Омут заблудших душ

Хотелось бы мне сказать, что мэтр Раймон почти не изменился за прошедшие годы. Но, увы. Он сильно изменился. Вместо добродушного коротышки, похожего на довольную жизнью лягушку, на меня смотрел худощавый старик, скорее напоминавший уставшую, грустную рептилию, изгнанную с привычного места обитания, вынужденную скитаться в чужих, холодных краях. — А вы совсем не изменились, мадонна, — улыбнулся он. Вот улыбка у него, действительно, не изменилась, с добрым чувством подумала я. — Вы тоже, мэтр. По-прежнему величаете меня незаслуженными титулами. Мне ужасно захотелось подойти и обнять его. Почему бы и нет? Освободившись из моих рук, он торжественно изрек: — Я. Очень. Рад. Вас. Видеть. Мадонна. — И я… благодарю вас, мэтр, что смогли приехать… — Вы можете называть меня просто Раймон, дорогая. Вам нужна моя помощь? — Да, — я протянула ему гримуар Сен-Жермена. Раймон осторожно взял книгу и покрутил ее, рассматривая со всех сторон. — Давненько я ее не видел… - протянул он. - Однако… Не настолько давно, чтобы она успела так состариться… Сколько лет этой книге, Клэр? Ничто от него не скроется. — Двести, Раймон, — ответила я. — Ей двести лет. Он кивнул, пристально глядя на меня. То ли и раньше догадывался, то ли уже не способен был ничему удивляться. Впрочем, я этому обрадовалась. Так будет гораздо проще все объяснить. Я раскрыла гримуар на странице с нарисованным Крэйг-на-Дуном: — Вам знакомо это место? Знаете что это? — Знаю, мадонна, — вздохнул он. — И вы тоже, я полагаю. — Душа Джейми застряла там, в камнях! Я должна вернуть его! — без предисловий выпалила я, потому что пересказывать все с самого начала не было сил. — Я уже попыталась однажды. Но не смогла произнести заклинание, проход закрылся быстро, и я не удержала его… — Какое заклинание, мадонна? — настороженно, даже, кажется, немного испуганно перебил меня Раймон. — Вот это! — я ткнула в надпись на рисунке. — И вы хотели… — он отчего-то замолчал, не договорив. — Хотела дольше продержать коридор открытым! Что же еще?! — Клэр, оно вовсе не для этого… — Для чего же тогда?! — Для того чтобы запечатать душу жертвы в камне и забрать себе оставшиеся годы ее жизни. — Господи… — выдохнула я. — Но она сказала… а, не важно… Я закрыла лицо руками, чувствуя приближение волны отчаяния… — Клэр, дорогая, — мягко сказал Раймон. — Не горюйте. Все поправимо. Я помогу вам, чем смогу. Он поднял руку и стал медленно поворачивать кисть, вглядываясь в ладонь. Чуть погодя кончики его пальцев засветились голубоватым светом, тем самым, который когда-то излечил меня. — Удлинить время жизни коридора не получится, — задумчиво произнес Раймон, — но у вас будет больше сил для борьбы с одичавшими душами, что бродят там. Надежда! Спасибо за этот подарок, дорогой мой друг! Её-то мне больше всего не хватало... — Но вы должны все мне рассказать, мадонна. И прежде всего как вы меня нашли? Я указала на его перстень. — Фергюс вспомнил о нем, когда увидел такой же рисунок в гримуаре. И назвал мне ваше имя. Раймон помолчал. — На будущее, дорогая мадонна, мой вам совет: держитесь подальше от вещей и людей, украшенных этим символом. Не все они также безобидны, как я… Безобиден. Ага. Кому-нибудь другому расскажи… — И книгу эту лучше бы вам не хранить у себя. Она запросто может стать проводником на костер инквизиции. — А вы сами? Костра не боитесь? — я снова кивнула на его перстень. — Не думали от него избавиться? — Рад бы, дорогая, да не получится, — он протянул мне руку, и я разглядела… — Он часть меня, мадонна. Неприятный холодок пробежал по моей спине. Кольцо с изображением треугольника с закрытым глазом внутри не просто было надето на палец старика, а буквально вырастало из него. Границы между человеческой плотью и серым гранитом перстня не существовало.

