Книга Хонкая

После того, как Коколия отпустила Витю с девочками с теста, троица не смогла сдержать в себе впечатлений от новых ощущений. — Вот это конечно эксперимент, — начал с энтузиазмом Витя. — Я себя прям волшебником почувствовал. — Ага! — радостно подхватила Сееле. — Это было та-ак здорово! Интересно, а мы ещё будем это делать? А вместе вот так лепить фигуры можно? «Можно» — ответил про себя Волков, но не вслух, чтобы не ранить гордость эстонки. — Тест был довольно простым. Броне понравилось управлять сферой. — Да у тебя там вообще талант! — не постеснялся выразить своё восхищение Архивариус. — Ты так быстро и красиво это сделала, будто настоящий профессионал. — Броня никогда таким не занималась, — скромно улыбнулась Зайчик. — Ну что, а теперь пойдём играть? — с задором предложила Воллерей. Волчик и Зайчик приняли предложение подруги, однако в их головах все ещё оседала неприятная мысль. К чему все эти тесты? Что они определяют? Переглянувшись между собой, рейдерский дуэт кивнул друг другу. Сегодня их ждёт расследование. Но пока что у них есть детские дела поважнее. Пора пойти поразвлечься с Сееле и другими девочками из приюта на улице! А тешились дети до самого обеда. Были и салочки, и прятки, где Витя и Броня были практически непобедимы. В играх с мячом ситуация была такая же, но, чтобы было интереснее, они начали давать фору остальным. В итоге все ребята остались довольными. И когда пришла пора идти на обед, бывшие рейдеры предупредили свою подругу, чтобы она шла без них. Ведь теперь пришла пора для дел по-взрослому. — Что ты думаешь насчёт эксперимента? — Витя повторно спросил этот вопрос у напарницы, но от былого энтузиазма не осталось и следа. — Матушка явно затеяла что-то серьёзное. Броня никогда до этого не видела чего-то подобного, — в задумчивости нахмурилась Зайчик. — Вот и я думаю, что ни к чему хорошему эти эксперименты не приведут, — с опаской согласился Волков. Уж он знал, что опасность приближается. Но какого масштаба? — Нам нужно узнать о затее Коколии. — Броня сомневается, что Матушка поделится с нами подробностями, — отрицательно покачала головой девочка. — А кто говорит, что она должна с нами делиться? — с хитрой ухмылкой парировал бывший рейдер. — Мы сами добудем нужную информацию. А потом уже поставим перед фактом, что мы обо всем в курсе. — Броня согласна. Броня не хочет, чтобы кто-то пострадал. — Тогда решено! Волчик и Зайчик вновь отправляются на задание. Мы узнаем правду о тестах! Бывшим рейдерам понадобилась небольшая подготовка. Будь они агентами, проникающими на чужую территорию, то снарядились бы основательней. Но в тот момент Волков и Зайчик были всего лишь детьми, огнестрельное оружие у которых вызвало бы тревогу. Но даже у малышей найдутся полезные инструменты для вылазки. Витя захватил с собой кучку маленьких камешков, которые послужат ему для отвлечения. Снаряды нашли своё место в кармане шорт Волкова. Броня же взяла маленький мультиинструмент на случай, если понадобится что-то взломать, перерезать или для других нужд. Если их раскроют, то просто скажут, что искали свою Матушку. Только это бы ударило по гордости дуэта, поэтому они обусловились никому не попадаться на глаза. С беспечным и непритягательным видом Витя и Броня спустились в подземную часть приюта. И, как только они дошли до научного отдела, дети нашли укрытие за оборудованием. Рядом с ними стояло несколько сотрудников, обсуждавших какую-то заумную нудятину, в которой ребята понимали только каждое третье слово. Распределив между собой обязанности, научные работники разбрелись по кабинетам. Остался только один. Он сел за стол и погрузился в заполнение отчёта, время от времени отвлекаясь и поднимая голову. Это могло вызвать проблемы для маленьких агентов, потому им пришлось на время нейтрализовать препятствие. Витя указал Броне на проход в смежную с отделами комнату, поднял руку вверх для сигнала «Ждать», взял один из карманных снарядов и метнул его в мусорное ведро под столом учёного. Силы броска было достаточно, чтобы с грохотом опрокинуть урну и напугать учёного, да