Заблудшие в метели

      — Мы рады вас приветствовать в нашем лагере, господин! — воскликнул капитан роты, почтительно отсалютовав. Чайльд в ответ кивнул, давая понять, что можно отставить официальности в сторону.

______________________________

Прошло чуть больше трое суток. Предвестник сидел у костра в ожидании завтрака. Иногда такие задания были ему в удовольствие, все же компания обычных воинов была поприятнее чем компания Предвестников. Эти ребята не искали в работе личных целей, а отдавали долг Родине и Ее Величеству — прямо как и парень. Им платили достойную зарплату, их дети и жены были тепло одеты и сыты, жили в тепле, чего ещё может желать обычный военный? Обстановка у северных границ с Бездной была спокойной и под контролем, главнокомандующий Игорь отлично справлялся с поставленной задачей, смог прекрасно организовать рядовых и офицеров и наладить работу. Кажется и смысла не было сюда приезжать, но все же нужно было написать отчёт о проделанной работе, ведь именно эту роту он обучал и отправил на задание, он был ответственным за их жизни. Парни прекрасно справлялись, умели не только набить морду тварям из Бездны, но и экономить пищу, а также выходить на небольшую работу и рыбалку. Это не вызывало чувство гордости у Предвестника, но он был доволен проделанной работой, все же они обучались у него. Как раз-таки сейчас они вернулись с утренней охоты, летом много живности выбирается в лес и ближе к населенным пунктам. Удалось выловить четырех кабанов, а трофеем этой охоты в очередной раз стал Белокурый Сокол. Для Тартальи такая птица давно не считалась трофеем, но капитан был поражен умениями Предвестника.       — Господин, — капитан вернулся из своей палаты. — К Вам человек из дворца. Рыжий, не отстранив своего взгляда от клинков, взмахнул рукой, давая понять, что готов принять человека из дворца: — Кто?       — Вам письмо.       — Пусть подойдёт через несколько минут к тренировочной площадке. Тарталья откинул в сторону свою заточку и поднялся с места, направляясь на тренировку. Они как раз должны были потренироваться перед завтраком со старшим офицером роты — Ростиславом. Оружием для спарринга стали клинки, давно он их не доставал, последний раз на арене со Скарамуччей. Поражение и получение ранения в грудь не давали ему покоя, от этого будто рухнуло его внутренне эго. Поэтому в последнее время, он снова вернулся к отточке своих навыков на клинках, а любопытный Ростислав попросил обучить его искусству сражения на этом оружие. Тренировка началась, мужчины вошли в бой. Конечно, Предвестник дрался не со всей силы, но все же лёгкое напоминание навыков ему не помешает, нужно всегда держать себя в форме и освежать память.       — Господин, — снова Игорь обратился к мужчине. Предвестник почувствовал его присутствие ещё до того как тот начал говорить. В этот момент спарринг-партнер собирался нанести удар; отскочив в сторону, Тарталья соединил два своих клинка в один, после чего прижал мужчину к себе надавливая на его живот.       — Внимательнее, — сделал он замечание Ростиславу, офицер кивнул, отдалившись от учителя. — Что, Игорь?       — Макс, подожди пока господин Предвестник окончит тренировку, — обратился капитан к почтальону из дворца.       — Не нужно, — парень вонзил клинок в замершую землю обтряхивая ладони. — У нас перерыв. Что такое? Почтальон поклонился, чтобы отдать честь Предвестнику, после чего начал говорить: — У меня послание к вам из дворца.       — От кого?       — От вашего помощника Дмитрия. Чайльд усмехнулся. И ради этого ему пришлось брать перерыв? Снова Дмитрий отправил послание с какой-то не очень важной информацией.       — Хорошо, оставь его в моей палатке.       — Но, Господин, — почтальон поднял свой взор на начальника. Такое действие показалось грубым Чайльду, его взгляд немного переменился, а выражение лица начало показывать раздражённость. — Простите, но Дмитрий сказал, что это очень важное и неотложное послание, Вы обязаны его немедля прочитать. Паренёк протянул Предвестнику флягу с письмом внутри. Чайльд выхватил из его рук флягу, его все это так раздражало. Мысленно он уже проклинал Дмитрия ведь был уверен, что помощник снова начал беспокоится по мелочи.       — Когда именно он отправил письмо? — открывая флягу спрашивает Чайльд.       — Три назад, в день вашего отъезда. Из-за сильной метели в окрестностях столицы я не смог доставить письмо, как того потребовал Дмитрий. Он сказал что дело очень… — не успел парнишка договорит, как его перебил крик:       — Тихо! — Чайльд принялся читать письмо.

