Оковы прошлого

Лия задумчиво постукивала пальцами по столешнице. Эндрю посмотрел на подругу и сразу же перевел взгляд обратно в монитор. — Ты подозрительно спокойная. Лия раздраженно закатила глаза, откидываясь на кресло. — То тебя не устраивает, что я слишком нервная, то тебя не устраивает, что я слишком спокойная. Определись уже. Ты написал Ким? — Да. Она ещё не ответила. Я думаю, завтра будет в самый раз. Но… Ты точно справишься? — А чего мне бояться? Во-первых, я буду с Дэвидсоном. Во-вторых, там будут охранники. Всё будет в порядке. Лия посмотрела на телефон. Джон согласился на встречу. Она вздохнула, опустив голову на руки. На её плечо легла тяжелая ладонь. — Что с тобой? Она мотнула головой, но руку не скинула. Хэмилтон не могла рассказать Эндрю про Джона. Сначала она должна была сама понять друга. Понять, почему он это сделал. — Я пойду. У меня еще есть дела. Набери, когда Ким назначит свидание. Получив кивок от друга, она покинула кабинет.

***

На место встречи она пришла раньше. Внутри всё тряслось, но внешне Лия оставалась максимально спокойной. Она уже знала, что ему скажет. Наконец вдалеке мелькнула макушка Джона. Хэмилтон назначила встречу в тихом парке на окраине города. Она понимала, что ощущение постоянной слежки с ней не просто так. Нет дыма без огня. Поэтому перестраховаться было необходимостью. Спокойное, даже задорное, лицо друга окончательно сбило девушку с толку. Ну, не верилось. Не верилось, что он предал её. Серьезное, сосредоточенное выражение лица подруги заставило Джона нахмуриться. — Привет?.. Ты так неожиданно позвала меня на встречу. Лия прижала палец к губам, призывая его замолчать. Не спрашивая, она стащила с него толстовку и встряхнула. После случая с прослушкой она буквально стала параноиком. Джон удивленно приподнял брови, но промолчал. Девушка спешно прошлась руками по его одежде, обыскивая. Удостоверившись, что всё в порядке, она выдохнула. — Прости. Я должна была проверить, нет ли на тебе прослушки. — Были случаи? Лия кивнула. Взяв его за руку, Хэмилтон повела Джона вглубь парка, подальше от чужих глаз. Спустя минут пять они наконец остановились. Девушка повернулась лицом к парню. — Почему? Неожиданный вопрос заставил парня недоуменно нахмуриться. Но уже через секунду в его глазах мелькнуло понимание. Джон отвел взгляд. — Почему, Джон? Я же… Я пыталась дать тебе всё. Работу, дом… Дружбу. А ты просто растоптал всё. Предал. Ради чего, Джон? Парень отчаянно замотал головой. — Я… Я не… Я пытался, — он посмотрел в её глаза. Там не было ничего, кроме пустоты. — Клянусь, я пытался жить, как нормальный человек. Но неужели ты никогда не задумывалась о том, что меня не могли просто так отпустить? Это так не работает. Они защищали себя. Я знал о них слишком много. И они быстро вычислили, что я работал на полицию. Они воспользовались этим. Лия зажмурилась. Какой же дурой она была… Это ведь было так очевидно. — А я?.. Почему ты ничего не сказал мне? Я же… Черт, я же коп! — И что?! — он раздраженно всплеснул руками. — Они угрожали мне. Нет, даже не так. Они угрожали ей. Моей Хелли. Моей сестренке. — Но она… Она же в Норвегии. — Вот именно. Ты бы никак не смогла защитить её. А у них связи по всему миру. Что мне было делать, когда они прислали мне видео, где она идет со школы?! Я испугался. Я не мог подвергать её опасности. Я и так виноват перед ней. Что мне нужно было делать, Лия? Что?.. — Ты должен был сказать мне! Джон, мы