чужак.

      Брюнет вздрагивает от шума под окнами и распахивает чуть помутнённые синие глаза. В комнате чертовски холодно, Кас ощущает себя едва живым. Свеча, которую он оставил вчера вечером, стекла с подсвечника на тумбу длинными белёсыми подтёками воска, пачкая шершавое необработанное дерево. Вампир смотрит на застывшие капли, как зачарованный. Ему не хочется вставать, не хочется утолять жажду, ему просто поменять положение в постели не хочется.       Молодой человек моргает впервые за долгое время, прогоняя остатки сна. Холод зло кусал лицо и участки тела, оставшиеся без защиты пледа. Вампир не может замёрзнуть насмерть, но это в любом случае не слишком приятно. Кастиэль босыми ногами ступает на пол, не замечая заноз, которые цепляются за бледную грубоватую кожу. В бараке общая душевая, и редактор прислушался. Везде стояла гнетущая тишина. В какой-то мере это даже успокоило, ведь не придётся встречаться с соседями лишний раз и ждать очереди в ледяном коридоре.       Вампир опустил взгляд на свои босые ноги и нахмурился. Наверное, пережиток прошлого, как и вся остальная мимика. Брюнет натягивает носки, крепко шнурует ботинки и только тогда спускается на этаж ниже, чтобы умыться. Если повезёт и вода в трубах не превратилась в лёд, ведь о горячей и мечтать не стоило.       Кас длинными и худыми пальцами крутит вентиль, слушая, как скрипят и воют трубы. И, о чудо! Сначала из крана течёт тёмная густая жидкость, так что вампир терпеливо ждёт, про себя ради развлечения отсчитывая секунды. Керамика пачкается ржавым осадком, оставляющим после себя рыжие тёмные разводы. Но, к большому счастью Кастиэля, длится это лишь пару минут, так что ему удается умыться более-менее чистой ледяной водой и даже вычистить зубы, особое внимание уделяя клыкам.       Заглядывая в грязное заляпанное не пойми чем зеркало, мужчина отметил про себя, что похудел и слегка осунулся. Под глазами легли едва болезненные тёмные тени, а тон лица был белее обычного. Хотя, казалось бы, куда уж там… Кожа Каса и без того была сравнима с листом А4. Сейчас он больше обычного походил на мертвеца.       Зима всегда плохо на него влияла. Редактор и без этого недоедал, а вкупе с холодом и стрессом начинал сдавать позиции ещё более стремительно. Да, он вампир, практически бессмертное существо, имеющее полный набор приспособлений к экстремальной жизни, но холод чувствовался от этого едва ли не так остро. Из-за низкой температуры собственного тела Кас не имел и малейшего шанса согревать себя самостоятельно.       Вампир со злобой отпрянул от своего отражения, стискивая челюсти до появления желваков. Он сделал пару глубоких вдохов и один резких выдох, чтобы унять ненужные сейчас эмоции. Кастиэль стоял посреди своей комнаты, отчего-то совершенно потерянный и не знающий, куда ему податься. Даже несмотря на то, что сегодня должен был состояться выходной, он поклялся, что если проведёт в этом месте ещё хоть минуту, он перегрызёт кому-нибудь горло.       Такая резкая перемена настроения от «боже милостивый, лишь бы остаться прикованным к кровати и не шевелиться лишний раз» до «я сейчас поубиваю всех в радиусе мили» была достаточно явственным признаком недоедания. Кастиэль обеспокоен этим.       Молодой человек срывается с места. Хватает с гвоздя плащ, едва его не разрывая от резкого движения. Ткань жалобно потрескивает, но не поддается, оставаясь без дыры. Вампир хлопает дверью, почти не глядя попадая ключом в замочную скважину и проворачивая несколько раз. По опасной лестнице он почти кубарем слетает вниз, удерживая равновесие, напрягая каждую мышцу тела. Толкает дверь ладонями, которая на сей раз поддаётся сразу.       Уличный мороз отрезвляет. Кас, отчего-то запыхавшийся, останавливается. Под чёрными ботинками, которые на несколько размеров больше нужного, поскрипывает недавно выпавший снег. Вампир смотрит по сторонам. Вокруг ни души, что странно, ведь жил он в весьма густонаселённом районе сектора A. Брюнет встряхивает левую руку в воздух, поглядывая на часы. О, ну конечно… Комендантский час для Кастиэля кончился буквально пятнадцать минут назад, и сейчас было раннее утро. Мало кто из вампиров предпочитал вставать столь поздно. Это Кас перестроил режим в пользу работы и спал по ночам, в то время как остальные его сородичи бодрствовали. Это было нормально для вампирского рода. Поэтому для каждого из секторов был свой режим.       