, ваш новый учитель истории. — Вот как тебя по отчеству. — Сейчас пройдёмся по журналу, буду узнавать как к вам обращаться. — Логично, не будешь же ты, лично знакомиться, как в младших классов. Он начал проходить по списку, а мы просто поднимали руки. Вот уже 2 последних человека и я самый последний. — И Антон Шастун. — Я поднял руку, он посмотрел на меня и еле заметно улыбнулся. Так, что походу заметил только я. Он встал и опёрся, об учительский стол. И просто крутил ручку в своих руках. — Так как это последний урок, и первое наше знакомство, то сегодня ничего учить не будем. — Класс загудел в словах благодарности, но это длилось вообще не долго. — Ага, пожалуйста. Только сидите тихо, не люблю шум. — Тебе пизда значит. — Хочу рассказать немного о себе. Чтоб вы понимали с кем имеете дело. И так, я такой человек, если кто-то не сделал домашнее задание, то мне пофиг, главное чтоб вы понимали урок, и отвечали на мои вопросы. — Прикол. — Опоздать можете, только по какой-то уважительной причине. Если я узнаю, что опоздали из-за того, что вам просто так захотелось, будет наказание. Сейчас я его говорить не буду, узнаете когда опоздаете. Но делать этого, я вам не советую, хамить и перебивать, тоже не советую. — Меня это не остановит. — Всем ясно? Всем ясно. — Пиздец, даже ответа не дождался, а вдруг мне не ясно. — Вроде вс… — А вдруг мне не ясно? — Я его, кстати, перебил. — Останешься после уроков, расскажешь, что ты не понял. Как раз узнаешь, что будет, если меня перебить, понял? — Ахуенно блять, но я домой в принципе, и не сильно хочу, всё равно потом не знаю, чё делать. — Ты меня понял? — Та понял я, понял. — Он меня уже заебал. А что дальше будет? — Ну вот и хорошо. — Из-за того, что пол урока мы проебали, потом этот знакомился пол урока. Мы и не поняли, когда и прозвенел звонок. Как только все вышли с класса, я взял рюкзак и направился к нему — Ну и что ты не понял, Антон? — Он скрестил руки на груди и стал ждать моего ответа. — Я всё понял, просто хотел узнать, что будет с теми кто не понял. — Он встал напротив меня, и он оказывается такого же роста как я, наверно чучуть, совсем чучуть ниже. — Так Антон, я с тобой шутить не буду, то что мы там пересекались, это не помешает мне тебя наказывать. Правила для всех одни, понял? — Да. — Господи, он что, купается в этом кофе что-ли?.. — Он твой отец? — Нет. — Ему не обязательно знать, что он мой отец. — Если нет, почему чей-то отец, тебя бил? — Он меня не бил. — А вчера, разбитая губа… — Он ткнул мне в ушиб, и боль можно сказать, пронзила всю область живота. — Боль вот здесь, это что не побои? — Это когда я бежал, ударился животом, а губа… прикусил. — М-да, врядли он поверит в эту чушь. — А в тот раз? — Поверил что-ли? — Я просто когда-то на него работал, а он никак отстать от меня не может, типа… чтоб я вернулся. — Боже, что я несу?.. — Каким образом работал? — Та блядь, ты заебал, у меня уже идей нету. — Арсений… как вас там?.. — Сергеевич. — Арсений Сергеевич, а вам не кажется, что это немного, не ваше дело? — Я просто спросил, не хочешь не говори. Но голос на меня повышать, не нужно. — Иди нахуй, заебал блядь, по-любому, моя эта агрессия к нему, это из-за противного запаха. — Всё? Я могу идти? — Иди. — И я направился к двери. — Антон. — Что? — Классная фамилия. — Спасибо. — И вышел из класса. Фамилия слава богу мамина. Когда это всё началось, на счёт отца, то я маму попросил, чтоб она переоформила меня под свою фамилию. Она когда за того