Отпуская...

Ужин тонул в вязкой тишине. Не то чтобы Сакура не жаждала нарушить молчание. Ее разрывало от желания узнать, что скрывалось за поцелуем, но ледяной страх сковывал язык, опасаясь услышать ответ, который она и так уже знала. Сакура трепетала перед ответом Учихи. «Это ничего не значило,» — фраза эхом отдавалась в ее голове, произнесенная бесстрастным, монотонным голосом Саске. Стараясь не встречаться взглядом с Саске, Сакура сосредоточилась на своем занятии: прожигала взглядом дымящуюся тарелку с лапшой, словно там скрывалась разгадка тайны. Внезапный стук в дверь расколол тишину, повисшую между ними. — Я открою, — поспешно воскликнула Сакура, бросая палочки на стол. — Наверное, Свинка что-то забыла. Медик молниеносно распахнула дубовую дверь. — Что ты забыла… — ее голос замер на полуслове. Яростные голубые глаза встретились с немигающими зелеными, а на лице расцвела злорадная ухмылка. — Харуно. «…» — Это Яманака? — спросил Саске, приближаясь к двери. Его удивило внезапное молчание сокомандницы, но едва он оказался рядом с Харуно, шаринган активировался инстинктивно. — Чего тебе нужно? — отрезал Учиха. Миниатюрная блондинка перевела взгляд на брюнета, и ее усмешка превратилась в ехидную гримасу. — Я повторяю свой вопрос, что тебе нужно? — Сообщить Харуно, что она может попрощаться со своим статусом джонина, — голубые глаза вновь устремились на потрясенную розоволосую куноичи. — Что? — Сакура только сейчас вынырнула из оцепенения. Она заметила убийственный взгляд Саске, прожигающий незваную гостью. Его глаза медленно преобразовывались, принимая форму мангекю шарингана. Сакура коснулась его запястья, пытаясь успокоить Учиху. Саске склонил голову. В зеленых глазах читалась мольба деактивировать шаринган. Медленно, он начал убирать чакру вокруг глаз. Взор изумрудных глаз Сакуры всегда мог умиротворить носителя шарингана, даже в самые темные моменты его прошлого. — Ты что, глухая? Я сказала, что ты можешь попрощаться со статусом джонина. — Что ты имеешь в виду? — отрезала медик. Блондинка радостно улыбнулась. — Разве ты не в курсе? Твои доблестные товарищи по команде решили нанести неожиданный визит твоим родителям, и, судя по их рассказам, джинчурики угрожал напасть на них, а предатель поддерживал его действия. — И как это связано с моим статусом джонина? — лицо Сакуры оставалось бесстрастным. — Угрожающие действия гражданским являются явным нарушением кодекса шиноби, и, если меня не изменяет память, ты стала спонсором своих товарищей по команде, поэтому их нарушения касаются и тебя. Освободив запястье Саске, Сакура скрестила руки на груди, и зеленые глаза вызывающе смотрели в ледяные синие. — Я только стала спонсором Саске-куна, а не Наруто. Таким образом, его действия не имеют никакого отношения ко мне, и, как ты четко указала, Саске поддерживал Наруто. Сакура произнесла насмешливо: — Каким образом Саске-кун поддерживал Наруто? Он подбадривал его, или также угрожал им физической расправой? Акико замолчала. — И что он сделал? — нетерпеливо спросила Харуно. — Он не предпринял никаких попыток, чтобы остановить угрозы блондина. Сакура подняла брови. — Наруто физически навредил им? Если нет, то Саске-кун поступил правильно, остановив его, потому что любой, кто знает Наруто, знает, что он человек действий, а не слов. «…» — Но, знаешь что, если хочешь рассказать все Хокаге, тогда вперед. Возможно, тогда мы сможем услышать всю историю как со стороны Наруто, так и со стороны Саске-куна и моих родителей. Улыбка на лице Акико мгновенно исчезла. — Мне все равно, — развернувшись на каблуках, блондинка собралась уходить. — Но, наблюдай за своей спиной, Харуно. На этот раз я не могу разжаловать тебя, но это не значит, что я сдалась. Я найду способ лишить тебя статуса джонина, потому что нам не нужна такая слабачка, как ты.