Детективное агентство "Анна и её духи". Седьмое дело.

— Яша, я не могу понять покойного Кормье, — задумчиво сказала Аня. Она крепче взяла Штольмана под руку, потому что фиакр наехал на кочку. Они закончили разговор с Франсисом, его забрал Годен, и они с Анной отправились к председателю профсоюза. Перре Штольман отправил домой к убитому, чтобы он для него кое-что выяснил у слуг. — Да, весьма противоречивая личность, — согласился Яков и недовольно посмотрел на кучера: ехал тот совсем неаккуратно. — Что тебя удивляет? — Посмотри, мы получили столько неприятных подробностей его жизни, всё говорит о том, что он личность, которая преследует исключительно свои интересы. А о племяннике, тем не менее, он позаботился! Значит, не совсем же он дурной человек. Штольман вздохнул. — Тут, Анечка, я не могу с тобой согласиться! Я полагаю, что таким образом он решил остаться в глазах общества человеком, который не отвергает своих обязательств. Или что-то подобное его вело. — Почему ты так думаешь? — спросила Анна, заглядывая в лицо помрачневшему Якову. — Потому что немного понимаю ситуацию, — улыбнулся Штольман, пожимая прохладные тонкие пальчики. — Ты ведь знаешь, что обо мне тоже дядя заботился. И тоже поместил в школу, а не забрал к себе домой. — Знаю, — ответила Аня, от всей души жалея маленького Яшу, который из родного дома попал в холодный дортуар. — Только истории у нас совершенно разные, — продолжал Штольман, который прекрасно видел, что творится в Анином сердце. — Дядя, как бы занят он ни был, навещал меня при всякой возможности, а на каникулы всегда забирал куда-нибудь и устраивал настоящее приключение. Я знал, что он у меня есть, знал, что я ему не безразличен. