Часть 2
2 ноября 2022 г., 22:05
Максим
Открыл глаза и отправился в душ, переоделся в голубую рубашку и черные слегка облегающие брюки, перекусил, сделав себе пару бутербродов, отправился на работу. Там отпросился на три часа и к двенадцати уже был возле медицинского центра «ЭКО Аламея». Немного нервничал, я впервые пришел сюда. Здесь помогали парам, которые сами не могли иметь детей по независящим от них причинам. Лечили бесплодие у омег, альфам помогали обрести мужскую силу, вели беременность от зачатия до родов и принимали роды. — Привет, нервничаешь, не стоит. Пошли в регистратуру. — Рыжик приобнял меня немного и это придало уверенности. Мы вошли в просторный холл с банкетами и большими зеркалами. Кое- где сидели альфы и ожидали своих омег. С правой стороны от входа мы увидели стойку регистратуры и направились туда. Молодой омега двадцати лет шатен быстро оформил мне карту, спросил, записывался ли я на прием и повел нас в кабинет. — Вашего врача зовут Селиванов Игорь Петрович, проходите, он ведет прием в четыреста двенадцатом кабинет, удачного вам дня. До свидания. Мы были поражены таким обслуживанием. Женька остался ждать меня в коридоре. Постучав в дверь кабинета, мне разрешили войти. Мой врач оказался седоволосым альфой лет шестидесяти, небольшого роста, коренастым в плечах, серыми глазами. Первое впечатление о нем, он произвел даже очень приятное. — Присаживайтесь. Я подошел к столу и положил карту, сел на предложенный стул возле врача. Я рассказал о своей проблеме и о решении родить малыша от покойного мужа. — Вашего покойного супруга, как величали? — Рейн Нериш Андор. - Ответил я. — А вы Максимилиан Литенхофф Андор. — Что ж, да действительно ваш покойный супруг был донором и его поверенный вам дал правильную информацию. Но для того, чтобы вы забеременели, вам необходимо сдать все анализы. Мы проверим ваш цикл оплодотворения, если все нормально и анализы будут хорошими, мы определим дату зачатия и проведем соответствующую процедуру. Но, хочу предупредить вас, когда оплодотворенные клетки внесут, их обычно вносят по три, то у вас могут родиться двойняшки. Как вы на это смотрите? — Значит, такова моя судьба, и я стану папой двоих детей. Врач писал направления, и я молча ожидал его. — Хорошо, вот вам направления на анализы, как только все будут готовы, я проведу осмотр, и мы назначим дату. Он протянул мне направления на анализы. — Спасибо, Игорь Петрович. До свидания. Я покинул кабинет врача, и мы с Женькой снова подошли к регистратуре, по дороге я рассказал о разговоре с врачом. Молодой парень посмотрел мои направления на анализы и объяснил, где, во сколько я смогу их сдать. Мы покинули клинику довольные результатом. На следующий день с утра сдал все необходимые анализы и отправился на работу. Еще через два дня все было готово, и приехал на прием врачу. — Проходите, можно я к вам буду обращаться Максим? — Да, я не против. — Ваши анализы и показатели в норме, УЗИ показало хорошие результаты и, если вы сможете подъехать в эту пятницу к восьми утра, то мы проведем операцию. С собой возьмите переобуться и халат. Вам можно из еды не газированную воду. Все. Я вышел из кабинета счастливым. Пятница, через два дня и возможно я стану папой. Родители Рея поддержали меня и ждали тоже с нетерпением. Наступил долгожданный момент, я приехал в приемные покои. Меня оформили и проводили в операционную. Ко мне подошел медбрат и сообщил, что мой личный врач заболел и операцию проведет другой специалист в этой области. Потом он проводил меня на операционный стол и помог мне лечь на него. Я огляделся вокруг и увидел еще один такой же операционный стол и там лежал омега с пепельными волосами и бесцветными глазами, он был такой хрупкий, словно фарфоровая кукла по сравнению со мной, я же наоборот