Ещё одна Васнецова?

Оксана пришла спустя две минуты после того, как за девочками закрылась дверь, и с порога поинтересовалась, почему сеанс был перенесён на утро. — Видите ли, Оксана Викторовна, вы переходите на новый уровень детотерапии, — начал Сергей Алексеевич. — Сегодня у вас будет задание повышенной сложности. В это время двери гостиной открылись, из комнаты вышла Маруся со стопкой выглаженного белья. — Здравствуйте, — поздоровалась Оксана. — Доброе утро. Вы, должно быть, Оксана Викторовна? — нарочито вежливым тоном произнесла девушка, впрочем, в её голосе слышалась неприкрытая ирония. — Мне столько о вас рассказывали. — Маруся! — остановил дочь Сергей Алексеевич, пока она окончательно не разошлась. — Ясно, ясно, иду, куда шла, — недовольно кивнула она и скрылась в ванной комнате. Сергей Алексеевич жестом пригласил Оксану в гостиную. — Сергей Алексеевич, а кто это? — спросила она. — Это моя дочь. — Подождите, — нахмурилась женщина. — Когда мы с вами познакомились, вы сказали, что у вас пять дочерей. Сергей Алексеевич поспешил прояснить ситуацию. — Маруся — моя шестая дочь, всмысле первая, то есть старшая. В общем, на тот момент она просто не жила с нами. По лицу Оксаны было видно, что она ничего не поняла, но всё же она кивнула. — А в чём заключается сегодняшний сеанс, если девочки в школе? — решила уточнить она. — Всё очень просто: сегодня вы должны познакомиться с Марусей и добиться её доверия, — сказал Сергей Алексеевич, хотя он уже понял, что эта идея плохая. Неправильно это было по отношению к Марусе. — Знаете, она может не идти на контакт, но это специально. Если не справитесь с заданием, звоните мне.

***

Оксана неподвижно сидела на диване. Перед ней яркими огоньками светился экран не умолкающего ни на миг телевизора, а на журнальном столике остывал кофе. Сергей Алексеевич ушёл два часа назад, и за это время она не успела даже начать диалог с Марусей. Девушка извинилась, сказала, что очень бы хотела, но не может уделить время гостье, приготовила кофе, принесла печенье, включила телевизор и скрылась в ванной, где, по её мнению, высилась огромная гора нестираного белья. Все её слова и действия были настолько хладнокровными и уверенными, что Оксана даже не успела возразить. Она никак не ожидала, что в семье Васнецовых, где полно открытых и общительных девочек, может найтись такая Маруся, к которой не подступиться, словно она сидит за каменной стеной равнодушия и нежелания разговаривать. Решив, что нужно наконец сделать шаг, Оксана отхлебнула кофе и тут же сморщилась — напиток давно остыл. Она собралась с мыслями и направилась в ванную. Маруся не обманула, у неё и правда было много хлопот по дому. Месяц отсутствия мамы не пошёл на пользу домашнему хозяйству. На верёвках, натянутых под потолком, как разноцветные флажки в детском саду, висели пёстрые майки, футболки, шорты и носки, среди которых выделялись разве что Дашина чёрная кофта и не менее чёрные носки Сергея Алексеевича. Стиральная машинка, набитая новой партией белья, весело жужжала, время от времени подпрыгивая и завывая. В ванне были замочены наволочки и простыни, в тазу — многочисленные Пуговкины колготки. А корзина с ещё не стиранным бельём была переполнена раза в два. Однако Маруси в ванной не оказалось. Оксана ещё раз внимательно осмотрела комнату и решила заглянуть в комнату Галины Сергеевны, Жени и Пуговки. Как она и подозревала, Маруся оказалась там. Сидя на корточках, она аккуратно рассаживала на полке плюшевых друзей Пуговки. Глядя через щель, Оксана поражалась тому, насколько другой была сейчас Маруся. Она бережно брала многочисленных зайчиков, медвежат, мышек и прочих зверюшек и смотрела на них таким тёплым взглядом, словно сама сейчас была маленькой девочкой. Дверная ручка, на которую опиралась Оксана, поехала вперёд, и дверь предательски скрипнула. Маруся резко обернулась, выронив розового зайчика. Тёплый огонёк маленького ребёнка мгновенно погас, голубые глаза вмиг сделались холодными, как лёд. — Что-то случилось, Оксана Викторовна? — вновь включила нарочито вежливый тон Маруся. — Да, — неожиданно уверенно для себя самой сказала Оксана. — Ты не находишь, что получается как-то неправильно: я у тебя в гостях, а ты сидишь в другой комнате? — Конечно, неправильно, — не жалея сарказма, произнесла Маруся. — Пойдёмте в гостиную, посидим, попьём кофе, а в понедельник пусть девочки идут в школу в нестиранной одежде, а папа — на работу в неглаженном костюме. — Но ведь есть ещё суббота и воскресенье, — напомнила Оксана. — Мне кажется, своим свободным временем я могу распоряжаться сама, но если вас так это интересует, то в субботу у нас генеральная уборка квартиры, а в воскресенье — каждый занимается чем хочет, и поверьте мне, у меня нет желания тратить своё свободное время на стирку, учитывая, что в этот день вся семья дома, и там уже не до стирки. — Ну хорошо, — пожала плечами Оксана. — Давай я тебе помогу. — Как вы сами сказали, вы гость, и поэтому я не могу позволить вам работать. Но если вам так не хватает общения, можете сесть на диван и рассказать о том, что вас волнует, пока я буду гладить бельё, — предложила Маруся. — Я, как дочь психотерапевта, могу сказать, что это пойдёт вам на пользу.

