В огне мести

Из искры разгорится пламя, Всё увлекая за собой! Насквозь пройдёт, напоминая, Кто ты такой. Кто ты такой?

Домой Мелания ввалилась за час до обычного времени закрытия лавки. Желающих купить лекарства в позднее время не нашлось, и девушка решила, что ничего страшного не случится, если она больше не откроется сегодня. Небрежно бросив саквояж в нишу под витриной, Мелания упала в кресло и уронила голову на руки, судорожно сжимая пряди волос. Ее трясло, словно в лихорадке, и унять дрожь никак не выходило. По улице она почти бежала, ныряла из одного пятна света в другое, всю дорогу ощущая смутную тревогу. Казалось, кто-то пристально смотрит в спину, преследует и еще совсем немного — и набросится. К счастью, до дома Мелания добралась без происшествий. Однако легче от этого не становилось. В темноте лавки на месте каждого из предметов чудились очертания голодного вампира или вурдалака, вот-вот готового сожрать непутевую глупую девчонку. От этого Меланию трясло еще больше — и так же все больше ей хотелось уподобиться детям, что боятся темноты, и включить свет во всем доме. Вот только сама Мелания темноты на самом деле никогда не боялась. Она боялась неизвестности и нелюдей, что воспринимали людей исключительно как еду. А несколько горящих ламп от них определенно не спасут. На то, чтобы хоть немного успокоиться, Мелании понадобилось время. Сначала ее перестало трясти: быстро колотящееся сердце успокоило свой ритм, пальцы перестали дрожать, а дыхание стало более глубоким и спокойным. Еще через некоторое время рассматривания ночной темноты, наконец пришло осознание: никто за ней не гнался и не следил. А если и следил, то вряд ли уже нападет — иначе бы давно сделал это. «Да и кому я нужна? — подумала Мелания, наконец позволяя себе немного расслабиться и откинуться на спинку кресла. — Вряд ли Анриваль сейчас в состоянии охотиться. Если вообще жив после того, что я сделала…» От этой мысли девушка едва заметно поморщилась. Она прекрасно отдавала себе отчет в том, что и близко не стоит по мастерству целительства с Кристианом или Луанной, она всего лишь музыкант. Вот только все равно верить, что из-за ее попыток помочь кто-то мог умереть, не хотелось. «Он вампир, — скривилась девушка мрачно, заставляя себя подняться и отправиться на второй этаж дома, в спальню. — Таких, как он, в принципе тяжело убить». На это Мелании только и оставалось надеяться.               Сон не шел. Мелания лежала в кровати, завернувшись в одеяло с головой, и слушала тишину дома. Она давно привыкла оставаться одна, когда Кристиан и Луанна куда-то уезжали, и тревогу испытывала разве что в первые пару раз. А сейчас Мелания словно вернулась в то время: уснуть не получалось словно с непривычки на новом месте, и оставалось только пялиться в потолок и растворяться в ночном безмолвии. Теперь ее накрыла другая тревога: тягучая, липкая, но не менее навязчивая. В голове то и дело возникали картины того, как в лавку вваливается толпа охотников на нечисть, их главарь обвиняет Кристиана, Луанну и саму Меланию в пособничестве нелюдей, а затем в лучшем случае — убивают на месте. Отвязаться от подобных сцен в мыслях не получалось, сколько Мелания не пыталась отвлечься на пересчет нот в воображаемом нотном стане или зарыться поглубже под одеяло и уснуть. В конце концов на смену жутким картинам о расправах охотников с ней и хозяевами лавки пришли другие: как Луанна и Кристиан в последние моменты своей жизни смотрят на Меланию с горечью и сожалением, словно спрашивают, как она могла так подвести их. И от новых картин перед глазами Мелании становилось только паршивее. «Интересно, и что говорят в таких ситуациях? — уже полусонно подумала Мелания, когда перед внутренним взором всплыла очередная сцена расправы над ней и ее друзьями. — «Простите меня, я больше так не буду»? Да уж, не буду… Или в таких случаях вообще уже ничего не говорят, потому что нет смысла? Да и когда там что-то говорить?.. Надеюсь, никогда этого не узнаю. Анриваль, умоляю, пусть за тобой не охотились!» Кажется, именно так прозвучала последняя связная мысль Мелании в ту ночь. Потом она размышляла о том, что стоит сказать Кристиану и Луанне о том, что она помогла вампиру; размышляла, что завтра после работы стоит сходить в тот дом и узнать, что с Анривалем, но одной точно ходить нельзя; вспоминала, что сегодня вечером она так и не дописала даже четверостишие… но все это Мелания помнила смутно, словно находилась уже в полусне, но никак не могла ни провалиться глубже в это состояние, ни выплыть из него. Она металась по подушке, переворачивалась с боку на бок и то заворачивалась в одеяло только сильнее, то откидывала его в изножье кровати. Но полноценно забыться смогла только под утро, когда небо едва заметно начало светлеть, а комната перестала утопать в непроглядной ночной тьме.