был высоким для омеги под метр восемьдесят, с широкими плечами и золотистыми волосами по пояс. Пришел врач, и началась операция. Через некоторое время после нее врач осмотрел меня и сказал, что через час я могу ехать домой. Запретил мне поднимать тяжести в ближайшие дни и лучше, побольше полежать в постели, чтобы организм не отторг зародыш. Я позвонил Женьке, и он меня забрал на машине. Три дня я, словно был куклой, за мной ухаживал Кирилл и Женька, оставаясь у меня в гостях. Через две недели Игорь Петрович на очередном приеме подтвердил мою беременность и сказал, что он будет моим лечащим врачом на этот срок. Я тут же сообщил своему папе и Артуру. Он благодарил меня за такой поступок, обещал помогать мне во всем и не забывать приезжать к ним. Но, я как-то был не готов приехать в гости. Странно по телефону с ними разговаривал, а ехать не хотел. Дни сменялись ночами, по утрам меня мучил сильный токсикоз. Я жаловался своему врачу, и он советовал мне, как легче перенести этот период. Трудности начались к третьему месяцу моей беременности, у меня началась ужасная депрессия, страшно было всего, и родов боялся, ревел постоянно, перепады настроения… Утром сразу после пробуждения настроение ужаснейшее, потом еду на работу настраиваю себя на лучшее, но очень тяжело дается, хуже становится при перемене погоды пустота раздражительность и так далее. Знаю, что так нельзя и для ребёнка плохо, но не могу с собой ничего поделать. Всё время плачу, по причине и без. Видеть тоже никого не хочу, и слышать… и все бесят даже по телефону, минут через пять… Женьку и Кирилла попросил не обижаться на меня и даже на их роспись не пошел. Борюсь с неприятными мыслями тем, что отвлекаю себя делами, разговорами, чтением, вчера стал шить распашонку, понимаю, что она будет выглядеть коряво, но это лучше, чем сидеть без дела. Часто стал ходить по магазинам и посматривать детские вещи. И вот почти прошел четвертый месяц беременности, как-то постепенно мне стало получше, появился аппетит, токсикоз так уже не мучает и приходят новые причуды, желания съесть то, чего нет у меня в холодильнике, но это лучше, чем ходить с пустым желудком. Однажды посреди рабочего дня мне позвонили из регистратуры: — Алло, здравствуйте, вас беспокоят из медицинского центра «ЭКО Аламея». Вы не могли бы подъехать к нам для консультации. — Да, конечно, во сколько? — Вы можете подъехать завтра утром к девяти часам, на прием к вашему врачу? — Да, я приеду. На следующий день в медицинский центр «ЭКО Аламея» приехал, ничего не подозревая о моей судьбе и вошел в кабинет своего врача. — Доброе утро, Максим. Проходите, присаживайтесь. — Спасибо. — Как вы себя чувствуете? Как настроение? — Спросил Игорь Петрович. — Да вроде все в порядке. Токсикоз перестал меня мучить, да и с депрессией борюсь всеми силами. — Вы витамины принимаете? Сейчас в вашем положении нужны витамины и вам и вашему ребенку. На сегодня у вас назначено УЗИ, вы впервые услышите сердце малыша, и посмотрим, как он развивается. Проходите на кушетку расстегните, пожалуйста, рубашку и приспустите брюки. Как будете готовы, скажите. Я постелил пеленку, лег на кушетку, расстегнув брюки и рубашку. Врач сел рядом на стул, намазал мне гелем живот и стал водить по животу абдоминальным датчиком. Он повернул экран монитора, так, чтобы я мог увидеть своего малыша. И на экране появилось изображение двух детей, органов, которые их питают (плацента) и жидкости, окружающей плод (околоплодные воды). Изображение было на телеэкране черно-белым, четким. Мне на душе становилось так радостно и тепло, смотря на экран. Теперь я не один, нас трое. Я захотел поскорей увидеть деток у себя на руках. — Вот смотрите у вас двойняшки. — Говорил мне врач. — Посмотрите, как они двигают ручками, малыши лежат