Blood is the money of the soul

Стараясь отвлечься, он ехал дальше, оставив Кинна позади. Тот явно наблюдал за ним. Вдалеке показался горный хребет. — Мы движемся туда? — уточнил Порш, повернувшись, но Кинна там не оказалось. Кинн усмехнулся, объехав Порша по боковой дорожке и тихо приблизившись спереди. А когда он отвернулся, Кинн в одно движение перехватил его поперёк талии и каким-то чудом Порш оказался на лошади перед Кинном. Но последний руку с талии молодого человека не убрал, второй рукой держа поводья и шепчал на ухо: — Когда ты злишься… это так заводит. Хочется тебя ещё позлить, а потом… — Кинн стал красочно описывать позы и ласки, о который думает, глядя на Порша. А в заключении он слегка укусил шею. — Если ты планируешь продолжать, у нас будет привал. Опять. И я с тебя не слезу, пока не буду доволен. Порш прорычал это и повернулся. Думал, что выглядит устрашающе, насупившись. Но вызвал только улыбку Кинна. — Может я этого и хочу, — усмехнулся Кинн. — Хочешь меня довести, чтобы что? — Порш сузил глаза. Кинн запустил руку в его волосы, начиная массировать ее. — Теперь надумал отвлечь меня? Спускаемся. Они остановились и привязали лошадей. Порш толкнул Кинна к дереву и посмотрел исподлобья. — Ну что? Все еще хочешь продолжить? Кинн улыбался. Порш не видел себя со стороны. Но сверкающие почти чёрные сейчас глаза, взгляд исподлобья, тяжелое дыхание… Всё это делало Порша сексуальнее вдвойне. И тем более утром Кинн оставил его без сладкого… А уже время перевалило за полдень. — Я ещё ничего не начинал, чтобы продолжить. Кинн медленно расстегнул рубашку и вскоре та упала к его ногам. — Так что ты там говорил про то, что не слезешь с меня? Он улыбался. А внутри хотел просто ещё раз побыть с любимым человеком. Потому что через несколько часов он увидит отца, впервые за последние пару сотен лет. И никто не знает, как может закончиться эта встреча… Потому если Порш этого сейчас хочет, Кинн готов подчиниться его желанию. Прямо сейчас. — Ну же, мой сладкий… Я твой. Порш толкнул его к камням, заставляя сесть на песок. Когда добился этого, мужчина отклонился к твердой поверхности, выглядя почти грациозно. Вытянув длинные ноги, Кинн смотрел на него снизу вверх, но взгляд сулил что-то прекрасное. Доброжелательность и почти приглашение. Порш расставил ноги и сел на него сверху, требовательно впиваясь в плечи. Порш стал целовать шею и плечи, заставляя больше отклониться назад. После спускался к груди, слегка покусывая соски. Он терся всем телом и сполз ниже. Расстегнул штаны и стал поглаживать через одежду. — Почему не снимешь, раз мешают? — вежливо спросил Кинн, чуть наклонив голову. — Мне удобно. А удобно ли тебе — не знаю. Я еще зол. Вскоре Порш почувствовал крайне положительную реакцию и наклонил голову, заигрывая с плотью языком. Он взял в рот и стал медленно посасывать. Кинн гладил его по спине, слегка надавливая, мягко направляя, чтобы взял глубже, что он и сделал послушно. Кинн наслаждался каждым действием Порша. Все же… Любить впервые за свою жизнь — это нечто слишком прекрасное. Нужно учиться ценить каждое мгновение вместе. — Ааах, Порш… Ммм… — мужчина прикрыл глаза, полностью расслабляясь. — Да, ещё… Но если бы подчиняться было так легко. Через несколько минут Кинн уже был над Поршем, прижимая его к земле, а затем стягивая с него штаны с бельём вместе. Но затем Кинн вновь сам ложится, сажая Порша себе на грудь спиной к своему лицу, наклоняя вперёд, чтобы бедра приподнялись. Порш понял весь замысел лишь тогда, когда почувствовал в себе язык Кинна, чуть прохладный по началу. — Ааахх. Ммм… Кииинн… Ну зачееем… Ах. Движения языка были очень четкими и Порш начал пытаться ускользнуть, и если бы руки его не удержали, он бы точно соскользнул. — Так или иначе будет по-моему. Просто расслабься, — тихо, но уверенно сказал Кинн, возвращая Порша на место. — Но. Как же тааак… Ммххмм.еще.