Редактор сунул белые ладони глубоко в узкие карманы плаща. Лицо и шею облизывало январским ветром. Будь мужчина человеком, пожалуй, мурашки не оставили бы его спину в покое. Он, сопровождаемый хрустом сугробов под ногами, пошёл прочь от бараков, петляя по узким проходам меж деревянных строений.       — Стоять! — послышался грубый голос со спины, когда вампир вынырнул из бесконечных лабиринтов на главную улицу сектора, которая связывала большое количество важных объектов. На ней располагались бары и всё остальное. Услышав окрик, Кастиэль покорно замер. — Для тебя не существует правил, кровосос? — охотник, показательно держа перед собой мачете, приблизился к Касу со спины. Редактор обернулся, не выражая заинтересованности или страха ни одной мышцей на лице. — Какого хуя в комендантский час шляемся?       — Здравствуйте, — не обращая внимания на брань и оскорбления, беззаботно поздоровался брюнет. А потом выудил из кармана пластиковую карточку с фотографией и прочей информацией, начиная от вида и заканчивая местом работы. «ФИО: Кастиэль Новак вид: вампир информация: 12/4/56/А-12 год рождения: ??? год обращения: ??? место работы: книжная редакция XXX комендантский час: с 22:00 до 6:00 и информация о том, кто это разрешение выдал, его подпись и инициалы».       Охотник рывком выдернул у Каса его пропуск, внимательно изучая на предмет поддельных документов, но потом, крепко стискивая зубы, возвращает вампиру. Придраться охотнику больше не к чему, поэтому он проходит мимо, задевая брюнета плечом. Теперь очередь Кастиэля стискивать зубы, но виду он не показывает и продолжает путь к «офису».       День выдался ясный, поэтому из внутреннего кармана пришлось вытащить солнцезащитные очки, которые ему любезно дал тот, кто подписывал документ о возможности нарушать комендантский час. Кас пальцем поправляет аксессуар на переносице, глазам становится чуть легче, поэтому дальше редактор шагает более расслабленно.       В офисе ни души. Конечно, сегодня же выходной… Кастиэль озирается по сторонам, пока длинными тёмными коридорами петляет в сторону своего кабинета. Оглушительная тишина давит со всех сторон, вызывая в голове нешуточное давление, заставляющее морщится. Перед работой вампир перекусывает двумя пакетами с кровью, утирая обветренные белые губы тыльной стороной ладони. Хочется так и остаться тут, сидя в полной темноте на жёсткой лавке посреди пустоты.       Шаги брюнета гулко отдаются от стен коридора, когда он шествует в сторону кладовой, чтобы взять несколько свечей. Сугубо на всякий случай, потому что небо могло легко затянуть тучами вновь. Кас пальцами цепляется за край двери, проскальзывая в небольшую комнату со стеллажами, на которых пылились коробки со всяким хламом. У самой дальней стены стоит общий большой ящик с восковыми изделиями. Синие глаза вампира на фоне неразличимого силуэта светятся в темноте двумя огнями, слегка пританцовывающими, когда Кастиэль движется к своей «добыче».       Приходилось выбирать свечи, которые ещё не превратились в комья воска и маленькие огарки. Их оказывается не так много — зимой солнце стало редкостью, так что пользоваться сторонними источниками света приходилось часто. Вампир долго стоит у ящика, всматриваясь и перебирая жёлтые маслянистые куски, и вскоре находит на самом дне более-менее подходящие, поэтому он возвращается в свой кабинет. Вешает плащ на крючок, потягивается перед долгим рабочим днём. Ставит свечи чуть поодаль от себя, следя за тем, чтобы впоследствии воск не испачкал страницы и параллельно выискивая в ящиках стола зажигалку.       Как он и пророчил: небо постепенно затянули тяжёлые тёмно-серые тучи, буквально налитые свинцом. Пожалуй, если выстрелить в такую тучу, то она непременно разорвётся и окатит мир ливнем, каких не бывало уже давно. Брюнет вздыхает тяжело, стоя у подоконника и упираясь в него ладонями, поглядывая то на пустую улицу внизу, то на стремительно темнеющее небо. Из щели в оконной раме в помещение врывался леденящий не только кожу, но и душу, ветер. Он выл и свистел, пытаясь заморозить мужчину до смерти, судя по всему. Но Каса так просто не возьмешь.       