***

Следующим утром Мелания проснулась в разбитом состоянии. Голова болела, глаза получалось открыть с трудом, а пальцы едва подрагивали, из-за чего в них ощущалась неприятная слабость. Мелания знала, что это пройдет, как только она заставит себя подняться, умыться и позавтракать — сделать хоть что-то. Однако больше всего хотелось продолжить спать, и девушка решила, что не будет ничего страшного, если она всего раз за все время работы в лавке поспит совсем немного подольше. Это ведь не преступление, да? Тем более, события прошлой ночи выбили из колеи, и это, пожалуй, можно назвать уважительной причиной. Торговаться с собой Мелании не пришлось — уже через пару минут она вновь уснула, отвернувшись к стене. Но и проспать долго больше не смогла: уже через полчаса в коридоре послышались шаги, затем — негромкий перезвон посуды на первом этаже, и вскоре по дому разнесся умопомрачительный запах свежепожаренных блинов. Сладость их аромата перемешивалась с легкой горечью горелого, и Мелания невольно улыбнулась, все же открывая глаза. Почему-то именно блины у Луанны то и дело подгорали, хотя выпечка всегда получалась идеальной, без единого уголька. Полежав еще с минуту с закрытыми глазами, Мелания поняла, что по-прежнему оставаться в кровати ей совесть больше не позволит, и заставила себя подняться. Потянулась, сонно щурясь, и поспешила заправить кровать, чтобы не возникло и мысли забраться обратно под одеяло. На кухню Мелания спустилась уже более или менее бодрая, босая и очень голодная. Остановилась на пороге, пытаясь сдержать зевок, и тут же получила смешок от Луанны. — Ну и видок у тебя, дорогая, — поделилась она впечатлением, переворачивая очередной блин. Подняла на Меланию сочувствующий взгляд и уточнила: — Тяжелая ночь? — Да, вроде того, — девушка тряхнула головой и неспешно прошла к столу, чтобы поставить на огонь чайник. Окинула Луанну взглядом, тихо хмыкнула под нос, отметив, что она тоже в отсутствие брата не потрудилась озаботиться правилами приличия и переодеться из сорочки в домашнее платье и туфли. Да и в целом не сказать, что выглядела свежей и выспавшейся. — У тебя, я смотрю, тоже так себе? Давно вернулась, кстати? — Ну… смотря что ты подразумеваешь под «тоже». А вернулась под утро уже, но поспать успела. Луанна загадочно улыбнулась, и Мелания поняла, что лишних вопросов лучше не задавать — иначе придется слушать рассказы о Жане и прошлой ночи, а как следствие густо краснеть от смущения. Не сказать, что она совсем не проводила время с молодыми людьми, но то, с каким упоением и восторгом Лу рассказывала об отношениях с Жаном, заставляло Меланию то и дело ощущать необъяснимые неловкость и стыд. Оставив чайник на огне закипать, Мелания отправилась доставать посуду для завтрака: чашки, тарелки, приборы, скромно сервировать стол и убирать испачканную Луанной посуду в раковину, чтобы помыть после. И в какой-то момент вдруг поймала себя на том, что ежедневная рутина, спокойная подготовка к завтраку вместе с Луанной и слабые лучи солнца, падающие в окно, затмили собой страхи и тревожные мысли прошлой ночи. Теперь все, что ей казалось, что думалось и мерещилось, казалось глупостью, прихотью испуганного сознания. Мелания понимала: ощущение внимательного взгляда в спину, страх оказаться ужином для нелюдя, питающегося человеческой кровью — не больше, чем следствие встречи с вампиром, Анривалем. Помощь ему — единственное реальное, что произошло прошлым вечером. А единственный страх, имеющий право на жизнь после этого — страх, что за Анривалем шли охотники на нелюдей и теперь могут прийти и в лавку. От подобных мыслей Мелании стало намного легче. Тремор пальцев наконец сошел на нет, голова окончательно прояснилась, а вздохнуть получилось свободнее. Мелания наконец позволила себе расслабиться, когда они с Луанной, разлив чай по чашкам и поставив полную тарелку блинов на стол, сели завтракать. Впрочем, от необходимости рассказать о помощи вампиру это не избавляло, и теперь Мелания судорожно пыталась подгадать подходящий момент. Метания девушки от Луанны не укрылись. Она то и дело поглядывала на Меланию, но никак не комментировала и не торопила, позволяя подруге собраться с мыслями. Благо с завтраком они не торопились: до открытия лавки оставалось еще достаточно времени. Однако Мелания умудрилась дотянуть с разговором до окончания завтрака, когда Луанна уже принялась собирать со стола грязную посуду. Все еще не говоря ни слова, она накрыла оставшиеся блины чистым полотенцем и оставила на столе, и уже хотела заняться мытьем посуды, когда Мелания, наконец, собрала волю в кулак. — Я вчера помогла вампиру. Мелания понятия не имела, какой реакции ждала, но уж точно не едва заметного наклона головы и короткого: — М-м? — Раненому вампиру, — пояснила Мелания, растерянно глядя на Луанну. Конечно, она не ждала вскрика ужаса и сиюминутного чтения молитвы. Однако это первый раз, когда Мелания одна помогает нелюдю, и, возможно, она ждала чуть больше внимания? — Ну, молодец. Растешь, — Луанна тихо хмыкнула и мягко улыбнулась. — А то, что тебя не покусали при этом — тем более молодец. Кристиана вот, например, его первый вампир выпить пытался… Она осеклась, перехватив напряженный взгляд Мелании. Замерла на несколько мгновений, думая о чем-то, потом тяжело вздохнула, выключила воду и, разлив из чайника остатки чая, опустилась обратно за стол. Отдала Мелании ее чашку, приказала коротко: — Рассказывай. Мелания помялась лишь мгновение. Обняла чашку руками, всмотрелась в свое отражение на поверхности чая и принялась коротко пересказывать: и про мальчишку, прибежавшего в лавку и просящего о помощи какому-то дяде, и про заброшенный дом, и про вампира Анриваля, который ее действительно сначала едва не укусил, когда она пыталась помочь. Луанна слушала внимательно, склонив голову к плечу и то и дело кивая, давая понять, что ничего не упускает в рассказе. А когда Мелания закончила, Лу вскинула бровь в легком скепсисе и протянула осторожно: — Анриваль… Что-то знакомое, — она задумчиво покусала губу, но потом тряхнула головой, бросив попытки вспомнить, где уже слышала это имя. Вместо этого бросила: — Ладно, это не важно. Лучше скажи, что тебя во всем этом беспокоит? — Что наконечник охотничий, — негромко отозвалась Мелания, поджимая губы. — С зазубринами, я его еле вытащила. — Думаешь, охотники? Мелания прекрасно видела, что Луанна хочет пошутить. И даже догадывалась, что о том, не боится ли она, что Анриваль придет ее «благодарить» за такое лечение. Но травница сдержалась, задумавшись над более насущным. — Ну… да, — отчего-то и мысль об охотниках теперь показалась Мелании глупой. Потому девушка опустила голову и поспешила спрятаться за чашкой с остывшим чаем, чтобы не видеть, как Луанна посмеивается над ней и ее глупым страхом. Вот только Луанна не смеялась. Она хмурилась, кусала губу и внимательно смотрела в окно, о чем-то глубоко задумавшись. Меланию даже передернуло: неужели она права в своих страхах, и им есть, чего опасаться? Чем дольше Луанна