бы что-нибудь придумали. В конце концов, у меня в полиции тоже есть связи. Парень прикрыл глаза. Его руки дрожали. Она видела это. — Я просто… Я испугался. — Он знал? Это ты передал Холлеру, что это спектакль? Джон испуганно распахнул глаза. — Нет! Нет, я ничего ему не передавал! Да, у меня была задача пересказывать ему обо всем, что вы делаете. Но я говорил ему лишь малую часть. Я говорил лишь то, что никак не повлияло бы на вас. На тебя. Я бы никогда не подставил тебя. Я нарыл на него компромат, хотя это было риском для меня. Я взломал их систему. Заставил поверить, что это сделал кто-то другой. Ты же… Ты… — Но ты предал меня. В его глазах заблестели слезы. В глубине души Лия понимала парня. Он просто пытался защитить семью. В этом нет его вины. Но у неё не было выбора. Видеть его было слишком больно. Ещё один близкий человек бросил её. Нет, не бросил. Предал. Сглотнув, она через силу выдавила слова, которые могли или сломать ему жизнь, или помочь начать жить заново. Она не знала. Она лишь знала, что дальше всё зависит от него. — У тебя есть два дня на то, чтобы уехать из города. Куда хочешь, но подальше отсюда. И учти, если через два дня я тебя увижу в городе… Ты сядешь в тюрьму. За содействие преступной группировке. — Но… — Джон. У меня нет выбора. Уезжай. Я и так нарушила закон из-за тебя. Я тебя укрыла от расследования. Ты попал на камеру в кабинете Холлера. Эту запись никто не найдет. Но я не удалила её. Она всё ещё осталась у меня. И в любой момент… Сам понимаешь. Ты можешь начать жить заново. Банды больше нет. Тебя и твою сестру никто не преследует. Ищи работу, квартиру. Возвращайся в Норвегию. Делай, что хочешь. Только подальше от меня. Он замер. Внутри что-то надломилось. Сердце заныло. Джон медленно покачал головой. Не дожидаясь его ответа, Лия развернулась на пятках и пошла обратно. Через секунду её плечи обхватили крупные ладони. Парень крепко-крепко прижал к себе девушку. Над ухом раздался сдавленный шепот: — Прости… Когда Хэмилтон обернулась, за спиной уже никого не было…

***

Следующий день начался с сообщения мистера Бартона. Собрание было назначено на 9. На работу Лия шла словно в тумане. Вчерашний разговор с Джоном не давал ей покоя. Ей было больно. Чертовски больно… Она считала его другом. Он был странноватым, с не самым удачным прошлым, с внутренними травмами… Но он был другом. Девушка мотнула головой, прогоняя тоску. Это был его выбор. А она сделала свой. — Итак. Давайте подведем итоги по делу. Два убийства. Одно покушение. Единый почерк. Убийца явно преследует личную цель, не являясь профессионалом, — мистер Бартон замолчал, позволяя остальным продолжить. Прокашлявшись, вступила Лия. Голос дрогнул, но она быстро взяла его под контроль. — Если он преследует личную цель, нам стоит попытаться определить, что именно связывает жертвы. Первая жертва — Джек Дэнсал. Бармен, бухгалтер, в прошлом судья. Судил Мартина Холлера, который, в свою очередь, его шантажировал по заказу некоего человека. Вторая жертва — Оливер Барнс. Автомеханик, холостой, бывший военный. И третье. Покушение. Перси Браун. Бизнесмен, бывший детектив. Между ними есть связь, — Лия задумчиво качнула головой. — Что нам ещё известно о втором? Каким он был человеком? Были ли проблемы с законом? — Нет, прилежный гражданин. Могу принести отчет о нем, — отозвался Том. — Да, пожалуйста, — проводив глазами коллегу, Лия продолжила: — Предлагаю отталкиваться от Перси. Могли ли