Книга Хонкая

Пока Киана провожала Виктора домой, Броня и Сееле первыми заняли ванную комнату. Химеко радушно поделилась своими средствами гигиены, коих у майора был большой прозапас, поэтому сёстры смогли как следует привести себя в порядок. И да, девушки мылись вместе. Это связано с особенностями их тел после мутации. Зайчик не может дотянуться до спины из-за огромных наростов, в то время как Воллерей тяжело управляться с длинным хвостом. К счастью, в комнате была и ванна, и душевая кабина, что могло показаться чересчур расточительным, но оказалось крайне полезным для сестёр. После тёплого душа Броня и Сееле впервые вошли в свою новую комнату на двоих. Никаких изысков в ней не было — две раздельные кровати, прикроватные тумбочки, два письменных стола, один большой шкаф и окно с выходом на главное здание академии, напоминавшее чем-то собор. Никакой одежды, кроме боевых костюмов, подобранных Матушкой у них не было, потому пришлось довольствоваться сном в нижнем белье. Не успели сёстры лечь на кровати, как зазвонил телефон, оставленный Зайчик на тумбочке. Она сразу поняла, что разговор предстоит не из лёгких, так же как и Сееле. Ушки лисички прижались к макушке, а ещё влажный после ванны хвост нервно затрепался из стороны в сторону. — Сееле не о чем переживать. Броня с тобой, — в обнадеживающем жесте бывшая бандитка положила руку на плечо подруги. Лисий хвост успокоился, и Броня взяла трубку. — Да, Матушка? — Ты ничего не хочешь мне объяснить, Броня? — взбудоражено спросила Коколия. — Почему я должна звонить практически спустя сутки после операции? — Приоритеты Брони и Сееле изменились, — Зайчик лишь слегка вздрогнула от повышенного голоса Матушки. — Броня и Сееле встретили Витю на складе Massive Electronics. — Что?! Витю?! Но что он там забыл? — упоминание потерянного воспитанника выбило владелицу приюта из колеи недовольства. — Броня не успела узнать. После взрыва бомбы Витя пошёл искать друзей на поверхности. Броня и Сееле пошли за Витей. — Каких ещё друзей? Никто не должен был пережить детонацию Хонкай-бомбы. Именно поэтому я сказала вам спуститься в подземный склад, чтобы переждать взрыв там. — И всё же Матушка ничего не сказала Броне и Сееле о плане взорвать весь город, — ещё до операции у Зайчик были вопросы к владелице приюта. Годы службы под крылом Уральских рейдеров должны были подавить инициативность в девочке, но финальное задание Хайнера побудило её ставить под сомнения решения лидера. — Броня решила поверить, что подстава Райден Рёмы дадут Матушке ресурсы, чтобы спасти Витю. Но радикальные методы Матушки чуть не убили Витю, вдобавок погубив миллионы жизней. — Ты не знаешь, на какие разрушения способен Хонкай, Броня, — в голосе Коколии едва ли различалось сожаление. — Падение Нагазоры — ничто, по сравнению со Вторым выбросом. Рано или поздно такая же катастрофа настигнет нас вновь, и я не собираюсь сидеть сложа руки. Как я и рассчитывала, детонация Хонкай-бомбы повлекла пробуждение новой Судьи. Кто как ни она является ключом к выживанию? Именно для этого вы были посланы в Нагазору, для её поимки, пока она находится в ослабленном состоянии. Но не похоже, что операция закончилась желаемым успехом. Закованная в панцирь рука Зайчик угрожающе сжала корпус телефона, отчего по защитному стеклу пошли маленькие трещины. Безразличие и одержимость Матушки поисками спасения пробудили крайне редкую для девушки эмоцию — гнев. Даже Сееле, смирно сидевшая рядом и слушавшая диалог, помрачнела. На секунду Броня застала багровые глаза её альтер-эго, через мгновение сменившиеся на привычные лазурные. — А если бы Витя погиб? Или если бы погибли Броня и Сееле? — вспыльчиво бросила Броня. — Матушка даже не понимает, что Броня и Сееле чуть не погибли. Или Матушку теперь волнует только поимка Судьи? — Н-нет, Броня, — владелица приюта не ожидала, что её дочь разозлится, отчего опешила. — Я делаю это ради всех вас. Просто пойми, что по-другому мне нельзя. Попытка надавить на Коколию не дала успеха. Девушки из приюта переглянулись между собой и по разочарованию на лицах друг друга поняли: с текущими взглядами владелица приюта им не союзник. — Это Матушка не понимает, что детям в приюте нужна она, а не «спасение», — добавив в конце язвительный укол, Зайчик поставила точку в их разговоре. — Подожди, Броня! Где вы на- Последние слова Коколии оборвались из-за прерванной связи. Как бы больно сёстрам не было отвергать их опекуна, в особенности для Сееле, они больше не могли ей доверять. Остался только один человек, которым девочки одинаково дорожили. И они должны встретиться с ним как можно скорее. Именно поэтому Броня и Сееле легли спать как можно раньше. Чтобы опередить Киану. Они ещё не знали, что их соперница — соня, каких ещё нужно поискать.

