Личность убитого
21 августа 2022 г., 15:37
— Это о нём ты меня спрашивал, Жак? — мрачно спросил Поль, рассматривая посиневшее лицо покойного.
— Да, — так же мрачно ответил Яков. Маленькая победоносная война превратилась в новое дело, за которое он не мог не взяться, потому что отказал Валентену Кормье в оказании услуг, а теперь смотрел на его труп.
— И сколько уже пострадавших?
— Десятка два, — сказала Аня. — Все работники химического цеха. Там взаимодействие с парами фосфора самое сильное.
— Подлость, конечно, — сказал инспектор Годен, которого назначили на это дело. Они с Аней и Штольманом уже работали вместе и относились друг к другу со взаимным уважением, — но по закону сделать ничего было бы нельзя, увы. Два громких дела прозвучали в Англии в прошлом году из-за белого фосфора, но чтобы провести запрет на его использование, нужно еще пережить пару лет бюрократических препонов. Так просто это не сделать. Кроме того экспертиза может выглядеть сомнительно, что тоже затягивает процесс. Лоббирование интересов промышленников также нужно принимать во внимание. Словом, пока можно было бы повлиять на сего покойного господина только громкой оглаской или кампанией какого-нибудь чиновника, которому срочно нужна поддержка народа.
— Мы так и планировали, — вздохнул Яков. — Но, как видите, опоздали. Он был у меня вчера.
— В агентстве? — уточнил Поль. — Так это твой клиент?
— Нет, я ему отказал.
— Что же ему было нужно? — спросил помощник префекта. Он прекрасно знал, что его друг просто так от дела отказываться бы не стал.
— Он хотел убрать своего воспитанника.
— Что, прости? — переспросил Поль, который не поверил своим ушам. Отправиться к частному сыщику с таким предложением? Аня, которой Яков еще не успел рассказать о вчерашнем посетителе, тоже с удивлением посмотрела на него.
— У него с воспитанником одна невеста на двоих, — чуть поморщившись, сказал Штольман.
Возникла некоторая пауза, даже сержант, который делал фотографии с места преступления, поднял голову и уставился на Якова.
— Очень интересно, — наконец сказал инспектор Годен. — Я, похоже, пропустил изменение в законодательстве. Двоеженство, как, впрочем, и двоемужество у нас запрещены.
Штольман, который запретил себе возвращаться к угрызениям совести по поводу Нины и Ани, продолжил:
— Господин Кормье был намерен жениться. Девушка из хорошей семьи, родители её были рады предстоящему союзу. Но его планам помешал его воспитанник, сын его покойной кузины. Господин Кормье взял его на обеспечение. Воспитанник вернулся из университета, познакомился с невестой благодетеля, и помолвка была разорвана. Девушка не смогла совладать с чувствами и влюбилась в молодого человека.
— Н-да, история, — протянул Поль. — А от тебя он хотел компромат? Чтобы устроить скандал и убрать с дороги соперника?
— Он сказал, что позволяет мне использовать любые способы, — мрачно сказал Штольман.
— Вот оно как, — хмыкнул инспектор. — Что же он к вам-то пошел? Вы уж извините, но ваша репутация никак не вяжется с его предложением.
— Из-за прессы, — вздохнул Яков.
Аня покачала головой. Дело о семье художников-расчленителей вышло весьма громким, и Штольман периодически ругался вполголоса по утрам, когда читал газету. Его фамилия всё равно прозвучала пару раз, и ему это не нравилось. — Он сказал, что ему нужен именно такой человек, как я — нестандартный.
— Ну, это он прав, конечно, — согласился Поль. — Стандартные люди ступни в чемоданах не находят и с изуверами по ночам не сражаются.
Яков укоризненно посмотрел на него.
— Ну что же, — тяжело вздохнул Годен. — Дело выйдет заковыристым. Я-то думал, что это убийство из-за производства, а тут еще личного наворочено.
— По деловой сфере есть предпосылки кого-то подозревать? — заинтересовался Штольман.
— Да, — кивнул инспектор. — Личность известная, однако. Почти монополист в сфере химического производства и спичечного в частности. У него десятка два мелких завистников и недоброжелателей и громкий скандал с собственным партнером. Словом, личностью покойный Валентен Кормье был неприятной и к доброму отношению не располагающей. Ох, попьет это дело нам крови, вот увидите!