так, чтобы тот подскочил на стуле. Он огляделся по сторонам в поисках ответственного за шум, но никого не увидев, залез под стол чтобы собрать рассыпавшийся мусор. Теперь Витя махнул рукой вниз и вместе с напарницей метнулся к двери в следующую комнату, в которой никого не оказалось. — Итак, нам нужно дойти до комнаты с опытами, а затем пойти в том направлении, куда ушла Коколия. Кажется, там находится конференц-зал. — Броня знает, где это. Мы можем срезать, если пройдём через два отдела слева. Спорить со своей партнершей Волков не стал. Короткий путь был в тот момент предпочтительней, ведь детям нужно было застать владелицу приюта за докладом. А препятствия в отделах навряд ли станут серьёзной помехой. Первый отдел с химической лабораторией не вызвал каких-либо проблем. Несмотря на обширную площадь отдела и наличие нескольких десятков химиков, здесь находилось большое количество столов для экспериментов, под которыми было полно места. От дуэта всего лишь потребовалось перебежками пройти между укрытиями и вовремя проскочить в следующий отдел, ничего сложного. А вот второе отделение чуть не привело скрытное проникновение в лабораторию к фиаско. Сразу на входе стояла будка поста охраны, поставленная для охраны экспериментальной комнаты с тяжёлой дверью, обклеенной надписями: «Осторожно! Биологическая опасность!». От обнаружения бывших рейдеров отделяла лишь небольшая слепая зона под защитным стеклом. Ещё хуже ситуацию делало расположение двери, отделявшей их от конференц-зала. Она находилась на открытом пространстве прямо перед глазами караульного, так ещё и была заблокирована на электронный замок, открыть который можно из караульной или с помощью ключ-карты. Незаметно проскользнуть ни за что не получится. Помимо этого, у него был доступ к камерам, которые Витя и Броня пока что успешно избегали. В голове Архивариуса было всего два плана. Первый и самый простой подразумевал убийство охранника. Бесследно и без поднятия тревоги. Однако в последствии пропажа сторожа не пройдёт без следа, так что идея ушла в отказ. Второй же план был очень рискованным и мог даже не сработать. Заключался он в том, чтобы разбить камеру в одном из отделов и отвлечь охранника, заставив его выйти на проверку. А там уже можно и попробовать пройти дальше. — Игра стоит свеч, — прошептал себе под нос Волков и пододвинулся вплотную к напарнице. — Я уведу охранника, а ты обеспечь нам проход дальше. Броня, хоть и чуток покраснела от близости к своему партнёру, но тут же кивнула, поняв его задумку. В первой части плана мальчишке пришлось вернуться в самое начало лаборатории по такой же схеме, как и до этого. В ходе возвращения несколько научных охранников заметили, как что-то мелькает в лаборатории, что заставило их быть внимательнее. Но по итогу Витя смог вернуться в самое начало, где четверо сотрудников вместе сели за один стол и обсуждали какой-то проект. Из того, что смог расслышать Витя, их темой был некий эксперимент X-10 и то, насколько он сложен. Мнение учёных разделились: кто-то считал, что цель оправдывает средства, а кто-то возводил жизнь участников опыта, чьи имена были зашифрованы кодовыми названиями, в высшую ценность. Для себя молодой Архивариус сделал пометку в голове, чтобы расспросить Коколию об этом. Может быть, это как раз то, с чем связаны опыты с детьми в приюте. Но в тот момент было важнее отвлеченность сотрудников: они настолько втянулись в дебаты, что не замечали ничего вокруг. И это сыграло на руку Волкову. Хорошенько прицелившись, мальчишка швырнул камень в ближайшую камеру, и та с треском повернулась в сторону. — Теперь твоя очередь, Броня, — с этими словами Витя метнулся в химотдел, где есть надежное укрытие, пока охранник не пришёл проверять неполадку с камерой. Тем временем, караульный во втором отделе не пропустил мимо глаз, как одно из множества динамичных изображений на мониторе сменилось белым шумом. — Что за хрень? — мужчина в форме пододвинулся поближе к монитору и парой команд вызвал панель с состоянием камеры. — КАМ-37 неожиданно прекратила свою работу и потеряла