аах…еще. — со временем он перестал воспринимать собственный голос, казалось, что он звучал в голове. Вскоре Кинн заменил язык на палец, вскоре добавил ещё один, иногда проводя языком по ягодице. — Как мне нравится… Ммм… — шептал Кинн, когда стоны Порша становились лишь громче. Мужчина иногда кусал нежную слегка смуглую кожу, от чего Порш дергался, но каждое движение лишь сильнее возбуждало. — Хочешь? — тихо спросил Кинн, уже зная ответ. — Дааа… — Ты обещал быть сверху. Но только лицом ко мне, милый… Сколько пожелаешь сам. Управляй… Порш пересел, оказавшись лицом к лицу. Вскоре сам направил его плоть в себя, начиная медленно опускаться. — Аааа… Ааах. Ммм. Да. Какой большой.ммм… — Порш прикрыл глаза и стал двигаться, вырисовывая бедрами восьмёрки. Кинн держал его за талию, слегка направляя. — Ты обещааал, — возмутился Порш, — лучше приласкай меня рукой. Кинн послушался, но… В своем стиле. Он легко поддался, когда ему четко сказали, что делать. Он играл с яичками, затем проводил пальцами по всей длине и ощущал, как росло возбуждение, а сам орган подрагивал. — Ммхмм. Порш стонал все громче и чувствовал, что близок к финалу. Он сильнее сжался изнутри и заставил кончить одновременно с собой. — Первый раунд. Он стал страстно целовать в губы, назначая следующий раунд. — Сколько пожелаешь, мой сладкий. И как хочешь. Кинн контролировал себя, чтобы не делать все так, как он сам привык. Он же сказал Поршу, что его… — Скажи, когда устанешь, — прошептал Кинн. — Отдохнём. Но пока что… Хочу тебя ещё, мой ласковый котёнок. Прошу… Он заглянул в глаза Порша, действительно прося. О близости, в которой соединяются не только тела, но и души. Порш пересел, стал поглаживать его, снова возбуждая. — Ммххмм… Что теперь, Порш? — Кинн прикрыл глаза и приготовился. Мужчина лег на спину приказал наклониться. Закинул ногу на его плечо, слегка обнимая. — Используй руки. Когда его пальцы задвигались внутри, Порш стал низко стонать, двигаясь бедрами навстречу. — Ааах.еще добавь. Спустя несколько минут он умолял, чтобы Кинн взял его резко и страстно. Мужчина получил разрешение и вошел на всю длину почти сразу. — Говори как хочешь меня! — скомандовал Кинн. — Сильнее… Быстрее и глубже… Ахх… Ммм. Все его желания быстро исполнялись. Испачкав свой живот, Порш стали искать как вытереться, но вместе этого Кинн провел пальцами по следу, собирая его. — Ааах. Какой ты вкусный, мой сладкий… Кинн улыбнулся и, поднявшись к лицу, поцеловал Порша. — Если все твои желания будут такими… Я согласен исполнять их по несколько раз в сутки. Сколько пожелаешь… Кинн прижал молодого человека к дереву и стал медленно опускаться на колени, целуя и кусая кожу. Он не позволял коснуться себя, удерживая руки Порша вдоль тела. Только ласки, дарующие не возбуждение, а блаженство. Неземное. Чувствуя, что Порш теряет связь с реальностью, что его ноги уже не держат тела, Кинн быстро встал, подхватывая любимого под бёдра и целуя шею. Кинн ощущал, как Порш царапает ему спину и плечи. Но это не остановило его от того, чтобы плавно опустить его на себя, а после нескольких движений внутри укусить шею, погружая Порша в полный экстаз, чтобы он забыл полностью всё, кроме собственных ощущений в данную секунду. Порш стонал и уткнулся в шею Кинна, прижимаясь всем телом. Он сам начал покусывать его плечо и умолять продолжить. — Еще. Проведи языком. Ммххмм. Кинн коснулся языком ранки, собирая языком капельки крови. Чуть сильнее надавил на нее. Порш зажмурился и кончил снова, сжимаясь внутри. — Ааах… Киииннн… Он притянул мужчину к себе, страстно целуя. — Ты даришь мне такое наслаждение… Что я могу сделать для тебя? Кинн медленно поцеловал в ответ. — Ты даришь мне себя. Это куда больше, чем могу дать я. Мне ничего не нужно. Только ты сам, Порш. Спустя некоторое время, когда Порш пришёл в себя и смог стоять на ногах, отдохнув в объятьях советника, они оделись, и Кинн помог молодому человеку сесть на лошадь.

