Отпуская...

— Как, черт возьми, мы выясним, что стряслось с Сакурой-чан? — Наруто в сотый раз за это утро проныл вопрос, готовый выть от беспомощности. Саске, словно не слыша, продолжал изучать уличную суету своим пронзительным взглядом. — Да что ты вообще высматриваешь? — не унимался будущий Хокаге, чувствуя, что Учиха что-то ищет, какую-то зацепку в этом хаосе. — Разве ты не слышал, что Сакура тогда сказала? — Саске вздохнул, увидев, как Наруто отрицательно качает головой. — Акико. Лицо Наруто вмиг озарилось пониманием. — Кто? Саске замер, прожигая друга взглядом: неужели тот и правда настолько непроходимо глуп? — Блондинка, которая в Ичираку посмела назвать Сакуру шлюхой. Он наблюдал, как с лица Узумаки сползает недоумение, сменяясь яростной гримасой. — Где она?! — прорычал носитель Кьюби, словно зверь, выпущенный из клетки. Саске указал на невзрачный магазинчик данго. — Там. Пока Наруто изнывал от пустых вопросов, Саске уже успел заметить белокурую девушку, попивающую чай. Наруто взревел, словно раненый зверь: — Эй, ты, мерзкая тварь! Акико оторвала взгляд от данго и с ленивым любопытством взглянула на приближающихся мужчин. — Да, это я. Что тебе нужно? — выпалила она язвительно. Саске, недолго думая, отвесил блондину подзатыльник. — Хватит орать, — прошипел он. Игнорируя обиженный взгляд друга, Учиха сузил глаза, глядя на девушку. — Что ты сказала Сакуре в больнице? Безупречные брови Акико изогнулись в притворной невинности, а в глазах заиграли игривые огоньки. — Я? Я всего лишь открыла ей глаза на правду. — О какой правде ты говоришь? На губах Акико расцвела широкая, зловещая улыбка. — Я сказала ей, что все вокруг были бы гораздо счастливее, если бы она просто исчезла. Инстинктивно рука Саске метнулась к ее горлу, и шаринган вспыхнул в его глазах. Но в ее глазах не было и намека на страх, лишь довольное хихиканье. — Тебе не стоит этого делать, Саске. Одно лишь слово о твоих «недостойных» поступках, одно слово о том, как вы с другом угрожаете простой девушке, и вы оба мигом распрощаетесь со своими званиями чунинов. Саске ослабил хватку, его лицо омрачилось еще больше. — Подумай о последствиях для Сакуры. Ее могут лишить звания, а то и вовсе изгнать из деревни из-за твоих действий. Он отпустил ее, но гнев клокотал в нём с новой силой. Наруто, с трудом сдерживая прорывающуюся чакру Кьюби, закусил губу до крови. Акико громко расхохоталась, бросила палочку от данго на тарелку, встала и собралась уходить. — Ты ведь знаешь, что происходит с Сакурой-чан? — прорычал Наруто низким, угрожающим голосом. Акико остановилась и обернулась к двум разъяренным шиноби. — Да что вы двое вообще знаете? — презрительно стряхнув воображаемые пылинки со своего жилета, блондинка обратилась к Наруто. — Ты называешь себя ее лучшим другом, но даже не представляешь, что Харуно пережила в своей семье. Лица Наруто и Саске мгновенно окаменели. В глазах Акико вспыхнула злорадная радость, когда она увидела их растерянность. — О, вы, наверное, думали, что у Сакуры было счастливое и беззаботное детство, не так ли? — Объясни, — прошипел Саске сквозь зубы. Акико ткнула наманикюренным пальчиком в нос Учихи. Саске резко отдернул её руку, его взгляд стал чернее ночи. — Почему бы тебе не спросить ее о деталях той проклятой миссии, которая стоила Шоте жизни? Проскользнув мимо двух ошеломленных шиноби, Акико презрительно улыбнулась Наруто. — Харуно должна была сгнить там, но она почему-то всё еще цепляется за свою никчемную жизнь. В глазах Саске вспыхнул Мангекё Шаринган, а Наруто издал нечеловеческий рык. Взрыв белого дыма на мгновение окутал место, где стояла Акико, а её зловещий смех еще долго отдавался в воздухе. Одинокий шаринган сверкнул в тени дерева неподалеку от магазинчика данго. Рука человека, сжавшая любимую книгу, побелела от напряжения. Никто не смеет так говорить о моих учениках.