Наваждение

Ближе к Рождеству было объявлено о Святочном бале, на который были приглашены 4-7 курсы, и, конечно, без пары желательно не приходить. Минерва ещё обрадовала Гарри тем, что чемпионы открывают бал, и он не может пойти с Томом, ведь они, по сути, соперники. Блэк это понимал, но приглашать никого не спешил, в отличии от Рона, который сразу же пошёл приглашать мисс Делакур. Флёр согласилась без возражений, уж больно сильно ей понравился рыжик, как и Долохову его сестра, которую Антонин пригласил на второй день после объявления. Между Гарри и Томом поубавилось напряжения. Война семей отошла, осталось только соревнование, а после объявление о помолвке. И Блэка всё устраивало: ночи в каюте в объятиях Тома (дальше оральных ласк они не заходили), совместные тренировки, выполнения домашних заданий. Однако что-то скребло душу Гарри, будто говоря, что Том к нему приспосабливается, не более. Но юный лорд изначально знал, на что шёл, просто не представлял, что будет так больно, что безразличие Тома будет душить. Иногда он вспоминал Меропу не самым лучшим словом, ведь из-за её Амортенции Том не умел любить. Каркаров ошибся, как считал гриффиндорец, — Том просто адаптировался к новой среде обитания и её хозяину. За день до бала в гостиной Гриффиндора было достаточно шумно. Флёр и Джинни бурно спорили о нарядах. Как оказалось, обе любили красный и синий цвет, и благо, что француженка купила себе синее платье, как раз под костюм Рона (какое совпадение!), а у Джинни было красное платье под форму Долохова, и снова совпадение! Гарри не обращал внимания на шум, держа в руке яйцо. Его писк раздражал всех, но нужно как-то было прочесть послание в нём. В гостиную вошли Долохов и Реддл, что удивило всех, кроме Джинни. — Как вы узнали пароль? — удивился Гарри. — Я дала, — ответила Джинни, когда Антонин прилёг на колени девушки, которая сидела на ковре перед камином. — Это мы знаем, а пароль откуда у них? — засмеялся Рон, и в него сразу полетела книга, которую до прихода Флёр читала рыжая. Вратарь Уизли был отменным игроком и поймал книгу, а Флёр обняла парня. Казалось, что полувейла всерьёз взялась за рыжика, и уезжать во Францию после Турнира, как и Долохов с Реддлом, не собирается. — Гарри, помнишь, ты говорил, что дракон ассоциировался со стихией огня? — Ты меня слушал? — удивился гриффиндорец, ведь помнил, что тогда Том что-то увлечённо читал. — Я всегда тебя слушаю! — рыкнул змееуст. — Так вот, давай попробуем яйцо опустить в ванную старост, в воду, — уточнил Том. — Вдруг сработает. — Это логично, — произнесла Флёр. — Мне потом скажете? — Не будь ты девушкой лучшего друга моего будущего мужа, то ответ бы не получила, — хмыкнул Реддл. — Но, поскольку я умею читать мысли, и Уизли ты не используешь, то да, ответ получишь. — Гарри, ты уверен, что влюблён в этот кусок говна? — рыкнула француженка. — Увы, да, — Гарри бросил яйцо в руки Тома, а сам поднялся с кресла, когда в гостиную влетела Лаванда вся в слезах. — Это несправедливо! Только что Дин и Симус пригласили на бал сестёр Патил, даже Сьюзен Боунс идёт на бал с Макмилланом, даже Ханна Аббот идёт с Диггори, а я нет! — Пошли со мной, — предложил Том, возле которого ведьма и плакала. — Прости? — Браун ошарашено глядела на Тома, а после вопросительно перевела взгляд на Гарри. — Мы не можем пойти на бал вместе, мы ведь соперники, — заявил Гарри. — А ещё нам открывать торжество, пара нужна, и она есть пока только у Флёр. — То есть, как друзья, я правильно поняла? — уточнила Лаванда, а Том согласно кивнул, после