Книга Хонкая

      Пришла пора осенняя. Пора учёбы, вдохновения. А также увядания.              В небольшой тесной комнате мальчишка неподвижно лежал на кровати. Плотные чёрные шторы не давали свету проникнуть внутрь, погрузив небогатое убранство во тьму.              — Что я сделал не так? — Витя в очередной раз задал себе этот злополучный вопрос.              В тот день он всё ещё пребывал в восторге от недавней прогулки. В памяти крепко засели аркадный зал, сладости, розовый вечер. В надежде сделать следующий день лучше, чем вчера, мальчишка вновь примчался в парк. Однако сколько он не пытался разглядеть две белые косички в толпе, найти подругу так и не смог.              — Наверное, сегодня не пришла.              И с каждым днем все хуже. Изо дня в день мальчишка возвращался в парк и отчаянно выискивал единственную подругу, выкрикивая придуманное имя. Но ответом ему были лишь вопрошающие взгляды окружающих. В какой-то момент он понял, что больше не увидит Лили, и перестал наведываться в парк.              Сегодня в доме Волковых было не так оживленно. Сёстры уже ушли в школу, в то время как у Ларисы началась новая серия показов где-то за границей. Остался только Андрей, у которого выпал на этот день выходной.              — Здорова, студент. Готов к учёбе? — отец живо проскользнул в комнату Вити и резким движением раздвинул шторы, отчего мальчишка болезненно скорчился, прячась от света.              — Будь, что будет, — с полным безразличием ответил Витя, после чего отвернулся к стенке.              — Ви-итя, вставай! — Андрей потряс сына за плечо, но тот ни в какую не хотел подниматься. — Ты же не расстроился из-за подружки?              — Это не твоего ума дела! — Витя подскочил с постели и недовольно посмотрел на отца.              Даже в самой счастливой семье не может не быть разногласий. До этого мальчишка успел нагрубить своей сестре Лене, когда та пыталась утешить его. И хоть она старалась не подавать виду, это задело её до слёз. Андрей лично наблюдал развернувшуюся сцену и сделал для себя определенные выводы. А значит пора приступить к воспитанию.              — Значит так. Я устал терпеть твоё поведение. Быстро одевайся и на улицу! Поговорим с тобой как мужик с мужиком, — с хищным оскалом процедил Андрей и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Неожиданная строгость возымела недурной эффект на мальчишку, и тот быстро нацепил школьную форму и выбежал наружу, где его уже ждал отец.              — Пошли.              Какое-то время они шли в тишине: Витя боялся сказать лишнего, Андрей тщательно продумывал, что он должен сказать сыну. В конце концов, шанс выйти из этой ситуации есть только сейчас.              — Как ты считаешь, Витя. Ты уже достаточно взрослый?              — Думаю, что да, — через несколько секунд послышался уверенный ответ.              — Отлично. Тогда ты сможешь меня понять. Я ведь могу быть с тобой откровенным?              Всё ещё не понимая, к чему клонит отец, Витя согласился выслушать его.              — Однажды один усердный студент поехал на учёбу в Новосибирск. В планах у него было три годика отучиться и вернуться к себе на Родину. Но его планы поменяла сногсшибательная красотка, что как раз жила с ним по соседству. Вскоре они познакомились и быстро стали друзьями. Вместе ходили в театр, кафе, пили чай и обсуждали всё на свете.              — Здорово им… — с завистливой гримасой промямлил Витя, но продолжил слушать.              — Но прошло три года. Студенту пришла пора возвращаться в родной город, чтобы отработать договор, благодаря которому он смог обучаться здесь. Девушка провожала его на вокзале домой и решила признаться, что за эти три года всем сердцем полюбила его. И студент ответил взаимностью. Вот только поезд уже уезжает. Что же ему делать?              