правильно, развитие хорошее, патологий нет. А вот сердце первого — послушайте. — ТУК… ТУК… А вот второго оно было чуть тише первого. — А это нормально, что так быстро бьется сердце у детей? — Не волнуетесь, их ритм сердца в норме и сердечной патологии нет. — У моего мужа были проблемы с сердцем, и он умер от сердечной недостаточности. — Детки крепкие и здоровые, я не ошибаюсь, поверьте профессионалу. Срок родов предположительно в начале сентября, числа третьего. — Он вытер мне живот. — Одевайтесь и становитесь на весы, мы посмотрим, как вы набираете вес. Я встал с кушетки, застегнулся и направился к весам. Игорь Петрович посмотрел мой вес, записал его и возмутился. — Я понимаю, что потеря супруга подкосила ваше душевное состояние, но вы просто обязаны, заботится о себе. Детям для их полноценного развития нужно хорошее питание. Найдите те продукты, которые ваш организм не отторгает, вы должны хорошо питаться. Теперь вы не один в этом мире и несете ответственность за своих детей. — Я изменюсь и постараюсь ради них. — Надеюсь. — Хорошо. Дверь открылась, и вошел альфа лет сорока пяти, высокий с короткой стрижкой с легкой сединой у висков, шатен с серыми глазами. — Здравствуйте, я главный врач этого медицинского центра Глеб Ярославович Ольховский, а вы Максимилиан Литенхофф? — Да, а что-то случилось? — Да, мы хотим принести вам свои извинения, не волнуйтесь, я все вам объясню. Во время вашей процедуры наш медработник перепутал пробирки, и ввели вам сперму другого альфы. Может, не вскрылся бы этот факт подмены, но омега, которому дали вашу пробирку потерял ребенка, были разборки, и выяснялась ошибка. Вы можете сделать аборт, срок еще позволяет, и прийти со своим альфой для рождения желанного малыша от вашего супруга. Мы готовы компенсировать вам за принесенный ущерб и провести повторную операцию бесплатно. Судьба моя, насмешница за, что ты так, что сделал я не так…. — подумал в этот момент прибывая в каком-то ступоре. — Вы хотите сказать, что я ношу под сердцем детей от другого альфы. Вы не понимаете, что вы сделали? Мой муж умер и это единственный был шанс родить от него. Я подумаю на счет аборта. И сообщу вам Игорь Петрович о своем решении. — Закричал я. И даже сейчас, мне не дано было родить от Рейна ребенка. Что за несправедливость судьбы? — это последние были мои связанные мысли. Сделал пару шагов к двери, в глазах резко потемнело, и я сполз на пол. Пришел в себя уже в палате, огляделся и увидел Женьку. — Очнулся, слава богу, ну ты напугал нас, хорошо родителям Рейна не позвонили, и я первый у тебя в телефонном списке, ну мы и приехали с Кириллом за тобой. — А… А-аа! Понятно, — прибывая все в том же ступоре, еле прошептал эту фразу, показавшуюся мне такой длинной. — Не переживай Кир у нас юрист, он там им покажет Кузькину мать… Быстро всех построит. На. Держи, это первый снимок твоих малышей. — Женька, что мне делать, я беременный от другого альфы? — Да….! Ну и ситуация я скажу тебе, не айс, не из легких, неужели ты собрался делать аборт? — Он уставился своими красивыми глазищами на меня в ожидании приговора малышам. — Не знаю… — Давай разложим все по полочкам; ты уже беременный и дети у тебя развиваются сильными, крепкими и это хорошо. — Ну, да. — Как-то неуверенно произношу я. — Не перебивай. Так вот, ты сам сказал, что не сможешь принять другого альфу. Пока ты был тут без сознания я думал над твоей ситуацией и вот мой вывод: первое — тебе аборт делать нельзя, так как это первая твоя беременность и если сейчас сделаешь, то неизвестно, как отразится на твоем здоровье и сможешь ли ты потом родить. Второе — дети уже есть и еще вспомни Рейн, как-то говорил, что, если не получится завести своих, так он был готов усыновить. Ну, как тебе мой расклад? — Не уверен, хотя может, ты и