THIRDS: Love & Payne # 10.5 (Любовь и Пейн)

— Какой же ты властный. — Сколько ты меня знаешь? — фыркнул Остин, стягивая рубашку с Брейдена и открывая своему взору стройный торс. — Достаточно долго, — добродушно поддразнил Брейден, возясь с пуговицей джинсов Остина, одновременно целуя, облизывая и покусывая любой участок его кожи, до которого мог дотянуться. — Черт, ты не мог бы побыстрее раздеться, а? Клянусь, если ты не трахнешь меня в ближайшие пять минут, я взорвусь. — Какие мы нетерпеливые, — усмехнулся Остин. — Не самое лучшее качество для человека нашей профессии. — Отвали. Ты бы тоже был нетерпелив, если бы у тебя не было секса так долго, как у меня, — зарычал Брейден. — Я торчал в Москве целую вечность. — Ты был там всего два месяца. — Самые долгие два месяца в моей жизни, — драматично заскулил Брейден, заставив Остина улыбнуться. — Мои яйца были синими, и не только от воздержания. — Ты террианец-снежный барс. Ты должен любить снег. — Остин стянул свою рубашку через голову и бросил ее на пол, чтобы продолжить снимать одежду Брейдена. — Да, в дикой форме у меня толстая кожа и меховая шуба, а вот мое человеческое тело не обладает ни тем, ни другим. — Может, уже перестанешь ныть? — Остин сбросил с себя остатки одежды и выгнул бровь, глядя на Брейдена, который окинул его похотливым взглядом и застонал. Брейден прикусил пухлую нижнюю губу и кивнул. Он обнял Остина за шею, и Остин с тихим смехом покачал головой. — Ты такой придурок. — Очаровательный придурок, — заметил Брейден, притягивая Остина к себе. Он прижался бедрами к бедрам Остина, заставив его застонать. — Очаровательный, голый и очень возбужденный придурок. — Брейден потянулся, чтобы поцеловать его, но Остин вздрогнул, остановив его на полпути. — Разве это что-то изменит? Остин вздохнул и прислонился лбом ко лбу Брейдена. — Многое, Брэй, ты же знаешь. Извини. — Между ними было только одно правило, которому Остин следовал с самого начала. Никаких поцелуев. Только секс. Остин посмотрел на него сверху вниз с грустной улыбкой. — Я не хочу тебя ранить. Ты мой лучший друг. Брейден усмехнулся: — Я твой единственный друг, — уголки его пухлых губ слегка дрогнули в улыбке. — Мерзавец, — засмеялся Остин, прежде чем протрезветь. — Вот почему я не могу. Брейден Кавана был красивым молодым человеком с милым личиком, которое могло бы стать либо величайшим приключением какого-нибудь удачливого ублюдка, либо трагедией, ожидающей своего часа. С распущенными длинными светлыми волосами, большими голубыми глазами, стройным телом атлета, Брейден был настоящим воплощением эротического сна. Когда он широко распахивал свои глаза или опускал свои длинные ресницы, его щеки краснели, а розовые губы надувались, любой, независимо от пола, попадал под его чары и падал перед ним на колени. Остин еще не встречал другого примера физического совершенства, подобного тому, каким был Брейден, от его четко очерченных мышц до плоского живота, упругой задницы и тонких черт лица. Его красота и сила обольщения сделали его идеальным агентом TIN. Не было ни одной иностранной цели — будь то высокопоставленный чиновник, солдат или торговец оружием, — которую Брейдену не удалось бы обвести вокруг пальца. Только Остин был исключением из правил. — Ладно, никаких поцелуев. Теперь мы можем трахаться? — Брейден ущипнул Остина за подбородок и схватил его за задницу. — Да, — прорычал Остин, прижимаясь к Брейдену. Они катались по кровати, между ними снова нарастали жар и похоть. Остин протянул руку и стал шарить по кровати в поисках презерватива. Найдя, он схватил его, как вдруг зазвонил телефон, играя раздражающе знакомую мелодию, означавшую, что сексу конец. «Твою мать!» — Черт, просто не отвечай. — Серьезно? — хмыкнул Остин. — Хочешь, чтобы я сказал нашему боссу, что не