ублюдка, замуж выходила, оставила свою фамилию. Не знаю, почему так, но это было отличное решение. — О, вы здесь. — Когда вышел со школы, то там где мы курим, стояли очкарик с косичкой. — Да, мы тебя ждали. — Не удивительно. — Приятно. Ладно, что делать будем? — Я сегодня, пока ничего, а вот завтра что-то будем. — Наконец-то, уже с наказания снимут. — Я закину рюкзак, и могу идти куда угодно. С ним таскаться не хочется просто. Тох ты со мной пройдёшься, или тоже свой закинешь? — Не, сам я идти не хочу, я с тобой, потом вместе ко мне пойдём. — Ну тогда идёмте? Я как раз докурил, я всё равно с Димкой в одной стороне живу, только я ближе. — Везёт же вам, сами домой никогда не ходите. — Идёмте. Бля пацаны, что за подстава, почему вы в одной стороне живёте, а я совсем в другой? Всегда сам домой хожу. — Шаст, чё ты возмущаешься? К тебе ближе всех наш парк. И я тоже с Серым дойду, можно сказать к тем богатым домам. А потом я сам иду, хуй знает куда. Так что, закрой рот, и не выёбывайся. — Я всё равно буду возмущаться, мне похуй. — Серому лучше всех, он домой сам не ходит, и живёт недалеко возле школы, 10 минут и уже дома. Это если пешком, а если на скейте так вообще 5 минут. — Блядь, скейт, я про него забыл. — Дим, поможешь мне скейт починить? — Дома, или уже в парке? — Давай лучше в парке, а то вдруг тот урод появится. — Шаст, а он не может быть уже дома? Вдруг он пришёл, и тебя ждёт, и тебе будет пиздец. Считай, ты от него тогда сбежал, и он уже думает, что ты школу прогулял. Это двойной пиздец, будет. — Тох, Матвиеныч прав, может ну нахуй тот скейт, завтра можно? — Перед тобой, он меня не тронет, скейт возле входа, приоткрыл дверь, забрал и убежал. — Тоже верно. О пацаны, это что Арсений? — Он нас обогнал, и остановился возле своего дома. — Ну да, он домой приехал, Дим я же говорил. — Бля, точно. Он заехал, и мы пошли дальше. Потом мы попрощались с косичкой, и пошли дальше сами. Мы шли разговаривали, я то и дело постоянно оборачивался. Мне всё казалось, что за нами кто-то идёт, как будто чуйка, а она меня никогда не подводила. Временами думал, что это мой папаша. Даже не то, что временами. Всё это время, я думал, что он за мной следит, потому что, кто это ещё может быть. Мы закинули рюкзак Поза и пошли ко мне. — Чего ты постоянно оборачиваешься? — Спросил он, когда я в очередной раз обернулся. — Та такое чувство, что за нами кто-то следит. — И ты думаешь?.. — Да, я именно это и думаю. — А давай, встанем будем смотреть назад, резко запрячемся, чтоб он не заметил, и подождём пока он пройдёт мимо нас. А то не зря же у тебя это чувство, оно тебя никогда не подводило. — Всё это он говорил шёпотом, чтоб если что, нас не услышали. — А чё, давай. Мы обернулись, и как будто кто-то выглянул и резко зашёл за угол. Мы поняли, что я не зря волновался, мы одновременно друг другу махнули и зашли в магазин на перекрёстке. Стали смотреть на дверь, и просто мимо неё чуть ли не пробегает тот, про кого я думал. Мы просто стоим и смотрим на друг друга. — Шаст, это пиздец. — Знаю… ну зато стало известно, что он не дома. — Мы вышли с магазина. На всякий случай проскочили переулок, и пошли домой. — Скоро вечер, это получается ты потом сам домой идти будешь? — Получается. — Давай я потом тебя проведу? — Посмотрим, пока нужно починить мой скейт. Так я потом на скейте домой поеду, и если что, он меня не догонит. — Тоже верно, ну посмотрим короче. И мы пошли дальше, то молчали, то перекидывались пару фразами. Так мы и дошли