соединение с терминалом. Бред какой-то! — с этими словами сторож вышел из своей будки и запер её на ключ, после чего пошёл разбираться с неполадкой. И тут в игру вступила Зайчик. В отделе больше никого не осталось кроме неё. И это ценное время она не намерена тратить зря. С помощью прихваченного ранее мультиинструмента она взломала замок на двери в будку охраны и проскользнула внутрь. Её поразило количество камер, расставленных на территории и лаборатории. Видимо, инцидент с Сееле заставил Коколию многократно усилить охрану. И кстати, на нескольких из них всё-таки ребятам удалось засветиться. На помощь Броне пришли её навыки, которые она получила ещё от Хайнера во время членства в Уральских рейдерах. Благодаря старому вояке, девочка получила научилась работать с компьютерами в хакерских целях, а её Матушка ещё больше поспособствовала развитию навыка, добавив к обычным занятиям учёбу с программистами. Так что Зайчик была достаточно подкована чтобы за краткий срок получить доступ к записям видеокамер и стереть все ненужные моменты, где были засечены бывшие рейдеры. К этому моменту во второй отдел вернулся Витя, который с облегчением вздохнул, вернувшись к партнёрше. — Фу-ух… Чуть было не попался. — Витя попался на камерах три раза. Субъекту Виктор ещё есть над чем поработать, — Броня обратила на спутника взгляд мёртвой рыбы, укорявший его за неосторожность. — Ну что поделаешь, — беспечно пожал плечами мальчишка, нисколько не обидевшись на порицание от подруги. — Открывай выход и поспешим в конференц-зал. Охранник скоро вернётся. — Тридцать седьмая камера вернулась в исправное состояние. Субъект охранник починил камеру и возвращается назад. — Тогда тем более! Закрывай сторожку и валим отсюда! Зайчик нажала на кнопку, отвечавшую за электронный замок на выходной двери, и вышла из сторожевой будки. Пришлось немного повозиться с замком, но его получилось закрыть обратно, после чего бывшие рейдеры бросились на выход, а дверь закрылась аккурат перед возвращением охранника. Это была безупречная победа. Может быть, пара сотрудников и начали подозревать что-то неладное, но проникновение бывших рейдеров так и осталось незамеченным. А Витя и Броня, тем временем, незаметно оказались у запасного заднего выхода из конференц-зала вне поля зрения Коколии и остальных учёных, оживленно обсуждавших свои планы. — Вы уверены, что хотите прекратить эксперименты, Коколия? — с напряжением спросил мужчина, внешность которого можно было описать словами безумный учёный. — Нам осталась всего пара шагов до успеха. — Даже я знаю, когда нужно остановиться, Рудольф. У нас есть четыре кандидата с хорошими шансами для успешного прохождения опыта. Если у нас сейчас ничего не получится, то продолжать нет смысла. Я уже достаточно загубила жизней моих детей. Загубила жизни детей? От такой информации Витя и Броня одинаково пришли в шок. Неужели приют всего лишь является прикрытием для экспериментов над детьми? Бывшие рейдеры не стали спешить с выводами и продолжили прослушивать дискуссию. — И вы хотите, чтобы все эти жизни ушли впустую? — возмутился учёный. — Вы же сами хотите спасти своих детей от Хонкая! Или я не заметил, как ваши цели поменялись? — Довольно! — строго ответила владелица приюта с нотками раздражениями. — Я предельно ясно выразилась, Рудольф, и больше эта тема подниматься не будет. Подготовьте всё в лучшем виде и обеспечьте быстрый способ прервать эксперимент. У вас есть несколько дней перед началом испытаний, чтобы проверить работоспособность систем. — Гр-р… — мужчина с презрением зарычал, отказываясь признавать поражение, но ему ничего не оставалось, кроме как повиноваться. — Вас понял. Всё будет предоставлено в лучшем виде. — Я рассчитываю на всех вас. После этого дискуссия заполнилась научными терминами, из-за чего содержание их беседы становилось только расплывчатей. Запомнить содержание таких сложных рассуждений детям было не под силу, и больше всего досады чувствовал Волков. «Отсутствие выбора лишь следствие незнания и плоского мышления» — раздались слова Бертрама в голове Архивариуса, которые