* * *

Академия Святой Фреи встретила безмятежное утро. Очнувшись в своей новой комнате, Виктор спешно подскочил с кровати и зорким взглядом обвёл окружение. Всего двух дней хватило, чтобы перейти в «военный» режим, когда проблемы сыпались со всех сторон, а жизнь могла оказаться под угрозой от любого необдуманного решения. Когда воспоминания о прошедшем дне вернулись к вестнику, он упал на кровать и облегчённо выдохнул. Все испытания были позади, и лень начала растекаться по телу Виктора. Со слов Терезы к учёбе их всё равно допустят только через завтра. Оттого идея проваляться в постели в единственный выходной казалась с каждой секундой всё привлекательней и привлекательней. Только Волков позволил себе сомкнуть глаза, как до него донёсся дверной звонок. — Витя-я! — раздался приглушенный стенами голос Кэссиуса из ванной комнаты. — Если не спишь, иди открой дверь. Я тут в ванне обмякаю, мне совсем не до гостей. Архивариус испытал некое дежавю, но не мог понять, с чем оно было связано. Он не стал загружать голову попытками вспомнить, ведь его ждали гости. Виктор спешно накинул на себя постиранный костюм, в котором он приехал из Нагазоры, вышел ко входной двери и встретил стоявших за ней девушек. — Доброе утро, Витя! — Сееле с приветливой улыбкой помахала рукой, пока хвост позади неё медленно вилял из стороны в сторону. — Броня и Сееле не разбудили тебя? — с легким волнением поинтересовалась Зайчик. — Доброе утро. Я только что сам проснулся, так что вы вовремя, — Виктор распахнул дверь пошире, чтобы запустить девушек внутрь. — Позавтракать успели? — Э-э… признаться честно, мы сразу пошли к тебе, как только проснулись, — от неловкости эстонка отвела взгляд в сторону. — Броня и Сееле хотят серьезно поговорить с Витей, — Броня же ничуть не смутилась и пристально смотрела на своего бывшего напарника по отряду, ожидая его ответа. — Даже не знаю, что у вас может быть такого на уме, из-за чего вы с самого утра прибежали ко мне. Давайте тогда хоть за кружкой чая поговорим. Вестник привёл гостей на кухню и через несколько минут, орудуя одной рукой, поочередно подал на стол три чашки чая. — Рассказывайте. — Броня и Сееле поругались с Матушкой, — Зайчик сразу раскрыла главную тему разговора. — Поругались? — Волков совсем не ожидал конфликта сестёр с их опекуном. — Почему? Разве вы были в Нагазоре не по поручению Коколии? — Так и было, — подтвердила Сееле, опечаленная ссорой с владелицей приюта. Именно она тяжелее всего переносила этот конфликт, ведь Воллерей с самого детства была под крылом Коколии, а слово «Матушка» для неё имело больше смысла, чем для её друзей. — Матушка хотела получить в свои руки Судью, и мы сделали ужасные вещи по её приказу. — Какие? Эстонка долго решалась на то, чтобы поделиться своими злодеяниями, потому удар взяла Броня. — По приказу Матушки Броня и Сееле совершили вылазку на генеральный штаб Massive Electronics и загрузили компрометирующий материал на компьютер Райден Рёмы, что привёло к его аресту. — Так это были вы? — Виктор с неверием посмотрел на своих сводных сестёр, не решавшихся посмотреть ему в глаза, ожидая разочарования. — Вы же понимаете, к каким последствиям это привело? — Да. Таков и был расчёт Матушки. Броне и Сееле очень жаль. В раздумьях Волков поднялся из-за стола и подошёл к стеклянной выдвижной двери, выходившей на двор. Он не чувствовал отторжения к Броне и Сееле. Тем не менее их действия разрушили жизнь его подруги. Будет ли правильно раскрывать всю правду Мей? Не разозлит ли наследницу правда? — Вы знаете, что случилось с Рёмой после суда? — Матушка вывезла Рёму из Японии, чтобы держать его ближе к себе. Броня осмелится предположить, что Матушка будет искать применение его навыкам из заключения. — Тогда