Отпуская...

Не так много вещей могли вызвать смех у Учихи Саске. Например, неистовый вихрь розовых волос, мечущийся торнадо по его кухне. Сакура, с растрепанными прядями, словно одержимая, выискивала нужные ингредиенты, тихо бормоча проклятия под нос из-за упрямых онигири, никак не желающих принимать нужную форму. Легкая усмешка тронула губы брюнета, когда он наблюдал за отчаянием своей подруги. — Перестань смеяться надо мной, — проворчала Сакура, нахмурившись. Обиженная гримаса тронула ее лицо, когда до нее донесся тихий хохот Учихи. Саске лишь хмыкнул в ответ и, приблизившись, вошел в кухонное пространство, чтобы помочь своей взволнованной напарнице-медику. Едва уловимый румянец вспыхивал на щеках Сакуры каждый раз, когда его пальцы касались ее руки. Прохладный ветерок ласкал их лица, когда шиноби стояли, завороженно глядя на серебряный каскад водопада, срывающегося со скалы. Под ногами мягко колыхалась трава, наполняя воздух свежим, пьянящим ароматом. Саске и Сакура находились неподалеку от Конохи, в тихом, укромном уголке, практически недоступном для посторонних. Место было уединенным и в то же время словно распахнутым навстречу миру. Сакура подошла к наследнику клана Учиха и опустилась рядом с ним на траву. — Как ты нашел это место? — любопытство жгло ее изнутри. Найти это место казалось невозможным. Саске откинулся на спину, запрокинув голову. Его ониксовые глаза устремились в небеса, следя за неспешным танцем облаков. — Если это слишком личное, можешь не отвечать, — добавила Сакура, заметив его секундное колебание. — Все в порядке. Просто я давно здесь не был, — тихо ответил Саске, не отрывая взгляда от плывущих облаков. Они казались такими безмятежными, что стало понятно, почему Шикамару любит проводить время, наблюдая за ними. Сакура с тревогой посмотрела на своего товарища. Ему, должно быть, было больно возвращаться сюда, но он все равно привел ее. — После похорон моих родителей мне предоставили выбор: забрать их прах домой или оставить его со священниками. — Глаза Сакуры расширились, когда она услышала слова Саске. Его голос был тихим, почти неслышным, не похожим на его обычный тон. Она решила просто слушать. — Я должен был проявить уважение, поэтому забрал прах и оставил его в своей квартире. Но это не принесло мне ничего, кроме кошмаров. Я не мог спать ночами, а однажды просто ушел, — Саске глубоко вздохнул, его лицо исказилось от боли. — Не думая о том, куда иду, я просто шел вперед, пока не оказался здесь. В этом месте меня охватило чувство умиротворения, которое редко встретишь в жизни шиноби. Не раздумывая ни секунды, я просто развеял их прах над утесом, — Учиха закрыл глаза. — Моей маме бы здесь понравилось. Это место так же безмятежно, как и она. Сакура почувствовала, как глаза наполняются слезами. Саске всегда был закрытым человеком, никогда не показывал своих слабостей, и то, что сейчас он так обнажил перед ней свою душу, стало молчаливым признанием его доверия. — Ты очень любил свою маму, не так ли? — спросила Сакура, наблюдая, как Саске медленно открывает глаза. Темные глаза наследника клана Учиха слегка затуманились, когда он вспомнил нежную улыбку матери, ее смех и ласку. — Да, она всегда поддерживала меня, особенно когда отец сравнивал меня с Итачи. — А твой отец не поддерживал тебя? — робко спросила Харуно, опасаясь его реакции. К ее удивлению, Саске усмехнулся. — Он поддерживал меня по-своему. Он был строг, но я знал, что он гордится мной. В некотором роде он был похож на Итачи. — Вау… такое чувство, будто я раскрыла самую большую тайну в мире. Саске смущенно посмотрел на Сакуру. — Помнишь, когда мы были генинами, ты назвала меня раздражающей? Саске все еще выглядел смущенным. — Помнишь, как я сказала тебе, что Наруто эгоист, потому что у него нет родителей, которые могли бы на него накричать? И ты тогда назвал меня раздражающей? В тот момент я была очень удивлена твоей реакцией, — рассмеялась Сакура. — Я была просто невыносимой, правда? Мне тогда действительно не помешала бы хорошая взбучка. Я говорила все, что приходило в голову, не задумываясь о том, как это может задеть тебя или Наруто. Неудивительно, что ты меня ненавидел. — Я не ненавидел тебя. — Что? Ониксовые глаза Саске встретились с изумрудными глазами Сакуры. — Ты раздражала меня, но я никогда не ненавидел тебя.