По тропе Золотого леса

      Во сне к Теодору снова пришла гостья. Взгляд у неё будто изменился, но она продолжала тянуться к нему. Юноша всё так же не мог взять её за руки, лишь слегка улыбнулся.       — Я уже близко. Я спасу тебя, Катрина.       Она словно услышала его слова, вздрогнула, руки отдёрнула, и по губам её Теодор прочитал:       — Плату она потребует.       — А я умею договариваться. — Юноша решил не спрашивать, кто эта таинственная «она». Всё равно ответа не услышит. — Жди, скоро приду.       Утро маркиз встретил в дороге. До леса было рукой подать, поэтому даже на конюшню заходить не стал. Бодрым шагом Теодор шёл через поле по едва заметной тропке: в Золотой лес местные и правда ходили не так часто. Когда же юноша зашёл под тень деревьев, то его встретила необычайная тишина. Будто в лесу и не жил никто никогда. Решившись, быстро пошёл вперёд.       Ему казалось, что он снова попал в уже привычный сон. Те же золотые деревья, листья, трава. И тихий ветер, от которого звенело всё вокруг. Только теперь этот звон ещё рождал эхо, которое проникало под кожу, хотело запугать, сбить с пути. Теодор помотал головой и ускорился, смотря по сторонам. В один момент уловил какую-то тень. Мелькнула она меж деревьев, скрылась и тут же снова показалась ближе. Юноша замер, не в силах поверить в свою удачу, и смог лишь тихо позвать. И услышала его тень, метнулась в сторону. Казалось, исчезла насовсем, но деревья будто расступились перед маркизом, и нехоженной тропой к нему вышла Катрина. Солнце вставало из-за горизонта и подсвечивало её и без того светлые волосы. Теодор шагнул ей навстречу, и девушка быстро оказалась в его объятьях.       — Ты пришёл… Правда пришёл…       — Я же обещал. — Юноша погладил девушку по голове и не мог сдержать улыбки.       Сколько дней между ними были преграды, километры, сны… Теперь всё это казалось ненастоящим, придуманным. Теодор понимал, что ещё будет испытание. Возможно, даже не одно. Но пока ещё была возможность, он хотел запомнить момент, когда любимая была рядом.       Вспомнился вопрос, которым юноша задавался, когда сны с Катриной только начались.       — Почему ты снилась именно мне? Во всём мире столько людей, а ты почему-то выбрала меня. Может, даже не знала, что я был очень далеко.       Девушка улыбнулась, протянула руку, и в её пальцы тут же легла ветка одного из деревьев.       — Листья Золотого леса многое видят и многое знают. Они наделены особой магией, что не только лечит тело, но и может помочь излечиться одинокой душе. Многому меня Госпожа научила, да только всё равно было мне тоскливо. И тогда спросила я листья о своей судьбе. О том, кто предназначен моему сердцу. И показали они мне тебя, научили, как связь крепче сделать через сны.       Чуть отступила назад девушка, в глаза юноши посмотрела. Спросила:       — Ты сможешь меня освободить? У тебя есть, чем заплатить Госпоже?       — Посмотрим сперва, какую цену она попросит, — задумчиво протянул Теодор. Взял Катрину за руки, пальцы её слегка сжал. — Кто эта Госпожа, чем её можно удивить?       Девушка опустила взгляд, медленно покачала головой.       — Чем удивить её можно, о том не ведаю. Не то фея Госпожа, не то дух. Знаю только, что ей весь лес подчиняется, из её магии сотканный. Потому и не любит, когда забирают то, что ей принадлежит. Не укрылось от неё, что с тобой я ночами вижусь, а как узнала, потребовала привести тебя к ней, если прийти решишь. И вот…       Она не закончила, только посмотрела испуганно своими удивительными золотыми глазами. Маркиз снова обнял её за плечи.       — Я справлюсь. Ради тебя сделаю, что угодно.       — Не говори, пока не узнаешь. Матушка моя уже обмолвилась, так теперь я здесь уж которую луну брожу.       Катрина вздохнула и оглянулась. Дорога нехоженая всё ещё стелилась куда-то вдаль, и девушка кивнула в ту сторону.       — Пойдём. Спросишь у Госпожи о моей свободе.       Деревья сходились за их спинами, отрезая путь назад. Теодор продолжал держать Катрину за руку, пусть и понимал, что испытание придётся проходить без неё. Но она ведь поддержит его?       С неба резким порывом прилетел ветер, раскидал листья под ногами, а когда затих, перед молодыми людьми стояла удивительно красивая женщина. Она казалась ожившим деревом: пряди её волос были усыпаны листьями и узором ветвей украшено платье. Только на лице её не было никаких эмоций, словно у куклы. Катрина шагнула вперёд и поклонилась.       — Я вернулась, Госпожа.       — И вижу, что не одна, — кивнула женщина. Голос звучал спокойно, без эмоций. — И что же ты можешь предложить мне, юноша, за лучшую мою ученицу? Мать её плату за листья дала, и боюсь, тебе расплатиться будет нечем. Слишком дорога Золотая Дева лесу. Как и мне.       — Неужели и у листьев цена была так высока? — не смог не съехидничать Теодор. — А не промахнулись ли вы, считая их ценность? Магия ведь не только в вашем лесу существует, и на рынке цену ей давно знают. И не такую, что взяли вы.       — Смеешь оспаривать ценность моей магии? — Госпожа чуть повысила голос.       Снова ветер пролетел меж деревьев, закружил, взревел и опал. Она ждала ответа.       — Всего лишь ставлю под небольшое сомнение, — невозмутимо ответил маркиз. — Неужели нет у вас других способов обмена? Договоримся на берегу, чтобы потом не было неприятных сюрпризов.       Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга, но почему-то не пугал Теодора холодный блеск серых глаз Госпожи, лишь придавал уверенности.       — Что же, есть у меня испытание для таких смельчаков безумных, как ты. — Госпожа слегка усмехнулась. — Да только начав его, не сможешь вспять повернуть время. Иначе навсегда в моих владениях заплутаешь, имя своё позабыв.       «Если смогу видеть Катрину, то согласен и на такой исход», — подумал юноша и уверенно кивнул. Девушка хотела что-то ему сказать, но махнула Госпожа рукой. В тот же миг ветер подхватил красавицу, словно она ничего не весила. Скрыл в кружении листьев — и стал каждый лист изменяться. И вот перед Теодором стояла сотня девушек, похожих, словно они были отражениями друг друга.       Снова махнула Госпожа ладонью, и отражения разбежались по лесу.       — Час тебе даю. Докричишься до моей ученицы — твоя она. Пойдёшь за эхом, что на неё лишь лицом похоже — из леса уж никогда не выйдешь.       Сказала так — и исчезла, только трава чуть примята была в месте, где стояла создательница Золотого леса. Всё произошло так быстро, что Теодор с трудом мог уложить это в мыслях. Опомнившись, достал карманные часы, но их стрелки будто сошли с ума и шли вопреки механизму то быстрее, то медленнее.       — Значит, решили и здесь меня запутать? — спросил в пустоту Теодор.       — Запутать… Запутать… Запутать…       Лес подхватил его слова на сотню ладов, слишком близких друг к другу, а от эха зазвенели листья. Метнулся юноша в одну сторону, в другую, но голоса не становились тише или громче. Тогда он остановился и задумчиво пощёлкал пальцами. Словно молнией пролетели в воспоминаниях слова Маргарет:       «Только в одном я лучше была…»       — В пении! — громче, чем хотелось, сказал юноша. С трудом верил, что эти слова могут помочь, но попробовать стоило.       Знала ли Госпожа об этом небольшом «недостатке» Катрины? Не всё ли равно? Настроившись, Теодор быстро распелся. Эхо повторяло его ноты на все лады, но уже сейчас уловил он лёгкое несоответствие. Словно кто-то в этом «хоре» отчаянно хотел не отставать, но получалось откровенно плохо. А когда маркиз начал петь…       Нельзя было назвать юношу хвастуном, но своим голосом он гордился, как и музыкальным слухом. Направление уже было найдено, оставалось только медленно идти и петь. Выбирать самые сложные песни, которые он мог вытянуть в одиночку, и победно улыбаться в перерывах, когда замирал звон листвы.       Катрина точно старалась, но своим неидеальным исполнением лишь упрощала задачу. Отражения же эхом повторяли всё нота в ноту. Госпожа где-то просчиталась, дав им только внешность девушки, но не её эхо. Теодор усмехнулся и снова прислушался.       Было в голосе его любимой и то, что отличало её и без песен. Слёзы или просто случайная дрожь, но они делали каждый звук живым. Маркизу казалось, будто девушка снова идёт рядом, был готов взять её за руку, но настоящий голос пока звучал далеко. Может, Теодор снова начал чувствовать направление сердцем, а не только голосом? Всё же он хотел снова увидеть её. Взять за руки, заметить смущение, обнять. И навсегда забрать из плена этих золотых деревьев.       Изредка Теодор видел, как среди деревьев мелькали силуеты. Но их голоса были пустым, безжизненным эхом, и юноша не вёлся на такой простой обман. Только раз посмотрел в сторону, но в груди кольнуло холодом, и не сошёл он с пути.       Ещё пара поворотов — и снова стоял он напротив Катрины. Знал, что она — настоящая. Боялся, что может она исчезнуть, и потому продолжал петь, словно стараясь этим удержать её на месте. И как заколдованная, вторила девушка каждому его слову, только протянула руки и спрашивала взглядом. Без ответа взял Теодор её ладони в свои. Пальцы тонкие, тёплые, чуть дрожат.       Юноша улыбнулся.       — Я тебя нашёл.       — Нашёл… — тихо повторила она, и не стало слышно больше эха.       