Как я полюбил запах кофе...

— У тебя кровь… — Его слова звучали громче, и это уже не было вопросом. — Антон, я говорю, у тебя кровь! Последний раз он повторил это так громко, что я проморгался и посмотрел ему в глаза. — На что ты там так смотрел? — Арсений обернулся. — Привидение увидел, что ли? Я снова посмотрел за спину Арса, но только теперь никакого пистолета там не оказалось; человек всё ещё стоял за деревом, но без оружия. Я был цел, выстрела не было, это оказалось лишь моей фантазией. Почему-то мне в голову пришёл именно такой исход, если я скажу ему правду. Только непонятно, это хорошо, что не стреляли, или плохо? Но раз выстрела не было, я не закрыл Арсения собой и во мне нет пули, то про какую кровь мне говорили? — Прости, задумался… Арсений странно на меня смотрел, во взгляде читалось подозрение. — Перестань летать в своих мыслях, когда я с тобой говорю. И обрати внимание на то, что у тебя кровь из твоего пореза. Я опустил взгляд на руку и заметил, что на ладони кровь, а с пальцев понемногу стекают бордовые капли. И я подумал, что это отличный способ свалить. — Тогда я пошёл. Я сделал ещё одну попытку уйти, но меня снова схватили. Только в этот раз за локоть. — Стоять, ты не договорил. — Я приподнял бровь, чтоб он мне напомнил, что именно я не договорил. — «Я не могу быть с тобой, потому что…»? Я всё-таки кричал ему это в лицо… — Потому что… не могу. Нельзя, и всё. Прошу, оставь меня в покое! — Я вырвал руку. — Прости меня… — Что за хуйня только что была вообще? Почему нельзя? Ты объяснить нормально не можешь? Со всей искренностью я посмотрел ему в глаза и ушёл. Арсений ещё что-то кричал мне вслед, но я не слышал, а просто шагал прямо. Из глаз снова капали слёзы. Мне хотелось развернуться и побежать к нему в объятия, но я не мог… Тем более я уже добрался до того дерева и того человека, но прошёл мимо и даже ускорил шаг. Когда я понял, что за мной идут, то решил перейти дорогу, чтобы избежать контакта с ним — и словесного, и любого другого. Но, когда я оказался на другой стороне, тот человек меня догнал и поравнялся со мной, а после похлопал по руке, давая знак замедлить шаг. Мне ничего не оставалось, кроме как сделать, что просят. — Почему ты не выстрелил?.. — Блядь, я это вслух спросил? Пиздец… — Ты о чём? У меня и пистолета даже с собой нет. — А вообще есть? Он посмотрел на меня с усмешкой, и я понял, что это глупый вопрос. У такого человека по-любому имелось оружие. — Я заметил, ты вне зоны доступа, — он перевёл тему. — Что-то с телефоном случилось? — Этот его спокойный голос с ноткой шутливости напрягал меня и бесил очень. — Я не слышу ответ. — Разбился, — холодно и с агрессией ответил я. — Жаль. Я могу купить тебе новый. — Серьёзно? Он свихнулся?! — Вы серьёзно? Сначала угрожаете, заставляете делать невозможное, а теперь готовы купить мне телефон? Нет уж, спасибо. Принимать что-то от него было бы очень опасно, там могла оказаться прослушка или какой-нибудь жучок. — Тем более я уже себе заказал. — Ну, как хочешь. Моё дело предложить, твоё дело отказаться. — Вообще не расстроился. Нужно было узнать, чего он хочет. — А что вы вообще здесь делаете? — Ну, во-первых, где хочу, там и бываю. — О, я и не сомневался. — А во-вторых, у тебя проблема с телефоном, а мне ведь нужно было как-то сообщить моё следующее задание. Он замолчал, ожидая моей реакции, но я продолжал идти молча. — Раз молчишь, я продолжу. Ты должен прекратить любое общение со своими друзьями. Что?! Я резко остановился и повернулся к нему. — Что вы от меня хотите? Что это за задания? Какого чёрта вы делаете это? Какого чёрта вы вообще ко мне пристали со своими угрозами и заданиями? Кто вы такой, чтоб мне это говорить? Что я вам такого сделал, что вы так поступаете со мной? Да я, блядь, и знать вас не знаю, чтоб что-то вам делать. Если вы знаете обо мне всё... Разве не знаете, что я пережил? Разве не знаете, как мне и без вас херово? Если вы всё это делаете для развлечения, то, пожалуйста, найдите другую жертву. Вы и так забрали у меня любимого человека. Сколько ещё, сука, можно?! Весь этот текст я произнёс довольно тихо, а вот последнюю фразу выкрикнул со всей злости. Потом поймал проезжающее мимо такси и попросил отвезти меня домой. Только поехал не к маме, а реально в старую квартиру, где переживал самые ужасные дни жизни. Я не знал, какого чёрта я вспомнил о ней и чего ради