нам ничего не остаётся, кроме как хранить это в секрете, — принял решение Виктор. — Пока мы не найдём зацепки насчёт местоположения Рёмы, никто другой не должен знать об этом. Тем более Мей. Сёстры медленно кивнули и с облегчением выдохнули. Они были рады, что брат оказался к ним снисходительным, что только больше убеждало их в правильности решения довериться ему. — Мне больше интересно, что случилось после того, как я ушёл, — Волков сел обратно на своё место и парой глотков осушил треть своей чашки. — Мало, кто способен так сильно поменяться всего за два месяца. — Броне начнёт с самого начала, — Зайчик сделала небольшой глоток из своей чашки и приступила к рассказу. — После того как Витя сбежал из приюта, Матушка поклялась отыскать Витю и лекарство. Броня и Сееле вызвались помочь, но для этого нужно было стать сильнее. Именно поэтому Броня и Сееле приняли участие в эксперименте X-10-1 и X-10-2. — Броня пошла первой, и ей досталось хуже, — с грустным и виноватым видом Воллерей уткнулась взглядом в стол, пока её ушки безвольно повисли. — Если бы только я пошла первой… — Это не правда, Сееле. Матушка сказала, что Броня и Сееле проходили опыты в одинаковых условиях. Мутацию тяжело контролировать, поэтому результаты получились такими разными. Вины Сееле здесь нет. Виктор с задумчивым видом слушал девушек и водил пальцем по каемке чашки. В момент побега он и подумать не мог, что его стремление отыскать Минне’Сэтаре приведёт к участию его приемных сестёр в эксперименте, где он чуть не лишился жизни. Что ещё хуже, в поисках лекарства Коколия решилась уничтожить Нагазору для пробуждения Третьего Судьи. — Я должен быть с вами так же честен… — сперва нерешительно заговорил Волков. Вобрав воздуха в грудь, Архивариус поделился тревогой на своей душе. — Моё послание перед уходом было ложью, предлогом для побега. Это трудно объяснить, но я услышал зов. Мне снились раскопки, а место, где они проходили, было ничем иным, как Северском. Я чувствовал, что должен был любой ценой попасть туда. Так я встретил по пути «домой» Кэссиуса, а на раскопках — отца. Всё же раскрывать всех деталей своего путешествия Виктор не стал. Он не знал, как девушки отреагируют на кинжал с заточенным внутри вестником из прошлой эпохи. Волков чувствовал, что он не имеет права разглашать подобную информацию. А погруженные в размышления лица Брони и Сееле не выражали никаких эмоций, что только больше нагнетало парня. — Вот как, — коротко и неоднозначно бросила Зайчик. — Броня считает, что Витя мог бы попробовать объяснить свои намерения Броне, Сееле и Матушке. Однако Витя поступил так, как считал было нужно. После Нагазоры Броня не может что-то предъявлять Вите. В итоге Витя, Сееле и Броня снова вместе, так что Броня ни о чём не жалеет. — И всё же я надеюсь, что теперь ты будешь доверять нам больше, — Сееле обхватила руку Виктора своими руками. — Мы очень сильно тобой дорожим. — Я… Спасибо, — непоколебимое доверие девушек согревало Волкову душу. Он призвал левую руку, чтобы погладить кисти рук эстонки, державшей его. — Я постараюсь больше не пропадать без вести. Хвост лисицы бодро завилял в ответ, и она с облегчением на душе улыбнулась. Осадок вины от недавнего признания окончательно испарился. — Броня продолжит. После эксперимента Броня и Сееле начали тренироваться. Матушка вместе с учёными продолжали исследовать наши мутации и нашли склонность к паранормальным способностям. У Брони усилилась регенерация, а с помощью Второй Кожи Броня может стрелять плазмой из рук и крыльев. Сееле может входить в квантовое состояние, то есть становится бесплотной и невидимой. Также исследователи подозревают, что у Сееле есть вторая личность. — Что?! — встрепенулась Воллерей и в