Он присел на своё место, закатывая рукава широкой рубашки до локтей и вдыхая полной грудью, настраиваясь на работу. В комнатушке начинало смеркаться, поэтому синеглазый мужчина несколько раз чиркнул зажигалкой, позволяя тонким фитилям медленно и лениво заняться, слегка потрескивая от сырости. Стол озарился мягким жёлтым светом пританцовывающих язычков пламени. И перед тем, как взяться за редактирование, Кас складывает пальцы «домиком» над одной из свечей, отогревая белую кожу и растирая ладони. Это тоже было своеобразным человеческим обрядом — будто от небольшого количества тепла давно застывая в венах кровь могла снова пуститься в нескончаемый бег.       Редактор придвинул к себе нужную стопку бумаг, поглядывая на кривоватый, но разборчивый почерк сверху шероховатых страниц. Он почти закончил с этим романом, так что в коробках за его спиной покоился новый, куда более увлекательный по мнению вампира. Брюнет склонился над листом, бегло изучая строчки. Немного здесь подправил, немного там. И работа закипела, потекла мерно и безостановочно, утягивая Кастиэля за собой.       Кас опомнился только тогда, когда последняя свеча сдала позиции. Фитиль потух, мигая в темноте своим красным кончиком и от него вверх кривоватой струйкой вился едкий дым. По столу растеклась привычная лужа воска, которую брюнет заметил только сейчас. Он цокнул языком и вздохнул. Как по расписанию: наконец он закончил с этим произведением, откладывая от себя последний листок. Кабинет погрузился в практически кромешную темноту.       Вампир с удовлетворением откинулся на спинку стула, покачиваясь слегка и прищуриваясь довольно, будто кот. Но темнота разбавляла экстаз каким-то необъяснимым дискомфортом. На какое-то мгновение редактор ощутил всколыхнувшуюся панику на самом дне желудка. Его синие ясные глаза метнулись к часам.       Пиздец. Он проворонил комендантский час. Причем не на десять минут, не на пятнадцать и даже не на полчаса. Кас с ужасом смотрел, как стрелка неумолимо шагнула далеко за полночь. Просто катастрофа… Все знали, что несоблюдение распорядка дня непременно вело к проблемам. И если насильственную смерть можно было охарактеризовать просто проблемой…       Невольно тело Каса напряглось, превращаясь по ощущениям в мрамор. Брюнет вскочил со своего места, сметая беспокойной рукой рукописи на пол. Но с ними он успеет и потом разобраться, сейчас надо было срочно оказаться дома. Сегодня ебучая пятница, а это значит, что у охотников очередной обход жилищ тех, у кого комендантский час разнится с общеустановленным. И, скорее всего, Кастиэля дома уже не обнаружили, так что теперь его будет искать толпа обезумевших людей.       Казалось бы, к чему такая строгость… Ответ, пожалуй, слишком простой: даже несмотря на относительную цивилизованность подобных поселений и проживающих в них тварей… Людям было всего-навсего невыгодно содержать такие города. Для этого приходилось нанимать людей, поставлять маломальское пропитание для определённых видов, вести все эти бумаги… Тягомотина, от которой человечество не против было избавиться. Но, раз уж они строили из себя незабвенных гуманистов, им приходилось «сокращать популяцию» другим способом. За любым нарушением со стороны каждого провинившегося монстра всегда следовала его смерть.       Стало ещё холоднее. Но не только потому, что на улице похолодало к ночи. Вампир ощущал липкий страх под кожей, который своими щупальцами окутывал его с ног до головы, заставляя мышцы сокращаться в непонятном режиме. Брюнет схватил пальто с крючка и вылетел из кабинета, даже не удосужившись его закрыть на ключ. На бегу засовывая руки в длинные рукава плаща Кас мог только молиться, чтоб всё обошлось.       Да, он несомненно желал смерти периодически, но это не значит, что он готов был самостоятельно взойти на эшафот. Кажется, редактор побледнел ещё сильнее, и теперь он почти сливался со снегом на улице. Вампир предпочёл игнорировать адекватный спуск по лестнице и просто спрыгнул вниз, преодолевая пролёты под трепыхания подолов плаща и приземляясь на ноги, глубоко присев на корточки. Будь он человеком, то наверняка сломал бы себе что-нибудь. Вот и нашёлся ещё один плюс вампирского бытия.       Только у самой двери на улицу Кастиэль медлит. Он несколько раз глубоко и резко вдыхает и выдыхает, приводя себя в порядок. Если он будет бегать на глазах у патруля, как безумец, они точно заметят неладное. Вампир поджимает губы, отчего те превращаются в белую полосу и выскальзывает тенью на улицу. Он вампир и легко смешался бы с толпой, но ночью охотников в их секторе становится раза в три больше, и Кас принимает для себя нелёгкое решение — срезать через район оборотней. У них разные комендантские часы и люди кочуют от района к району. Волки предпочитают ночью спать, в них, всё же, оставалось больше человеческого, нежели в вампирах. Так что днём охотники слоняются там, а потом перемещаются в другие сектора, где твари выползают из своих убежищ под взором луны.       