решил поехать именно туда. Наверное, из-за того, что именно там меня никто не найдёт. Они будут искать везде, но туда вряд ли вздумают заглянуть. Таким образом я решил сбежать ото всех — и лучше надолго. Я молча смотрел в окно, пока мы не приехали, потом заплатил таксисту и просто остановился, глядя на подъезд. Всё же не решаясь пойти туда. Я очень давно здесь не был и потому, когда из дома вышла какая-то женщина, я удивился, что не знаю её. Я смотрел на дверь минут пять, а потом оттуда опять кто-то вышел, но это уже был знакомый мне человек, который жил под нами. От него я узнал, что баба Тася умерла два месяца назад. А я так и не смог к ней прийти и даже не был на похоронах. Нас почему-то никто не оповестил. Жаль, хорошая бабушка была… Повтыкав ещё минуты три, я решил зайти внутрь — именно тогда, когда кто-то выходил из подъезда. Я ведь не брал ключи и сам войти бы не смог, домофон оказался сломан. Я преодолевал ступень за ступенью, а внутри всё сжималось. Я прямо чувствовал ту атмосферу, как когда жил здесь. В голове промелькнули воспоминания, как я бежал отсюда, спасаясь от родного отца. Как радостно поднимался, когда узнавал, что его нет дома. Как молился, чтоб мама оказалась выходная и я не получил пизды. Но сейчас, стоя на пороге квартиры и ковырясь в замочной скважине какой-то проволокой, я молился, чтоб замок поддался и я смог попасть внутрь. Не думал, что когда-нибудь захочу сюда прийти по собственному желанию. К моему удивлению, я сумел вскрыть свою же квартиру и войти. Как только я переступил порог и прикрыл дверь, в нос ударила пыль и тот самый запах тревоги. В первую очередь я решил пойти в ванную и смыть с руки кровь, которая уже успела засохнуть. Вода, как ни странно, всё ещё была в этой квартире, а я уж думал, что отключили. Хотя я понятия не имел, отключают ли её вообще. Я не хотел обходить всё вокруг и вспоминать, так что сразу решил отправиться в свою комнату. Обстановка с прошлого раза тут не изменилась. Так же, как и везде, всё было в пыли, поэтому я решил встряхнуть одеяло и постелить его обратной стороной — для того, чтоб сесть, а может даже и лечь. Ну, пока что я сел, опёршись ладонями о ноги; сначала осматривал комнату, а потом просто втыкал в пол. Не хотелось о чём-то размышлять, но мысли, к сожалению, сами лезли в голову, только теперь в голове творился полный пиздец. Я ничего не понимал и пытался ни о чём не думать, но когда понял, что все попытки безнадёжны, то бессильно упал на кровать и просто закрыл глаза. Моё лёгкое расслабление прервали звуки за пределами комнаты. В голове сразу пронеслось: «А я запирал дверь?». Блядь, я её закрыл, но не на защёлку… Пиздец, серьёзно? Почему эта квартира так и притягивает неприятности? Я поднялся с кровати, взял настольную лампу и стал пристально смотреть на дверь в ожидании, что кто-то войдёт. И я был прав. Я сразу же замахнулся, чтоб ударить этого человека, но тот заметил и увернулся, а после вообще отобрал у меня импровизированное оружие. — Ты кто такой? Это был мужчина где-то моего роста — может, чуть ниже — с крепким телосложением. Неудивительно, что он так легко забрал у меня лампу. У него были карие глаза и не сильно привлекательная внешность, но и особым уродом он не выглядел. Просто обычный человек, который вообще не в моём вкусе. Одет он был в чёрные джинсы и лёгкую осеннюю куртку того же цвета. — Меня прислали. Приказали оставаться инкогнито. — Блядь, серьёзно? — Кто прислал? — Человек под псевдонимом «Твой страх». Доказательство, что я от него: вы сегодня были вместе, ты задавал много вопросов, потому что он дал задание, связанное с твоими друзьями. — Такое мог бы кто-то услышать. — А первая встреча с ним была на заброшке, когда ты готовил подарок своему мужчине. Он говорил уверенно и смотрел так же. Но после затих и стал разглядывать меня всего, будто оценивая. — И что ты здесь забыл? — Мне велели передать, что если ты хочешь ответы на те вопросы, то жди, они будут. А ещё тебе не стоит так разговаривать с ним, иначе будет очень плохо. — Это всё? Я не хотел оставаться с ним, так как он менялся. Взгляд стал страшным, и поведение тоже. Словно этот человек был под чем-то запрещённым. — Собственно, да. — Ну, тогда можете уходить, — я показал рукой на выход. — А ты симпатичный. — Бля-я, не к добру эти слова… — Ага, проваливайте и передайте своему боссу, что я всё понял. — Не так