панике замотала головой по сторонам, пытаясь попутно подобрать оправдания. — Э-это… Ха-а… — не сумев придумать подходящей отговорки, эстонка поникла головой. — Это правда. — Думаю, я лучше справлюсь с объяснениями, — багрянец охватил лисицу, а нежность и чуткость её глаз сменилась презрением и безразличием. Велиона оттянула край рубашки и показала багровую метку чуть выше груди. — Эта стигмата — часть Сееле с самого рождения, так же как и я. Я много лет наблюдаю за ней, оберегаю её от опасностей, когда потребуется, — упомянув опасности, взгляд эстонки резко сместился на Виктора. — И всё же уберечь Сееле от тебя я не смогла, вестник. На секунду глаз Виктор сузился от удивления и легкого испуга, но он быстро вернул самообладание. — Вестник? Вестник чего? — Волков попытался скрыть своё потрясение за непритворным любопытством к природе вестников. В конце концов Бертрам не очень охотно делился своим прошлым. — Коварства и обмана, судя по тому, что видела я. Если думаешь, что твои игры сойдут тебе с рук, ты ошибаешься. Таким манипуляторам как ты опасно разгуливать на воле. — У всех свои скелеты в шкафу, что вы только что и подтвердили. И если уж ты презираешь меня за коварство, не хочешь подать пример честности и рассказать, кто ты такая? — Даже если бы я знала ответ на твой вопрос, я бы всё равно тебе не рассказала. Но в остальном я буду с тобой предельно ясна: не смей затягивать Сееле в свои игры, не то в следующий раз я отрежу тебе вторую руку и ничуть не пожалею, — для устрашения одержимая эстонка замахнулась рукой с призванными когтями, однако дальше угроз она не пошла. - Броня, попрошу тебя также быть осторожнее и следить за вестником. — Броня доверяет Вите, но учтёт совет Велионы, — Зайчик, всё это время следившая за разборками между её друзьями, кивнула подруге. — Велиона? Ты ещё для неё имя придумала? И почему она к тебе хорошо относится, а ко мне — как к отпетому мошеннику? — возмутился сговорчивостью между девушками Виктор. — Потому что Броня ничего не утаивает от Сееле и не бросает её. В отличие от тебя. А имя хорошее, мне нравится. — И всё-таки Броня хочет попросить дать Вите второй шанс. Даже если Витя что-то не договаривает, Броня верит, что Витя желает только лучшего Сееле. — Хм! — Велиона громко хмыкнула и скрестила руки на груди. — Знай, вестник, что я не пытаюсь тебя убить только потому, что Броня и Сееле будут недовольны. Будь благодарен за это! Оставив напоследок неискренний ответ, Велиона вернула контроль над телом Сееле. — Прости, пожалуйста! — Воллерей согнулась в извинениях. — Я совсем не могу контролировать её! Я даже понять не могу, почему она на тебя так злится. — Не переживай, она просто ещё не приняла меня, но со временем мы наверное даже подружимся. Волков был готов поклясться, что в сверкнувшим на секунду багрянцем глазах, он прочитал послание Велионы, суть которого можно передать фразой «Ещё чего!». На самом деле альтер-эго выразилось бы куда экспрессивнее, но чтобы не порочить сквернословиями невинное личико хозяйки, послание сократилось до более простой фразы. В этот момент троица услышала, как щелкнул замок на двери в ванной. Этот сигнал словно послужил пробуждением для Виктора. «Так вот к чему было это дежавю!» — подумал он про себя, вспомнив нелепую сцену в Нагазоре, когда Кэссиус вышел полуголым из душа к Киане и Мей. Во что бы то ни стало Волков должен был остановить бесстыдника! Оторвавшись от своего стула, вестник скачками примчался к ванной и прихлопнул открывавшуюся дверь. — Э, Витя! Это ещё чё за прикол? — возмутился Пустой и забарабанил кулаком по двери. — А ты так и не научился манерам? У нас гости! — Ну и чё? Я бы незаметно прошёл и всё. — У нас ванная напротив кухни, о чём ты?! Пока Виктор