быть у него враги? — Даже не знаю, у кого могло бы быть меньше недругов: у наследника крупного бизнеса или у бывшего полицейского, — заметил Эндрю. — Невозможно проверить всех. — Может, это связано с прошлой работой Дэнсала? После решения судьи всегда есть недовольные, — подал голос Итан. — Всё возможно. Мы… Лиама прервал вернувшийся Томас. Быстро подсоединив флешку к компьютеру, он вывел на экран досье на Оливера Барнса. — Вот. Ничего примечательного. Из бедной семьи. Высшего образования нет. Воевал. Он… — Стоп, — Лия махнула рукой, останавливая коллегу. — Он участвовал в суде. Давал показания против… — Гарольда Ньюмана, — прошептал Эндрю. Его глаза встретились с её. Около десяти секунд в комнате висела тишина. — В качестве кого? Откуда он его знал? Томас полистал отчет. Найдя нужную информацию, он подытожил: — Воевали вместе. Оливер заявил, что Гарольд — жестокий и безрассудный. Не один раз завязывал драки среди своих. Барнс убежден, что Ньюман способен на умышленное убийство. В тишине внезапно раздался холодный голос Лии: — Перси принимал участие в следствии против Ньюмана. Все оглянулись на неё. — Ты думаешь, это связующее звено? Ньюман? Но он за решеткой. — Я не знаю, — покачала головой Лия. — Ещё есть Дэнсал. Он… Хэмилтон замолчала. В голове мелькнуло воспоминание… — Когда это было? Мне нужна четкая дата того заседания. — 3 года назад. 30 октября. Девушку передернуло от фразы. Совпадение ли? В том же году, в том же месяце судили Гарольда Ньюмана… В голове набатом звучали слова миссис Дэнсал. — Том, посмотри, пожалуйста, кто был судьей во время заседания Ньюмана. Все замерли, ожидая ответа. Спустя минуту парень поднял глаза. От него даже не требовалось слов. Его глаза говорили за него. Эндрю потер шею. — Выходит их связь — Ньюман. Словно кто-то мстит за него. Из Лии вырвался смешок. Смех был резким и холодным. — Господи, опять… — она зарылась пальцами в волосы, пряча лицо. В голове мелькнуло воспоминание… — На этой пуле есть гравировка. Если я не ошибаюсь, то эта пуля принадлежала одному из уникальных экземпляров The Singer M1911A1. Довольно дорогие пистолеты, так как таких было произведено всего с полтысячи штук. Ещё одно доказательство. Выждав около минуты, Хэмилтон поднялась и резко хлопнула в ладоши, заставив всех вздрогнуть. — Что ж. Встреча с Ньюманом у меня уже назначена, по счастливой-несчастливой случайности. Во сколько, Ким? — В два часа дня. — Замечательно. Мне есть, о чем с ним поболтать по душам. — Тогда, Лия, Итан, готовьтесь к визиту. Эндрю, можешь пока быть свободен. А остальные задержитесь. Мне нужна ваша помощь по другому делу. Ребята двинулись на выход. — Почему ты собиралась к Ньюману? — спросил Итан. Вздохнув, девушка покосилась на парня. Немного подумав, она пересказала вчерашнюю встречу с Агатой. — На той фотографии был он. Гарольд Ньюман. Я почти уверена в этом. Его взгляд… Я его ни с кем не спутаю. Это многое меняет. Если до встречи с Агатой я была уверена, что Мэри бежала от неизвестного, то теперь я убеждена. Она бежала от мужа. И ребенка она хотела защитить от него. — Но… — неожиданно вмешался Эндрю, идущий неподалеку. — А письмо? Записка Мэри. Она писала про мальчиков. Разве нет? — Да, но… Я не знаю, — Лия отвела взгляд. — Я сейчас хочу съездить в тот самый детский дом, в котором рос Вильям. Вы со мной? Эндрю мотнул головой. — Мне нужно работать. Едьте сами, потом перескажете. Напарники кивнули и двинулись на выход.