прав. Ты такой позитивный, а как же родители Рейна? — Скажешь правду, пусть решают сами и вообще я по натуре холерик и позиция в жизни у меня такая, брать все, что дает мне судьба. К нам подошел Кирилл. — Ты как? — он держит эмоции сейчас под контролем, чувствует, что я могу сорваться до истерики. — Нормально, но я не знаю, что мне делать? Если решусь оставить детей, то никогда не хотел бы видеть этого альфу, ну и что… что он их отец. — Я понял твою позицию, не нервничай. Но думаю, ты оставишь их, убить невинных младенцев ты не сможешь, потом корить себя будешь, я тебя знаю. Дети не виноваты ни в чем! — Да…. аргумент впечатляющий и не согласиться с этим невозможно. — А еще, посмотри на свой жест руки, ты уже сейчас их защищаешь. - Сказал Кир. Я посмотрел на свою руку лежащую, на животе и согласился с Кириллом. — Я оставлю их, они мои дети и я в ответе за их жизни. — Пойдем, оформим все документы, и мы отвезем тебя домой. Я рад за тебя, ты сильный и справишься с трудностями — Улыбнулся мне альфа. Железная логика у него и ведь, знает меня как облупленного. На третьем этаже клиники был кабинет главврача. Женька с нами не пошел, а мы вошли к Глебу Ярославовичу Ольховскому: — Присаживайтесь, пожалуйста. Как вы себя чувствуете? Что вы решили, будете делать аборт или оставите? — Я оставлю детей, но требую, чтобы мои данные остались конфиденциально и гарантировать абсолютную защиту, я не желаю, чтобы отец моих детей, знал обо мне, и не желаю с ним встречаться. — Да, конечно, но по закону он имеет право видеть своих детей. — Я как-то не понятно выразился? Поймите меня правильно, я не желаю, чтобы в моей жизни появился незнакомый альфа. Тогда я должен буду терпеть его присутствие. — Я понял вас. Гарантирую вам абсолютную защиту информации о вас. Так же вы получите денежную компенсацию и бесплатные процедуры массажа, косметолога и полное ведение беременности, и мы готовы у нас в центре принять роды. — Сказал Ольховский. — Нас устраивает такое решение проблемы, и давайте оформим соответствующий документ. - Взялся за дело Кир. Ольховский на компьютере составил документ, вписав на бланке наши договоренности, Кир ознакомился еще раз. — Макс, подписывай, все в порядке. Я поставил подпись на документе, Ольховский тоже завизировал свою подпись и поставил печать медцентра. — Еще раз мы приносим вам свои извинения. — Хорошо. — Произнес за меня Кир. — Извини, Кир оставь меня одного, я хочу спросить у Глеба Ярославовича кое-какую личную информацию. — Мы с Женькой ждем тебя в машине. До свидания господин Ольховский. — До свидания, господин Корнуолл. Как только покинул кабинет Кирилл, я спросил у главврача: — Я если бы в жизни пришел со своей парой, то таких вопросов не задавал, но в данном случае, я хочу знать про отца моих детей, о его здоровье и, что может передаться моим детям. — Вы правы… хоть нам и нельзя, распространять информацию, но в вашем случае я распечатаю все о здоровье отца. Через пять минут я выходил уже, держа лист с анкетой и фотографией. Я сел в коридоре и прочитал все об альфе, с которым связала меня судьба, пусть только через детей. Посмотрел на фото, и промелькнула мысль: «Значит, мои дети могут быть черноволосыми и кудрявыми, с зелёными глазами. Хм.. альфа симпатичный, но не в моём вкусе». - Мелькали хаотично мысли, перескакивая, как птички с ветки на ветку. Убрал все бумаги и спустился в фойе клиники и замер как вкопанный. Весь похолодел, с моего лица ушел весь румянец, если он был… Оторвать взгляд от альфы просто не мог, как и продолжить свой путь. Дыхание сбилось с ритма. О, небеса обетованные! Он шел мне навстречу с пакетом в руках, направляясь к регистратуре. Я был ни жив ни мертв в этот момент, мечтал раствориться в воздухе, а он словно заполонил всё помещение. Все омеги