и Кэссиус продолжали браниться через дверь, девушки не справлялись с тем, чтобы сдержать легкие смешки. Комедия быстро исчерпала себя, когда Волков принёс соседу одежду в ванную и тот вышел одетым спустя минуту. — Йо, — махнул рукой Пустой, приветствуя гостей. — Не думал, что к Витьку так рано подкатят гости. Чуть не засветил свои… — Не смей продолжать, Кэс, — с предупреждением зашипел сквозь зубы Волков. — В общем, доброе утро, — Кэссиус занял место Виктора за столом и залпом выпил половину чая из его чашки, в ответ на что вестник тяжело вздохнул и налил себе новую чашку чая. Поболтав ещё немного на отвлечённые темы, Броня и Сееле поблагодарили сводного брата за чай и вернулись в дом Химеко. Тем временем Тереза подсуетилась и подготовила всё необходимое для того, чтобы ребята смогли приступить к учёбе. Для новых учеников она выделила денежные средства на одежду, продукты и утварь, потому первый день на острове было решено посвятить покупкам. Уже на следующий день ребята отправились на учёбу. Как оказалось, в академии предусмотрен дресс-код даже для парней — белая рубашка с брюками, пиджаком и туфлями шоколадного цвета. Без проблем не обошлось. Для Виктора проблема заключалась в отсутствии левой руки, из-за чего рукав рубашки и пиджака свисал вниз. А вот Кэссиус вовсю выпячивал свой бунтарский дух: пиджак был накинут на плечи, верхняя пуговица рубашки была не застегнутой, а плохо затянутый галстук висел на уровне груди. — Зачем вообще мне это надо? — Пустой морщился и изнывал от неприязни по дороге в учебный корпус. Виды больших зданий с колоннами и статуями никак не помогали проникнуться атмосферой престижного учебного заведения. — Я даже в школу не ходил, а тут «академия». — А что, ты просто так дома сидеть хочешь? Тебе самому не было скучно торчать дома целыми днями? — Всяко лучше, чем читать неинтересную хрень, которую я даже знать не хочу. Я вообще даже писать не умею. — Научишься. К тому же, мы с тобой будем тренироваться по курсу валькирий. Или скорее особому курсу рыцарей. Туда входит физическая подготовка, тренировки. — Ну-у… тренировки хотя бы полезными будут, — другая активность помимо учёбы смягчила недовольство Пустого, хотя особого энтузиазма он не проявлял. — Ещё бы на нас не пялили как на диковинку на аукционе, было бы просто замечательно. Как и подметил Кэссиус, он вместе с Виктором привлекали к себе внимание учениц, направлявшихся на академию. В большинстве случаев девушки заинтересованно заглядывались на парней и перешептывались между собой, разбавляя перешептывания сдавленными смешками. Среди любопытных глаз Волков приметил девушку с сине-серыми волосами и в чёрных очках. Как и остальные ученицы, она носила школьную форму, которая выделялась своей изысканностью: белая блузка с золотистой бахромой и нашивкой Шиксала на груди, серая юбка чуть выше колен, коричневые колготки и белыми ботинками. Незнакомка пристально смотрела на Волкова, словно оценивая его. Поймав на себе его взгляд, она словно потеряла интерес и перестала обращать на него внимания. Пронаблюдать за девушкой в ответ вестник не успел. — Ви-итя! — раздался знакомый радостный крик. Парней спешно догоняла знакомая им четвёрка. Киана активно махала рукой и быстрее всех мчалась вперёд. Волков заметил, что у девушек были небольшие различия в форме, например, Каслана сменила юбку на шортики. Следом за блондинкой шла Мей, которая также отличилась легкой сменой гардероба. Вместо обычной юбки на наследнице красовалась юбка с завышенной талией, а вместо колготок — чулки, что отлично украшало её фигуру. А вот Броня и Сееле никуда не спешили. Что касается их формы, одежда была адаптирована под их особенности тела. Вторая Кожа, крылья которой полностью восстановились, и