***

В кабинете висела напряжённая атмосфера. Сергей Алексеевич поглядывал на телефон каждые три минуты, ожидая звонка. Антонов сидел напротив друга, переводя взгляд с него на аппарат. — Да не парься ты, Серёга! Если бы что-то произошло, Оксана уже давно бы позвонила. Сергей Алексеевич не ответил. — И к тому же, твоя Маруся — самый настоящий ангел. Что она там натворит? — В том-то и дело, Антонов, я сам не знаю, чего от неё ожидать. Какой же я дурак! Кто просил меня приглашать Оксану? — Вечно ты смотришь на мир пессемистично, — откликнулся Антонов. — Ты же психолог, они всегда такие, на своей позитивной волне. — Ты зачем сюда пришёл? Рассказывать мне про волны позитива? — поинтересовался Сергей Алексеевич. — Ну во-первых, я здесь сижу не по своей воле, ты сам меня позвал. А во-вторых, объясни наконец, что происходит в твоей семье? — Да что там рассказывать? — Что угодно. Хотя бы, почему твоя дочь, которая учится в Питере, сейчас находится в Москве, или почему Оксана сидит у тебя дома, а не в кабинете… — Ой, всё хватит, Антонов! Слушай внимательно, рассказываю один раз.

***

Платье. Джинсы. Полотенце. Носовой платок. Рубашка. Жакет. От постоянного мелькания одежды в глазах начинало рябить. Маруся гладила бельё уже на автомате, не слушая, что говорит Оксана. Её рассказ о жизни на Рублёвке, какой-то скучный и монотонный, казалось длился вечно. Какие-то события элиты общества, свадьбы, похороны, дни рождения, словом, всё то, что не интересовало Марусю. Она уже думала о своих проблемах, о том, что в понедельник нужно идти на учёбу в незнакомое учебное заведение с незнакомыми преподователями и однокурсниками, о том, что она, как бы ни хотелось надеяться, что это не так, кажется, понравилась Макару, как вдруг ей показалось, что её вынули из-под воды, где так спокойно и тихо, на сушу, неожиданно людную и шумную. — Простите, Оксана Викторовна, похоже, я что-то прослушала, — всё ещё не веря услышанному, произнесла Маруся. — Ничего страшного. Я говорила о том, что после того, как у Сергея Алексеевича в кабинете случился пожар, он перенёс сеансы домой и в связи с этим предложил использовать метод «Детотерапия». И знаешь, мне он очень нравится. — Кто? — расширились глаза у Маруси. — Метод, — не замечая реакции девушки, продолжала Оксана. — А потом Сергей Алексеевич заболел… — Когда? — Наверное, неделю назад. Так вот он заболел, и я ухаживала за ним, потому что девочки могли не справиться и вообще сами могли заболеть… Оксана продолжала рассказывать, какой чудесный человек Сергей Алексеевич, как его сеансы помогают, как Марусе повезло родиться в такой семье. Маруся слушала вполуха, будто выйдя из реальности, и пыталась переварить полученную информацию. Всё, что говорила гостья, подтверждало догадки девушки о том, что Оксана неравнодушна к Сергею Алексеевичу. Как Маруся ни старалась, у неё не получалось развидеть этого, всё было до боли просто и ясно. — Так вот оно что… — едва слышно произнесла Маруся и, чувствуя, что глаза становятся мокрыми, убежала в ванную, оставив невыключенным утюг.