ответил на ее звонок, потому что был слишком занят, трахая тебя? Брейден усмехнулся и перевернулся на другой бок. — Ладно, ответь. Остин схватил свой телефон и приложил большой палец к экрану. Он оттолкнул руку Брейдена от своей задницы и поднес телефон к уху. — Надеюсь, у тебя хорошие новости, — проворчал он. — Если хочешь его увидеть, то он в Нью-Йоркской пресвитеррианской больнице. Остин резко выпрямился, кровь в его жилах застыла. Ему даже не нужно было спрашивать. Он знал, кого имела в виду Спаркс. Она звонила ему только по поводу двух человек, и один из них в данный момент был на другом конце света со своим надоедливым мужем. — Что случилось? — Сегодня возле штаб-квартиры THIRDS было совершено покушение на жизнь Аарона Барлоу. Две бронированные машины прорвались через баррикады, одна из них врезалась в Зака, когда он спасал дочь Барлоу. Десять минут назад ему сделали операцию. Внутреннее кровотечение. Как мне сообщили, ему очень повезло. «Блять». Остин провел рукой по лицу. — Спасибо. — Он завершил вызов и вскочил с кровати, чтобы собрать свою одежду по всей комнате. — Что происходит? — Мне нужно идти. — Ты шутишь? Да ладно, неужели это не может подождать несколько минут? — Брейден скатился с кровати и взял Остина за руку, его мальчишеская улыбка исчезла с лица, когда их глаза встретились. — Черт. Это Слоан? Остин покачал головой. Было только два человека, которых он впустил в свое сердце, каждого по своей причине, и теперь один из них был в больнице в бог знает каком состоянии. — Зак… — Брейден отпустил Остина и сел на край кровати. — Мне так жаль. Тому, кто причинил боль Заку, будет жаль еще больше. «Пожалуйста, пусть с ним все будет в порядке». Осмонд Закари был полной противоположностью Остина во всех смыслах. Он был воплощением добра. Огромный медведь-террианец, который всегда помогал беспомощным старушкам переходить улицу и забегал в горящие здания, чтобы спасти котят, щенков и крошечных сирот. Супермен и Капитан Америка нервно курили в сторонке, и как бы сильно Остин ни хотел забыть его, он просто не мог, и он проклинал себя каждый чертов день за то, что у него не хватало смелости уйти. — Я могу чем-нибудь помочь? — спросил Брейден с беспокойством в больших голубых глазах. Остин закончил одеваться и покачал головой, благодарный Брейдену за понимание. Брейден был больше, чем просто приятелем по сексу. Да, они занимались сексом всякий раз, когда были в одном городе, но Брейден был хорошим другом, одним из немногих людей, которым Остин доверял. Он уже собирался направиться к двери, но тут понял, что Брейден может кое-что для него сделать. — Вообще-то, да. Одевайся. Мне нужны твои навыки управления толпой. — Копы или репортеры? — спросил Брейден, торопливо натягивая джинсы. — Семья. Брейден приподнял бровь, глядя на него. — Если Зак в больнице, это означает, что весь клан Закари тоже там. Их девяносто пять. — От одной этой мысли у Остина задергался глаз. Черт, родители, братья и сестры Зака, вероятно, были вне себя. Остин не мог с этим смириться. Ему нужно было увидеться с Заком наедине, убедиться, что с ним все в порядке. У Брейдена отвисла челюсть. — Девяносто пять? Ты же пошутил сейчас? Остин покачал головой. Он знал каждого члена клана Закари, благодаря своему маленькому хобби. — Не вся семья будет ждать в приемной, многие будут на территории отеля или рядом с ним. Зак — младший сын в семье, любимый дядя и двоюродный брат. Ты утонешь в океане медведей-террианцев. — Остин похлопал Брейдена по щеке. — Брэм и Эдан — второй и третий по старшинству из братьев Закари. Они ближе всего к Заку, одиноки и, к счастью для тебя, отдадут предпочтение очаровательному террианцу-снежному барсу с аппетитными губами. Поработай над ними, и у тебя не будет проблем с Колином. Брейден последовал