он прекрасно запомнил ещё с того дня, как его мирным денькам пришёл конец. И бывший рейдер признавал это. Ему нужны знания. Ему нужна информация. Термины, данные, концепции, мысли — ему жизненно необходимо это всё! Только высший уровень познания поможет защитить всё, чем он дорожит. Обрести контроль над окружающими событиями. Получить власть. Внезапно Витя ощутил сильную головную боль, заставившую его покоситься. Мысли превратились в острые гвозди, вбивавшиеся в его черепную коробку под нарастающий стук сердца. Ноги мальчишки обмякли, и его тело потянуло вниз. Если бы не моментальная реакция Брони, вовремя подхватившей напарника, Волков встретился бы в жарком поцелуе с плиткой на полу. Зайчик попыталась растормошить обмякающее тело напарника и едва не поддалась панике. На её памяти за Витей не было таких казусов, из-за которых он мог бы потерять сознание. К счастью, через несколько секунд бывший рейдер очнулся из транса и облокотился на стену. Прочитав по глазам своей партнерши отчетливый и тревожный вопрос о его самочувствии, мальчишка выставил жест с поднятым пальцем вверх, после чего выпрямился и, как ни в чем не бывало, вернулся к подслушиванию конференции. Уже в следующую секунду Витя осознал, насколько прояснилась его голова. Он с лёгкостью запоминал всё, о чём говорили в конференц-зале, пускай значение некоторой части слов оставалось загадкой. Как будто все сказанные слова автоматически записывались в книгу. Тут же до него дошло второе прозрение. Подобный приход головной был у него в тот день, когда Сееле похитили работорговцы, и ознаменовал собой открытие способности разделять данные в книге на отдельные носители. А теперь Бертрам открыл ему доступ к запредельному восприятию слуховой информации. Пускай для этого и требовалось хорошая концентрация, молодой Архивариус был рад своему развитию. Вскоре строгие и нудные обсуждения исследователей подошли к концу. Затрещали отодвигавшиеся стулья, зашагали каблуки тяжелых подошв и вскоре наступила тишина. — Можем идти, — оповестил о наступившей безопасности Волков. Вот только стоило детям выйти из укрытия, как перед ними показалась сердитая фигура Коколии, уткнувшей руки в бока. — И куда вы собрались? — владелица приюта вцепилась пальцами в уши Вити и Брони, после чего потянула края вверх. — Ай-яй-яй! — синхронно завопила дуэтом парочка рейдеров. — Что вы вообще здесь забыли? — хоть Коколия и отпустила своих детей, строгий взгляд всё ещё крепко цеплялся за них и требовал ответов. — Я скажу прямо, — обратился Волков, потирая покрасневший край уха. — Мы пришли узнать об эксперименте, который вы задумали, Коколия. И уже поздно скрывать подробности. Мы знаем, что испытания могут привести к смерти. — Я даже не хочу спрашивать, как вам удалось пробраться сюда незамеченными. А ведь предупреждала же охрану, что могут заявиться мои любопытные детки. — У охраны не было шансов против дуэта Вити и Брони, — маленькая гордая улыбка засияла на лице девочки. — Витя и Броня не оставили за собой никаких следов. — Ничего от вас не спрячешь, — устало вздохнула владелица приюта, приложив руку ко лбу, после чего вернулась на своё главенствующее место за столом переговоров. — Ладно, садитесь. Вы заслуживаете знать правду. — Расскажите для начала, к чему вообще такие опасные опыты, — спросил Волков, усевшись вместе с напарницей за ближайшие к Коколии свободные места. — В банде Хайнера вы наверняка слышали про то, насколько разрушительны силы такой энергии, как Хонкай. Контакт с этой энергией вызывает заражение, с которым обычному человеку никак не совладать. Шанс пережить это катастрофически мал, и принято считать, что он равен нулю. Архивариус прекрасно понимал, о чем говорит Матушка. Розовые мерцающие линии по всему телу, невыносимое жжение, слепота и опустошение разума — всё это он уже испытал на себе. Вот только ему посчастливилось пережить смертоносную болезнь. Оставался только открытый вопрос: чья это заслуга? Его организма, подходившего на роль Вестника, или последнего аристократа из династии Найткроу, даровавшего ему стигмату? — Однако, некоторые