***

Детский дом, название которого скинула Агата, оказался на самой окраине города. Старые обшарпанные стены, заброшенный сад и тихие угрюмые дети, бродившие по территории. В центре дворика стояла статуя. Сгорбленная девушка. Камень кое-где потрескался, а лоза почти полностью поглотила тело девушки. Всё это выглядело так грустно и уныло, что Лия невольно задалась вопросом: — Мэри была соосновательницей довольно успешной автомобилестроительной фирмы. Неужели у неё не было денег на хотя бы хороший детский дом? — Возможно, таким образом она пыталась защитить сына? Мол, на окраине города, никому не известный, дешевый приют… Кто будет искать её ребенка здесь? Хэмилтон пожала плечами. Молодые люди двинулись внутрь. Женщина, сидевшая за стойкой, недовольно нахмурилась, увидев ребят. — Что вам надо? Лия покосилась на Итана, молча удивляясь гостеприимству, и начала: — Мы из полиции. Сержант Лия Хэмилтон, — она протянула документ. — Мы бы хотели узнать о ребенке, который воспитывался здесь 12 лет назад. Вильям Нью… Норман. — У нас здесь не бухгалтерия. Все данные должны быть в библиотеке, но никто не будет помогать вам искать их. Хэмилтон нахмурилась и повторила с нажимом: — Мы из полиции. — Мне плевать, — женщина пожала плечами, с раздражением глядя на девушку. — У нас и так достаточно дел. Хотите найти информацию, я проведу вас в библиотеку. Больше ничем помочь не могу. Уже спустя несколько минут ребята были в библиотеке. На вопрос, где хранятся архивы, женщина лишь закатила глаза и хлопнула дверью. — Дружелюбные здесь воспитатели, — прошептал Итан, глянув на Хэмилтон. — Мы в жизни не найдем тут нужные записи. Она дернула плечом и молча двинулась к стеллажам. Внезапно из-за полок, словно привидение, вышла девушка. Она была худой и бледной. Бесцветные волосы волнами спадали на плечи. Её глаза рассеянно остановились на Лии: — Прошу прощения, — её голос был таким же бесцветным, как и внешность. — Я очень хорошо ориентируюсь в этой библиотеке. Думаю, я могла бы вам помочь. — Благодарю, ты бы очень нам помогла. Ты здесь живешь? Как тебя зовут? — аккуратно спросила Лия. — Да. Уже 17 лет. Моё имя Лилу, — она спокойно улыбнулась. Взгляд Лии упал на книгу, зажатую в ладони девушки. — Занятная литература. Увлекаешься бизнесом? Девушка густо покраснела, спрятав книгу за спиной. — Я… Я готовлюсь к поступлению в университет. Мне порекомендовала эту книгу учительница. Хэмилтон улыбнулась. Она прекрасно помнила, как в детстве Эбби пыталась заставить младшую сестренку прочитать именно эту книгу. — Ты умница. Это очень хорошая книга. — Вы тоже интересуетесь бизнесом? — глаза Лилу загорелись. Лия мягко качнула головой. — Признаться, эта тема никогда не привлекала меня. Но сейчас мне приходится в этом разбираться. А вот моя сестра была истинным фанатом этой темы. — А кем она работает сейчас? — Она… Умерла. Лилу вздрогнула и опустила взгляд в пол. Её голос снова потерял живость. — Я прошу прощения. И соболезную. Что вас интересует в нашей библиотеке? Хэмилтон удивилась резкой смене темы, но не стала настаивать на продолжении: — Спасибо. Нам нужны старые архивы. Мы ищем информацию о мальчике. Он покинул дом 12 лет назад в возрасте 9 лет. Его звали Вильям… — Норман, — тихо закончила Лилу. — Ты с ним знакома? — Я… Я знала его. Он был на 4 года старше меня. Вильям был очень тихим и застенчивым мальчиком. Но дружелюбным. Он часто развлекал меня, когда мне было грустно или одиноко. Лилу плавно двинулась к дальним полкам, продолжая говорить: — Если я правильно помню, он попал сюда сразу после рождения. Его мать оставила его. Но знаете, — девушка обернулась, в темноте её глаза заблестели. На долю секунды показалось, что они кроваво-красные. — Вильям никогда не держал зла на маму. Он считал, что она была слишком разбита горем, чтобы растить ребенка. Ему было её даже… жалко. — Разбита горем?.. — удивленно повторила Лия. — У неё что-то случилось? Девушка снова обернулась. В её глазах мелькнуло удивление и печаль. — Она потеряла ребенка, — увидев выражения лиц напарников, Лилу уточнила: — Она потеряла второго ребенка. Вильям был не единственным. Его мать ждала двойню. Его брат погиб при родах. Возможно, она просто не смогла пережить этого. Не смогла смотреть в глаза выжившему сыну, вспоминая погибшего. Лия переглянулась с Итаном. Лилу продолжила: — Вильям тоже всегда чувствовал связь со своим братом. Он часами мог сидеть около статуи, разговаривая со своей мамой и братом. Это было очень грустное зрелище, но это было ему нужно. Какая-то частичка Вильяма умерла в тот день, с его братом. Девушка замолкла. Она меланхолично перебирала старые архивы. — Его забрал отец, верно? — уточнила Лия. — Ты видела его? Лилу на секунду