Брюнет в привычном жесте суёт руки в карманы, стискивая пальца так, что впивается ногтями в ладони. Так ему проще держать себя в узде и строить безэмоциональную морду. Вампир идёт чуть более ускоренным шагом, чем обычно, почти не выбиваясь из толпы, и сворачивает в тёмные переулки с главной улицы. Тут и там сверкают фонари охотников, но Кас умело их избегает и вскоре добирается до более тихого сектора. В бараках оборотней тёмные окна, всё кажется мёртвым и покинутым. Редактор здесь чувствует себя слепым котёнком. Он бывал в секторе В пару раз за все эти года, и учить тропинки не было надобности.       Кастиэль гулко сглатывает, из-за чего его кадык нервно дёргается. Его синие глаза были как прожектора в темноте, так что приходилось прищуриваться, едва различая дорогу под ногами. Молодой вампир зашуганно озирается по сторонам, продвигаясь вглубь района. Иногда он слышит характерный волчий вой, но старается не обращать на него внимания и идёт, идёт, идёт. Огромным усилием воли он не срывается на бег, когда слышит вдалеке хруст снега под ногами. Какой-то одинокий охотник бредёт по пустым закоулкам, освещая дорогу под ногами фонарём.       Вампир буквально прирос к случайной поверхности, всей площадью спины прижимаясь к дощатой стене барака, чтобы его силуэт не высветили в темноте. Только когда патрульный удаляется на достаточной расстояние Кас делает глубокий вдох. Пиздец, чтоб он ещё хоть раз попёрся в чужую обитель посреди комендантского часа… Если бы такой шанс выдался и если его не убьют в течение ближайшего часа — Кас клялся — он больше не ступит на эти земли ни за какие коврижки.       К счастью, природа наградила его вампирским чутьем и бесшумной походкой даже в ботинках, так что брюнет перемещался от барака к бараку, выискивая хоть какой-то признак того, что он близок к условной границе со своим сектором. Вампир стиснул клыки покрепче, мотая головой из стороны в сторону, отчего его и без того растрёпанные короткие пряди разметались ещё сильнее. Кастиэль выглянул из-за угла, изучая улицу на наличие фонарей или шума, и, ничего не услышав, быстро перебежал на другую сторону, прячась под защиту теней.       Он петлял не слишком долго, но время тянулось будто назло бесконечно, не позволяя расслабиться ни на секунду. Кас был уверен — ещё пара поворотов и он возле своего сектора, а там до дома рукой подать. Но его обострённого слуха касается невнятный звук. Вампир застыл. Это не было похоже на шаги и разговоры людей, это точно не оборотень, это…       Подобные шумы он слышал не единожды. Когда отец учил его охотиться. Брюнет весь подбирается, высовываясь слегка из-за угла и заглядывая в соседний проулок. Под его синим взором оказались двое. Один силуэт растянулся на земле, белоснежный покров вокруг него окрасился алым. В нос ударил характерный металлический запах, вампир ощутил его даже кончиком языка, почти попробовал на вкус. Горло взорвалось зудом, вынуждая сглотнуть вязкую слюну.       Вторая фигура нависала сверху над первой, с хрустом, хлюпаньем и бульканьем разделывая свою жертву, жадно пожирая. У Кастиэля спёрло дыхание, он вытянулся струной у своей стены, прижимаясь затылком к холодным сырым доскам. Такого напряжения он не ощущал даже во время своей первой охоты. Клыки будто напомнили о себе, упираясь в нижнюю губу, когда Кас жадно ловил каждую нотку крови, витающую в морозном воздухе.       Из рации разделанного охотника послышалось шипение, но Кас не расслышал слова из-за шума в собственной голове, будто в черепе проснулся рой пчёл. Вампир крепко стиснул манжеты плаща пальцами. Он сделал неловкий шаг вбок, чтобы незамеченным скрыться в другом закоулке, но злоебучий снег под ботинком предательски скрипнул. Из головы резко пропали все мысли, оставляя после себя кладбищенскую звенящую тишину.       Из мрака переулка, в котором только что поедали охотника, послышалось уже другое шипение. Кас весь съёжился, пытаясь сжаться до размеров молекулы, как-нибудь всосаться в стену, что угодно. Шаги приближались, ускоряясь. Они уже здесь, за углом, пара дюймов и Кастиэля обнаружат…       Но его находит кое-кто другой.