Шутка, Слизерин!

      Гарри так хотелось играть в сборной по квиддичу! Он иногда наблюдал за тренировками команды слизеринцев и не мог дождаться второго курса, когда он сможет показать им, на что он способен. Больше всего Гарри хотел быть ловцом: его привлекало личное соперничество с противником в скорости и ловкости, а не работа в группе, что характерно для охотников. К тому же, ловец приносит команде целых сто пятьдесят очков, и чаще всего именно от него зависит, кто выиграет. Он все еще понимал, что это несправедливо, но, тренируясь летать на метле в свободное время, Гарри испытывал такую эйфорию и прилив сил, что подавлял подобные мысли. Он кружил над полем по квиддичу, когда заметил, что Снейп выскользнул из замка и быстро пошел в сторону Запретного леса.       Гарри, конечно, опасался, что его легко обнаружить, посмотрев вверх, но он заметил, что в окрестностях Хогвартса никто этого не делает, так что главное — не издавать звуков. Он направился вслед за профессором. Лес был такой густой, что Гарри не видел, куда именно пошёл Снейп. Он летал над лесом кругами, постепенно снижаясь, едва не касаясь верхних веток деревьев, как вдруг услышал голоса. Гарри спланировал туда, откуда они доносились, и бесшумно приземлился на верхушку бука.       — ...Н-н-не знаю, п-почему вы ре-ре-решили в-встретиться именно здесь, С-С-Северус? — это был профессор Квиррелл, который заикался еще больше, чем обычно.       — О, я просто подумал, что это очень личный разговор, — произнёс Снейп ледяным тоном. — Ведь никто, кроме нас, не должен знать о философском камне — уж по крайней мере школьникам слышать наш разговор совсем ни к чему.       Квиррелл что-то лопотал в ответ. Но тут Снейп снова оборвал его.       — Вы уже узнали, как пройти мимо этого трёхголового зверя, выращенного Хагридом?       — Н-н-но, С-С-Северус...       — Вам не нужен такой враг, как я, Квиррелл, — угрожающе произнёс Снейп, делая шаг к заикающемуся профессору.       — Я... Я н-не п-понимаю, о ч-чём в-вы...       — Вы прекрасно знаете, о чём я говорю. — В голосе Снейпа звучала холодная ирония. Внезапно поблизости громко заухала сова, и Гарри от неожиданности чуть не упал с ветки. Он изо всех сил пытался удержаться на ней и явно пропустил часть разговора, потому что, когда Гарри снова обрёл равновесие, Снейп уже заканчивал свой, судя по всему, продолжительный монолог.       — ...насчёт ваших фокусов. Я жду.       — Н-но я н-не... — запротестовал Квиррелл.       — Очень хорошо, — оборвал его Снейп. — В ближайшее время мы снова встретимся — когда вы всё обдумаете и наконец решите, на чьей вы стороне.       Снейп закутался в мантию, накинул на голову капюшон, повернулся и ушёл. Было уже почти совсем темно, но Гарри отчётливо видел Квиррелла, застывшего посреди поляны. Профессор, похоже, был ужасно напуган.       — Гарри, где ты был? — завизжала Гермиона, вместе с Роном выходя из Большого зала. — Ты пропустил ужин!       — Делал домашнее задание, — соврал Гарри. Говорить здесь о философском камне было крайне небезопасно.       Они спрятались в заброшенном классе, где до этого стояло зеркало Еиналеж. Несмотря на близость кабинета Снейпа, это было чуть ли не единственное место не так далеко от Большого зала, где друзья были почти уверены в том, что никто посторонний к ним не зайдёт. Гарри убедился, что там нет Пивза, плотно закрыл дверь и начал свой рассказ.       — Так что мы не ошиблись, решив, что речь идет о Вы-знаете-чём, — спустя какое-то время подытожил он. — А теперь Снейп пытается заставить Квиррелла помочь ему завладеть камнем. Он спрашивал Квиррелла, знает ли тот, как пройти мимо Пушка. И ещё он сказал Квирреллу что-то про его фокусы. Я думаю, что камень охраняет не только Пушок, но и самые разные заклинания. Возможно, Квиррелл наложил несколько своих заклятий против Темных сил, и Снейпу надо узнать, как развеять эти чары...       — То есть ты хочешь сказать, что камень будет в безопасности до тех пор, пока Квиррелл не сломается под напором Снейпа? — встревоженно спросила Гермиона.       — Тогда максимум через неделю камень исчезнет, — мрачно заключил Рон.       — Пожалуйста, не называйте его своим именем, — взмолился Гарри. — Мы и так ходим по лезвию, все время в шаге от того, что Снейп узнает, что мы разведали.       Однако, судя по всему, Квиррелл оказался храбрее, чем они думали. Шли недели, профессор становился все бледнее и тоньше, но было непохоже, чтобы он сломался. Снейп пребывал в обычном для него отвратительном настроении. Друзья прониклись к Квирреллу глубоким уважением, и Гарри, сталкиваясь с профессором в коридорах, ободрительно улыбался ему, а Рон начал заступаться за Квиррелла, делая замечания тем, кто посмеивался над заиканием профессора. Однажды Гарри заметил учителя около входа в гостиную Слизерина. Он, сильно заикаясь, видимо, пытался произнести пароль: «Прямоугольный параллелепипед». Гарри не понимал, зачем это профессору понадобилось войти в его гостиную, но знал, что правилами это не запрещено. Квиррелл, заметив ученика, молниеносно скрылся из вида. После этого Теодор был ещё больше уверен, что с Квирреллом что-то не так, и он не столь безобиден, как кажется, в отличие от Гарри и его гриффиндорских друзей. Помимо всего прочего, в аргумент он приводил то, что Гарри не видел, как профессор защиты проник в лес, тогда как Снейп шёл на его глазах, и он бесспорно был один. Что же Квиррелл делал в лесу? Да ещё и так долго — он покинул замок, очевидно, раньше, чем Гарри. Сам же Гарри отмахивался от этого. У него были доказательства, что его нелюбимый учитель задумал украсть философский камень, и ему было этого достаточно.       Приближались экзамены, и учителя завалили их домашними заданиями. Гарри и Рон занимались в библиотеке, подальше от Гермионы, которая всё время вслух повторяла то двенадцать способов применения крови дракона, то движения волшебной палочкой, а также пыталась составить каждому план подготовки к финальным испытаниям для перехода на второй курс.       Гарри, искавший белый бадьян в книге «Тысяча волшебных растений и грибов», оторвал глаза от страниц, только когда Рон неожиданно громко воскликнул:       — Хагрид! Что ты здесь делаешь?       Хагрид, похоже, пытался скрыться от них за полками, но понял, что его увидели, вышел оттуда и, шаркая, двинулся к ним. Он не стал подходить слишком близко, а руки держал за спиной, словно что-то прятал от Гарри и Рона. Великан в шубе из кротового меха явно не вписывался в здешнюю обстановку и, похоже, сам понимал, что привлекает к себе внимание, хотя всячески старался этого избежать. И казалось, что он совершенно не рад встрече.       — Я так., э-э... посмотреть зашел, — пробормотал Хагрид, отводя глаза. Гарри и Рон насторожились.       — А вы-то тут чего? Неужто все Николаса Фламеля ищете? Вид у Хагрида тут же стал очень подозрительный.       — Да мы уже давным-давно узнали, кто он такой, — важным голосом произнес Рон. — И мы знаем, что охраняет пёс...       Хагрид зашипел, прикладывая палец к губам и быстро оглядываясь по сторонам.       — Ты чего... чего об этом кричишь, что с тобой случилось-то?       — Кстати, мы кое о чём хотели тебя спросить, — сказал Гарри. — Скажи, кто и что, кроме Пушка, охраняет эту вещь?       — Да тихо вы! — снова прошипел Хагрид. — Не надо тут об этом. Вы ко мне попозже загляните... Ну... Чтобы...Э-э... Что-то рассказать, обещать не буду, но тут... Ну... Об этом вообще нельзя, школьникам такое знать не надо. А то кто-нибудь подумает, что вы от меня всё узнали, да! А я-то здесь ни при чем!       — Тогда увидимся позже, — произнёс Гарри, и Хагрид побрёл прочь из библиотеки.       — Пойду посмотрю, в какой секции он был, — сказал Рон. Он явно устал от занятий. Через пару минут он уже вернулся с тяжёлой стопкой книг в руках.       — Драконы! — прошептал он. — Хагрид искал что-то о драконах.       — Хагрид всегда хотел иметь дракона. Он сам мне сказал в тот день, когда мы с ним познакомились, — заметил Гарри.       — Но это противозаконно, — удивился Рон. — Если мы будем разводить драконов, маглы узнают о нашем существовании! К тому же драконов все равно нельзя приручить, и они очень опасны. Ты бы видел ожоги, которые получил Чарли в Румынии, изучая диких драконов.       — Но в Британии драконов конечно же нет? — с надеждой спросил Гарри.       — Конечно, есть. — Рон посмотрел на него так, словно Гарри сморозил какую-то глупость. — Обыкновенные валлийские зеленые и чёрные гебридские. Сказать по правде, Министерство магии кучу сил тратит на то, чтобы спрятать их от маглов.       В хижине Хагрида были задёрнуты занавески и стояла ужасная жара. Хагрид приготовил им чай и предложил бутерброды с мясом горностая, но они, не колеблясь, отказались от этой экзотической еды.       — Ну так что... вы вроде спросить чего хотели? — первым начал разговор Хагрид.       — Мы хотели узнать, не расскажешь ли ты нам, что охраняет философский камень... Кроме Пушка.       Хагрид неодобрительно посмотрел на него. — Не, не расскажу, — категорично произнес он. — Во-первых, я и сам не знаю. Ну, а во-вторых, вы и так уж много всего... Э-э... Разведали, ни к чему вам больше знать.       — Перестань, Хагрид! Конечно, ты не хочешь нам рассказывать, но ведь ты знаешь, ты обо всём знаешь, что здесь происходит. — В голосе Гермионы была неприкрытая лесть, и борода Хагрида зашевелилась. Великан улыбался, пусть улыбка и была скрыта волосами. — Мы просто хотим знать, кто накладывал заклятия, которые должны помешать похитить камень. Нам так интересно, кому — кроме тебя, конечно — доверяет профессор Дамблдор.       Хагрид горделиво выпятил грудь. Гарри и Рон с уважением посмотрели на Гермиону.       — Ну... Эта... Думаю, не будет ничего, если я вам скажу, — в голосе попавшегося на лесть Хагрида не было и оттенка сомнения. — Значит, так… Он у меня Пушка одолжил, это раз. А потом кое-кто из профессоров заклятия накладывал... Профессор Стебль, профессор Флитвик, профессор МакГонагалл, — произнося очередное имя, Хагрид загибал палец. — Профессор Квиррелл... и сам Дамблдор, конечно. А, вот ещё чего забыл. Точно, про профессора Снейпа.       — Снейп? — одновременно вырвалось у всех троих.       — Вы чего, опять про это? Кончайте, ладно? – Хагрид отмахнулся от них. — Да как вы не поймёте — Снейп... Ну, помогает камень охранять, зачем ему его воровать-то?       Гарри не знал, думают ли Рон и Гермиона о том же, что и он, но... Если Снейп накладывал чары вместе со всеми преподавателями, почему он пытался выведать, как их снять, только у Квиррелла? Неужели он один знает такие заклятия, которые не подвластны Снейпу? И с чего он вообще взял, что Снейп именно этого хочет от Квиррелла? Может быть, говоря о фокусах, он имел в виду нечто другое? Гарри отогнал эти мысли. Они не вписывались в привычную ему картину мира, где злой профессор творит плохие вещи против бедного, напуганного доброго профессора.       — Ведь только ты знаешь, как пройти мимо Пушка, правда, Хагрид? — взволнованно спросил Гарри. — И ты ведь никому об этом не расскажешь, верно? Даже никому из преподавателей?       — Да ни одна живая душа не знает, вот как! Кроме меня... Э-э... И Дамблдора, конечно, — гордо заявил Хагрид.       Гарри решил сменить тему. Он заметил, что, несмотря на жару, в камине полыхал огонь.       — Хагрид! Что это?! — воскликнул он. Ответ не требовался — он уже знал, что это. В самом центре пламени, прямо под висящим над огнём чайником, лежало огромное чёрное яйцо.       — А... Это... — Хагрид нервно подёргал себя за бороду. — Ну... Это...       — Где ты его взял, Хагрид? — поинтересовался Рон, встав перед камином на колени и внимательно рассматривая яйцо. — Ведь оно, должно быть, стоит целую кучу денег.       — Да выиграл я его, — признался Хагрид. — Вчера вечером и выиграл. Пошёл вниз, в деревню, посидел там... ну... выпил. А тут незнакомец какой-то, в карты ему сыграть охота. Хотя, если по правде, так он... Э-э... Даже рад был, что яйцо проиграл, — видать, сам не знал, куда его девать-то.       — А что ты будешь делать, когда из него вылупится дракон? — поинтересовалась Гермиона.       — Ну, я тут читаю кое-что. — Хагрид вытащил из-под подушки толстенную книгу — Вот в библиотеке взял — «Разведение драконов для удовольствия и выгоды». Старовата, конечно, но там всё про это есть. Это, что у меня — это яйцо норвежского горбатого, редкая штука, так вот. Хагрид явно был очень доволен собой, но Гермиона его радости не разделяла.       — Хагрид, ты ведь живёшь в деревянном доме, — трагическим голосом произнесла она. Но Хагрид её не слушал. Он что-то напевал себе под нос, помешивая кочергой дрова в камине.       Теперь у Гарри и его друзей появилась новая забота — их беспокоила судьба Хагрида, если кто-нибудь узнает, что он незаконно укрывает у себя дракона. Пока что им совершенно не представлялась возможность отговорить его от этой невероятной затеи. Каким-то завтраком Букля принесла Гарри записку: "Он вылупляется".       Рон и Гермиона согласились сбегать к Хагриду после урока. Когда наконец из замка донесся звонок, они побросали совки и лопатки, которыми ковырялись в земле, выскочили из оранжереи и поспешно бросились к опушке леса. Открывший им Хагрид был весь красный от возбуждения.       — Он почти вылез! — прошептал Хагрид, заталкивая их внутрь.       Яйцо, испещренное глубокими трещинами, лежало на столе. Внезапно раздался треск, яйцо развалилось пополам и на стол выпал маленький дракончик. Его нельзя было назвать симпатичным. Он был ужасно тощий, топорщащиеся на спине крылья казались непомерно большими для такого тела. Морда у дракончика была длинная, с широкими ноздрями, пробивающимися бугорками рогов и выпученными оранжевыми глазами. Детёныш чихнул, из ноздрей вылетело несколько искр.       — Ну разве не красавчик? — проворковал Хагрид. Он вытянул руку, чтобы погладить своего любимца по голове. Дракончик молниеносно раскрыл пасть и лязгнул острыми клыками, пытаясь ухватить Хагрида за палец.       — Вот умный малыш! Сразу узнал свою мамочку! — восхитился Хагрид.       — Хагрид, а как быстро растут норвежские горбатые драконы? — озадаченно поинтересовалась Гермиона. Хагрид открыл было рот, чтобы ответить, но внезапно побледнел и, вскочив на ноги, метнулся к окну.       — Что случилось? — крикнул Гарри, хотя уже знал ответ.       — Кто-то в окно заглядывал, а я, как назло, занавески неплотно задвинул, — сокрушённо выговорил Хагрид. — Мальчишка какой-то... Вон, убегает.       Гарри подскочил к двери и распахнул её. Даже на расстоянии он легко узнал убегавшего. Гарри тяжело вздохнул. Теперь о существовании дракона знали не только они трое, но и Малфой.       Гарри даже не представлял себе, как он защитит Хагрида, ведь Драко, который, ясное дело, хотел рассказать всем о драконе, был прав. Держать на территории школы огнедышащего монстра было верхом безответственности со стороны лесничего, и, похоже, не было другого способа достучаться до него сквозь необъяснимую любовь ко всяким чудовищам вроде Пушка. Немного подумав, Гарри решил сделать вид, что Малфою все показалось, и никакого дракона нет. Это могло помочь на короткое время, и его следовало использовать с максимальной эффективностью.