***

Уже на закате они оказались в небольшом городке, где Кинн ни разу не был с того времени, как уехал оттуда. Советник остановился, глядя вперёд. — Что-то не так? — тихо спросил Порш, заметив, как замер мужчина, устремив взгляд в одну точку. Кинн качнул головой. — Я не был здесь… десятки твоих жизней… И не знаю ничего, даже как себя вести. Он взял Порша за руку. — Пожалуйста, не отпускай мою руку. Не сейчас… Что бы не случилось, пока я не поговорю с отцом. Они медленно двинулись вперёд, проехали через весь городок и остановились перед красивым домом, стилизованным под замок. На пороге стоял статный мужчина, немного старше Кинна. Но сходство было очевидно. Путешественники спешились и привязали лошадей у невысокого забора. — Давно тебя не было в этих местах, Анакинн… — Случая не было возвращаться туда, где меня так ненавидят. Мужчина, стоящий по ту сторону забора, улыбнулся. — Думаю, все же лучше поговорить внутри. Проходите. Хозяин дома скрылся за дверью, оставляя её открытой. Кинн сильнее сжал руку Порша, но с места не сдвинулся. Порш повел Кинна внутрь и продолжал держать за руку. Он всеми своими действиями говорил: «Я рядом. Мы ведь за этим приехали?». Кинн поднял глаза и кивнул. Пройдя в дом, он сел на стул и сложил руки на столе. Порш вставил за его спиной, охраняя его. — Так зачем пожаловали? Или пришло время знакомить меня с твоим женихом? Отец Кинна был таким же самоуверенным и гордым. Поршу стало понятно откуда в Кинне такие качества. — Думаю, ты знаешь, как его зовут. Перейдем к делу, — кратко сказал Кинн, сцепив руки в замок. — Какой же ты оказывается внимательный, деловой, когда не нужно. Отец рассмеялся, продолжая продавливать гостей взглядом. — Зачем весь этот спектакль? Сколько лет прошло, а ты всё винишь меня в смерти матери… — Ты с самого начала не был желанным для меня ребёнком. Она не хотела обращения, но как же радовалась, узнав о беременности. Если бы ты умер вместе с ней, тогда, возможно, я любил бы память о тебе. А так вся моя любовь принадлежит только ей. — Я это помню, — Кинн сжал руки до такой степени, что побелели костяшки пальцев. — Зачем нужны были смерти невинных? Рассчитывал подставить меня? Показать монстра, что Его Величество держит около себя? — Нет. Показать тебе, что ты забыл, кем являешься на самом деле. Такой же, как я… — зло ухмыльнулся мужчина, переводя взгляд с сына на Порша. — Он задурманил вам голову, юноша. Оставаясь рядом с ним, вы не познаете ничего, кроме боли и страдания. Ну ладно, ещё некую долю удовольствия, если Кинн будет в настроении. Вы всего лишь игрушка в руках чудовища. И все жертвы, о которых вы знаете и, может, не знали, считая, что это дело рук Анакинна… Это всего лишь кровавый урок для вас. Бегите от него. И тогда, скорее всего, вы сможете прожить более долгую и счастливую жизнь, чем он вам обещал. — А тебе не кажется, что это уже не твоё дело? — прорычал сквозь зубы Кинн. — И со своей жизнью я разберусь сам. — Правда? А эта фальшивая с самого начала свадьба с принцессой второго дома Лаоса? Хорошо разобрался, вскружив девушке голову?! Да кем бы ты был без вампирского очарования?! Кинн встал, сверкая взглядом. — Ненавижу! Порш держал его за руку и остановил. — Я не знаю, что с вами обоими не так, но похоже, вы ничего не знаете о гостеприимстве. На сегодня мы уходим, Кхун. Кинн так и не повернулся к отцу, и они ушли. Разговора не получилось. Если он рассчитывал на разговор, конечно. Поршу не был понятен план, поэтому он стремился всеми силами хотя бы успокоить его. Это было не просто. Выйдя к лесу, Кинн резко дернул Порша за руку и побежал. Спустя несколько минут они оказались около скромного деревянного домика. Кинн открыл дверь, и они оказались в светлом помещении. Там было пыльно, но это мало беспокоило их обоих. — Я принесу воды. Осмотрись здесь. Когда Кинн ушел, Порш