за ним из гостиничного номера. — Кто такой Колин? — Старший брат Закари и руководитель команды Зака, — ответил Остин, пока они быстро шли к лифту. — Это происшествие случилось в его дежурство, так что он будет самым злобным ублюдком, а ведь он пиздец как страшен, даже когда в хорошем настроении. Дети — это святое, так что, если ты вдруг спасешь одного из них в пожаре или аварии, то все остальные будут есть с твоих рук. Двери лифта открылись, и Брейден вошел вслед за Остином с озорством в небесно-голубых глазах. — Для того, кто избегает Зака, как чумы, ты слишком много знаешь о нем и его семье. — Заткнись, — пробормотал Остин, мысленно заставляя лифт двигаться быстрее. Он проигнорировал смех Брейдена, когда они добрались до вестибюля, и бросился к дверям. Выйдя на улицу, они поймали такси, и в ту же секунду, как дверь Брейдена закрылась, они уехали. Когда они добрались до больницы, Остин выпрыгнул из машины, оставив водителя на Брейдена. «Блять». Остин заметил около дюжины членов семьи Зака, разбросанных за пределами больницы. Большинство из них двоюродные братья. Неподалеку также была припаркована пара новостных фургонов. Они уже готовились брать интервью. Остин усмехнулся про себя. Бедняги думали, что смогут добраться до Зака или его ближайших родственников. Хотел бы он остаться и понаблюдать за кровопролитием, особенно, как Нана Элсбет и Нана Ларена уничтожат их. Их любимый внук, Осмонд, был ранен, и больница была завалена праправнуками и праправнучками. Любой, кто вздумает приблизиться к ним, будет поджарен. Как только Брейден присоединился к нему, они поспешили внутрь, все были слишком заняты, разглядыванием репортеров, чтобы обращать на них внимание. Здание было переполнено, и они, опустив головы, быстро шли через вестибюль. Остин достал из кармана свой смартфон с усиленной защитой от взломов, который ему выдали TIN. Хотя, он больше представлял из себя крошечный портативный компьютер с возможностью открывать двери с любой цифровой системой, подключенной к сети интернета. Войдя в разведывательную сеть Ахлис, которой пользовались TIN, он осторожно поднес телефон к лицу. Остин просканировал сетчатку своего глаза, а затем приложил большой палец к появившемуся экрану, и… Вуаля! Они были внутри. Нажав кнопку, он подключился к главному компьютеру больницы и через несколько ударов сердца обнаружил в их базе данных Осмонда Закари. — Знаешь, я через многое прошел в своей карьере, но я могу с абсолютной уверенностью сказать, что это самый ужасный момент в моей жизни. Остин похлопал Брейдена по спине. — Не подведи меня, Брэй. Мне нужно незаметно подобраться к нему поближе. Брейден вздохнул. — Окей. Я справлюсь. Делай, что должен. Он не сомневался, что Брейден справится. Остин врывался в эту больницу бесчисленное количество раз. Большую часть времени он маскировался, но сегодня у него не было на это времени. Он проскользнул в отделение интенсивной терапии и нырнул в один из шкафов, затем запер его за собой. Он воспользовался своим телефоном, чтобы получить доступ к файлам персонала больницы, нашел то, что искал, и сунул телефон в карман, прежде чем выскользнуть из шкафа, чтобы найти нужную ему раздевалку. К счастью, она была пуста. Найдя нужный шкафчик, он убедился, что поблизости никого нет, а затем взломал его. Он быстро оделся в синюю медицинскую форму, прикрепил бедж медбрата гепарда-террианца, который легко мог сойти за Остина, и закрыл шкафчик. По пути к посту медсестер он схватил планшет для бумаг и поспешил по коридору в поисках послеоперационной палаты, в которую перевели Зака. В больнице, как обычно, кипела бурная деятельность, к тому же в хаосе, разразившемся за пределами штаб-квартиры, прибавились раненые. Остин добрался до палаты Зака без происшествий, но ведь именно этому его и