В голове мальчишки начала развиваться дискуссия. Идти за своим призванием или во что бы то ни стало отыскать ту самую возлюбленную?              — Ничего не поделаешь. Возвращаться уже поздно. Придётся жить без неё, — обречённо заключил Витя.              — Именно так и пошла история дальше. Студента взяли на хорошую работу по договору, но не проходило и дня без мыслей о потерянной возлюбленной. Все, что ему оставалось, жить дальше и верить, что когда-нибудь они ещё пересекутся.              — И чем же все закончилось? — с неподдельным интересом спросил Витя.              — И вот в один день он услышал новость, что та самая девушка, с которой он обменялся признаниями, стала моделью. Но что ещё важнее, через неделю она приезжает в Новосибирск. Ты уже догадался, о чем эта история?              Шестерёнки в голове вновь пришли в движение и быстро выдали изумительный вывод.              — Неужели это про тебя с мамой?!              — Да, — с довольным лицом подтвердил Андрей. — Это наша с Ларисой сказка о любви. Когда я узнал эту новость, то разработал самый сумасшедший план в моей жизни. Сначала я отработал за несколько дней вперёд, потом судорожно искал подарок для девушки и в день её прибытия отправился в Новосибирск.              — И сколько ты всего спал тогда?              — Да так, всего лишь несколько часиков в дороге. И вот, я стою на вокзале с букетом в руке и жду её возвращения. Ты бы видел, как твоя мама перепугалась, когда я к ней подкрался сзади! А когда она поняла, кто перед ней, то не смогла сдержать слёз. Впрочем, как и я. — Андрей стыдливо почесал затылок. — С тех пор, мы почти не расставались. Я предложил ей переехать в Северск, мы поженились и завели трёх детей.              Эта история неплохо приподняла настроение Вите. Однако к чему она была рассказана?              Отец с сыном добрались до школы, где уже шла торжественная программа.              — Я спрошу тебя снова. Ты расстроился из-за Лили?              …Да, — недолго думая, признался Витя со скорбным лицом. — Мы пообещали тогда друг другу, что встретимся на следующий день и что завтра будет только лучше. Но больше мы с ней не встречались. И я не знаю, что не так.              Андрей с серьёзным лицом выслушал сына и, положив руку на плечо, сказал самые важные слова, которые пройдут с ним через десятилетия.              — Запомни. В твоей жизни будут разлуки и провалы, утраты и разочарования. Но как бы больно тебе не было сегодня, ты должен встать и идти дальше.              Отец дал возможность Вите осмыслить эти слова и поверить во всю серьёзность, вложенную в них. Потому он говорил медленно, выделяя каждую фразу.              — Быть может, ты встретишь Лили через несколько месяцев. Может, даже через несколько лет. Или вообще никогда. Но ты выстоишь. Ради неё и прежде всего ради себя.              Глаза Вити широко распахнулись от осознания слов, сказанных отцом. Ответ был так прост, и одновременно так сложен. Неужели таково свойство истины?              — И ещё. Ты же не забыл, какие плохие слова ты наговорил Лене?              А вот и пришла пора постыдиться. Лицо мальчишки совестно раскраснелось, а взгляд забегал из стороны в сторону, только бы не смотреть на отца.              — Я вот думаю. Как мне поступить с человеком, обидевшим мою дочь?              — …Накажи меня.              — Ты уже взрослый и в состоянии сделать это сам. Однако я говорю тебе как мужчина мужчине: не смей обижать мою семью. А ещё будет лучше, если ты поможешь мне заботиться о них. Мы же с тобой оба мужчины, не так ли?              Это было самое справедливое воздаяние, которое только мог получить Витя.              — Конечно! Я буду стараться изо всех сил! И перед Леной извинюсь!              Вот такой состоялся мужской разговор. Андрей потрепал волосы сына своей большой ладонью.              — Тогда вперёд, Витя. Заставь меня гордиться тобой!              