увидел, что в домике есть небольшая прихожая, кухонька и столовая, а также только одна комната, что была закрыта на замок. Выглянув в окно, он видел, как Кинн набирает воду и заносит дом. Найдя ветошь, он быстро протер стол и стулья, что бы можно было хотя бы сесть. Распахнув окна, они впустили солнечный свет и чистый воздух. — Это наш ночлег на пару ночей примерно. Порш задумчиво выглянул в окно. Когда повернулся, дверь в спальню была не заперта. — Не входи, я приведу все в порядок, — сказал Кинн, чем-то загремев внутри. Порш в это время еще немного протер пыль и подумал, что неплохо бы найти, где здесь купить еды. Кинн вернулся и сел за стол. — Нам нужен план. — Если бы я еще понимал зачем мы здесь конкретно и что хочешь от меня — было бы отлично, — ответил Порш, прикрывал глаза и водрузив голову на руки. — Либо отец прекращает этот весь цирк, в том числе и с жертвами в городе… либо мне ой как пригодится твоя помощь, Порш. Взгляд Кинна был полон решительности. — Да, это то, о чем ты подумал. Иного выхода нет. Я не могу оставить всё так, как есть сейчас. Не могу просто уехать обратно. Потому что он продолжит показывать всем, что в городе живет монстр. И хотя пока все убеждены, что это всё странная болезнь… Слухи все равно пойдут. Не завтра, так через месяц. Я должен с этим покончить. Кинн тяжело вздохнул. — Но для начала сходим в город, купим хотя бы еды. В дверях Кинн остановился и повернулся к Поршу, порывисто обнимая. — Спасибо, что остаёшься рядом. Мне это сейчас очень нужно. И важно. С едой оказалось сложно, но Кинн, кажется, умел находить выход из любой ситуации. Добрая старушка продала им немного овощей и хлеба, подсказала, где купить мяса. И вручила старый, но целый и чистый, глиняный горшочек, в котором можно было бы приготовить еду. Поршу оставалось только удивляться, как Кинн изменился вне дворца и вне дома отца. Он искренне улыбался и благодарил всех, что хоть как-то им помог. В итоге им давали еду уже не за плату, а просто так. Да, никаких деликатесов, вся еда была простой. Но Порш был счастлив от одного вида такого Кинна. К нему все обращались не иначе как господин, замечая сходство с тем, кто был отцом Кинна. На это советник лишь отшучивался, что где-то предки могли быть общими. — Да какие предки, сынок? — заговорила одна добросердечная старушка, давая им фрукты. — Он одинокий. Никогда рядом с ним не замечали никого. И местных жителей он сторонится. Вы, господин, манерками точно не в него. — Благодарю, — с улыбкой и долей облегчения ответил Кинн, кланяясь, держа руки у самой груди в знаке «вэй». Уже начинала темнеть, когда Кинн и Порш с кучей свёртков разных размеров вернулись в хижину. — Позволишь приготовить для тебя ужин? — чуть улыбнувшись, спросил Кинн, раскладывая припасы на столе. — Не ешь, а готовишь? Это как? — удивился Порш. — Следую рецептам и наблюдаю. Чтобы готовить, нужно просто следовать инструкции. Кинн быстро расправился с мясом, подготовил овощи, прижарил их, затем поставил тушится. — На пару часов мы свободны. Пошли, кое-что покажу. Порш оказался рядом с небольшим ручейком, где можно было смочить ноги и зайти не более, чем по грудь, что они и сделали. Вода была холодной и скоро Порш начал дрожать. Кинн обнял его, переплел их тела и поцеловал. В контрасте с водой, тело Кинна казалось теплее и Порш страстно поцеловал его, чувствуя, как ему комфортно в руках мужчины. — Здесь так хорошо и малолюдно. Я не привык, но мне нравится. Еще я хочу реку и пляж. — Поищем. Я давно здесь не был, — улыбнулся Кинн. Все было прекрасно. Поэтому время и прошло незаметно. Начинало темнеть. Они вышли из воды и накинув вещи, отправились в дом к готовому ужину. — А как ты справлялся с едой и был незамеченным все время, Кинн? Я, честно сказать, не обращал внимания. Вот спросить решил. Ты слишком меня бесил раньше. — По договорённости