Улыбнулась в ответ. Рядом вихрем листья закружили и показалась Госпожа.       — Видать, узы меж вами в самом деле крепки, раз не смогла тебя магия моя запутать, — сказала она, глядя на Теодора. — Уговор свой исполню: выходите из леса, преград не встретите на пути.       Поклонились влюблённые и снова посмотрели друг на друга.       — Благодарю, — тихо сказала Катрина и резко выдохнула.       Из её тела вылетела маленькая искра. Блеснув, растворилась в воздухе.       — Ни к чему тебе все знания в мире людей, — ответила Госпожа на немой вопрос. — Лишь в целительстве магия будет помощником, а о другом её не проси.       — Спасибо и за такой дар. — Катрина вновь поклонилась. — Не знаю я, в чём ваше счастье, но хочу, чтобы вы обрели его так же, как и я.       От этих слов дрогнула и надломилась спокойная маска Госпожи. Вздохнула она, мягко погладила девушку по плечу.       — Счастье мне будет, когда все знания свои передам преемнице и на покой уйти смогу. С тобой не случилось этого. Что же, однажды найду себе нового ученика и желать буду, чтобы он усердием твоим обладал.       Через миг вновь не стало женщины, а среди деревьев дорожка пробежала. Теодор не хотел встревать в разговор с прощанием. Только когда Катрина повернулась к нему, протянул руку. Девушка рассмеялась, обняла маркиза. На обратном пути говорили обо всём и будто ни о чём, просто наслаждаясь компанией друг друга. Даже не заметили, как кончился ковёр листьев под ногами и лес позади остался.       — Ты меня искал по… голосу? — всё ещё не могла поверить девушка.       Пристыженно опустила взгляд. Теодор тут же слегка сжал её ладонь.       — Может, у меня получится тебе помочь? — спросил он. — Или будешь слушать, как пою я, а по вечерам читать. Как бы ты ни пела, голос у тебя красивый.       Катрина снова отвела взгляд, на этот раз от смущения. На её щеках расцвёл румянец, и она прижалась ближе. Маркиз невесомо провёл пальцами по её волосам, обнял за плечи, в мыслях благодаря судьбу за такой подарок.       Теодор заметил Маргарет издалека. И кажется, его она увидела раньше, потому что моментально сорвалась с шага на бег. Или всё же не его так ждала?       — Кэти!       — Марго!       Кинув короткий взгляд на юношу и получив в ответ улыбку, девушка отпустила его и сама побежала. Разлучённые подруги почти стукнулись лбами и долго не могли выпустить друг друга из объятий. Кажется, Маргарет заплакала, так много чувств вызвала эта долгожданная встреча.       Теодор подошёл к девушкам одновременно с Кристианом.       — Тебя не было всего полтора часа, а сейчас вы своим появлением весь Голдвуд переполошите, — сказал граф, похлопав друга по плечу. — А вообще, я рад, что с тобой всё в порядке.       — Даже лучше, чем в порядке. — Кивнул Теодор и глянул на девушек. — Ну что, будем их растаскивать?       — Погоди. — Кристиан покачал ладонью. — Я понимаю, что у тебя любовь, но дружба порою бывает даже крепче.       — Намекаешь, что обратно поедешь со мной? А как же Маргарет?       Граф отвёл взгляд, но тут же быстро посмотрел на девушку. Та, казалось, даже не думала отпускать Катрин. Юноша странно улыбнулся.       — Увезу с собой. Ты ведь тоже планируешь забрать свою золотую красавицу?       Теодор кивнул. Кажется, им обоим предстоит разговор с родителями избранниц.       — Спасибо, спасибо огромное! — продолжала твердить Маргарет, пока они шли к деревне.       От такого количества благодарностей Теодор чувствовал себя немного неловко, старался искать поддержки, но Кристиан, как-то хитро улыбнувшись, предложил другу приготовиться. Всё-таки Катрина была любимицей всех сельчан, и выслушивать слова благодарности придётся не раз и не два. Лёгкое прикосновение к ладони Теодор ощутил не сразу, и тогда Катрине пришлось дёрнуть его за рукав. Поймав его взгляд, она подмигнула.       — Справимся. Мы ведь теперь вместе.       Выдохнув, Теодор улыбнулся. И правда, справятся. В первый раз, но ведь всё бывает впервые. Обнял девушку и заметил, как Кристиан словно случайно притянул к себе Маргарет. Кажется, она даже была не против. Товарищи обменялись понимающими взглядами.       «Ну что, узнал, что такое любовь, дорогой друг? — подумал Теодор. — И кажется, с первого взгляда. Когда ехали сюда, ты мог посадить её на мою лошадь, но не сделал этого. А ведь даже имени её тогда не знал»       Оглянулся на Золотой лес. Теперь это в прошлом, а впереди… Загадывать рано. Но одно Теодор знал точно: свою Золотую Деву он больше не бросит.       И возвращаться будут вчетвером. Всё-таки прав Кристиан: любовь любовью, а друзей ради романтики не бросают.