чего ведьма завизжала. — Я буду открывать бал! Спасибо, ребята! Девушка на эмоциях обняла Тома, а Гарри поцеловала в щеку и побежала наверх. — Она хорошая, — заявила Джинни. — И у неё ярко-розовое платье, но оно подойдёт к болгарской форме. Гарри, а ты когда будешь приглашать девушку? — Давай не сейчас. — По дороге в ванную кого-то пригласишь. Пошли, и возьми карту, уже почти десять, не хочу проблем. Гарри согласно кивнул, вынул карту из кармана, которую зачастую носил с собой, и оставил гостиную. — Гарри нужен любящий парень, а не вот этот вот! — рыкнула Флёр. — Он наш друг, мы поддержим любой его выбор, но если Реддл обидит его, то у нас большая семья, и все любят Гарри, — недвусмысленно ответила Джинни, глядя на Антонина. — Я ему передам, — улыбнулся брюнет, целуя в щеку девушку, и понимая, что Том влип. А Гарри тем временем спокойно шёл вместе с молчаливым Томом, которого тишина совсем не волновала и не смущала. — Пригласи вон её, — Том резко остановился и указал на Асторию Гринграсс. — Малфой пригласил Паркинсон, Дафну Гринграсс — Теодор Нотт, а нашу неугомонную Ромильду — Забини. — И на кой мне Астория Гринграсс? — Она должна стать невестой Драко, но тот её в упор не замечает. Родители хотят этот союз, а Малфой хочет меня. Как известно, Малфой хочет всё, что есть или было у тебя. Девушка проклята от рождения, она заслуживает семью хоть на пятнадцать лет, а Драко не умеет любить. Они оба будут в плюсе. — Малфой умеет любить. — А я то ждал, когда ты мне расскажешь причину Сектумсемпры, — изумрудный и обсидиановый взгляды встретились, Гарри ухмыльнулся и направился к Астории. — Добрый вечер, девушки. Астория, ты не хотела бы пойти со мной на бал? — Блэк, ты головой ударился? — хмыкнула Дафна, которая недовольно косилась на гриффа, а после удивлённо смотрела на Реддла. — Мне нужна пара чисто для открытия торжества. — То есть, я попаду на обложку газеты? — улыбнулась Астория. — Дафна, Драко после такого точно меня заметит! Я согласна. — Отлично. — Но, Блэк, не бросай меня после танца, хотя бы до полуночи побудь моим кавалером, — она перевела взгляд на Реддла, который откровенно улыбался. — Мы с Томом не бросим своих дам до полуночи. Обещаю, что проведу тебя до гостиной. — Спасибо, я буду в изумрудном. — Отлично, а у меня чёрный костюм с белой рубашкой, будем красиво смотреться. Я зайду за тобой в полшестого, ведь бал на шесть. — Ты знаешь, где наша гостиная? — спросила Дафна. — Со второго курса, а откуда, не скажу, — улыбнулся парень, видя, что сёстры хотели что-то спросить. — До завтра, Астория, — шатенка кивнула, радуясь, что у неё будет пара, а Гарри подошёл к Тому. — Почему ты её не пригласил? — Хотел, чтобы Драко злился, а злится он только на тебя, Поттер! — Блэк! — Не в этой ситуации, — ухмыльнулся Реддл, направляясь в башню с ванной старост. Он знал пароль, поэтому вошёл первым и поставил яйцо возле бортика ванной. Гарри запечатал дверь, обернулся и сразу замер. К его шее была приставлена палочка, а его палочку Том нагло вырвал из рук. Гнев Тома можно было ощутить кожей, алые глаза желали пытать, а руки дрожали от желания прибить. — Знаешь, Драко не скрывает своих мыслей, но был один ящичек в его голове, который до сегодняшнего утра я не мог открыть. Решил пойти в ва-банк и заявил, что мы не просто любовники, а будущие супруги. Тут окклюментный щит и дал трещину. Ты говорил, что у тебя не было парней! — Так не было! — Гарри! — зарычал Том так, что потемнела комната, а зáмок чувствовал кровь основателя и подчинялся. — Я никогда не лез в твои