***

Уже нежданный звонок пронзил умиротворённую тишину кабинета. Выронив папку с бумагами, разлетевшимися по полу, Сергей Алексеевич кинулся к телефону. — Да? Все опасения подтвердились — звонила Оксана. — Подождите, Оксана, успокойтесь и объясните, что случилось, — с бешенно стучащим сердцем пробормотал Сергей Алексеевич. После его просьбы понятнее не стало. Из потока нервных всхлипов Оксаны он уловил всего несколько слов: «Маруся», «слёзы», «ванна», «закрыто», «тишина». Схватившись за сердце, рисуя в голове самые страшные картинки и всё ещё не осознавая, что происходит, Сергей Алексеевич побежал на парковку, по пути крикнув Тамаре, что сегодня он на работу не вернётся и она свободна. Путь до дома показался вечностью. Казалось, все сговорились против него. Машины ехали медленнее, чем обычно, светофоры меняли сигналы совершенно не вовремя, хорошо хоть ГАИ не встречались. Пару раз Сергей Алексеевич чуть не пролетел на красный свет и едва не выехал на встречную полосу. Удивительно, как он вообще добрался до дома целым. Рванув на себя со всей силы дверь подъезда, он влетел внутрь и помчался по лестнице наверх. Входная дверь была открыта. Оксана отчаянно стучала в ванную, пытаясь докричаться до Маруси, но ей не отвечали. — Сергей Алексеевич! — воскликнула она, увидев хозяина квартиры. — Она там? — спросил он, едва сдержав другой вопрос: «Она жива?». Женщина слабо кивнула. Сергей Алексеевич постучал в дверь. — Маруся, я же знаю, ты там. Открой! Ему не ответили. Начиная чувствовать слабость в ногах, Сергей Алексеевич, продолжал стучать в дверь и просить Марусю открыть. Видя, что Оксана скоро потеряет сознание, он сказал: — Так мы дверь не откроем, нужна пила. Сбегайте пока к моему знакомому, он живёт недалеко от Садового кольца. — Может быть лучше у соседей попросить? — робко предложила Оксана. — У нас мало времени, какие соседи! — Хорошо, я поняла, уже бегу. Оксана уточнила адрес, накинула куртку и, стуча каблуками, покинула квартиру. Сергей Алексеевич вновь постучал в дверь, медленно и настойчиво. — Она ушла. Дверь с лёгкостью распахнулась. Маруся сидела на полу, прислонившись к стене и склонив голову на колени так, что чёрные кудри закрывали её лицо. — Как это понимать? — спросил Сергей Алексеевич, приходя в себя от осознания, что дочь жива-здорова. Маруся не ответила. — Я такое себе понадумал, что волосы дыбом встают! Мне звонит Оксана и говорит, что ты закрылась в ванной и не открываешь уже полтора часа, потому что на что-то обиделась. Девушка подняла на него красные от слёз глаза. — Ты говоришь, ничего между вами нет и быть не может? — сквозь слёзы усмехнулась она. — Да она с того момента, как ты ушёл, только о тебе и говорила. О том, какой ты замечательный мужчина. Думаешь, я не замечаю? — Маруся, подожди… — И это правда, что ты болел неделю назад, а она за тобой ухаживала? — Ну девочки могли заразиться… — А позвонить мне и сказать, что заболел, нельзя было? Просто поставить в известность? Зачем было скрывать? А хотя понятно, зачем. Абсолютно всё понятно. — Ничего тебе не понятно. Всё совсем не так. — Мне всё равно. — Неправда. Маруся вытерла глаза. — Я понимаю, что после того, что произошло между тобой и мамой, ты свободный мужчина и можешь встречаться с кем угодно. И как бы неприятно мне было осознавать, что рано или поздно в моей жизни появится мачеха… — Какая мачеха? Она замужем! — То есть ты уже не отрицаешь сказанного до этого? — Прекрати, Маруся. — Как я могу прекратить? Я, между прочим, за сестёр беспокоюсь. Им ведь с ней жить придётся. А она ни готовить, ни стирать не умеет. Пап, ну зачем нам ещё одна Маша? Мы и с нашей не всегда справляемся. Зачем нам такая новая «мама»? — Что ты несёшь?! Зачем вам новая мама? — По-моему, тебе виднее. — Да послушай, между нами ничего нет! — Сказки рассказывай Пуговке! А я больше не хочу её видеть. — Она моя единственная клиентка. На какие средства мы будем существовать? — Разве я что-то сказала про твою клиентку? — удивилась Маруся. — Просто я уйду к бабушке. Она схватила свой нераспакованный чемодан, сняла с вешалки нежно-голубое пальто и решительно перешагнула порог. Сергей Алексеевич попытался её остановить, но девушка увернулась и хлопнула дверью.