быстро. Я хочу кое-что от тебя… — Мать моя женщина, а мне походу пиздец. — А я не хочу, проваливайте и не появляйтесь. — Какой ты дерзкий, мне такие нравятся. Пока он говорил, я решил присмотреться: мало ли у него что-то во рту, вдруг он наркоман. Так и есть, под языком что-то очень маленькое. И теперь мне реально пиздец. В эту квартиру так и тянет наркоманов. Он стал ко мне подходить, а я начал пятиться. — Не подходите. — Ну чего ты? Я обежал его и решил звать на помощь: — Помог... Я не успел даже слово докричать, как в голову прилетело что-то тяжёлое и я отключился. Очнулся уже связанным и с больной головой. Боль терзала так, что дёргался глаз, в ушах звенело, а виски будто кололи чем-то острым. Я сидел на полу, опёршись о кровать. Никак не мог прийти в себя. Тот ненормальный стоял возле окна и что-то курил, походу косяк какой-то. Рот у меня был заклеен, и позвать на помощь я не мог. Вдруг он обернулся, и стало понятно, что ему ещё «лучше». Я не на шутку испугался, ведь такие реально опасны. Проходили уже… Он улыбнулся, и эта улыбка похоже не означала ничего хорошего. А после он начал ко мне приближаться, но я даже двинуться не мог, голова просто гудела. — Знаешь, чего я хочу? Я впервые хочу быть главным, хочу почувствовать удовольствие сам. А ты идеальный вариант для этого. Конечно, босс меня потом убьёт, как узнает, но я и так сдохну. Просто хочу чего-нибудь приятного для себя напоследок. Не хочу ничего говорить. Хочу действовать. Я подумал, что походу точно больше не сунусь сюда. Это помещение магнитом притягивало какое-то дерьмо. Если и сунусь, то точно не в одиночку, ведь, оставаясь один на один с этим домом, я получал от него таких пиздюлей, как будто сделал этим стенам что-то ужасное… Он улыбался и стягивал с себя штаны, а я уже понимал, что будет. Но теперь, к сожалению, мне никто не мог помочь, поскольку никто не знал, что я здесь. Это должно было произойти ещё там, в подвале; у меня в судьбе написано: «Тебя изнасилуют». После того, как показался большой член, его прижали к моей щеке и стали понемногу стягивать со рта скотч. Это было для того, чтоб я не успел вскрикнуть. Я закрыл глаза — и после мне резко открыли рот и сразу его заткнули. Этот урод запихнул свой член наполовину, слегка вздрогнул и промычал от удовольствия. А затем схватил меня за волосы и резко толкнулся до самой глотки, отчего я подавился и не смог сдержать слёз. Уже через минуту мой рот уже трахали, сжимая в руках волосы. Было больно и противно от этого всего. Хотелось кричать, звать на помощь, но рот был занят чужим членом. А тот, сверху, наслаждался и мычал от удовольствия. Но в конце концов я решил прибегнуть к уже, к сожалению, проверенному способу и промычать, чтоб вызвать вибрацию и завершить всё это. И у меня получилось. Только эта ужасная сперма полилась в горло. Я с трудом всё проглотил, а когда он вытащил член, то начал кашлять, пока рот снова не заткнули скотчем. Я понял, что на этом ничего не закончится, ведь если он решил побывать в такой роли, то одним минетом не обойдётся. А вот интересно, а точно ли он решил это добавить от себя, а не ему приказали это сделать? В общем, сейчас это было неважно. Меня развернули и положили на кровать животом вниз. Когда с меня стянули штаны и боксёры, я зажмурился и попытался сопротивляться, но меня с силой прижали к кровати — и я понял, что сейчас случится то, что давно было предназначено. Короче, в меня бесцеремонно вошли, не растягивая и даже не постепенно. Просто резко, полностью, так, что я сдался и даже крикнул от боли. Скотч сам отошёл от лица, и крик получился громким. После этой реакции мне прилетел сильный шлепок по заднице с рычанием: — Лежи там тихо, иначе будет плохо. То, что закрывало мне рот, слетело с лица, и никто уже не собирался заклеивать заново, было не до этого. Эта тварь двигалась во мне, наращивая темп. Было больно и неприятно, с каждым толчком создавалось ощущение, что меня рвёт там, внутри. Это было противно, и даже если я старался бы принимать удовольствие, нихуя бы не вышло. К уже имеющейся боли добавилось ещё то, что меня схватили за волосы и слегка запрокинули голову. Я прикусил губу до крови, пытаясь сдержаться и не вскрикнуть. После он отпустил волосы, жадно вцепился в мои бёдра, сдавливая сильно, до синяков, приподнял меня и стал двигать, как ему удобно. А мне в этот момент был пиздец. У меня