оборачивались, шептались и с восхищением смотрели на него. Высокий, рост под два метра, черноволосый, с длинными ресницами, на его губах гуляла хищная улыбка. «Отец моих детей - черт…, нет демон, нет... охренеть... А на фото он не такой. Но, мне повезло, он не мой альфа, а всего лишь отец моих детей, и он никогда не узнает о нас. Это мои дети, прекрасный дьявол, ты их не получишь, прощай». Рука сама собой легла на живот, защищая их. Сердце колотилось, как испуганный заяц, готовый выпрыгнуть из груди. Дыхание сбилось. Всё происходит стремительно. Я стараюсь избежать его, а он не подозревает, что от него сейчас уходит омега, у которого под сердцем его дети... Я как натянутая струна, которую задели. Мне любопытно до одури и страшно одновременно. Шаг... Шаг... Еще... Дыши. Спокойно. Всё нормально. Если бы главврач не дал тебе эту анкету, и вовсе прошел мимо. Лишь только возмущался, что с такими альфами мне не по пути. Что на таких и печать верности поставить некуда. Спокойствие... И я направился мимо него, не оборачиваясь, покинул медицинский центр. Подошел к машине. — Макс, ну, где тебя носит, да, что с тобой? Ты бледный, как смерть, как будто призрака увидел. — Спросил Кирилл. — Хуже. Моего личного дьявола. — голос стал сиплым и не слушался. Язык заплетался, словно я пьяный. — Ки-иир, отвези меня к родителям Рейна, пожалуйста. — И умоляюще посмотрел на него. — Хорошо. Но, что за дьявола ты увидел? Аж одни глаза на лице остались. — Забеспокоился Женька. — Отца моих детей. — Что? Откуда ты узнал? — Удивленно спросил Кир. — Спасибо Кир, ты настоящий друг. Ты запугал этого Ольховского до такой степени, что он был весьма откровенен со мной. Ну, и всю информацию выдал мне про отца моих детей. — Так ты его увидел, что ли? — Ага, — загадочно произнес я, а друг посмотрел на меня, и я усмехнулся. — И как он тебе? — Любопытство прорвалось в его взгляде Женьки. — Сказал же хищник, мы с тобой еще в школе таких альф обходили стороной. Ну, помнишь у нас в классе Антона. Он думал, что поманит омегу, так сразу ему ноги раздвинут и ведь, правда, бегали идиоты. — Да уж. Помню, чуть сам не попался этому Антону. Ты всегда хорошо разбирался в людях и никогда не кидался на красивую мордашку. — Кир, останови здесь, я сам дойду. Пока парни… не пропадайте, и спасибо вам, за сегодня. — Пока, береги себя, ты теперь не один. Как давно я здесь не был. Родители Рея жили на третьем этаже шестнадцатиэтажного дома. Дверь мне открыл Антон. — Проходи, давно тебя не видели, тапочки на месте. Ты вовремя, как всегда, чувствуешь, когда Арти готовит вкусненькое. — Антош, кто к нам пришел? Артур вышел из кухни и улыбнулся мне. — Максимка, ну наконец-то ты пришел! — Он обнял меня. — Да ты совсем исхудал, остались кожа да кости, разве так можно доводить до такого состояния? На лице остались одни янтарные глаза. — После похорон кусок в горло не лез, а как забеременел, токсикоз мучил. — Проходи на кухню, откармливать буду, и не смущайся, ты мне как сын, и возражения не принимаю. Арти накрыл на стол и подкладывал мне, то блинчики, то сметаны. Я блаженствовал и похоже радовал родителей Рея своим появлением и аппетитом. — Спасибо, я уже наелся. Я приехал с плохими новостями. Мне так жаль, я так мечтал об этом… — Что случилось? Я рассказал о том, что мне сообщили, в центре и последней фразой было: — Я так хотел родить от Рейна, но у меня отняли последнее, что было от моего любимого. — Максим, я надеюсь, ты не собираешься делать аборт, не вздумай. — Папа погрозил мне пальцем и с тревогой посмотрел на меня. — Мы уже в таком возрасте, что сами не можем иметь детей, пусть эти детки станут для нас внуками. Да, так сложились обстоятельства, но у нас кроме тебя никого нет, ты наша надежда. Мы поможем тебе, переезжай к нам. Троим веселее