домой. Мы поднялись, я закинул рюкзак, а Позу сказал, чтоб взял доску. Я выхожу с комнаты, и вижу расстроенное лицо Димы. — Дим, ты чего? — Тох, скейт… — Что там? Я устал терпеть, и просто подошёл к нему. В мои глаза, кинулась гора маленьких дощечек с погнутыми колёсиками. Тот ирод всё-таки появлялся здесь, и разъебал моего друга. У меня аж слеза пошла, от этого зрелища. Этот скейт, мне был очень дорог, его мне подарила бабушка перед своей смертью. Я любил её, и обещал себе, что буду постоянно с ним. Нужно было раньше его починить. Это я виноват. Я молча бросил Диму, и пошёл в ванну, закрылся, стал смотреть в зеркало. Я снова дал воле слезам, я слабый, из-за меня не стало скейта. Из-за меня, теперь нету никакой памяти о моей любимой бабушке, это я виноват… — Тох, открой двери. — Я виноват из-за того, что давно все чувства закрывал в себе и давно ничего себе не делал. Всё то, что я скрывал, резкой, и большой рекой полились наружу. Я и не заметил, как беру лезвие, и смотрю на него представляя, как им же веду, по своему уже изуродованному телу. — Антох, не делай ничего пожалуйста. Антон там уже сломана защёлка, я выбью эту ёбаную дверь. — Я прямо сейчас возьму и проведу им по руке, мне похуй, что сделает мне тот уёбок если увидит, он уже много чего мне сделал. Я уже дотрагиваюсь лезвием по руке. Как вдруг мою руку отбивают, и уже уводят с ванной комнаты. — Шаст, ты дурак? Что на тебя нашло? — Я сам не понял, оно само как-то, я долго замыкал в себе все эмоции, а тут скейт был последней каплей. Очень жалко его, это я виноват, что его не стало, если бы я раньше его починил, такого бы не случилось. — Тох, я знаю, что он тебе очень дорог. Успокойся, хочешь, возьми этот кусочек. На память будет. — На память, как его розъебал тот мудак? — Бля, Шаст, не выёбывайся. — Я хихикнул. — Ладно давай. Спасибо тебе Поз, за то, что хоть как-то пытаешься поднять мне настроение. — Для этого, и нужны друзья. — Ладно, пошли шляться, как и собирались? — Та какие шляться? Сиди здесь уже, а я домой пойду. Опасно тебе на улицу выходить. — Давай хоть у меня побудем, а я потом тебе такси вызову. — Ок, что делать будем? — Щас чайник поставлю, чай попьём посмотрим что-то на ноутбуке. А пока он будет кипеть, нужно двери починить. Что я маме скажу если она это увидит? — Не помешало бы. — Ну давай, разувайся, снимай куртку, а то так и стоишь. — А блядь, точно. Мы поставили двери обратно, даже починили замок. После посидели посмотрели кино, я уже не помню название. И Димке позвонила мама, чтоб он шёл домой. Я пошёл по деньги, чтоб вызвать такси, но денег не обнаружил, всё-таки спиздил, гондон. — Он деньги забрал, щас я маме позвоню попрошу. — Та не надо, я сам пойду. — Если я сказал, что ты поедешь, значит ты поедешь, ясно? — Антон… — Я сказал. Всё, закрой ебало. — И я набрал маму — Алло, мам? — Да, что такое? — Мам, можно у тебя взять деньги, Диме на такси? — Да, что за разговоры? Конечно бери, сколько надо. — Спасибо, целую. — Давай, целую, скоро буду. — Жду. — А, Антош. — Что? — Я сидела, и мне так домашней, жареной картошки захотелось… — Я тебя понял, будет сделано. — Спасибо сынуль. Я отключился, и пошёл по деньги, вызвал такси дал наличку, мы постояли на балконе покурили, подъехало такси, и Димон пошёл. Я стал чистить картошку, пока чистил, поставил жарить мясо, потом туда же добавил картошки. Когда готовилось это всё дело, я делал салат, с помидорами и огурцами. Мама, именно этот салат любит с картохой. Как же всё быстро