«Доброго времени суток, мой Господин! К Вам обращаюсь я, Ваш верный слуга и помощник Дмитрий. У меня для Вас плохие новости. Как только Вы покинули дворец, Седьмая Предвестница Арлекино заключила в тюрьму Вашу напарницу Люмин. Я пытался помешать людям, которые ей прислуживают, но сама Предвестница отдала мне приказ не вмешиваться, я не был в праве ее ослушаться. Бедную девушку заключили в самом нижнем этаже Царской тюрьмы. Несколько дней она уже не ела и не пила, сидит в ужасном холоде. Только вчера у меня получилось передать ей ее шубу, чтобы бедолага и вовсе не замёрзла. К ней меня не пускают. Ее компаньона Арлекино заключила в другом месте, к сожалению, я не смог узнать в каком. Надеюсь на Ваш скорый приезд.

Ваш покорный слуга и помощник Дмитрий» Пока он читал это письмо, эмоции на его лице менялись словно ураган. Последнее, что он мог испытывать — это раздирающую на части злость, вокруг только что спокойного и кажется умиротворённого Предвестника начал бить ток.       — Что-то случилось во дворце? — обеспокоенно спросил командир роты, наблюдая за лицом начальника. Ничего не сказав, Чайльд засовывает письмо обратно во флягу и закидывает сам футляр во внутренний карман шубы. Уверенным и быстрым шагом он отправился прочь из тренировочной площадки. Обеспокоенный капитан и почтальон направились за ним.       — Сэр, — в недопонимании произносит Капитан.       — Закрой рот! — выкрикнул Предвестник. Он направлялся в свою палатку. Забрав от туда лук и стрелы, он произнес. — Я срочно уезжаю, поручи этому почтальону доставить мои вещи обратно во дворец.       — Господин, что произошло?       — Не твоего ума дело, — за спиной парня все также продолжали искрить маленькие сгустки Электро энергии. Ещё одним минусом Глаза Порчи было то, что если у Чайльда бушевали злость и агрессия, камень мог себя проявить без желания самого владельца. Сосредоточившись, он перевоплотился. Тарталья использовал свою вторую стадию Глаза Порчи, так было быстрее всего добраться к дворцу.       — Я убью ее!

