Цветение орхидей

— Солдат третьего батальона Чэн Цянь прибыл по приказу генерала! — Проходи, — ответил грубый мужской голос, и караульные, стоявшие перед входом в шатёр, раздвинули шторы, закрывавшие его. Поклонившись перед генералом, солдат учтиво спросил: — По какой причине генерал желал меня видеть? — Не знаю, дошли ли до тебя вести, но неделю назад, когда наследный принц в сопровождении стражи возвращался с политической встречи от лица императора, на него напала шайка разбойников. Самому наследному принцу, благо, удалось спастись, но теперь император вынужден искать замену погибшему в бою телохранителю Его Высочества, — не отводя взгляда от бумаг, ответил генерал. — Ты талантлив, но ещё слишком молод для получения более высокой должности. Я готов поручиться за тебя и предложить как кандидата на должность телохранителя Его Высочества. Помолчав несколько секунд, Чэн Цянь ответил: — Если генерал считает меня достаточно натренированным и опытным солдатом, я готов взять на себя эту ответственность. — Тогда завтра ты отправляешься в императорский дворец для вынесения окончательного мнения Его Величества. Вновь поклонившись, Чэн Цянь развернулся в сторону выхода из шатра, как вновь услышал голос генерала: — Совсем забыл, — сказал тот, — держи, — и протянул юноше металлический жетон. — Покажи его солдатам у главных ворот императорского дворца, и они тебя пропустят. Смотри не потеряй. Чэн Цянь кивнул и взял жетон, тяжело вздохнув на выходе из шатра. С восходом солнца юноша отправился в путь до императорской столицы. Проехав за день около сотни ли, солдат решил остановиться в городке и заночевать там. Оставив лошадь в стойле и накормив ее, Чэн Цянь отправился на поиски ночлега. Денег у него с собой было немного, так что дабы не остаться без ужина, он отправился на поиски самой дешевой гостиницы. Неожиданно его слуха коснулся душераздирающий детский плач, доносящийся из конца темной улицы, по которой он шел. Инстинктивно он бросился на крик, как будто молящий о спасении. Добежав до конца улицы и увидев картину, представшую перед ним, его глаза раскрылись от удивления. Двое взрослых мужчин обступили ребенка, лежащего перед ними на земле, с трудом глотающего воздух. — И передай своему папаше, что если завтра мы не увидим денег, которые он задолжал, домой ты больше не вернёшься. Мальчик на это не сказал ни слова, лишь сильнее скрутился от боли в груди. И когда стоящий над ним мужчина занёс ногу для последнего удара, Чэн Цянь сбил его атаку ударом ногой в низ живота. Скрючившись от боли, мужчина поднял свой разъяренный взгляд вверх и крикнул юноше: — Не лезь не в свое дело, щенок! Только после сказанных слов мужчина смог разглядеть в ночной тьме солдатскую форму. Поняв, что если они останутся тут, добром для них это может не закончиться, в лучшем случае попадут в городскую тюрьму на пару дней. Быстро поднявшись, мужчины, насколько им позволяло их телосложение, побежали как можно дальше от места происшествия. Подойдя к ребенку, Чэн Цянь перевернул его на спину, чтобы понять, насколько раны серьезны, на это мальчик ничего не сказал, только тихо проскулил, давая понять, что боль все ещё сильная. Юноша спросил у ребенка: — Сможешь дойти до дома сам, или тебя лучше донести? На это ребенок через силу ответил: — Нельзя мне возвращаться домой, там меня ещё сильнее поколотят. Без денег меня домой не пускают. Солдат пару секунд постоял в раздумьях и осторожно поднял ребенка с земли. Пройдя несколько метров, юноша увидел гостиницу, явно в не очень хорошем состоянии, и решил заночевать там. Заплатив и забрав ключи, юноша поднялся на этаж выше и уложил ребенка на кровать, стоявшую прямо напротив входа. Оставив ребенка отдыхать, он вновь спустился вниз и попросил ужин на двух человек, заранее