Омут заблудших душ

— Джейми, умоляю, не рискуй понапрасну. Продумай и подготовь все хорошенько, не спеша. Я вполне могу подождать. Я научилась отлично с ними справляться… Я очень надеялась, что он мне поверит. И почти не лукавила. Когда я смогла заговорить с ним, что-то кардинально поменялось то ли во мне самой, то ли в этом странном пространстве, где я была заперта. Моя связь с любимым превратилась в некую цепь, державшую меня на поверхности темного океана, не давая погрузиться в глубину, где я была раньше, и меня окружали сонмы адских созданий, пивших жизнь из моей души, как из колодца посреди пустыни. Сейчас они все еще могли приблизиться, но я крепко держалась за голос Джейми, звучащий в моем сознании, и легко отталкивала их, словно надоевших насекомых. Хуже дело обстояло днем, когда мое тело бодрствовало, и наш контакт с Джейми прерывался. Но тогда я вспоминала его, держала в сознании его образ и наши совместные воспоминания и, как он и предсказывал, это помогало мне уверенно продержаться до следующей ночи. — Сассенах, не беспокойся, девочка моя. Тебе нельзя пускать в голову никакие горькие, тягостные мысли, это ослабит тебя, а они чуют их и слетаются, как на пир. Бога ради, не переживай за меня. То, что мы задумали, не так уж сложно сделать. Все будет хорошо. Обещаю! Не так уж сложно. Похитить из тюрьмы Эдинбурга приговоренного к казни, незаметно увезти его из города и добраться с ним до Крэйг-на-Дун. Имея в команде однорукого парня и старика, временами отважного, но совершенно не приспособленного к приключениям. Кажется, ничего не упустила. Да. Проще простого. И я собиралась еще усложнить им задачу. — Милый, я должна тебе кое-что сказать… Плохое начало. Его голос дрогнул, когда он спросил: — Что, родная? — Я здесь не одна. Со мной рядом душа ребенка. Той девочки, Мэгги, я так думаю. Ее тоже нужно выпустить. Тишина. — Джейми? — Это из-за нее ты не смогла выйти вместе со мной? — голос прозвучал приглушенно. — Да… наверное… но она в этом не виновата! Она тоже хочет жить, Джейми! Я не могу ее здесь оставить! Снова тишина. — Я скажу Раймону, — тихо ответил он, и я явственно услышала грусть. — Но где ей жить, если ее тела уже нет? — Не знаю, милый. Но может Раймон что-нибудь придумает. Прошу, родной мой, не бросайте ее… — Ох, сассенах, сердце мое… Вижу, никакое время не властно тебя изменить…