______________________________

Дмитрий спустился вместе с Чайльдом вниз Царской тюрьмы. Царская тюрьма — это место где Царица держала преступников и таких Предателей как Скарамучча. Ей также имели право пользоваться Предвестники в качестве меры наказания для преступников и военных, которые не выполняют свою работу должным путем. Находилась она под дворцом, поэтому здесь было ужасно холодно. Даже Чайльда, который привык к суровому морозу, в этом месте бросало в дрожь. Всего было два этажа, первый — место заключения воров, пьяниц и безответственных военных. Обычно они сидели здесь не так уж и долго, ведь над преступниками после проходил суд, а военных спустя несколько дней или недель выпускали. Второй этаж — место, в котором были заключены особо опасные преступники, особы, которые предатели свою Родину, такие как Скарамучча. Единственным кто должен был находится на нижнем этаже — Скарамучча, но никак не Люмин. Она не была угрозой для Ее Величества, да и если провинилась в чем-то, то уж точно не должна была быть заключена в таких условиях. На входе в помещение с камерами стояли двое высоких и широких офицера Фатуи.       — Прочь с дороги! — рявкнул на них Предвестник. Он был ужасно зол, малейшая мелочь могла вывести его ещё больше. Он еле унял свою злость как только прибыл во дворец, чтобы снова вернуться в нормальное состояние.       — Простите, мы не можем вас впустить, — произнес один из стражников. Их целью было охранять особо опасных преступников.       — Ты глухой?! — рыжий был совсем немного ниже стражника, но в равной схватке однозначно бы победил он. — Я — Одиннадцатый Предвестник Её Величества, я сказал прочь! — ему хватило силы, чтобы сдвинуть одного из мужчин лишь одной рукой. Сзади него хвостиком плелся Дмитрий. Помощник уже получил порцию упрёков и нелестных слов за произошедшую ситуацию.       — Где она? — обозленно воскликнул Предвестник на помощника.       — Камера 3Б, — помощник указал в сторону места заточения путешественницы. Будто стрела, он пролетел несколько метров за считанные секунды и оказался у двери. В руках начали звенеть ключи, теперь нужно найти подходящий.       — АХА-ХА-ХА! — из камеры позади издался больной смех раздражающего мальчугана.       — Смеяться будешь, когда я тебя лично казню, — воскликнул Предвестник бывшему коллеге, снова высовывая из отверстия неподходящий ключ.       — Она уже сгнила в той камере, меня хотя бы кормят и поят, а она, — Скарамучча наигранно вздохнул, после чего приблизился в двери камеры. Через спину Тарталья почувствовал как бывший коллега выдавливает из себя свою больную улыбку, а его фиолетовые глаза испепеляет его затылок. — Бедняжка Люмин. В ту же секунду после его слов в двери его камеры появилась вмятина: — Советую тебе закрыть свой грязный рот, кукла бессердечная, — глаза Одиннадцатого Предвестника залились кровью от злости, казалось, что если Сказитель произнесет хоть ещё слово, то Царице не придётся выносить указ об его казне, ведь он уже будет мертв. Наконец-то найдя нужный ключ, Аякс распахивает дверь камеры. Здесь было ужасно темно и душно, если бы не освещение с коридора он бы не увидел свою напарницу. Если раньше, когда он видел ее столь беспомощной, его это удивляло, то сейчас парня это до жути напугало. Девушка, свернувшись калачиком в грязную шубу, лежала в углу камеры на полу. Она еле дышала и практически каждую секунду издавал истошный кашель, который ещё больше пугал. Чайльд упал рядом с ней на колени и подхватил хрупкое тельце, оно было ужасно горячим — у нее был жар.       — Люмин, — воскликнул он проводя рукой по горящему лбу, чтобы понять в сознании она или нет. Ответа он не услышал. — Люмин! — снова повторил он, только более громко и ударяя девушке по щеке, чтобы привести ее в чувства. Она лишь тихо сопела себе под нос. Видимо из-за жара она потеряла сознание. Схватив девушку на руки он вылетел из камеры, где бедолага мучилась все эти дни.

______________________________

За окном был уже вечер. Парень обмакнул тряпку в воде и положил к пылающему лбу, в попытке унять жар. Дверь комнаты распахнулась, это был Дмитрий и личный врач Ее Величества.       — Здравствуйте, — доктор поклонилась Предвестнику. — Что случилось? Снова кинув в сторону Люмин обеспокоенный взгляд, он облизнул пересохшие губы: — Она ужасно кашляет, вся пылает от жара и отморозила себе конечности. Тарталья поднялся с постели где лежало тело истощённой девушки. Людмила, именно так звали врача при дворе, достала из своего чемоданчика множество лекарств, грелку и попросила мужчин удалится из комнаты.       — Господин, не переживайте, Людмила поможет девушке, — в попытке успокоить босса, произносит Дмитрий.       — Твоим мнением никто не интересовался, — скривив лицо, ответил Чайльд. У него не было сил на то, чтобы отчитывать или срыватся на помощника, его вины в этом не было. Вся вина лежала на другом человеке, на Арлекино.       — Где Арлекино? Нам нужной найти Паймон, если эта тварь и малышке навредила я точно ее убью, — обозленно произнес Предвестник.       — Предвестница в своих покоях. Чайльд направился в покои Арлекино.