дети имеют повышенное сопротивление к Хонкаю, как у вас, Сееле и Син Мал. Наша организация Анти-Энтропия проводит эксперимент под названием X-10, который нацелен на увеличение сопротивления до ста процентов. И в случае успеха мы сможем вывести новый вид людей, невосприимчивых к Хонкаю. — Но в случае провала, нас ждёт смерть, — подвёл очевидную черту бывший рейдер, заставив всех погрузиться в смятение. — Именно поэтому я хочу поскорее с этим покончить, — мрачно добавила Коколия, опустив голову вниз. — Я успела потерять уже четверых детей. Алина, Надя, Эмма и Валя погибли в ходе эксперимента. С их смерти уже прошло два года, оборудование было усовершенствовано, и сейчас я хочу дать второй и последний шанс. У вас четверых самое высокое сопротивление к Хонкаю из всех детей, которые были в моем приюте. Если я потеряю кого-то из вас… то пусть X-10 катится к чёрту. В конференц-зале повисла напряженная тишина. Дуэту «Волчик и Зайчик» открылась правда, таящаяся за Матушкой. С одной стороны, стороны обычного человека и ребёнка, её действия были аморальны, но при этом рейдеры никак не осуждали Коколию. Ведь с другой стороны, они прекрасно понимали, что мир суров и ничего бесплатного в нём не бывает. За всё нужно платить цену. — Жизнь в Уральских Рейдерах научила Броню принимать трудные решения. И если Броня может как-то помочь ребятам спастись от Хонкая, Броня готова рискнуть жизнью. Ошарашенные глаза Коколии поднялись на приёмную дочь, которая только что добровольно согласилась поставить свою жизнь на кон. Она ожидала осуждения, отказа, но никак не одобрения. — Я согласен с Броней. За свою недолгую жизнь я успел многих потерять и даже чуть не умер от облучения Хонкаем. Такой судьбы никому не пожелаешь. Так что я готов к опытам. — Спасибо… — глаза владелицы приюта заслезились, и она сорвалась с места за столом, чтобы обнять Витю и Броню. — Спасибо вам за всё. Я буду молиться за ваш успех, и что бы ни случилось, я вас никогда не забуду.

* * *

Обсудив с Коколией проведение эксперимента, Витя и Броня вернулись в приют, в этот раз никак не скрывая своё присутствие. В конце концов своей цели они достигли — теперь пришла пора готовиться к опытам. По большей части, морально. Ведь теперь перед рейдерами встал вопрос: кто из четверки подопытных отправится на эксперимент X-10? Для этого дуэт рассмотрел всех кандидатов. И для начала они начали с себя, а точнее с Вити. Из всей четверки он был самый старший и обладал большим сопротивлением за счёт своей стигматы. И, казалось бы, выбор очевиден, однако всплывал целый ряд вопросов. А не слабее ли стигмата Вити обычных стигмат у девушек? В конце концов, потенциал клейма так и остался загадкой для всех, кроме самого Волкова, конечно. Пришлось на время отложить кандидатуру мальчишки. Что касается Брони, она показала отличный уровень управления Хонкаем в ходе опыта. Как оказалось, металлическая сфера менялась под действием энергии Хонкая, которой и управляли дети через установку и своё воображение. И так как Зайчик показала наилучший результат в ходе теста, было бы логично пойти на эксперимент ей. Однако отсутствие стигматы ослабляло её позицию. Следующей на очередь в аналитику попала Сееле. Хоть и с небольшой задержкой, но она также смогла справиться с экспериментом, к тому же у неё есть стигмата, как и у Вити. И всё же решиться отправить свою подругу на опасный эксперимент парочка не могла. За прошедшие полтора года Волков и Зайчик привыкли стоять на страже беззаботной жизни эстонки. Её светлый и невинный ум не заслуживает быть осквернённым всей той грязью, что хранит в себе мир. Осталась только Син Мал. Волчик и Зайчик мало общались с ней и были не совсем уверены в её успехе, хоть она и без проблем преодолела тест. Можно было бы сделать из неё козла отпущения и отправить её на встречу со смертью. Но заслуживает ли она такого? Ответ к бывшим рейдерам пришёл сразу же. Пускай она и бывает задиристой, она всё ещё остаётся сиротой, которой недостает внимания и любви. К тому же её гибель опечалит Коколию, а Вите и Броне придётся тащить