***

Одним из замечательных качеств Джейми всегда была способность привлекать к себе людей. Некий организаторский магнетизм, не иначе. Что бы он ни затеял, всегда вокруг него собиралась сплоченная группа друзей-единомышленников. Но магнетизм магнетизмом, а для этого предприятия его было явно не достаточно. Собственно, сколотить ватагу лихих ребят в Эдинбурге, действительно, было делом не сложным. Но такой команде нужен был куш. А куша за похищение никому не ведомого смертника совершенно не предвиделось. У Джейми денег не было, и Раймон помочь ничем не мог, так как сам вел житье крайне бедное. Деньги, накопленные в Париже благодаря обслуживанию знатных клиентов, давно были истрачены. А эдинбуржцы относились к нему с опаской. Покупателей мэтр имел не много, да и те были в основном из низших слоев общества. Жил он на окраине в небольшом доме, едва вместившем троих непрошеных гостей. За неимением денег Джейми нужна была идея, а ее тоже не было. Зато было понимание, что в любом случае начать следовало с поиска нужных связей. Благо у Фергюса был нюх на подобные вещи, и очень скоро он раздобыл информацию, что одной из заметных фигур теневой жизни Эдинбурга был субъект, которого все называли мистером Пэйсли. Говорили, что это человек с сотней личин и множеством самых разнообразных интересов, порой довольно неожиданных. Он собирал дань с нескольких борделей, держал кузницу, небольшую художественную мастерскую, зал для петушиных боев и вдобавок не брезговал контрабандой. Этот последний факт наводил на размышления… Но факт ли это был или только слух следовало проверить, и нужно было присмотреться к этому мутному типу. Так решил Джейми и устроился работать в кузницу, принадлежащую Пэйсли. Нанять за мизерную плату помощником старого кузнеца здоровенного, сильного горца, который ударом кулака мог быка повалить, это, несомненно, была большая удача. Даже слегка подозрительная удача, если вдуматься. Но еще об одном неожиданном аспекте этого выгодного приобретения наипрактичнейший мистер Пэйсли даже не подозревал. С появлением в кузнице означенного горца клиентура кузнечных дел мастера начала стремительно расти. И, что самое удивительное, пополнялась она исключительно представительницами женского пола из самых разных сословий. У всех этих дам, служанок, торговок и прочих неожиданно появились совершенно неотложные потребности обратиться к кузнецу. Одной срочно понадобилась подковка на счастье, другой украсить медными уголками шкатулку, третьей нужно было переплавить серебряный кубок в браслет и так далее. Все, как одна, посетительницы готовы были доплатить, не торгуясь, за срочность, непременно желали подождать и самолично проследить за выполнением своего заказа. Что подразумевало проторчать несколько часов в жаркой, душной кузне, без зазрения совести глазея, как раздетый до пояса, рослый, мускулистый, длинноволосый, рыжий варвар раздувает мехи, стучит молотом по наковальне и… все остальное, что там полагается делать кузнецам, какая разница, что именно. Когда же, закончив работу, он подходил, чтобы отдать сделанную вещь, то почему-то каждый раз очередная заказчица гораздо внимательнее проверяла цвет его синих глаз, чем качество полученной безделушки. Мистер Пэйсли полагал, что знает о кузнечном ремесле все и даже больше. Однако, никогда ранее он не рассматривал сей вид прикладного искусства с такого неожиданного ракурса. Немало удивившись обозначившейся закономерности, он стал внимательнее приглядываться к новому работнику, чья персона изначально не вызвала его интереса. На первый взгляд Пэйсли принял его за простого деревенского мужика в поисках какого-нибудь заработка. Вполне простительная ошибка даже для такого проницательного человека, если учесть актерские способности Джейми, испокон веку бывшие еще одним его талантом, не вызывавшим сомнений ни у кого, кто хотя бы мало-мальски был с ним знаком. Целиком погруженный в непривычный труд, наблюдения за хозяином и собственные невеселые мысли, Джейми далеко не сразу заметил происходящий вокруг него ажиотаж. Осознав сложившуюся ситуацию, он стал работать в рубашке. Но это мало что изменило. В общем-то, практически ничего не изменило, кроме того, что его раздражала вечно мокрая ткань, липнущая к телу. Но представление от этого актуальность не потеряло, о чем можно было судить по тому факту, что количество зрительниц не уменьшалось. Последней каплей стал совсем уже вопиющий случай, когда одна не в меру смелая красотка умело состроив глазки, игривыми пальчиками призывно погладила его по запястью, забирая заказанную медную заколку. В ответ Джейми мысленно послал к чертям всю эту работу вкупе с планами сбора информации, бесцеремонно отодвинул бесцеремонную девицу в сторону и широким шагом направился в контору мистера Пэйсли.