произошло, что я и глазом не успел моргнул, как уже и мама пришла, а пошёл её встречать. — Ты как раз вовремя, я только плиту выключил. — О отлично, чую запах, м-м-м, аж слюнка течёт. — Обожаю радовать маму вкусной едой, хоть сам есть не люблю. Я поставил миску с салатом, и наложил маме картошечки. — М-м, как это только вкусно, я не могу. А почему ты себе не насыпал? — А я не хочу, мы с Димой, чай с бутербродами пили — А быть точнее, без бутербродов. — Антош, чай это не еда, нужно питаться полноценно. — Блядь, только не это. Она встала по тарелку, и уже насыпает, и ставит, сука-а-а. — Буду тебя, теперь кормить как маленького. Следить, чтоб ты всегда ел. Я знаю, что ты утром не ешь, ну хотя-бы 1-2 раза в день нужно есть. Ну так как ты ешь один раз в 2-3 дня, то начинаем с малого, чтоб тебе не стало плохо, поэтому кушай. Походу снова нужно восстанавливать, свой режим питания. — Хорошо, спасибо... эх… — И не вздыхай мне. Бля, как я давно не заходил в инсту. Что здесь нового? Ого аж три человека на меня подписались. Неожиданно. Просто в основном, на меня никто не подписывается. Из-за того, что там нету ни единой фотки, только на аве, и то там я сижу на скейте, спиной к камере… *на скейте*… пронеслось повторно в моей голове. Жалко его очень… Подписались, как всегда малышня какая-то. Не интересно. *Стук в дверь* — Не помешала? — Нет мам, что-то случилось? — Ничего серьёзного, просто иду в магазин. Тебе что-то нужно? — Какой, блядь, магазин? — Мам? — Что? — Действительно, блядь, «что?» — На улице уже, девять вечера, там темно. Куда ты собралась? — Антон, я не маленькая. — Мам, но ты женщина которая очень молодо выглядит. А на улице, там уже спрятаны маньяки, в ожиданиях своей жертвы. — Та кому, я там нужна? — Не, ну с головой вообще не дружит, вообще. — Во первых, ты нужна мне, а я за тебя переживаю. Что ты там такого захотела, что готова выйти в темноту? — Если хочешь, можешь пойти со мной. — Я то могу, это так срочно, что не может подождать до завтра? — Да срочно. — Ладно, потом выбью ответ. Я собирался с мыслями, что ей там такого нужно, что это не может подождать и нельзя сказать. Мы вышли, и я снова начал из своими допросами. — Хоть теперь, ты можешь сказать, по что мы идём? — По что ты, я не знаю, а по что я знаю. Кстати, что ты там решил взять? — Э-э, не понял. — Э-э, я вообще-то, первый спросил. — Ну деньги у меня, поэтому я должна знать, что тебе купить. — А мне ничего не нужно, а вот теперь отвечай, что там такого важного? — А если… — Скажи честно, завтра придёт тот, и ты идёшь по что-то ему? — Нет, я даже не знаю, когда он явится. Аж интересно, куда это он запропастился. Кстати, почему ты никак его не простишь? Он ведь меняется, не бьёт тебя, и вроде как нормально общается. Эх мам, знала бы ты, как он меняется, и «нормально» общаться… — Это не простимо, ты его и сама еле простила. Через неделю наверно, и то, сейчас у вас тоже отношения, не такие славные какие были. — Тоже верно, наверно тебе ещё время нужно. — Не нужно… — Кстати, ты не ответила на вопрос. — Та боже, Антон, по прокладки я иду. — А ой, неловко получилось… — А-а... а… ладно, прости. — Та ничего страшного, бывает. Ты точно ничего не хочешь? — Та сигареты мне нужны. — Точно, ну я с тобой пойду, рассматрюсь, может что-то захочу. — Ну как знаешь. Когда дошли к магазину, там стояла та самая чёрная машина. Бля, он точно подумает, что я слежу за ним. Как столько может быть столкновений, пиздец? Может постараться как-то обойти