***

Раймон держал мои руки, и голубое свечение ледяными волнами вливалось в мои ладони, струилось по коже, водопадом лилось в сердце… Это было… живительно… иначе не скажешь. Тонны накопившейся усталости, наслоения печали, горечи, страха растворились без следа в этом потоке, будто их и не было… Когда же он отпустил меня… Мир изменился. И в то же время остался прежним. Деревья, окружавшие поляну, недовольно шептались, что люди снова разбудили бурю. Трава тихонько шелестела о том, что уже целую неделю не было дождя… Но мне было не до них. Я снова стояла перед проклятой каменной глыбой и думала о том, что хочу разнести ее к чертовой матери на мелкие куски и расшвырять их по всей округе, чтобы ни следа, ни крошки не осталось, ни намека, ни воспоминания… после того, как вызволю оттуда моего Джейми… Сжала в кулаке крупный, искристый топаз и попыталась сосредоточиться на словах Раймона. — Подождите, Клэр! Не спешите! Возможно, там… Ждать?!.. Ждать я больше не могла. Камни, почуяв мое бешенство, взвыли в ответ, словно стая обезумевших оборотней в полнолуние. Я буквально с разбега всем телом врезалась в серую твердь, которая подо мной спружинила и прорвалась… И я провалилась в уже знакомую, окаянную пустоту… На этот раз ощущения снова были иными, чем прежде. Страха не было. Боли тоже. Скованности и неуверенности — ни следа. Где-то сбоку и за спиной я чуяла неясное движение безликого тумана, который разлетелся, как дым на ветру, когда я увидела Джейми. И глазам своим не поверила… или чем я тогда смотрела… Передо мной стоял огненный бог, сотканный из лавы и пламени. Алые, золотые, белые, багровые сполохи обрисовывали контуры его мощной фигуры. В этом невероятной красоты переливчатом свете я различала даже черты лица и рельеф мускулов нагого, прекрасного тела. Когда он шагнул ко мне, снопы сверкающих искр вспыхнули и разлетелись вокруг, разбудив тьму и разогнав трусливых, жадных демонов, круживших около нас. Я дотронулась до него, и пламя тут же потекло по моей руке, как и в прошлый раз, но теперь всю меня объял жар. Я сгорала, замирая и дрожа от прикосновения к нему… Это было чем-то сродни телесной близости, но, в отсутствии физических тел, слияние наших обнаженных душ давало ощущение свободы, покоя, островка гармонии посреди бушующего океана первозданного хаоса… Не знаю, что вернуло меня в сознание. Нужно было уходить. На этот раз я не могла рисковать снова потерять его. Потянулась к гаснущему путеводному лучу и подождала, пока объявшее меня пламя сольется с ним и растворится в источнике света. Убедившись, что Джейми свободен, я позволила себе немного расслабиться и неожиданно, будто периферийным зрением заметила неяркие, зеленоватые огоньки, сложившиеся в маленькую фигурку, колеблющуюся, словно трава на ветру… В памяти возникли слова Раймона: «…заклинание, чтобы запереть душу жертвы в камне и забрать оставшиеся годы ее жизни…» Но почему она такая?.. И слова Джейми: «…с ней жила девочка, все звали ее сироткой Мэгги…» Она что же… Эта чертова гадина принесла в жертву ребенка?!.. Я не могла отвести взгляд… все смотрела на тихо мерцающую детскую душу… зеленоватый огонек, несмело тянущийся ко мне из сгущающегося позади мрака… Я не могла ее там оставить. Позвала с собой. Прикоснулась к ней. Пламя вспыхнуло светлым отблеском и скользнуло мне в ладонь. Я огляделась, ища выход… И не нашла его. Луч погас. Омут сомкнулся над моей головой. Я осталась во тьме.