молчала, тем больше Мелании становилось не по себе. Ей казалось, будто только что припекающее сквозь оконное стекло солнце теперь скорее холодит кожу, а все вчерашние тревоги возвращаются и атакуют с новой силой. Тут же захотелось спрятаться куда-то, а еще лучше повернуть время вспять и не говорить Луанне ничего про вампира и помощь. Ведь, может, все не так уж страшно на самом деле, и это просто лишняя тревога? «Соберись, не трусь! — приказала себе Мелания мысленно и подобралась, когда Луанна, наконец, перевела на нее задумчивый взгляд. — Ты прекрасно знаешь, чем Кристиан и Луанна рискуют каждый раз, когда помогают нелюдям. А ты помогаешь им. Вы в одной лодке! Да и нет смысла паниковать раньше времени». Мысленная пощечина помогла едва ли, и Мелания тряхнула головой. Нет, все-таки она трусиха. Просто сначала делает и только потом думает — мама говорила, у нее это с детства. И перерасти никак не получается, вот и приходится расхлебывать. — Значит так, — к счастью, мысленные метания Мелании прервала Луанна. Она со стуком поставила чашку на стол и строго посмотрела на подругу. Та невольно выпрямилась и ответила внимательным взглядом в глаза, подобравшись. — Раньше времени не паникуем. Этот твой Анриваль мог просто гулять по лесу и нарваться на охотников на дичь, они иногда такие же стрелы используют, когда на оленей идут. Но! — она подняла руку и нахмурилась. — Лишний раз не высовываемся, пока ситуация не прояснится. Когда вернется Кристиан — расскажешь ему все, и нужно будет сходить туда, где ты виделась с Анривалем. Вряд ли, конечно, это даст понимание, жив твой вампир или нет, но, по крайней мере, можно будет осмотреться и, может, узнать что-то полезное. — Ты правда думаешь, что за ним могли охотиться? — Мелания и подумать не могла, что Луанна может рассуждать так холодно и решительно. — И вы что, уже сталкивались… ну, с охотниками? — Да, но в тот раз они закрыли глаза на то, что мы иногда делаем… Искали какого-то конкретного оборотня, — Луанна пожала плечами и мягко улыбнулась в попытке успокоить Меланию. — Не переживай, это обычная предосторожность. Если за ним действительно охотились, то скорее всего успокоятся, когда поймают. — А если не успокоятся и придут сюда? — Значит, будем действовать по ситуации. Луанна кивнула, словно подтверждая этим свои слова, а затем решительно поднялась. Разговор на этом явно стоило считать закрытым, и Мелания слабо улыбнулась подруге. Допила в несколько глотков остывший чай и тоже встала, наблюдая за тем, как Луанна забирает обе их чашки и отправляется к раковине — грязная посуда за время разговора никуда не исчезла. Мелания тихо вздохнула. Смутная тревога, что, казалось, отступила еще в начале завтрака, вновь вернулась и вцепилась в девушку всеми когтями. Она собиралась высосать всю энергию и положительный настрой, словно вампир кровь жертвы, и Мелания решила, что лучшее средство избавиться от нее — отвлечься на работу. В любом случае сейчас им остается только ждать Кристиана, чтобы решить, как поступать дальше, а лавку необходимо открыть уже через полчаса.               