с Королем за общим столом мне подавали только напитки. Моя тарелка всегда оставалась пустой. Опережая вопрос. Нет, о моей сущности он не знает. Мне так и так максимум лет через 15 нужно уходить из этих мест. И ждать лет 50, чтобы вернуться, не встречая вопросов. Кинн положил на единственную целую тарелку еду и поставил перед Поршем. — Пробуй. Чтобы совсем не вызывать подозрения, я обычно просил еду в комнату. А после отдавал её кому придётся — охране, слугам. Или же кому-то в городе, если выбирался туда в скором времени. Но за такие подношения в виде вроде бы всего лишь еды, реже — одежды или украшений, мне каждый раз удаётся собирать вокруг себя людей, которые действительно верны мне. Я был почти при каждом короле. Начиная от простого военного консультанта, всегда доходил до должности ближайшего советника. Но теперь я вижу перед собой будущего короля, от которого не хотел бы уходить. А если и уходить, то вместе… Кинн ласково коснулся кончиками пальцев щеки Порша, когда тот посмотрел на него. — Значит приручаешь всех едой? Я не исключение? Какая жалость! — притворно обиделся Порш. — Ешь давай, остывает. Кинн сел рядом и налил чистой воды в кружку. Он отпил большой глоток и посмотрел в потолок. — Немного посидим и пойдем спать. — Ты говоришь как старик. А как же секс и болтовня до утра? — рассмеялся Порш. — Успеется. Все успеется. Порш похвалил его кулинарные способности и отправился в спальню наощупь. Когда он привык к темноте, дверь закрылась будто сама собой. — Эй! Кинн! Что за дела?! Я еще до кровати не дошел! — возмущался мужчина, пытаясь понять, где он. Только в комнате он был один. Выглянув из окна в кромешную тьму, он снова повернулся к двери. — Кинн! Что за шутки?! Сильные руки прижали его к кровати почти мгновенно, а запястья связали и прикрепили к изголовью. — Твою мать! Ты меня выбесить решил сегодня?! Когда его горло сжали, он понял, что ошибся.

***

Бросившись к спальне, Кинн не сразу смог открыть дверь, её будто что-то держало с той стороны. Когда же ему это удалось, то всё, что он увидел, это быстро мелькнувшая тень, что исчезла в оконном проёме. Он хотел было броситься следом, но тут увидел Порша со связанными руками и без сознания. Выбор «что делать дальше» отпал сам собой. Бросить вот так молодого человека он не мог. — Порш, только живи, прошу… Кинн шептал это, развязывая руки Порша и проверяя, не ранен ли он. Никаких внешних повреждений не было. — Порш, очнись, как ты? Скажи хоть слово… Кинн с тревогой обнимал Порша, не представляя, что сейчас делать, если охотник не очнётся… Кинн освободил мужчину и вынес на свет в столовую, усадил на лавку рядом с собой. Губы были бледными, но физических повреждений не было. На шее красовался след, свидетельствующий о том, что его душили, но в целом все было в порядке. Хотя бы без укусов. Порш открыл глаза и вяло посмотрел на мужчину. — Я испугался. Кажется, отключился. Мне это не свойственно, но кто-то пробудил мой первородный страх… Порш обнял его и ласково попросил пойти вместе спать. — Я хочу чувствовать себя в безопасности, Кинн, пожалуйста, побудь со мной. Мужчина безоговорочно выполнил его просьбу и лег рядом, обнимая руками и ногами, создавая прочный кокон. Он вздохнул, понимая, что это предупреждение, знак, чтобы они уезжали. Но сейчас стоило сосредоточится на сне. Кинн не спал и просчитывал все варианты дальнейших действий. Всю ночь мужчина не выпускал из объятий Порша. Тот спал то спокойно, то тревожно. Но все же спал. Силы ещё понадобятся. Ранним утром Кинн поцеловал Порша в шею и тот окончательно заснул, шепча его имя. Позже утром, когда Кинн позволил себе немного расслабиться, Порш проснулся. Советник тут же открыл глаза. — Как ты себя чувствуешь сейчас? — Кинн коснулся ладонью щеки Порша. — Лучше. Не понимаю, что со мной было. Порш встал и обнял его за плечи. — Знаешь, кто