лисьи черты отлично помогали им выделяться в толпе, хотели они этого или нет. Девушки обменялись приветствиями с парнями, в частности Киана не постеснялась обнять Волкова, после чего ребята одной дружной толпой пошли на свои первые пары. Передать словами изумление новых одногруппников было невозможно. Когда говорят о пополнении в группе, никто не ожидает, что новеньких будет сразу шесть, тем более, что среди них было целых два парня! Ради такого события Химеко, которая должна была посвятить первую пару физике, отвела занятие на знакомство, чему были рады практически все ученицы. Хмурой тучей нависла лишь та самая девушка в очках, пристально следившая чуть ранее за Виктором. С её слов, прерывать учебный процесс ради общения с новичками не стоило, ведь для этого есть перерыв. Однако Мурата парировала это тем, что для валькирий будет неплохим опытом пообщаться с Виктором и Кэссиусом, в ответ на что незнакомка пожала плечами и предпочла новичкам компанию книги. Однако остальная группа начинающих валькирий, пускай и стала вести себя скромнее после комментария девушки в очках, приняла новичков радушно. Задавали много вопросов, предлагали дружно прогуляться после пар. Никто даже не выражал отвращения к парням — только чистое любопытство и дружелюбие. Кстати, тогда же Кэссиус приоткрыл завесу тайны над своей фамилией — Гвидиче. Ему не хотелось иметь ничего общего с родителями, но ради соблюдения формальностей, а также под пристальным взором Химеко, которой он нагрубил пару дней назад, он всё-таки раскололся и представился как подобает. По окончании ознакомительной пары Архивариус вышел из аудитории, чтобы изучить здание. Не прошло и десяти секунд, как незнакомка в очках последовала за ним и быстро догнала его. — Постойте, Волков Виктор, — раздался строгий голос девушки, словно предвещавший нравоучения. — Послушай, мы не хотели срывать урок, — попытался предубедить негодование вестник. — Это Хи… кхм, учитель Мурата так решила. — Сорванный урок здесь ни к чему, хотя такие вольности в дисциплине не пойдут на пользу юным валькириям, — на одном дыхании отчитала незнакомка, не сбавляя суровости. — Моя цель — предупредить вас, чтобы вы соблюдали правила академии. Не пытайтесь чего-либо задумать. — А что я могу задумать? Если бы ты слушала нас на паре, то знала бы, что я и мои друзья — выжившие из Нагазоры. Шиксал ни за что бы не отпустил нас, а всё, чего я хочу для себя и своих друзей, это спокойствия. У меня вопросы скорее к тебе, — перешёл в контратаку вестник, ответив ей таким же расчетливым и холодным взглядом. — Ты с самого утра следишь за мной. Что тебе от меня нужно? — Во-первых, вам следовало бы уважительнее обращаться к старшим. А во-вторых, появление парней в академии валькирий неизбежно повлечёт проблемы. Как староста я не могу допустить разлада в группе. — Так вы староста! — от прозрения Виктор наигранно ахнул. — Это многое объясняет. Вам бы активнее участвовать в жизни группы. Одногруппницы вроде как высокого мнения о вас. Вон, шанс познакомиться с шестью новыми товарищами потеряли. — Приму ваши слова к сведению, — девушка заметила перепад настроя Волкова и потеряла интерес к разговору. Когда она уже начала уходить, то внезапно остановилась и повернула голову. — Фу Хуа. Надеюсь, более таких инцидентов не предвидится. Всего доброго. С этими словами староста вернулась в кабинет. Виктор посчитал её упорной и ответственной студенткой, а вот его болтливость приоткрыла Фу Хуа интересные детали, которые побудили девушку продолжить наблюдения. На следующей паре Химеко всё-таки провела полноценное занятие по физике. Она не была уже столь снисходительной и показала себя как требовательный инструктор, не прощающий баловства. Когда она