* * *

      Попрощавшись с отцом, преисполненный уверенности Витя побежал в школу. Линейка уже закончилась, а значит самая скучное, по его мнению, успешно пропущено. Осталось только явиться в класс на организационную часть.              Зайти, подняться, два раза повернуть, идти до упора, и вот он уже вошёл в класс.              — Год начаться не успел, а ты уже опоздал, Волков, — с недовольством высказалась строго выглядящая женщина.              — Хотя бы я пришёл. Кстати, Екатерина Валерьевна, ваша новая прическа просто восхитительна!              Похоже, что за сегодня Витя обрёл слишком много смелости.              — Садись за парту, льстец, — тяжело вздохнув, учительница махнула рукой и вернулась к обсуждению с классом. — Я надеюсь, что вы все хорошо отдохнули летом, ведь теперь вам предстоит хорошо поработать в новом учебном году…              Остальную часть лекции можно не слушать, потому что она повторяется из раза в раз. Единственное, на чем можно было бы заострить внимание, так это на вопросе о новеньких в классе, но таковых не было, а значит можно с уверенностью сказать, что время было потрачено зря.              Решив ещё несколько вопросов с родителями, Екатерина Валерьевна отпустила детей. Витя тоже собирался уходить, но учительница остановила его.              — Волков, где твои родители?              — Я думаю, вы и сами знаете. Мама уехала на показы, папа вечно на работе, — на последней части мальчишка скрестил за спиной пальцы. Когда Лариса предложила Андрею сводить сына на линейку, то тот недовольно скорчился и начал приводить аргументы в пользу того, почему школьные активности — мрак в чистом виде. Поддерживая позицию отца, Витя убедил маму, что справится и сам.              — И что за родители такие! Ребёнка даже на линейку сводить не могут…              — Самые замечательные, скажу я вам, — неожиданно для преподавательницы парировал мальчишка с гордой улыбкой.              Не зная, чем ответить, Екатерина Валерьевна отпустила Витю, и тот, наслаждаясь своей победой, покинул класс под приглушённые смешки одноклассников. Правда, далеко он не ушёл.              — Самый умный, что ли? — раздался едкий комментарий позади.              А вот и приключения на сегодня подъехали. Мальчик с рыжими волосами и пышным скоплением веснушек вокруг носа угрожающе надвигался на Витю.              — А, это ты, Боря! — приветливо отозвался Волков, энергично помахав рукой.              — Сколько раз тебе говорить, зови меня Борисом! Я уже взрослый, мне целых одиннадцать лет!              Это один из одноклассников Вити. Последние два года Борис пытался корчить из себя задиру, но получался лишь зазнавшийся школьник.              — Хорошо, Боря. Возвращаемся к твоему вопросу. Учусь я хорошо. Мне это нравится. А тебе?              — Я про твои манеры. Как ты себя ведешь?              — Честно и искренне, — с озадаченным лицом ответил Витя, делая вид, что он прав.              — Тогда я сотру эту ехидную лыбу с твоего лица. Давай сразимся! — ударив кулаком в ладонь, заявил Борис с враждебным оскалом.              — Обычно, когда хотят драться, бьют без предупреждения.              — Мне не нужна бесчестная победа. Я одолею тебя в равном бою и покажу, где твоё место!              Витя не переставал задавать вопрос: что он такого сделал Борису, что он хочет его отметелить? Два года назад нормально общались, играли.              — Я понял! Ты так бы и сказал, что поиграть хочешь. Пошли вместе в парк.              Борис уже вовсю кипел от гнева, а его выпученные глаза так и искали, чем бы таким ударить потяжелее.              — …Ну хорошо. Я принимаю твой вызов.              — Приходи за гаражи возле школы. Там я с тобой разделаюсь.              — Не думай, что меня будет так легко одолеть, — как можно серьёзнее оскалился Витя, попутно сдерживая желание разразиться истеричным смехом.              — Отлично. Жду не дождусь увидеть слезы на твоей самодовольной ухмылке.              — Ага, не дождёшься.              Двое мальчишек развернулись и пошли каждый в своём направлении: сегодня судьба явит победителя в этой бойне… Или нет.              Спустя уже пару минут Витя напрочь забыл о данном обещании. Похоже, что Борис действительно не дождётся. К тому же у Волкова есть дела поважнее.              Поднявшись выше, он оказался на этаже старшеклассников, у которых все ещё проходили собрания. Как и любой ученик начальной школы, Витя с трепетом относился к этому этажу, потому что быть старшим — круто. По крайней мере, так думают все дети.              Через десять минут из кабинетов потоком начали выходить старшеклассники, не замечая никого на своём пути. Чудом не потерявшись в толпе, мальчишка проверил один из освободившихся кабинетов.              — …больше не буду тебя задерживать. Надеюсь, ты продолжишь трудиться в том же духе.              — Конечно! До свидания!              Из кабинета неторопливо вышла темноволосая девочка тринадцати лет в тёмно-синем школьном платье, которая тут же заметила подле двери мальчишку, которого явно не ожидала здесь увидеть.              — Витя?              — Привет, Лен. Я хотел тебе кое-что сказать.              