учили — быть невидимым. Пройти сквозь толпу, чтобы тебя никто ни в чем не заподозрил. Найдя нужную палату, он быстро осмотрел коридор, затем проскользнул внутрь. Он закрыл за собой дверь, сделал глубокий вдох и повернулся. Остин не был верующим. Его жизнь и мир были слишком изуродованы, чтобы он мог поверить в высшую божественную силу. В мире нет настоящего добра, по крайней мере, в этом он убедил себя давным-давно. Никто так и не смог убедить его в обратном. Но сейчас перед ним было доказательство существования добра, и именно поэтому он должен был приготовиться к худшему. Взяв себя в руки, Остин расправил плечи и выпрямился во весь рост. Он подошел к кровати Зака и встал рядом. В палате было тихо, если не считать звуковых сигналов и шума от аппаратов, контролирующих жизненные показатели Зака. Его светлая кожа была в синяках, красивое лицо было испещрено порезами и ссадинами. В одной руке у него была капельница, удерживающая его организм от обезвоживания, а в другой — капельница, вводящая обезболивающее. К счастью, дышал он самостоятельно. Остин стучал по своему телефону, просматривая отчет о том, что произошло с Заком. Его сердце бешено забилось в груди, а кровь вскипела. Бронированный автомобиль врезался в Зака, подбросив его на пару метров в воздух, прежде чем он тяжело рухнул на бетонный тротуар. Его тактическое снаряжение и тот факт, что он был медведем-террианцем, сложенным как широкий склон горы, были причинами, по которым он не только выжил, но и не получил опасных для жизни внутренних повреждений. Мелкому террианцу, такому как Остин, не повезло бы так сильно. Кто бы ни сделал это с Заком, Остин найдет их и заставит заплатить. А прямо сейчас ему просто нужно было удостовериться, что с Заком все будет в порядке. Убрав телефон, Остин встал рядом с Заком, чувствуя, как его захлестывает чувство вины. Пока он кувыркался в постели с Брейденом, Зак боролся за свою жизнь. Но откуда, черт возьми, он должен был знать? Он ведь не мог следить за Заком каждую минуту. Кроме того, Зак был агентом военнизированного подразделения. Он знал, на что идет. Черт, они даже не были друзьями. Остин не должен беспокоиться о нем. Какого хрена он вообще здесь делал? Он не должен следить за Заком или его семьей. «Ты должен уйти». И все же, вот он здесь, бросает все, чтобы проведать Зака. Раньше он без зазрения совести уходил, забывал, бросал. Действовал холодно и рассудительно. Так почему же сейчас он подвергает себя такому испытанию? Остин старался не находиться в одном пространстве с Заком, но обстоятельства продолжали сталкивать их вместе. Обстоятельства и один надоедливый блондин, который считал себя свахой. Бывший агент THIRDS, ставший оперативником TIN, Декстер Дж. Дейли был колоссальной занозой в заднице, но не было никого более честного. От этого у Остина сводило челюсть. Этот парень был наполнен бездонным запасом любви и доброты, он был единственным, кто смог спасти Слоана от самого себя. Эти двое были созданы друг для друга. Как только Остин смирился с тем, что Слоан никогда не будет видеть в нем больше, чем младшего брата, в мире Остина восстановилось равновесие. Пока Слоан не испортил все своими благими намерениями. В этом и была проблема хороших парней, — они всегда пытались «помочь». Одним телефонным звонком Слоан Броуди перевернул жизнь Остина с ног на голову. Но правда заключалась в том, что он мог винить только самого себя. Мальчишеское желание произвести впечатление на Слоана во время расследования привело к тому, что Остин получил травму. К большому неудовольствию Остина, Слоан решил нанять няню. Из всех агентов THIRDS, которых Слоан мог выбрать, он позвонил Заку. Та ночь все изменила, и благодаря вмешательству Декса Зак продолжал появляться в тех же местах, что и Остин. Правда Остин был