Кристиан вернулся домой только вечером, когда Мелания и Луанна уже закрывали лавку. День у них прошел без происшествий: враждебно настроенных гостей не заявлялось, нелюдей тем более. Только несколько постоянных посетителей да просто прохожие, что искали лекарства и травы по рецептам целителей. Тревоги все-таки отпустили. Не сказать, что Луанна показывала сильное беспокойство, но Мелания много времени провела на нервах, и забыть про них смогла лишь к середине дня, когда, кряхтя, то и дело чихая и ругаясь под нос, пыталась найти в ящиках последние склянки с настойкой для крепкого сна, за которой пришла очередная постоянная посетительница. Потому, когда Кристиан открыл своими ключами дверь жилой части дома и вошел в прихожую, услышал лишь приглушенные голоса девушек. Они что-то тихо обсуждали, посмеивались, закрывая лавку, и даже не услышали, как негромко хлопнула входная дверь и раздались шаги. Звать их Кристиан не стал. Только оставил в прихожей ботинки и плащ и, подхватив саквояж, который стоило убрать на место под прилавком в торговом зале, тихо пошел на голоса. На мгновение замер на пороге, с мягкой усталой улыбкой наблюдая за тем, как Луанна опускает шторы на единственном пока не прикрытом окне, а Мелания перебирает склянки в ящике под одним из стеллажей. Спокойный разговор подруг, негромкий перезвон флаконов с зельями и настоями, шорох задергиваемых штор и едва уловимый аромат пирога из печи погружал в ощущение уюта и умиротворения, полного ощущения и осознания того, что вот он — дом. Он вернулся в спокойную берлогу после тяжелых суток у госпожи Парменан над ее захворавшим, но даже в таком состоянии невыносимым сыном. Конечно, порой и жизнь в доме с двумя девушками медом не казалась, но девушки эти по крайней мере не чужие люди. — Я смотрю, вы и без меня с лавкой прекрасно справляетесь, — протянул Кристиан со смешком, когда Мелания достала из ящика все необходимые флаконы и принялась убирать ящик на место, а Луанна, поправив штору на окне, довольно потянулась. — Может, мне все-таки уехать от вас в отпуск куда-нибудь? На неделю-другую, м? — Кристи! — тут же проворковала Луанна, заметив брата, и поспешила в его объятия. — Даже не думай о таком! Если в отпуск, то всем вместе. — И оставить город без ваших настоек? Жестоко. Мелания, закрыв дверцу шкафа, поднялась и тоже подошла к Кристиану. Повиснуть на его шее, как Луанна, она себе позволить не могла, да и не хотела, так что они привычно обменялись коротким несильным рукопожатием. — То есть ты на его стороне?! — Луанна, оторвавшись от брата и позволив ему наконец поставить саквояж на прилавок, возмущенно обернулась на подругу и, уперев руки в бока, грозно воззрилась на нее. — Я этого не говорила, Лу, — с теплой улыбкой попыталась отвертеться Мелания. — Может, я за отпуск, просто по отдельности? Мы ведь с тобой без него сможем найти, чем заняться? Луанна задумалась лишь на мгновение, прежде чем довольно улыбнуться и уверенно кивнуть. Впрочем, что-то говорить девушка больше не стала. Только поцеловала брата в щеку и, взяв тряпку, отправилась протирать витрины. Мелания последовала ее примеру: поспешила расставить настойки, которые достала из запасов, на полку за прилавком, а затем опустилась в кресло и взялась за свои уже исчерканные записи. Рифмы никак не шли, но девушка не оставляла попыток. Кристиан проследил за девушками взглядом и заметно покачал головой, принимаясь перебирать содержимое саквояжа. Травник всегда старался содержать вещи в порядке, и предпочитал сразу положить на место лекарства, которые закончились, промыть инструменты и сложить все склянки и мешочки по карманам. На некоторое время они замолкли. Кристиан сосредоточенно перебирал саквояж, с которым приехал. Выглядел он озабоченным и явно глубоко задумался, но не торопился ничем делиться с девушками. Луанна, протерев все витрины, отправилась убирать тряпку, но вскоре вернулась — уже с книгой в руках. Мелания