замерла и сразу же продолжила копаться в бумагах. — Да, его забрал отец. Я видела этого человека. И понимала, почему Вильям не хотел к нему. Он был холодным и хмурым. Он выглядел так, словно делал одолжение, забирая ребенка. А его взгляд… — девушка передернула плечами. — Когда мы прощались с Вильямом, этот человек посмотрел на меня. Я навсегда запомню этот взгляд. Это взгляд жестокого человека, циничного, готового на всё ради своей цели. И Вильям это тоже понимал. Все эти годы я ждала, что он навестит меня или… Хотя бы скажет, что у него всё в порядке. Но… Девушка обернулась к напарникам, протягивая тонкую папку: — Вот. Это его дело. Лия аккуратно взяла папку в руки. Там была всего одна страница с парой строчек. Ничего необычного. Быстро сфотографировав, она вернула документ девушке. — Спасибо, Лилу. Ты нам очень помогла. Девушка мягко улыбнулась. — Рада быть полезной хоть где-нибудь. — Лилу! А ну бегом сюда! Куда ты снова подевалась?! — из коридора донесся злой, скрипучий голос. Девушка вздрогнула и обернулась. — Это воспитательница, — прошептала она. — Миссис Линд не любит, когда ей не подчиняются. Мне пора. Была рада знакомству. Лилу уже двинулась на выход, как резко обернулась и подбежала к Лии. Она крепко вцепилась в её ладони, с придыханием прошептав: — Если вы найдете Вильяма, передайте ему, что я… Я всегда буду его помнить. Она расцепила пальцы и бросилась к двери. Лия окликнула её: — Лилу! Девушка замерла в дверях и обернулась: — Следуй за мечтой. Держу пари, твой бизнес будет успешным. Губы девушки дрогнули в улыбке, и она сразу же выпорхнула из библиотеки. Лия проводила её растерянным взглядом. Дэвидсон посмотрел на напарницу. — Итак. Что мы узнали? Ньюман действительно забрал ребенка. У Мэри была двойня. Она… Лия махнула рукой, останавливая парня: — Та записка. Возможно, Мэри была не в себе? Возможно, ей казалось, что второй сын всё ещё жив? Может, Мэри… Сошла с ума? Поэтому уехала? — Возможно, — Итан пожал плечами. — Но она всё равно кого-то боялась. Вероятнее всего Ньюмана. Лия кивнула: — Что ж. Пора нам его проведать.

***

Темные стены морально давили, но Лия не позволяла себе расклеиваться. Сейчас она его увидит. Человека, который сломал её жизнь. Который лишил её единственного родного человека. Который лишил её себя. Именно после смерти Эбигейл, она потеряла себя. Окунулась в горе. Забыла, кто она такая. И только сейчас, спустя три года, она наконец пытается вернуться к прежней жизни. К нормальной жизни. Внезапно на талию легла ладонь. Лия оперлась на парня. Итан мягко поглаживал девушку сквозь ткань рубашки. Он понимал, как её сейчас разрывает изнутри. Даже ему здесь было некомфортно. А ей… Дэвидсон наклонился и нежно поцеловал девушку в макушку. Лия подняла взгляд. Их глаза встретились. В его темных омутах было столько спокойствия и уверенности, что девушка невольно расслабилась. И улыбнулась. — Спасибо, — прошептала она одними губами и двинулась вперед. Теперь она была спокойна. Спокойна, как никогда. Ведь знала, что он идет сзади. Что он всегда будет рядом. Что он не даст её в обиду. Что он всегда её поддержит. Что он — её крепость. Дверь распахнулась, пропуская напарников внутрь. Комната свиданий была не лучше, чем остальные помещения в тюрьме. Посреди комнаты была перегородка. Несколько стульев с одной стороны и несколько с другой. По просьбе Лии в комнате никого не было кроме одного охранника, самой девушки, Итана и его. Сжав в кармане телефон до побеления костяшек, она прошла вперед и села на край стула. — Ну здравствуй, Ли-и-ия, — из-за решетки раздался знакомый, пробирающий до костей, голос. — Давно ты меня не навещала. Уже забыла своего старого доброго друга? Девушка дернулась, как от пощечины. Но выдохнув, она взяла себя в руки и подняла взгляд. Он сильно изменился. Осунувшееся лицо, мешки под глазами, впавшие щеки. Не изменились лишь глаза. Такие же жестокие, холодные, циничные. — Ты знаешь, почему я здесь? Ньюман хмыкнул и покосился на Дэвидсона, стоящего за спиной девушки. — Нашла себе ручного пса? Старшей сестрички больше нет, и некому тебя защитить, да? Лия сжала кулаки под столом. Внутри всё кипело после упоминания сестры. Он не имел права говорить о ней, он не имел права даже думать о ней! — Я задала тебе вопрос. — А какой мне резон тебя слушаться? Я уже в тюрьме. Хуже уже не будет, — он хрипло рассмеялся и откинулся на спинку железного стула. Хэмилтон поднялась. Под пристальным взглядом Гарольда двинулась на выход. За спиной раздался его мерзкий хохот: — Какая неженка… Выйдя в коридор, девушка достала телефон из кармана. Нажала на красную кнопку, выключая запись. Быстро перекинув файл Агате, Лия замерла. Минута и от женщины пришел ответ:

Это он.