жить, а детки родятся, присмотрим за ними. Ну, что скажешь? За тобой пригляд нужен и тяжело будет скоро. Без помощи никак тебе не справится, уж поверь, тем более у тебя двойня. Я посмотрел на них и понимал, что без помощи действительно не смогу. Одному сложно, а тут родители, которые мне стали как родные. — Хорошо, я перееду к вам. — Иди ко мне мой хороший, я люблю тебя. — Обнял меня Арти. — Я рад, что ты с нами Максимка. — Чмокнул в макушку Антон. — Я помогу тебе с переездом, не волнуйся. Так через неделю после ремонта моей комнаты я въехал жить к родителям покойного супруга. Арти стал для меня самым незаменимым человеком. Мы вместе готовили детскую комнату, покупали кроватку, вещи, пузырьки, соски, коляску… Живя с Арти и с Антоном мне становилось легче дышать, и моя дыра в душе затягивалась. Я чувствовал, что нужен им, а они нужны мне… На пятом месяце мои малыши стали толкаться. Я набрал вес, и мне пришлось снова покупать себе вещи. Привык к мысли, что стану папой, поглаживая свой большой живот, читал книги, много гулял, на работе мне оформили декретный отпуск, но Ричард приезжал ко мне и просил поработать дома, и я не отказывался. Моя боль рядом с родителями Рейна уменьшалась. Умом я понимал, нужно отпустить душу моего любимого, но сердце кричало, нет… Однажды ко мне приехал Женька, весь расстроенный и бледный. — Привет, проходи в комнату. Что случилось, выкладывай?! — Привет, какой ты стал большой, — а сам улыбается через силу. — Ты мне зубы не заговаривай, садись в кресло. Я жду, ну… — Макс, скажи тяжело ходить беременным? — А сам не видишь, на колобка похож, сам себе шнурки завязать на ботинках не могу. Живот мешает, спать приходится только на боку или на спине. А знаешь, как хочется лечь на живот. У меня уже идея фикс, как только рожу выспаться лежа на животе, а по ночам жрать так охота, а подойдешь к холодильнику, открываешь его и хочется того, чего там нет… Поскорей бы родить! Неужели ты залетел? — Ну да. Как Кирилл отнесется, не знаю. Мы же хотели пожить для себя, потом купить дом, а потом только детей заводить. — Кир тебя расцелует и будет рад такому событию, а на счет дома, может вы, подумаете и решитесь купить мой пентхауз. Мне там невыносимо находится, а вы сделаете ремонт и поменяете мебель. Я должен расставаться с прошлым и жить дальше. — Я поговорю с Кириллом. Ты выбрал имена для малышей? — голос уже на позитиве и похоже рыжик остался весьма доволен нашим разговором. — Да, первенцу дам имя Илья, так хотел назвать Рейн своего сына, а второму пока не придумал. — Назови его в честь своего отца, он был настоящим альфой с большой буквы. — Алексис? ХМ…. Илья и Алексис Литенхофф, да неплохо звучит. — Ты узнал, кто родится? — Да УЗИ показало, мои малыши — альфы. — Максимка, когда же ты начнешь улыбаться? У тебя такая была красивая и заразительная улыбка, казалось помещение, где ты находился, освещало солнце, а сейчас ты грозовая туча. Кажется, что еще чуть, и заплачешь. — Я забыл в день похорон, как улыбаться. В душе зияющая дыра и пустота, а сердце разбилось пополам и не собрать его мне. Думаю, другую половину отдам своим сыновьям. Рыжик после наших посиделок ушел домой и обрадовал супруга. Кирилл был просто счастлив, узнав о беременности Женьки, и теперь мы вместе с ним ходили в медицинский центр на занятия для беременных пап. Кир оформил со мной сделку и купил мой дом. Там полным ходом шел ремонт. Больше всего мы втроем любили ходить гулять в парк. Нам не надо далеко углубляться в него, чтобы увидеть белок. Мы приносили им семечки, орешки. Говорят, что белки могут брать угощение прямо из рук, но нас они пока боятся. Мы кладем орешки на пенек в одном и том же месте и отходим. И вот в несколько прыжков белка достигает пенька, хватает орешек и взлетает на ближнюю