мысли, которые касались прошлых отношений. Не буду спорить, я в первые два месяца неплохо копошился в твоей башке! Но я тебе поверил! Ты и Малфой? — Ничего не было! Я поэтому и ударил его Сектумсемпрой! Ты всё видел в его голове? — Поцелуй. — И сделал на этой основе вывод? Ты ревнивый ублюдок, Реддл! А как же доверие? — Поэтому мы и говорим сейчас! — Это допрос! Убери палочку! — глаза Гарри сверкнули, показывая, что тот призвал магию Рода для защиты. — Убери я сказал! Убери!!! Комната потухла полностью, говоря, что Блэки готовы драться со Слизерином, если потребуется. Том отошёл, но палочки не отдал. — Почему ты не рассказал, что между вами с Драко?.. — Том желал скрыть дрожь в голосе, но не вышло. — Ничего не было. Он написал мне, что нужно срочно поговорить, в апреле того года, — Том внимательно смотрел на Гарри обсидиановыми глазами, а Блэк не мог глядеть в глаза любимого. — Я знал, что это какая-то ловушка. Мы воевали с первого курса. С тех пор, как я отказался от его дружбы. Когда я вошёл, он заявил, что влюблён в меня, что все издевки в мой адрес, — это ревность и гнев. Я заявил, что не могу его любить. Что человек, который столько лет поливал меня грязью, может получить ответ только в одном случае — Стокгольмский синдром. То есть, после всех пыток, которые он мне устроит, после того, как прочистит мозг, но в здравом уме я не отвечу взаимностью! Он решил доказать, что я ошибся, и поцеловал. Я оттолкнул его сразу, а он… началась драка. Он кричал, что украдёт меня, посадит на цепь, я стану его псом и ноги буду лизать, но буду под ним! Буду принадлежать ему… — Том удивлённо распахнул глаза. — А Сириус мне с детства рассказывал о Сектумсемпре, которую Снейп придумал, чтобы защищаться от Мародёров. Сириус говорил, что это мощное заклинание, но никогда не рассказывал свойства. Я и пальнул в Малфоя, а тот не успел защититься, благо Снейп недалеко проходил. Меня, конечно, не зацепили разборки, ведь раскрылось, что Драко собирался меня выкрасть и сделать рабом. Люциус замял историю, пообещав, что Хорёк больше ко мне не подойдёт. И не подходит до сих пор. Том резко обнял Гарри, крепко прижимая к себе. Дрожь в теле Реддла говорила о его злости на слизеринца, о злости на самого себя. — Я убью его! — Он этого не стоит… Твоя ревность не обоснована, я тебе обещал не изменять. Малфой не может меня интересовать, Том. Гарри отстранился от Тома, показывая, что тот его обидел. Он открыл краны в ванной и начал раздеваться. Когда Блэк не снял трусов, Реддл понял, что упорол горячку. — Сними, — Том ухватил парня за руку, когда тот уже собирался прыгнуть. — Гарри, я… Я боюсь. — Чего? Я же обещал. Это ты ведёшь себя, как айсберг, а не я. — Вот именно! И твоё спокойствие натолкнуло меня на мысль, что ты откажешься от меня. Я ведь так холоден с тобой. — И кому я должен сказать «спасибо»? Долохову? — Том кивнул. — Пусть не лезет не в своё дело. Я дал тебе время. Я ничего не прошу взамен! — Гарри начинал злиться. — Не буду скрывать, что мне обидно, когда ты меня не замечаешь, но ты изначально сказал, что я… что мы… что ты не любишь меня. Каркаров ошибся. Я принимаю этот факт. Гарри прыгнул в воду и взял в руки яйцо, вопросительно глядя на Тома. Тот отрицательно покачал головой, говоря, что не будет нырять. Гарри принял ответ любимого и нырнул под воду, открывая для себя тайну яйца. Том наверняка опробовал это и таким образом выманил Блэка из гостиной. Когда Гарри вынырнул из воды, то в ванной было светло и одиноко, а возле одежды гриффиндорца лежала его палочка. Том ушёл.