Сестра не имела не малейшего понятия, что он задумал, и озадаченно наклонила голову вбок.              — Я не понимаю, о чём ты.              — В общем… — Витя крепко обнял Лену. — Прости, что накричал на тебя. Я поступил неправильно.              — Ну что ты. Я не обижалась на тебя. Но вот обнимать меня можешь почаще, это очень приятно, — Сестра тут же взаимно обхватила руками мальчишку.              — Тут уже как получится…              Наконец-то на сердце полегчало. Витя предложил ей пойти домой вместе, но та вежливо отказала, так как уже запланировала встречу с подругами, поэтому они разошлись.              Стоило ему только выйти на улицу, как его тут же облепили школьники самых разных возрастов.              — Привет, Витя. Как провел лето?              — Витя, а это правда, что ты связался с бандитами?              — А можешь попросить маму поставить автограф?              И много других тривиальных вопросов. Такое всеобщее внимание к нему появилось благодаря Ларисе, которая была любимицей публики, хотя и Витя был не обделен некоторой харизмой. По началу ему нравилась эта популярность, но как только он понял, что всё это — не его заслуга, тут же возникла неприязнь к себе и мнимой известности.              — Успокойтесь, пожалуйста. Лето было скучным, слухи про меня — чистая ложь, Лариса Волкова сейчас в разъездах, — кратко и оперативно ответив на поставленные вопросы, мальчишка жестами попросил освободить дорогу, и толпа расступилась, как Красное море перед Моисеем.              Почему все эти люди не могут быть такими же, как Лили или хотя бы Борис? Зачем они так фанатично спешат за знаменитостями? Что они с этого получат? На эти вопросы Витя никак не мог найти ответы.              * * *              Что может быть хуже, чем быть запертым дома? Быть запертым дома в полном одиночестве.              Лили неподвижно сидела на кресле перед камином и следила за тем, как беспорядочно пляшет пламя вместе со скачущими уголками. Это было самое интересное занятие дома. Зигфрид сдержал свое слово и сделал все возможное, чтобы девочка не смогла покинуть дом. Любые попытки убедить его выпустить на улицу чтобы хотя бы подышать свежим воздухом заканчивались провалом.              Однако Каслане удалось смириться. Она смирилась с тем, что отец не сможет её понять. Она смирилась с тем, что ей нужно сидеть дома. Но что до сих пор беспокоило Лили, так это то, что она не смогла попрощаться с Витей.              «Он точно на меня обиделся», — постоянно напоминала себе девочка.              Послышались скрип входной двери и тяжёлые шаги, приближавшиеся к гостиной.              — Ты все ещё сидишь перед камином? — равнодушно спросил Зигфрид.              Девочка с таким же безразличием едва заметно кивнула и медленно перевела взгляд на отца. И ужаснулась.              Зигфрид едва стоял, с дрожащими ногами опираясь о спинку дивана. Его без того покрытые струпьями руки были усеяны свежими ожогами, от которых мерзко несло паленой плотью. Лицо смертельно побледнело. Голубые глаза отчаянно пытались сконцентрироваться на фигуре девочке, но лишь неустойчиво дрожали.              — Папа!              Каслана соскочила с кресла и бросилась к мужчине, который бы ещё через секунду свалился на пол без сил. Придерживая тело отца, она усадила его на диван и стянула с него изорванное пальто, только чтобы увидеть истерзанное тело.              — Почему ты продолжаешь сражаться, если ты так тяжело ранен?              Из раза в раз отец отправлялся на защиту города. Только благодаря нему люди продолжали беззаботную жизнь. И даже несмотря на всю неблагодарность работы, он продолжал исправно выполнять свой долг.              — Я — член семьи Каслана! Я не могу стоять на месте и смотреть, когда людям угрожает опасность.              Это был первый раз, когда Зигфрид улыбнулся дочери. Казалось бы, это просто обычные слова, сказанные в свое оправдание. Однако за ними скрывалась огромная сила духа и бесконечная храбрость, которые поразили девочку до глубины души.              Каждый ожог, царапина, синяк — все они рассказывали истории о былых битвах. Истории о борьбе за человечество.              «Я хочу быть такой же смелой и бесстрашной!»              «Я хочу защищать улыбки на лицах людей!»              «Я хочу стать настоящей Касланой!»              — Папа! — с нетерпением на лице воскликнула девочка, от чего плечи Зигфрида настороженно вздрогнули. — Научи меня сражаться!              Отец с недопониманием посмотрел на девочку. Как можно обучать 10-летнего ребёнка владению оружием?              — Ты уверена, что хочешь этого? Это опасное и ответственное дело. Ты можешь пострадать.              Но когда он посмотрел на свою дочь, то увидел необычайно знакомый огонь, горевший в её единственном глазе.              — Так и быть. Я научу тебя технике дома Каслана.              — Я не подведу, — девочка решительно кивнула головой и вернулась к обработке ран отца, который покладисто сидел на месте и позволял дочери сделать свою работу.              Хоть между ними все ещё оставалась стена непонимания, они оба почувствовали, что стали на шаг ближе к тому, чтобы стать нормальной семьёй.              Пришла пора осенняя. Пора учёбы, вдохновения. А также откровений.