ветку. Затем появляется другая белка — и повторяется то же самое. Артур как ребенок забавлялся и умилялся этим зрелищем. Однажды мы стали свидетелями ссоры белки с сороками. Это не было связано с принесенным угощением. Просто зверек и птицы выясняли что-то свое. Нам с Женькой было весело наблюдать за этой сценой. Во время одной из прогулок по городу нам посчастливилось увидеть чаек. Это была весна, снег уже растаял, дорожки высохли, и вовсю, прорастала зеленая трава. Май был во всем своем цвету, согревая нас своим теплом. Неожиданно с большой высоты мы услышали необычное птичье многоголосье, непривычное для уха горожанина. Больше всего я, Арти и Женька любили, когда наши мужчины затевали шашлыки. Жареная картошка на углях меня безумно привлекала, от ее запаха у меня начинались трястись руки. Раньше за собой такого пристрастия не замечал. А вот Женька пристрастился к мандаринам, я хорош, а он еще хлеще. За день он лопал по три четыре килограмма и, как в него это влезало…. Ну не понимаю я… Хоть и сам беременный. К августу мне стало тяжело ходить, в туалет тянуло по страшному. Жара была невыносима, и я завидовал Женьке, у которого чуть-чуть выпирал живот. Я сидел дома на диване спасаясь от духоты. Книги, фильмы и вязание на спицах стали смыслом жизни. Детская была готова. Иногда я подходил к детским кроваткам, и на меня накатывала тоска, я мечтал о своих малышах и желал их обнять. Редко, но думал об альфе, который подарил мне счастье стать папой, но по-прежнему мой был ответ; НЕТ… не хочу его видеть рядом, тем более он был с омегой, а значит мог потребовать забрать у меня мои детей. Может где-то я ошибался, ведь я не юрист. Август стоял жарким и тяжелым для меня. Ходить последний месяц было тяжело и ничто не предвещало, что роды наступят раньше поставленного срока. Пятница тринадцатое я встретил с резкой болью. Арти вбежал ко мне в комнату, а меня скрутило от очередной волны боли. — Максимка, потерпи, сейчас разбужу Антона и поедем в больницу. — Не в больницу, а в центр, они обещали у меня принимать роды. Звони туда. И роды раньше поставленного срока. - Не волнуйся, значит им пришел срок. - Успокаивал меня папа. Через полчаса я был в клинике. Игорь Петрович принимал у меня роды. Мои мучения длились восемь часов, вымотался и уже мечтал выспаться, а боль накатывала через каждые две секунды, у меня не было сил терпеть, но я не кричал, а лишь скулил зажимая губы и кусая их в кровь. И вот утром, наконец, родился мой первенец, он огласил громким криком всю родовую комнату, а через минуту второй. Уставший, но счастливый я держал свое маленькое счастье в двойном экземпляре. Они были черноволосыми с янтарными глазами, оба одинаковые, и я сначала растерялся, кто же из них родился первым. — Максим. — Сказал Игорь Петрович. — У первенца на шее родинка, посмотри. Мои глаза светились счастьем, и первая улыбка проскользнула на моих губах. Арти и Антон улыбались и благодарили меня за подаренное чудо. Время идет размеренным шагом, оно постепенно притупляет раны, даже такие, как смерть близкого человека. Прошел год, и я не так давно стал радоваться наступлению нового дня и жизни… Мои сыновья давали мне то счастье, которого так не хватало. Больно, очень больно терять любимых и родных людей… Для того, чтобы пережить эту трагедию, важно не забывать чего хотел бы любимый человек от вас, будь он жив. Я не знаю, есть ли вообще люди на земле с суждением: «я умер, значит и ты должен быть со мной!» … Но я свято верю, что покинувшие нас, любимые люди, хотели бы, чтобы мы продолжали жить дальше. Встретили того, кто бы любил нас так же, как они, но ни в коем случае не «умирали при жизни» и не забывали о своих родных и близких, которым мы доставляем массу «проблем» своим состоянием после смерти любимого человека.