Лия сглотнула и решительно двинулась обратно. Она не сомневалась, что Агата узнает его голос. Всё же на фото было ясно видно черты лица. И даже время не способно изменить человека. В этот раз Лия села за стол в разы увереннее. Что-то в её взгляде заставило Ньюмана напрячься. Он прищурил глаза. Хэмилтон наклонила голову: — Как поживает твой сын? Не скучает без отца? Итан одобрительно глянул на девушку. Теперь она была спокойна и собрана. Ньюман напрягся ещё больше: — Понятия не имею, о чем ты говоришь, — прошипел он сквозь зубы. — Ну что ты… — Лия ухмыльнулась. — Ты прекрасно знаешь, на что способна наша служба. Так что. Как там Вильям? На челюстях мужчины заиграли желваки. — Как думаешь, он способен на убийство? Теперь в глазах Гарольда вспыхнула ярость. Он заёрзал на стуле, позвякивая наручниками. — К чему ты клонишь, Хэмилтон-младшая? — Ты в курсе, что у тебя появился поклонник? Кто-то пытается мстить за тебя… — Не трогай его, — он угрожающе прошипел, приблизившись к решетке. — Не знаю, что там происходит, но не впутывай… его. Вильям здесь не при чем. Лия прищурилась, внимательно наблюдая за его выражением лица. За безразличием скрывался настоящий живой страх. Злость. Отчаяние. Нет… Он не знал. Или мастерски отыгрывал свою роль. — Да?.. Ты так уверен? А кто? Назови мне имя. Кто ещё так близок к тебе, кто бы мог мстить? Он замотал головой, опустив взгляд. — Я не знаю… Не знаю. Ясно? Но не смей приплетать его! — А что такое? Почему ты так разнервничался? Тебе не плевать на семью? — она коротко хохотнула, откинувшись на спинку стула. — Тебе же плевать. Тебе на всех плевать. Это же ты её убил, да? — Кого? — Мэри. Жену свою. Ты убил её. Сначала запугал до смерти. А потом убил. Ты лишил Вильяма матери. — О нет… Она сама бросила его. А ведь я предупреждал. Я предупреждал её, что это плохая идея. Как там говорят? Любовь слепа, да? Она любила меня. Сильно, но недостаточно, чтобы принять меня таким, какой я есть. Поэтому она испугалась. Настолько, что бросила даже сына. Спрятала его в приюте в надежде, что я не найду его там. Признаться, мне было наплевать на него. Пока она не вернулась. Я любил её. Но свобода мне была важнее, чем она. А она слишком много знала. Как и, вероятно, твои родители. Она могла рассказать им. Я не мог рисковать, — он скривился. Лия сжала кулаки. Глаза застелила пелена. Это он… Он убийца её семьи. Ярость медленно, но неумолимо поднималась в девушке. — Ты… — её тон был безжизненным и холодным, но только на первый взгляд. — Ты… Хэмилтон вскочила и резко просунув руки через решётки, схватила Ньюмана за рубашку, вдавив его щекой в перегородку. — Ты лишил меня не только сестры и родителей. Ты лишил меня всего. Ты мне жизнь сломал, ублюдок. Ты не заслуживаешь тюрьмы. У тебя здесь крыша над головой. И кормят тебя. Ты этого не заслуживаешь. Ты не заслуживаешь жизни. Как и твой сыночек. Кто дал вам право вершить судьбы людей? Кто вы такие, чтобы отбирать жизни других? Она резко расцепила пальцы, заставив мужчину рухнуть обратно на стул. Он небрежно потер щеку. Его губы растянулись в кривой ухмылке. — Наконец. Наконец я вижу что-то кроме слез и истерик. Ты не безнадёжна, Хэмилтон-младшая, — он отодвинул стул чуть дальше от решётки. — Твоя семейка всегда стояла мне поперёк горла. Девушка едва не задохнулась