совсем не мил с Заком. Но вместо того, чтобы уйти или послать Остина куда подальше, Зак продолжал искать его. Почему? Какого черта Заку от него было нужно? — Ты пришел. Остин вздрогнул от низких, хриплых слов, и его глупое сердце застыло при виде милой улыбки Зака. Зак еще не совсем проснулся, и, казалось, ему было трудно держать глаза открытыми. Его лицо раскраснелось, а зрачки расширились от всех лекарств, которые были в его организме. По крайней мере, он, казалось, не испытывал боли. Остин протянул руку и нежно провел пальцами по заросшей щетиной щеке Зака. — Тс-с-с, ты спишь. Зак откликнулся на его прикосновение, и его глаза закрылись. — Чудесный сон, — выругался Остин себе под нос. Черт, Зак был таким необычным. Остина никогда не привлекали более крупные террианцы. На самом деле, всю свою жизнь он делал все возможное, чтобы держаться от них подальше. Как гепард-террианец, Остин мог быть очень быстрым, но в то же время он был меньше и более уязвим. Зак мог бы вырубить Остина одним ударом. Он весил чуть ли не в три раза больше, чем Остин. Даже на больничной койке, под белым одеялом и раненый, он был внушителен. Но, черт возьми, он был безумно красив, с взъерошенными рыжевато-каштановыми волосами, которые теперь нуждались в стрижке, поскольку они вились вокруг ушей. Его заросший щетиной подбородок был точеным, губы широкими и полными, брови густыми, а на носу и щеках виднелась едва заметная россыпь веснушек. Остин заметил их несколько месяцев назад, когда Декс обманом заставил его танцевать с Заком. Их столкнули друг с другом на танцполе, и Остин хмурился на Зака большую часть танца, но это дало ему достаточно времени, чтобы незаметно изучить красивое лицо Зака. — Ты должен забыть обо мне, — тихо прошептал Остин, когда Зак положил свою огромную ладонь на его маленькую руку. Пухлые губы Зака слегка приоткрылись, но Остин продолжил, не дав ему сказать. — Найди себе хорошего парня, выйди замуж, заведи полный дом детишек, как и все в твоей семье. Я тебя не стою. Поверь мне. Зак медленно покачал головой в стороны, что означало, как предположил Остин, — Зак с ним не согласен. — Ты стоишь гораздо большего… — сонно пробормотал он. — Мы нужны… друг другу. Остин вытащил свою руку из-под огромной теплой ладони Зака. — Уж, прости, бойскаут, но мне никто не нужен. — Он убедился в этом давным-давно. У Зака была целая армия любящих членов семьи, если уж на то пошло. Какого черта ему понадобился такой сломленный, испорченный парень, как Остин? — Это не так. Остин с трудом сглотнул. Зак бредил из-за тонны обезболивающих и антибиотиков, поэтому понятия не имел, что, черт возьми, говорит. К тому же, он все равно ничего не вспомнит, так зачем спорить? — Да-да, здоровяк. — Вот увидишь, — тихо ответил Зак, уголки его губ приподнялись в улыбке. Будто он знал какой-то большой секрет, которого не знал Остин. Остин покачал головой. — Береги себя, Зи. — Он повернулся, чтобы уйти, но Зак поймал его за руку. Ладонь Зака была такой теплой, кожа мягкой, а пальцы сжимали Остина достаточно крепко, чтобы дать ему понять, чего он хочет. — Останься. — Я не могу. — Остин ненавидел себя за то, что его голос дрожал. Он злился, что его сердце не слушало его и тянулось обратно к Заку. Особенно он ненавидел маленькую искорку надежды, пульсирующую где-то во мраке его черной души. Если Остин не положит этому конец раз и навсегда, в конечном итоге он влюбится в Зака, и когда Зак увидит настоящего Остина, он сбежит. И это непременно уничтожит Остина. Он слишком долго защищал то, что осталось от его сердца, чтобы пойти на такой риск, особенно когда знал, каким будет результат. У них с Заком не было будущего. Если Остину по-настоящему дорог Зак, то он должен уйти. «Сейчас самое время». Время перестать давать Заку и себе надежду.