______________________________

Предвестница любовалась собой у зеркала. По комнате распространился запах корицы и победы. Как же она была довольна собой. Правда ей пришлось снова пропустить вечер с Тартальей, но это того стоило. Заточить его куколку в камеру — настоящее наслаждение для девушки. Новый бархатный халат был немного больше чем она рассчитывала, снова портные не взяли в учет узкую посадку ее плеч. Рукава халата опустились, а вместе с ними и предательски сползла бретелька бархатной ночнушки. Белокурая девушка уже готовилась ко сну. Ее идиллию спокойствия и самолюбования прервал удар дверей о стену. Ни в чем невинные двери остались вбитыми в стену, а после них в комнату залетел Тарталья. Ни сказав ни слова, он приблизился к Арлекино, схватил ее за шею и вжал в ближайшую стену.       — Что такое, так соскучился, что сегодня без прелюдий? — игриво произносит Предвестница, игнорируя резкую боль от удара о стену.       — Закрой свой рот, — пальцы на женской шее сжались сильнее. — Ты будешь говорить только тогда, когда я скажу. Его голос был слишком грубым, а хватка не была похожей на обычные заигрывания с его стороны. В голову Предвестницы приходит понимание, почему коллега так зол на нее.       — Ты так зол из-за той девчонки? — хриплым голосом спрашивает она, снова насмешка на ее лице появляется только от одного напоминания о взаимоотношениях путешественницы и Предвестника.       — Я убью тебя, сука, — кажется, это не было пустой угрозой. Шея девушки начала все больше сжиматься под крепкой рукой мужчины, становилось трудно дышать. Он давил, давил так, чтобы она задохнулась. Понимая, что ей не хватает воздуха, девушка попыталась использовать свой Глаз Порчи против рыжего, но никак не получилось сконцентрироваться. Сейчас ее мозг пытался ухватить кислород, прямо как Люмин в душной и холодной камере. Его взгляд, выражение лица, ни одна из бровей не дрогнула пока он душил девушку. Он не наслаждался этим, уж точно нет. Его принципом было никогда не поднимать на девушку руку, какую бы глупость она не сотворила, только если это не сильный и равный противник на поле как битвы, как Люмин, к примеру. Но Арлекино… Это безумная девушка его довела. Арлекино начала задыхаться, она пыталась жадно ухватить воздух, но крепко сжатая рука на шее не давала этого сделать. Ещё несколько секунд понаблюдав за мучениями Предвестницы, он ее отпустил. Арлекино упала на колени, жадно начиная вдыхать воздух. Ее рука прошлась по шее, от пальцев мужчины точно останутся синяки. Ещё несколько попыток вдохнуть воздух, несколько секунд и ее дыхание пришло в норму.       — Тарталья, ты конченый?! — хрипло крикнула она на парня, после чего закашлялась, чувствуя сильную боль в горле. Насколько же сильно она разозлилась на него. — Ты решил меня убить из-за какой-то девчонки?!       — Она моя! — крикнул он в ответ. — На ней моя метка! Ты не в праве отправлять ее в темницу! Что она, блять, сделала тебе?! Было немного смешно наблюдать за поведением Тартальи, но одновременно это пугало белокурою, неужели холодный и закрытый любовник влюбился?       — Она нагрубила Царице на встрече, заикнувшись об остальных Архонтах, ты сам знаешь как Ее Величество не переносит эту тему. Я сочла это как неуважение, и как Предвестница я имею право наказать особу, которая проявила неуважение к нашему Архонту.       — Нет, Арлекино, ты это сделала просто потому что ты — тупая ревнивая сука.       — Попрошу тебя выражаться более уважительно, я тебе не твоя куколка.       — Закрой свой рот! — он снова приблизился к Арлекино, кажется, ещё одно слово и он точно ее прикончит. — Я тебе обещаю, ты пожалеешь о том, что сделала. Парень отошёл от девушки и отправился прочь из комнаты, но его остановили слова Предвестницы:       — Не играй в благородного рыцаря, — даже через спину он чувствовал как Арлекино насмешливо улыбается. — Сначала ты трахаешь меня, а потом бежишь в объятия Люмин. Тарталья сильно сжал ладони, нахмурив брови. Ее провокация осталась проигнорированной: — Будь уверенна, об этом узнает Царица.