его, чтоб он не увидел? Арсений, сто процентов возле кофе. — Мам, ты наверно иди, а я пойду какой-то батончик себе возьму. — Хорошо, встретимся на кассе. — Окей. И я поспешил в отдел со сладостями. Где сразу же, врезался в кого-то. И мне моментально, вцепился в нос этот противный запах кофе, пиздец. — Шастун? — Та блядь. — Арсений Сергеевич? Неожиданная встреча. — Всё-таки запомнил как меня по отчеству? — А вы всё-таки запомнили мою фамилию? — Сложно не запомнить фамилию человека, с которым постоянно где-то случайно сталкиваешься. А позже он и вовсе становится твоим учеником. — Скорее вы моим учителем. — А разница? — Не я же новенький. — Суть не меняет. — Меняет. — Умный? — Ну так. Я ему хитро улыбнулся, и просто стал на него смотреть. Он сложил руки на груди, и тоже, только пристально, начал на меня глядеть. Да так, что у меня аж улыбка пропала бы. Но я гордый, и продолжил ехидно улыбаться. — Раз так, завтра спрошу как ты подготовился к уроку. — Запрещенный приём. Теперь ехидно улыбается он. — Я уже могу сказать, что не готов. — А что ж такое, сразу дар ума потерял? — Ты чё ахуел? — А какого хуя, вы сразу грубить? — Будешь материться, вообще получишь. — Аж интересно как. — Бля, я это в слух сказал? — А вот ты ещё раз, мат скажи, и узнаешь. — Всё-таки, в слух. — Как-то в другой раз, меня там мама ждёт. — С нетерпением жду, следующего твоего проёба. — Арсений Сергеевич, как вам не стыдно материться перед учеником? — Вне школы, я что хочу то и делаю, поэтому бойся меня, за зоной того здания. — Так, мы сейчас за зоной. — Ну так бойся. — А вы мне не угрожайте, я тоже так могу. — Ну попробуй. — Я же говорю, в следующий раз, я здесь не один. — Ну-ну. — До свидания, Арсений Сергеевич. — Пока, пока. И я пошёл на кассу, даже не взяв какой-то батончик. Ну и похуй. Что он вообще там делал? Вот реально, какого хуя? Когда я подошёл к маме, я понял, что он встал за мной, ну почему не на другой кассе? Вот гандон, блядь. — Антош, ну и где твой батончик? — Я перехотел. — Ты стоял там, три года, чтоб ничего не взять? Что ты там, так долго, делал? — Встретил: красивого, голубоглазого уёбка. — Да там, одноклассника встретил. Стояли разговаривали. — Какого? — Мишу. — Понятненько, как он? — Нормально. Ничего страшного, что он сейчас на больничном. Мама этого не знает, поэтому сделаем вид, что он нормально. Мы заплатили, мама там ещё продуктов набрала. Я взял пакет, и мы пошли домой. Шли спокойно, разговаривали, когда пришли я чуть пакет не уронил от испуга. В коридоре, как штык, стоял папаша. С этим вонизмом кофе, кроме него не было ничего. Всё-таки, смог залиться им. Жду с нетерпением, когда он в нём захлебнётся. — Привет, а где вы были? — Ну да, блядь, с пакетом зашёл. Где мы были, блять? В туалете наверно. — В магазине, а когда ты успел приехать? — Тот же вопрос. — Да вот, минут пять назад, наверно. А ты чего, не здороваешься с папкой? Здоровались вчера. В его глазах читалось, если я не поздороваюсь, то получу в два раза больше обычного. — П...привет... Еле выдавил это сломанное слово. На самом деле, хотелось сказать: «Пошёл нахуй». Я поставил пакет на стол на кухне, и пошёл в комнату. Закрыл туда двери на ключ, (да, в моих дверях есть замок), лёг на кровать слушать музыку в наушниках. Но через час, полтора, когда я пытался уснуть, начались какие-то споры что-ли, ну вряд ли они были серьёзные. Я полежал, послушал, на всякий случай, когда после получаса, всё утихло, я расслабился, и уже потом не поняв как уснул.