от ужаса. В голове всплыл сон. Казалось, что это было давно, но внутри всё вспыхнуло от боли. — Я бы убил их в любом случае. Что твои предки, что твоя никчёмная сестра, что ты. Подрезать вашу машину было несложно. Как и немного поколдовать над двигателем, чтобы казалось, что он отказал. Я надеялся, что избавлюсь от всех… Но, к сожалению, ты выжила. И это принесло мне кучу проблем. Не знаю, какой псих мстит за меня, но надеюсь, ты следующая, Хэмилтон-младшая. Лия встала из-за стола. Её холодные глаза встретились с его. Она растянула губы в искусственной улыбке: — Сколько бы ты не плевался ядом, ты будешь здесь. Ты здесь навсегда, — она пожала плечами. — Но не переживай. Одиноко тебе не будет. Скоро ты воссоединишься со своей семьей. Он подскочил. Его глаза были наполнены животной яростью. — Не смей его трогать. Не втягивай его! Не трожь моего сына!!! Я… Под хриплые надрывные крики напарники покинули тюрьму. Стоило девушке пройти пару метров, как ноги не выдержали и подкосились. Она устало присела на ближайшую скамейку. — Он лишил меня всего… Родителей, сестры… Жизни, — по щеками девушки потекли тонкие ручейки слез. — Как?.. Я не верю… Лия закрыла лицо руками. Плечи мелко дрожали от подступающих рыданий. На талию легла теплая ладонь, притягивая девушку в объятия. Хэмилтон отчаянно уткнулась лицом в шею парня. — Я должна быть удовлетворена, что он там. Что он сидит в тюрьме. Но… Но нет! Если бы его посадили сразу после нашей аварии… — Лия покачала головой, голос сорвался. — Эбби… Моя сестричка… Она была бы жива! Ничего бы этого не было. Она бы жила дальше, она бы вышла замуж за Перси, родила бы мне племянников… Моя жизнь… не разделилась бы на до и после. Всё было бы по-другому… Всё было бы так, как должно быть. Но почему?.. Почему?! Почему полиция не смогла посадить его? Почему никто даже не знал, что это убийство?! Сколько ещё людей погибло или погибнет из-за того, что мы плохо выполняем свою работу?! Сколько ещё жизней мы сломаем? Мы делаем недостаточно! Лия замерла. Внутри что-то надломилось. Её голос дрожал, когда она снова заговорила: — Мы всегда будем делать недостаточно. Потому что преступники всегда были, есть и будут. Потому что люди… Глупые и жестокие существа. Сколько бы мы ни ловили убийц, воров, маньяков, они всегда будут. И их всегда будет много. Потому что… Зло всегда побеждает. Итан аккуратно заправил её прядь волос за ухо. — Ты ошибаешься. Несмотря ни на что, мы живем. Мы боремся. Да, в жизни много боли и страданий, но есть же и хорошие моменты?.. Лия покачала головой. Слез больше не было. На душе было пусто. — Нет… Зло всегда побеждает. Потому что он, — Хэмилтон указала рукой на тюрьму, — сидит там. Всё правильно, да? Но что это изменило? Родители мертвы, Эбигейл мертва. И их не вернуть. А я разбита. И ничего уже не будет как прежде. Где же победа? Где же триумф? Каждый день мы ловим убийц, но что это меняет?! Они уже убили! Мы не вернем погибших, не залечим раны их родных. Мы всё равно проигравшие. Всегда. Дэвидсон поймал взгляд девушки. — Ты не права. Да, мы не вернем их. Но мы спасем от смерти ещё десятки, сотни, а то и тысячи людей, которые могли стать жертвами убийц. Да, мы не сможем избавиться от всех злых людей. Мы не сможем изменить этот мир. Но мы можем попробовать сделать его чуточку лучше.