______________________________

Снова Чайльд врывается в чужие покои без стука, только в этот раз в личный кабинет Пьеро.       — Ты все такой же бестактный, — не отводя взгляда от бумаг, произносит Первый Предвестник.       — Арлекино. Тяжело вздохнув, Пьеро медленно поднимает свой взгляд на расстрепанного коллегу: — Что уже сделала эта девчонка? Чайльд вкратце объяснил ситуацию, которая произошла, в качестве доказательств предъявил письмо от Дмитрия. Изучив послание, Пьеро отводит взгляд от бумаги, снова тяжело вздохнув. Опять эти Предвестники ведут себя как дети, так еще и впутывают в свои интрижки гостя Ее Величества.       — Арлекино совершила оплошность и будет наказана за позволение невиданной грубости и причинение вреда гостье Ее Величества, а значит и к самой Царице. Я уведомлю Ее Величество о произошедшем.       — Спасибо, — Чайльд кивнул головой в знак благодарности коллеге.

______________________________

Паймон крепко спала в кресле. Как хорошо, что с малышкой ничего не случилось, хотя бы ей Предвестница не навредила. Ее просто заперли в пустых покоях пока его не было, кормили, приносили воду. За окном давно взошла луна, снова разбушевалась метель, в последнее время их слишком много в окрестностях дворца и по всему региону. Люмин до сих пор не очнулась, но её жар немного спал, а кашель больше не был таким режущим. Исцеление врача явно помогло несчастной. Глаза смыкались от усталости, впервые Чайльда так тянуло в сон, но он не мог себе позволит уснуть. Единственное, что не давало спать, это лицо девушки — смотреть на него было лучше любого сна. Длинные ресницы, милые щёчки и пухлые губы освещались от света свечей в комнате. Его успокаивало перебирание пальцами её светлых локонов. В этом они были похожи. Одна прядка коснулась губ девушки. Убирая волосы, на парня нахлынули воспоминания о том вечере. Видимо не только Люмин вспоминала этот вечер. Он тоже постоянно думал об этом. Он постоянно вспоминал вкус ее губ, ее сверкающие в темноте глаза и эту игривую усмешку. Такую Люмин сложно выбросить из головы, наоборот только и хочется, что вспоминать, да ещё и представлять продолжение. «Не играй в благородного рыцаря», — снова слова Арлекино вспылили в его голове. Они имели смысл. Только вот он и не играл его для напарницы. Неожиданно для самого себя парень сделал вывод, что Люмин тот друг и та девушка, для которой он и вправду хочет быть рыцарем.

______________________________

Воспоминания Чайльда. Рана в груди не давала возможности пошевелится, не то что вступить в бой. От этого состояния беспомощности было тошно. Было тошно и противно от того, что Архонт залечивает его раны, а не помогает напарнице. Храбрая, мужественная, ловкая — он наблюдал за каждым движением девушки во время их битвы со Скарамуччей. Кажется даже он не смог его столь утомить, как она. Это ему и нравилось в ней, она могла зажечь огонек интереса в любом. Но даже ей не хватает сил, чтобы в одиночку победить этого монстра. Острие его орудия проткнуло живот девушки, с ее глаз потекли слезы. Как же он сейчас хотел убить Скарамуччу. Казалось, что Люмин больше не встанет, ранение бы не позволило, но неожиданно девушка проявила Светлую энергию, направив ее острием своего меча прямо в сердце противника. Скарамучча пал, его тело облилось алой кровью, а в руках парнишка крепко сжал вещь, которую называл своим сердцем — Электро гнозис. Вырвав из его руки маленький трофей, девушка упала на землю. Битва была окончена, Скарамучча повержен, а Электро Гнозис получен. Нужно было пойти на многие жертвы, получить множество ранений, но главное, что никто не умер. Благодаря силам Анемо Архонта Аякс смог встать, единственное, что его сейчас интересовало, это то, как чувствовала себя напарница.