уже давно затекли руки, связанные за спиной. Болели ноги в том месте, где была верёвка. Болело всё тело. Изо рта вылетали звуки, которые было тяжело сдержать, — всхлипы от рыданий. Иногда вырывалось мычание от боли, не больше, ведь если что-то получалось громко, то мне прилетало по заднице. Единственными громкими звуками в этой комнате были хлопки. Он на секунду остановился. Я сначала ничего не понял, но, когда он схватился за мой член, ответ пришёл сам собой. Блядь. Этот слабоумный захотел, чтоб я кончил вместе с ним. И поэтому он теперь двигал рукой по моему члену в такт своим движениям. Внутри взорвался вулкан ощущений, было мерзко и приятно одновременно. Конечно, больше мерзко, чем приятно, но всё же факт оставался фактом: меня ебут и мне мастурбируют. Это полный пиздец. Я запихнул в рот одеяло и изо всех сил зажмурил мокрые от слёз глаза. Но я всё же кончил… Мне было мерзко от самого себя, я лежал обессиленно на кровати, пока этот урод трахал меня вовсю, желая тоже кончить. Он крепко держал меня за бёдра и двигал ими навстречу собственным движениям. Он тяжело дышал и долбил меня очень сильно; я на это уже никак не реагировал, мне было похуй. Но вдруг он со всей силы вошёл в меня полностью, сжимая мои бёдра и кончая прямо внутрь, не стесняясь. А после повалился прямо на меня и стал жадно хватать воздух ртом. Как только я пришёл в себя, морально мне стало ещё хуже. Да и физически тоже было так себе… а точнее хуёво. Тот мерзавец тоже пришёл в себя, перекатился на кровать, а потом встал и начал одеваться. Глаза застилали горячие слёзы, но я сумел увидеть его. Он стоял, застёгивая ширинку и глядя, как из моей задницы сочится горячей струйкой его сперма. Даже не просто глядя, а явно наслаждаясь этим. Меня уже потряхивало от плача. — Какое красивое зрелище. Я насладился мальчишкой, который дорог для моего босса. Это лучшее ощущение перед смертью. — «Дорог»?.. — Ты трясёшься, небось холодно? Может тебя снова согреть? — Иди к чёрту, — еле сказал я, и слёзы покатились с новой силой. А он рассмеялся. — Ладно, не злись, я сейчас одену тебя. — Он уже хотел дотронуться до одежды, но я его перебил. — Не смей! Не подходи ко мне. — Ну, как хочешь. Тогда я пошёл, нужно ведь отчёт подготовить. — Он хотел уйти, но вдруг остановился. — Я всё же одену тебя, а то заболеешь ещё. — Мне похуй, не подходи ко мне. Урод не услышал меня и сделал по-своему. Я же сначала сопротивлялся, но, как получил удар по заднице, который отдался внутри болью, лишь вздрогнул и зашипел. А дальше лежал смирно, тихо плача. Меня одели, но от верёвок не освободили. — Такая узкая и сочная. — Он снова шлёпнул по ягодице, а потом отошёл. — Эй, урод, а развязать? — Во-первых, я не тупой и не хочу умирать раньше времени. А во-вторых, освобождение ты не заслужил. Он отправился к выходу, и мне осталось только кричать ему вслед: — Надеюсь, ты будешь подыхать долго и мучительно! Но в ответ я услышал только смех и хлопок входной двери. Я уткнулся лицом в кровать и начал орать в надежде, что мне полегчает. А после того, как ещё повалялся и поревел, почувствовал пульсирующую боль в руках и ногах и понял, что нужно действовать. Я попытался подняться с кровати, но ничего не вышло, поэтому я решил спуститься на пол так, чтоб оказаться в сидячем положении и, как только у меня получилось, подняться на ноги. После, поймав равновесие, я попрыгал в сторону кухни, где взял первый попавшийся нож, перехватил его поудобнее и стал резать верёвку, выгибая руки. Я долго пытался, мне было неудобно и тяжело, но я не терял надежды, и всё-таки у меня получилось. Расслабив руки, я уронил нож и начал стряхивать остатки с рук, как вдруг услышал голос. — Ты чего такой шумный? Это был человек, которого я хотел видеть меньше всего. Когда он заметил меня, на его лице проступило множество эмоций, от удивления до злости. — Что с тобой? Я не мог ему ответить, так как всё внимание теперь уходило на то, что я прямо чувствовал, как кровь начала поступать к рукам. Мне стало плохеть. — Ты побледнел, что случилось? — Я смотрел на него и понимал, как мне херово и как быстро я теряю силы. — Ответь мне! Но вместо ответа я начал оседать на пол, теряя сознание. Всё, что я увидел напоследок, это испуганное лицо моего страха и то, как он дёрнулся в мою сторону, пытаясь поймать меня. Но получилось у него или нет, я не знал, ведь уже был без сознания.