же, понимая, что рифмы снова не хотят складываться, глубоко вздохнула, откидывая голову на спинку кресла. Несколько мгновений молчала, прикрыв глаза и наслаждаясь тишиной и спокойствием. Конечно, она помнила о тревогах и о вампире Анривале, она помнила, что с Кристианом обо всем этом нужно поговорить, предупредить его, спросить, что они будут делать дальше… Но Мелания молчала, оттягивала этот момент, как могла. Казалось, что прямо сейчас — абсолютно безопасно. Потому что Кристиан вернулся, он жив и здоров, а к ним до сих пор не явились охотники. И это ведь хорошо, верно? — Ты, кстати, сегодня что-то долго, — все же произнесла Мелания, обращаясь к Кристиану. Она сдалась — отложила листы с пером и подперла голову рукой, наблюдая за травником. — Луанна вроде говорила, что к обеду вернешься. Луанна, бессовестно сидевшая на столешнице и листавшая книгу, тут же что-то согласно промычала и подняла глаза на брата. Кристиан, правда, в ответ первым делом только недовольно поморщился и махнул рукой, словно отгоняя муху, и продолжил сосредоточенно пересчитывать количество флаконов в саквояже. Кажется, делал он это уже раз в третий, и то и дело сбивался. — Кристиан? — помедлив, осторожно позвала Луанна, и тот тихо ругнулся, опять сбившись. Почесал нос, скривился и, все же захлопнув саквояж, проговорил: — Нам с вами нужно серьезно поговорить. Но я не знаю, как сделать так, чтобы не слишком… пугать вас. Мелания вздрогнула, почувствовав, как по спине от этих слов пробежал холодок, и невольно выпрямилась. Вцепилась в Кристиана внимательным взглядом, облизала губы. Покосилась на Луанну, но та и бровью не повела. Она так и не оторвала взгляда от брата, только кивнула. — Отлично. Потому что нам тоже надо с тобой кое о чем поговорить. И мы не знаем, как сделать так, чтобы ты сам нас не убил… — И что это должно значить, дорогая сестрица? — Кристиан, вмиг растеряв рассеянность, оперся руками о столешницу и внимательно посмотрел на Луанну. Та пожала плечами. — Ты первый сказал про разговор. Вот и говори, — Мелания готова поклясться, что в тот момент Луанна едва не уподобилась детям и не показала Кристиану язык, но лишь по той причине, что напряжение в комнате постепенно становилось все более осязаемым. Кристиан устало вздохнул и выпрямился. Сложил руки на груди, потер переносицу и медленно кивнул. Прищурился, глядя несколько мгновений перед собой и явно думая, с чего начать, и все же сдался. — Мел спросила, почему я задержался сегодня. От госпожи Парменан я выехал еще утром, но на въезде в город было не протолкнуться. Стража проверяла всех на въезд и выезд с большим пристрастием, — обычно мягкий и глубокий голос Кристиана вдруг стал глухим и трескучим. Травника явно напрягала ситуация, и он не знал, как лучше подать ее девушкам. — И… толпа всегда полна слухов, да, но эти слухи стража подтвердила. У стен города вчера вечером нашли обескровленное тело девушки. И вампира рядом с ней, — Кристиан поморщился. Прочистив горло, добавил: — Охотники гнали его из деревни неподалеку, но вчера вечером он успел проскочить в город до закрытия ворот и скрыться. Так что… Он развел руками, как будто позволяя девушкам самим додумать, какая опасность им больше грозит: попасться ночью голодному разозленному вампиру или навлечь на лавку подозрения охотников. У Мелании в груди от слов Кристиана похолодело. Что-то свернулось в тугой тяжелый ком и упало на дно легких, не давая нормально вздохнуть и пошевелиться. Казалось, ее придавило к креслу, и каждая