увидела рисующую в тетради Киану, то легким взмахом швырнула мелок прямо в лоб блондинки. — После занятия покажешь тетрадь, Каслана, — коротким замечанием Мурата заставила девушку запаниковать. Та поозиралась по сторонам, словно ища поддержки, после чего с поникшим видом начала конспектировать лекцию с доски. Казалось, что такое показательное запугивание должно было привнести дисциплину в группу, однако Кэссиус водрузил голову на сомкнутые на столе руки и беззаботно задремал. Так как Виктор посвятил Мурату в детали прошлого бывшего раба, в котором не могло быть места хорошему образованию, она сперва даже не хотела будить его. По-хорошему ему бы следовало заниматься по совершенно другой программе. Однако игнорировать настолько очевидное нарушение правил она не могла. К тому же, он так и не был наказан за то, что назвал её «тётей». Майор продолжила рассказывать материал, однако по мере повествования она медленно приближалась к уснувшему парню. Все студенты затихли в ожидании расправы над нарушителем. И когда инструктор добралась до крайней парты третьего ряда, суд свершился. — Ай-ай-ай! Больно же! — завопил и задергался Пустой, когда Химеко потянула его за ухо. — Тогда позволь мне прояснить правила на моих занятиях, Гвидиче. Я очень дорожу своим временем и силами, потому не люблю когда на лекциях на меня не обращают внимание. Так что после занятий, как я тебе и обещала, ты займёшься уборкой. — Да блин! — от негодования Кэссиус стукнул ладонью по столу, отчего по аудитории раздался громкий хлопок. — Я всё равно ничего не понимаю! А вы меня ещё за это прессуете! — Будет тебе мотивацией меняться к лучшему. А сейчас постарайся хотя бы чуть-чуть вникнуть. Материал прикладной, такие знания могут пригодиться в бою. Насупив лицо, Пустой откинулся на спинку стула и уставился на Мурату, ожидая того самого «прикладного» материала. Не то чтобы майор собиралась ему что-либо доказывать, однако оставшуюся лекцию Кэссиус провёл с хмурым и задумчивым лицом. Может быть, даже запомнил что-то. И как было обещано, он занялся уборкой аудитории после звонка. На втором перерыве Виктору снова не дали покоя. В этот раз к нему обратилась какая-то девушка с неестественно бледной кожей, дрожащими руками и затуманенным взглядом. Волков не узнал в ней одногруппницу, однако всего одной тихо сказанной фразой она смогла привлечь его внимание. — Серый Змей передаёт подарок. Больная незнакомка слабо махнула за собой рукой, приглашая проследовать за ней. Она повела вестника по коридорам сквозь группы молодых валькирий, отдыхавших на перерыве. По мере продвижения по зданию учениц становилось всё меньше и меньше, пока Архивариус не спустился вместе с загадочной посланницей Йормунганда в подвальное помещение. В этот же момент девушка достала из сумки нечто, плотно завернутое в чёрную ткань и насильно всучила Виктору в руки. — Прости! Извини! Мне очень жаль! — дрожащим голосом завопила незнакомка и сорвалась с места. Волков попытался остановить её, но та увернулась от его потянувшейся руки и вскоре скрылась, оставив парня наедине с таинственной посылкой. Вестник потянул узелок, и ткань развернулась. Внутри свёртка лежали короткие металлические ножны настолько искривленной формы, что напоминали коготь. У Виктора не было никаких сомнений, что за посылку передала ему незнакомка. Волков потянул рукоятку и вынул из ножен изогнутое лезвие, острые края которого внушали смертоносность, а выгравированные символы отдавали светящейся синеватой дымкой. Но самое главное, когда Архивариус взял в руки кинжал, сомкнутый на гарде зловещий глаз открылся и уставился пронзающим взглядом на вестника. «Мы снова встретились, Волков Виктор» — в голове парня раздался голос знакомого аристократа.