на своих плечах груз вины за загубленную невинную жизнь. Принять взвешенное решение сразу не вышло. Только через несколько дней, когда Коколию известили о скором начале испытаний, дуэт решил провести последнее собрание и наконец выбрать того, кто рискнёт своей жизнью в смертоносном эксперименте X-10. Каким бы трудным решение ни было, кому-то обязательно придётся пойти. За пару часов до встречи Витя решил изучить имеющееся досье по эксперименту. Узнав о намерении Вити подготовить себя или Броню к скорым опытам, Коколия с радостью ему вручила папку с документами. Больше всего бывшего рейдера интересовали отчёты о неудавшихся попытках. Волков посчитал, что сможет отыскать среди них подробное описание испытаний и точки провалов, которые привели к смерти его предшественниц в X-10. А с причинами неудач можно будет и разобраться. На то он и наследник Архивариуса, чтобы управлять потоками данных. Мальчишка собирался посвятить всё оставшееся время исследованиям, но у входа в свою комнату он повстречал Син Мал. Она со скучающим видом сидела под дверью и терпеливо ждала возвращения Вити, что не могло не смутить его. И с чего это он понадобился местной задире? — Наконец-то ты вернулся, — сирота поднялась с пола, завидев приёмного старшего брата. — Есть к тебе один разговор. Вызывающая манера общения задиры никуда не делась, однако от неё не веяло привычной неприязнью. Скорее, она выглядела поникшей и уязвимой. — Слушаю, — коротко кивнул Волков и прислонился к стене, готовый к разговору с ворчливой сестрой. — Ты уже слышал про эксперимент, который будет проводить Коколия? — Конечно. Я даже достал отчёты испытаний, — в подтверждение своих слов мальчишка поднял папку с документами, которая уж слишком сильно привлекла внимание девочки. В её разноцветных глазах промелькнула интерес к досье, что не прошло мимо наблюдательности Волкова. — Если тебе интересно, я могу чуть позже тебе отдать. — Нет. Я… пришла по другому поводу, — Син Мал смущенно замялась и отвела взгляд в сторону. — И по какому же? — мальчишка не мог не напрячься от такой реакции сироты. Он ещё никогда не видел её такой робкой. Неужели опять что-то затеяла? Какую-нибудь пакость или… — В общем, прости меня! Я незаслуженно много раз пыталась выставить тебя в плохом свете перед остальными девочками. До этого просто я никогда не общалась с мальчиками, а ещё думала, что все они хулиганы, насильники и грубияны. Но ты не оказался таким. Хоть и со своими странностями, но ты… хороший, — по лицу Син Мал было видно, как сильно её воротит от раскаяния, тем не менее, она прикладывала много сил в свое признание. — Все, я сказала это. — …Чего? — сказать, что Витя был изумлен, ничего не сказать. Он только и мог, что стоять и хлопать глазами, пытаясь переварить услышанное. — Не расслышал, что ли?! Прибью! — не сдержала личину вежливости Син Мал, отчего вспылила и топнула каблучком в пол. Что ж, эта реакция хотя бы узнаваемая. — Ради кого я тут распинаюсь? — Ты не так поняла. Я просто удивлён, что ты решила помириться. А так я обеими руками «за», давно уже пора зарыть топор войны. Может быть, мы даже станем хорошими друзьями! — Ой, всё! Не продолжай! От твоей дружелюбности меня аж выворачивает. Но… так и быть. Я позволю тебе дружить со мной, если эксперимент закончится хорошо, — скрестив руки на груди, сирота отвернулась от Волкова чтобы спрятать порозовевшие щечки. — Вот и договорились. До скорого, Син. Если что, мы с Броней и Сееле будем рады тебе в нашей компании. На секунду глаза девочки расширились от удивления, но тут же вернулись к привычному высокомерию. — Ага, конечно, вы будете рады со мной общаться, — гордо выпятила грудь девочка. — Но ещё успеем. Пока. Витя проводил удаляющуюся в длинном коридоре фигуру новой подруги, пока та не скрылась на повороте с лестницей, а затем удалился в свою комнату. Примирение с Син Мал воодушевило Витю ещё больше к изучению отчётов. Ему даже стало немного стыдно за идею, которая проскочила несколько дней назад, где назойливая сирота отправилась на эксперимент. А исход был не важен. Но не теперь. Сейчас