клеточка тела сопротивлялась попыткам хотя бы поднять руку или сжать пальцы в кулак. Все, что могла делать Мелания — пытаться дышать глубже и слушать сумасшедший ритм сердцебиения в ушах. Впрочем, даже его перекрикивала всего одна мысль, вихрем пронесшаяся в голове: «Если за нами придут охотники, виновата буду я». Кристиан, заметив панику Мелании, тут же оказался рядом. Осторожно положил ладонь на ее плечо и несильно сжал в попытке обратить на себя внимание. А когда девушка перевела на него дикий взгляд, Кристиан попытался мягко улыбнуться ей. — Не переживай так, — вышло скорее напряженно, чем успокаивающе, и травник чуть крепче сжал ее плечо. — Все, что нужно — это не шататься по улицам в темное время суток и быть осторожнее, пока его не поймают… — Нет. Ты не понимаешь, — хрипнула Мелания и тут же помотала головой. Нахмурилась, судорожно выдохнула и с тревогой оглядела сначала Кристиана, затем Луанну. Та только поджала губы. — Я не понимаю? Чего? Мел?.. Мелания передернула плечами не то в попытке избавиться от накатывающей панической атаки, не то от хватки Кристиана. Пальцы подрагивали, и девушка заставила себя глубоко, но размеренно дышать. Давая Мелании убедиться, что паника отступила, Луанна вставила: — Видишь ли… У нас проблема чуть большего масштаба, чем ты думаешь, братец. Она перехватила взгляд Мелании, слабо улыбнулась и медленно кивнула, позволяя подруге собрать себя в кучу и самостоятельно объяснить все Кристиану. В конце концов, она заварила эту кашу — ей и отвечать. И Мелания, пожалуй, могла только с благодарностью посмотреть на Луанну, прежде чем начать говорить. — Я… Я вчера лечила вампира. Ну, Лу ушла, а там мальчишка прибежал, помощи просил… в общем, пациентом вампир оказался, — прохрипела она. Сначала косилась на Кристиана, но все же не выдержала и, опустив голову, сжалась. — И, кажется, это был тот вампир, за которым шли охотники… В лавке повисла напряженная тишина. Мелания сидела, виновато опустив голову и стараясь дышать глубже, чтобы не расплакаться. Ведь кто знает, к чему все это теперь может привести? Может, те ужасные картинки о казни ее и Луанны с Кристианом, что мучили ее пол прошлой ночи — и не игра воображения вовсе, не пустой страх, а интуиция? Луанна поджала губы и каменным защитником стояла за плечом подруги, готовая в случае чего дать брату отпор. Кристиан молчал, пытаясь собраться с мыслями и найти логику в словах Мелании. — А… прости, но с чего ты взяла, что это тот самый вампир? — все же прочистив горло еще раз, уточнил Кристиан осторожно. — Я вытаскивала из него наконечник стрелы. Охотничьей, с зазубринами. Кристиан на это что-то невнятно крякнул и медленно опустился на подлокотник кресла. Глупо надеяться, что это просто совпадение. Глупо надеяться, что в город вчера попало одновременно два вампира, в которых попали стрелами с зазубренными наконечниками, но в одного, которому и помогла вчера Мелания — по ошибке и вовсе не охотники на нелюдей. Потому что такого счастливого стечения обстоятельств просто не могло произойти. — Ну, что ж… — протянул через пару минут молчания Кристиан, явно не зная, что сказать и даже как отреагировать. — Мы в любом случае понятия не имеем, следили за ним охотники в тот момент, когда ты пришла, или нет… И, я так понимаю, не знаем даже, жив ли твой вампир? — Думаю, жив, — Мелания, помедлив, повела плечом и подняла на Кристиана виноватый взгляд. — Я вытащила стрелу, промыла и перевязала рану, оставила пару склянок с вашей настойкой, которая вампирам