***

— Позвольте кое-что с вами обсудить, сэр? — спросил Джейми, заглядывая в просторную, светлую комнату, которая сделала бы честь кабинету любого банкира. Мистер Пэйсли, человек с сотней личин, оторвавшись от гроссбуха, с недовольным видом оглядел посетителя. — Даа, эээ… Малкольм, верно? Александр Малкольм? — Да, сэр, — подтвердил Джейми не совсем свое, хотя и свое, имя, которым представлялся, прибыв в Эдинбург. Нельзя сказать, что Пэйсли не ждал этого визита. Давно уже ждал. Приняв вид надменно-снисходительный, Пэйсли сделал величественный жест рукой, предлагая Джейми присесть. «Император Октавиан Август… Нет… Король-Солнце!» — мысленно охарактеризовал Джейми личину, надетую на себя мистером Пэйсли. Таковая личина, безусловно, подразумевала выражение уничижения и подобострастия от собеседника. Но в планы Джейми это не входило. Он, расправив плечи, с таким же монаршим достоинством устроился на предложенном хозяином шатком стуле и посмотрел на Пэйсли прямо и открыто. — О чем же вы хотели поговорить со мной, мистер Малкольм? — спросил Пэйсли, почему-то сделав акцент на фамилию гостя. — Я хочу попросить вас об услуге, мистер Пэйсли. И взамен предложить вам свою помощь. — Неужели? Она мне нужна? — Пэйсли удивленно поднял брови, увеличив до максимума градус высокомерия в голосе. — Думаю, пригодится, — последовал лаконичный ответ. Пэйсли уже не раз задавал себе вопрос, как он мог принять этого человека за простую деревенщину. И сейчас раздумывал о том, что есть в нем что-то… эдакое… что, несмотря на бедную одежду и усталый вид, побуждало выслушать и обдумать его слова. — А именно? — осведомился Пэйсли. — Я организую для вас поставку алкоголя самого лучшего качества от крупнейшего французского виноторговца, моего родственника. — Вот как… А услуга? — Мне нужны люди, чтобы вызволить одного узника из тюрьмы. — Вызволить, чтобы освободить? — Не совсем. Но я сразу увезу его из города, и больше вы о нем не услышите. «А он может обходиться и без личин, когда дело доходит до дела. Это хорошо», — размышлял Джейми. — Допустим… — уклончиво ответил Пэйсли. — Но мне нужны какие-то гарантии, вы же понимаете… Пэйсли взял небольшую паузу, в течение которой Джейми просто смотрел на него, ожидая продолжения. — Поэтому, — продолжил Пэйсли, — у меня будут два условия. Вы привозите мне первую партию товара и отдаете в счет оплаты вашего долга. Если качество меня устроит, вы получите людей для своего дела. Согласны? — Вполне. А второе условие? — Я хочу знать ваше настоящее имя, — Пэйсли кривовато улыбнулся, чем живо напомнил Джейми его деда, Старого Лиса Ловата. — Почему вы думаете, что это не настоящее? — совершенно искреннее изумление всегда хорошо удавалось Джейми. — Мистер Малкольм, — иронично заметил Пэйсли, — обычно люди моментально реагируют на свое имя, даже если поглощены каким-то занятием или глубоко задумались. Чего нельзя сказать о вас. Кто за кем наблюдал все это время, мелькнула в голове Джейми неприятная мысль. Хотя какая теперь разница… — Хорошо, мистер Пэйсли, — после минутного раздумья согласился Джейми. — Но я попрошу вас сохранить мое инкогнито. В будущем мне бы хотелось продолжить наше сотрудничество… — Все возможно, мистер… — Джеймс Фрейзер, — Джейми внимательно посмотрел на собеседника и церемонно добавил: — К вашим услугам, сэр. — Ааах, вот оно что… — многозначительно протянул Пэйсли, недвусмысленно давая понять, что наслышан о знаменитом Рыжем Джейми. — Ну, что же… Очень приятно, мистер Фрейзер. «Не очень-то ему приятно», — понял Джейми. Взгляд Пэйсли выражал настороженность и опасение. «Но это к лучшему», — решил в итоге Джейми, — «Может поостережется надувать». — А ваш родственник — не Джаред ли Фрейзер? — осведомился Пэйсли. — Он самый. Так мы договорились, мистер Пэйсли? — подытожил Джейми. — Само собой, — сладкая улыбка растеклась по лицу Пэйсли, как ложка меда по столу. — Жду ваш товар, друг мой. Джейми кивнул и поднялся уходить. — Одного не пойму, — раздался на прощание скабрезный голосок. И на подвижной физиономии Пэйсли возникла личина козлоногого Пана. — Зачем вам понадобилось работать в кузнице? Пока Джейми раздумывал, как лучше ответить… — Любите быть в центре внимания? — сально подмигнув, вопросил глумливый сатир. Лицо Джейми застыло, утратив всякое выражение. — Соскучился по честному труду… должно быть… — произнес Джейми бесцветным голосом. — Но это уже в прошлом. Я увольняюсь. Джейми захлопнул дверь громче, чем следовало, но в спину ему успел долететь мерзкий смешок старого козла. Всю дорогу до дома Джейми разрывался между двумя вопросами. Что будет, если до Клэр когда-нибудь дойдет вся эта пакость? И что же все-таки за тип этот Пэйсли? Он явно побаивался Джейми, но все равно намеренно лез на рожон и специально злил его. Это было плохо. Ждать от такого партнера можно чего угодно…