Омут заблудших душ

Неуемная грива Клэр и в лучшие времена была сущим бедствием, а теперь представляла для нее и вовсе неразрешимую проблему. Придя домой, Джейми расчесал ей волосы, как делал это каждый день, и заплел их в тугую косу. Нежно поцеловал изящную шейку под выбившимся волнистым локоном, по привычке ожидая чуда, что она вдруг обернется, улыбнется ему, и он напьется эликсира жизни из ее янтарных глаз… Затем он легко коснулся губами ее плеча. Поднял на руки, усадил к себе на колени, прижал к себе, устроив ее головку на своей груди, и, нежно поглаживая по волосам, принялся тихо шептать что-то ласковое на гэльском… наверное, утешения, то ли ей, то ли себе самому… Когда Раймон вернулся из лавки, он застал Джейми все также обнимающим её и спящим в том же старом, потертом кресле, даже, можно сказать, креслице, слишком узком для такого крупного мужчины. Старик печально вздохнул, вышел и, чуть погодя, вернулся с кружкой дымящегося травяного напитка. На этот раз Джейми услышал его и встрепенулся. — Мэтр… — Вам нужно хорошенько выспаться, — категоричным тоном перебил его Раймон. — Вы не железный. Джейми с благодарностью принял из его рук ароматное снадобье. — Скажите, мэтр, возможно ли, что вместе с Клэр там находится душа девочки, которую ведьма принесла в жертву, когда заманила меня туда? — Не поручился бы, что она обязательно рядом с Клэр. Но она где-то там, в этом у меня нет сомнений. — Клэр очень переживает на нее… она просит, чтобы мы ее освободили… — Джейми говорил тихо, с сомнением. — И, зная вашу супругу, могу предположить, что она может отказаться уйти без нее. — Может… — внезапно севшим голосом согласился Джейми. Сказал, и у него захолонуло сердце. Эта простая мысль как-то не приходила ему в голову. — Мы сможем помочь девочке? — как ни старался, Джейми не смог сдержать дрожи в голосе. — Я подумаю, — произнес после паузы Раймон и направился к двери. — Чем мы заслужили вашу доброту? — донесся вслед ему смущенный вопрос. Старик обернулся и с удивлением отметил, что из-под груза прожитых лет и всех пережитых несчастий на него смотрит все тот же юноша со слишком взрослыми глазами, каким он впервые увидел его в Париже. — Тем, что вы — единственные люди, встреченные мной, на этой ярмарке тщеславия, что зовется жизнью, — произнес мэтр малопонятную, туманно-вычурную фразу и неспешно удалился из комнаты. «Что еще за ярмарка такая…» — успел подумать Джейми, но Раймон был прав, сил на размышления уже не оставалось. Джейми уронил голову на спинку кресла и заснул. Час спустя Раймон вернулся, неся большую плетеную клетку, в которой прыгал по жердочкам маленький краснолицый щегол. Заметив Джейми, птичка весело поздоровалась с ним на своем беззаботном, мелодичном наречьи. — Зачем… — начал Джейми задавать вопрос, но не договорил. Посмотрел на старика со смесью ужаса и надежды. Ужаса, впрочем, было значительно больше. Мэтр ничего не ответил, только кивнул. На глаза Джейми навернулись слезы…

***

На следующий день Джейми получил от Пэйсли записку следующего содержания: «Не сердитесь, друг мой, на мою вчерашнюю грубость. Я хотел проверить вас и немного увлекся. Прошу прощения за это и искренне надеюсь, что между нами не будет стоять тень того досадного происшествия, которое…» и так далее, и тому подобное. «Проверить он хотел. Что проверить-то? Что я не прикончу его сразу за такую наглость?» — подумал Джейми, брезгливо отшвырнув бумагу. Его до последнего момента мучили сомнения, но, как ни странно, далее все прошло, как по маслу. Фергюс уехал во Францию с письмом для Джареда. Вернулся с пятью бочками бренди. Пэйсли их оценил и организовал все в лучшем виде, как и обещал. Не к чему было придраться. Он говорил, что Джейми может не участвовать в налете лично. Но, увлекся тогда Пэйсли или нет, а Джейми, по-прежнему, ни на грош не верил старому мошеннику и решил, что сам должен за всем проследить…

***

— Сассенах!!! Все отлично! Слышишь! Он у нас! Мы немедленно отправляемся в Крэйг-на-Дун! … — Клэр? … — КЛЭР?! … — Девочка моя, почему… почему ты не отвечаешь?.. нет… нет-нет!!!.. Ты же здесь, со мной… где ты, родная, ответь мне!.. ты же не могла… Все, что я могла в тот момент, это едва заметно шевельнуть пальцами, лежащими в его руке. Всего на одну ночь Джейми пришлось оставить меня, чтобы возглавить набег на эдинбургскую тюрьму. И за эту единственную ночь вдали от него я растеряла практически весь накопленный запас энергии. Мне снова стоило неимоверных усилий пробиться к нему. Но я уже знала, что даже малейший контакт снова вдохнет в меня жизнь. — Ты здесь! Со мной! Хорошая моя, возвращайся!!! Постарайся, милая!!! Потерпи еще немного, скоро я заберу тебя оттуда… Слышишь, Клэр, сердечко мое, говори со мной, прошу… Господи!!! Помоги ей!!! — Джейми… — Да!!! Любимая!!! Прости, что оставил тебя… если бы я знал… — Перестань убиваться, милый. Со мной все хорошо. Жду тебя…

***

Я ждала Джейми. И смотрела на часы. Да, именно так. В межреальности, где отсутствует время, я смотрела на часы. И на них всегда было без пяти минут пять. Время пить чай. Постойте… как-то знакомо это звучит… впрочем, не важно… Циферблат свисал со стола, словно яичница, норовящая плюхнуться на пол. Которого не было. Вместе со мной на часы смотрела молодая женщина, от которой осталась, правда, только красивая темноволосая головка на длинной шее и верхняя часть изящных плеч, да и то все это было не цельным, а состояло из множества плавно вращающихся разновеликих сфер, раскрашенных в черно-серо-белой цветовой гамме. Часы-яичница медленно и печально продвигались по заданному маршруту под действием несуществующей силы тяжести. И я гадала, успеют ли они свалиться до того момента как… Все разлетелось на куски, когда в эту бестолковую, идиллическую картину вторгся, ворвался, вломился мой любимый супруг в уже знакомом мне образе разрушителя миров, сотканного из пламени всех оттенков алого, золотого и, на этот раз, еще и синего огня. Не иначе, мэтр Раймон постарался… Джейми протянул мне руку, а вторую — маленькой Мэгги, которая, как обычно, притулилась рядом со мной. «Люблю тебя!» — прошептала я и ринулась в его пылающие объятия.