это может быть? Насколько все опасно? — Сегодня последний шанс разобраться с отцом. Или договоримся, или нужно будет закончить все иначе. Кинн яростно посмотрел перед собой. — Завтракаешь и идем. Хотя Кинн уже и решил, зная отца, но все же… Какая-то доля надежды оставалась. Но это было больше от долгого пребывания с людьми. Он сидел рядом, пока Порш завтракал. Думал о том, что ещё сказать отцу, чтобы тот успокоился. Но ничего не приходило в голову. — Порш, как там обычно готовятся охотники? Сегодня тебе может понадобится всё. Молодой человек поднял голову от тарелки, с тревогой посмотрел на мужчину. — Я не шучу, — спокойно ответил Кинн. — Нужно быть готовыми и к крайним мерам тоже. Порш серьёзно посмотрел на него: — Ты уверен, что тебе это действительно нужно, Кинн? Ты сможешь пойти против отца? Порш поднялся и обошел его сзади. — Понимаешь, если я реально подготовлюсь — я не дам заднюю. Я сделаю все до конца, потому что ничего изменить уже будет нельзя. И все будет строится только на доверии. Понимаешь? Я с твоим отцом никак не завязан и судя по всему, не нравлюсь ему, поэтому… Поэтому мне будет легко с ним закончить, ведь привязок нет. Но если в тебе есть хоть крупица сомнения… хоть какая-то… То… Я просто не буду это делать. Если ты в последний момент за него заступишься — я не прощу тебе этого. Поэтому хорошенько все обдумай. Если я настроюсь — то снесу все на своем пути. Даже тебя. Не убью, но ты пострадаешь, если передумаешь. Жду ответ до вечера. Думаю, пока светло, мне ничего не угрожает. Я прогуляюсь. — Порш, постой. Если я тебе мешаю готовиться, то уйти лучше мне. Кинн встал и отошёл к окну. — Я не лучше него. Мои руки тоже в крови, и я никогда от этого не отмоюсь. Но в то же время я понимаю, что что если не решусь сейчас остановить его, то потом могу и сам пострадать от этого. И ещё много невинных погибнет. Он же будет пытаться донести до всех, какое я чудовище. Всеми возможными и невозможными способами. Но, прежде чем мы снова пойдём к нему… Кинн повернулся, подошел вплотную к молодому человеку и взял за обе руки, переплетая пальцы. — Прежде чем снова видеться с ним… Сходи со мной в одно место. Это не займёт много времени, обещаю. Но мне это очень важно. Сколько тебе нужно на подготовку? — Мне нужно кое-что купить и прогуляться, пока я обдумаю план. Остальное у меня с собой. Пары часов хватит. Но мне нужно побыть одному. Можешь оставаться здесь, мне это не мешает. Когда я вернусь, тогда пойдем, куда скажешь. Порш прошел к двери и остановился. — Подумай хорошо. Как только выйдем из дома со снаряжением — я буду мыслить исключительно как охотник, а не как твоя пара. Порш вышел и стал прогуливаться в лесу, собирая травы. Затем прошел к ручью. Ему нужно было успокоить мысли. План собирался медленно, но четко. Он буквально видел все картинками. Бой обещал быть конкретным и на самом деле очень опасным. Но отступать нельзя. Ни в коем случае. Спустя час, Порш опустился в воду с головой. Чистота тела полностью опустошила разум. Затем он сел на камень, чтобы обсохнуть и сплел из трав что-то наподобие маленьких браслетов или венков. После он сложил все в сумку и отправился обратно в дом. Кинн после ухода Порша погрузился в воспоминания. Пытался вспомнить хоть что-то хорошее, что-то, что заставит его отказаться от этого безумного плана. Но всё было тщетно. Примерно через полчаса он просто лёг в спальне на кровать, утыкаясь носом в подушку. Его главное успокаивающее ушло заниматься делами. Значит, пришло время «сна». Кинн сел на кровати, в турецком стиле подобрав ноги, на колени положил ладони, соединяя большой и средний пальцы. Прошептав несколько слов на уже мертвом языке, мужчина позволил сознанию отключиться от внешнего мира, про себя считая секунды. Он не пошевелился, когда в дом снова зашёл Порш, хотя и знал, что это именно он.