понимая, что на следующий день ему придется поголодать. Забрав еду и вернувшись в комнату, юноша увидел уже сидящего на кровати ребенка и осторожно подсел к нему со словами: — Тебе нужно поесть, иначе у организма не будет сил на восстановление. Он поставил еду перед мальчиком на стол, уселся сам, чтобы наконец поесть. Какое-то время мальчик с животным голодом в глазах смотрел на стоящую тарелку с едой. Осторожно, дабы не тревожить ещё свежие раны, мальчик сел за стол и начал с неимоверной скоростью поглощать еду. Закончив, оба легли спать, мальчик — на кровать, а Чэн Цянь разместился на соломенной подстилке. Проснувшись утром, юноша обнаружил, что кровать была уже пуста, но ещё немного отдавала теплом. Похоже, мальчик ушёл не так уж и давно. Одевшись и собрав вещи, солдат покинул гостиницу и, усевшись на лошадь, вновь отправился в дорогу. После ночи, проведенной на твердом полу, спина ужасно ныла. Солнце, только что вышедшее из-за облака, которое было чуть ли не единственным в этот ужасно жаркий день, пекло и слепило глаза. Чэн Цянь поспешил укрыться от него в ближайшем лесу, кроны деревьев которого хоть немного спасали от этого пекла. Только юноше удалось расслабиться, как его живот предательски заурчал. — Черт, похоже, дорога обещает быть тяжёлой, — тихо буркнул он себе под нос. А ведь если задуматься, именно это и ощущает тот ребенок большую часть времени. Это понятно по его худому и плохо развитому для его возраста телу. И этот ребенок не единственный. В детстве Чэн Цянь уже встречал таких. Это те дети, которых постоянно избивали на публике за воровство, и те, которые после ночей, проведенных на зимней улице, не всегда просыпались. Чэн Цянь никогда не верил, что кто-то мог заслужить такие страдания. Он на собственном опыте знал, насколько этот мир несправедлив. И само существование таких, как он и этот мальчик, детей лучшее тому подтверждение. — Ведь чем вообще ребенок может заслужить такую жизнь? — с этими мыслями он добрался до столицы. Этот город не был похож на тот, где он останавливался ранее. Здесь дома были куда крепче и выше, а прохожие, развлекаемые бродячими артистами, веселее. На многих домах висели украшения, но главным украшением улиц были, конечно же, прекрасные девушки, расхаживающие из одной лавки в другую. Множество украшений и дорогие наряды свидетельствовали об их достатке. Города отличались друг от друга, но люди везде были одинаковые. — Почему одним людям везёт больше, чем другим? И чем же они успели услужиться перед божествами? — продолжил рассуждать Чэн Цянь про себя. Доскакав до ворот императорского дворца, юноша начал шарить по карманам своей формы, но ни в одном из них не обнаружил серебряного жетона, который искал. Как вдруг из-за спины он услышал детский голос: — Сяньшэн! Вы обронили! Позади Чэн Цяня стояла девочка на вид лет восьми, в изумительной красоты одеянии, и держала в руках тот самый серебряный жетон. Увидев его, юноша с облегчением выдохнул. Из-за спины девочки медленно вышел юноша на пару лет младше Чэн Цяня, одетый в куда более простую одежду. — Добро пожаловать в императорский дворец, мое имя Ли Юнь, а это Ее Высочество, младшая дочь императора, Хань Тань. А вы, как я понимаю, прибыли как будущий телохранитель для Его Высочества наследного принца? — Все верно. Мое имя Чэн Цянь, — ответил солдат. — Удачи, Чэн Цянь, не каждый выдерживает на этой должности дольше месяца, — с ухмылкой сказал Ли Юнь. — Неужели настолько велика вероятность смерти? — Да нет, просто характер Его Высочества не каждому под силу выдержать. Чэн Цянь попрощался с новыми знакомыми и сел на лошадь, проезжая на территорию дворца. — Интересно, что такого страшного в этой избалованной принцессе? — подумал Чэн Цянь. — Что же, работа обещает быть интересной.