Син Мал с одной стороны баррикад вместе с Архивариусом. Прежде чем приступить к досье, бывший рейдер решил промыть свой протез и глазную полость. В последнее время тот стал сильнее натирать, о чём мальчишка уведомил Коколию, и та порекомендовала чаще промывать искусственный глаз чтобы уменьшить дискомфорт до тех пор, пока не привезут замену. За полтора года Волков отлично приловчился в чистке протеза. Если раньше его бросало в дрожь от мысли, что он буквально доставал свой глаз из полости, пусть и ненастоящий, то теперь эта процедура не вызывала никаких проблем. Вытащил, промыл, ополоснул, вставил. Ничего сложного. Но в этот раз что-то пошло не так. В ходе привычных действий Витя ощутил раздражение в глазной полости, которая тут же переросла в жжение. Мальчишка замер в недолгом шоке, чего хватило на то чтобы осознать произошедшее. Но было слишком поздно Раствор словно бушующее пламя прожигал ткани глазницы, доставляя невыносимую боль Волкову. — А-а-а! — истошно взвыл бывший рейдер, вцепившись руками за лицо в районе левого глаза. Однако пытка становилась только страшнее. С каждой секундой Витя чувствовал, как раствор растекался вглубь его черепной коробки, приумножая страдания. И вскоре он весь побледневший повалился на пол, свернувшись в клубок. — Мой глаз! Кто-нибудь! Помогите! — вопил Волков как раненый зверь на последнем издыхании. Дверь в комнату Архивариуса распахнулась. И тем первым, кто отозвался на крики бедняги оказалась… Син Мал? — П-пожалуйста! С-син! Принеси мне в-воды! Я г-глазницу обжёг! — выдавил из себя дрожащим голосом Волков. Однако сирота не очень спешила как-то помочь ему. Напротив, она закрыла за собой дверь и уставилась на беспомощного старшего брата, пока на её лице расцветало злорадство. — А если нет? Что если я не хочу тебе помогать? — слова девочки были насквозь пропитаны ядом. — В-в смысле? Почему?! — отчаянно воскликнул мальчишка. — Потому что я ненавижу тебя! — сорвавшись с места, Син Мал занесла ногу и с размаху врезала бывшему рейдеру по хребту, заставив его выгнуться. — Ты просто вонючая выскочка, нарисовавшая из ниоткуда! Начал трепать о том, что ты пират, по морям плавал. Но это всё было наглой ложью, чтобы привлечь к себе внимание. Ты просто напыщенная бездарность! Пустышка! Без всякой жалости сирота пнула лежачего Волкова в грудь, выбив весь кислород из лёгких. В условиях болевого шока это едва не привело к летальному исходу. Но на этом разгневанная бестия не остановилась, продолжив избивать старшего брата и выплескивать свою ярость. — Ты отобрал всё внимание, предназначенное мне! Из-за тебя у меня так мало друзей! Именно ты! Испортил мою жизнь! — В качестве финального удара Син Мал взяла склянку с раствором и швырнула её в лицо мальчишки, благо на рефлексе он успел выставить перед собой левую руку. Вот только легче от этого не стало. Теперь раствор обжигал и руку. Достигнув болевого порога, Витя заревел во всю глотку. Он перестал слышать что-либо кроме своего пронзительного крика. Словно бы время перестало оказывать на него какое-либо влияние, навеки погрузив в цикл агонии и мучительных воплей. Сколько это длилось? Часы? Минуты? Мгновение? Не хватало сил даже на то, чтобы умолять об окончании этих страданий. Все мысли молодого Архивариуса смешались в неразборчивую муть. Осталось лишь беспамятное безумие. «Отсутствие выбора лишь следствие незнания и плоского мышления» В следующее мгновение Витя в ужасе очнулся на полу. В треморе и со сбитым дыханием он едва успешно пытался понять, что сейчас произошло. В памяти остался лишь противный осадок от испытанной боли, страданий и криков. Было ли пережитое реальностью или просто обманом воображения? Волков попытался встать с пола, но, когда поставил руку на пол для опоры, та с плеском погрузилась в маленькую лужицу с непонятной жидкостью. Голова мальчишки медленно повернулась в сторону и открыла его взору окровавленное изножье кровати. С угла кровати густые багровые разводы стекали вниз до пола, где как раз и растеклась лужа крови. А в этой луже лежала испачканная книга:

Син Мал

2000-2013