кровь временно заменяет… Она хлюпнула носом и затравленно посмотрела на брата с сестрой. Луанна тут же оживилась. — Я за водой. И, видимо, успокоительным? — она осторожно коснулась рукой плеча подруги и посмотрела на Кристиана. Тот поморщился, но кивнул — лишним вряд ли будет. Мелания спорить не стала, и Луанна, пробормотав что-то про напуганных маленьких девочек, отправилась на кухню. Кристиан проводил сестру взглядом, покачал головой и сложил руки в замок на коленях. Тяжело посмотрел на Меланию и, помедлив, проговорил: — В любом случае, если он жив, то для тебя это был полезный опыт… — Если ты пытаешься так разрядить обстановку или успокоить меня, то перестань, — девушка тряхнула головой и вновь шмыгнула носом. — Да нет, просто пытаюсь искать плюсы в ситуации. Но, думаю, то, что к нам до сих пор не пришли охотники — хороший знак… Кристиан, кажется, хотел добавить что-то еще, но его прервал деликатный стук, отчего они с Меланией одновременно вздрогнули и, напряженно переглянувшись, посмотрели на двери. Ни один из них не шелохнулся — в конце концов, время работы лавки уже окончено, и вывеска с расписанием у входа висит давно. Однако спустя полминуты стук повторился, но уже более настойчиво. Как раз в этот момент в торговый зал вернулась Луанна с подносом, на котором стояло три стакана воды и склянка с валерьянкой. Девушка замерла на пороге, тоже озадаченно уставившись на дверь. Когда стук повторился в третий раз, Кристиан все же поднялся с кресла, но Мелания не дала ему отойти. Вместо этого вцепилась в его рукав и прошипела едва слышно: — Мы закрыты! — Нормальные люди в такое время к нам и правда уже не ломятся, — шепотом отозвался Кристиан, высвобождаясь из ее хватки. — А если это не обычные люди… Он развел руками, позволяя додумать самостоятельно, и отправился открывать. Мелания и Луанна не шелохнулись, наблюдая за Кристианом, даже не переглянулись. Только напряженно следили за каждым его действием, вздрагивали от щелчков в замке, когда травник поворачивал ключ и нажимал на ручку. — Простите, но мы закрыты, — Кристиан умудрился натянуть самую дружелюбную из всех своих улыбок, открывая дверь, и так и замер на пороге. — Я знаю, — послышался с улицы бархатный глубокий голос, и Мелания вытянула шею в попытке разобрать, кто пришел. — Но ведь особенных гостей вы принимаете именно в это время, верно? На слове «особенных» гость сделал акцент, отчего его голос стал немного хриплым — и Мелания так и замерла в неудобной позе, не веря своим ушам. Сглотнула, нахмурилась и как можно более неслышно поднялась. Луанна попыталась шикнуть на нее, но девушка только отмахнулась. — Простите, я не совсем понимаю, о чем вы… — проговорил Кристиан, но запнулся, когда гость не грубо, но настойчиво перебил его. — Не подскажете, госпожа Мелания не здесь ли проживает? Кристиан даже рта не успел раскрыть, чтобы ответить — возможно, даже соврать, — когда на цыпочках подошедшая Мелания замерла за его плечом и в недоумении воззрилась на незваного гостя. Тот, перехватив ее взгляд, улыбнулся краешком губ и по-птичьи склонил голову к плечу. — Добрый вечер, Мелания. В этот момент девушка краем глаза заметила, как Кристиан покосился на нее в недоумении. Внутри лавки, кажется, что-то разбилось, раздалось едва слышное шипение Луанны. Но посмотреть, что произошло, Мелания не могла — боялась, что как только разорвет зрительный контакт, произойдет что-то плохое. Потому она только слабо кивнула и все же нашла в себе силы выдавить: — Добрый вечер, Анриваль.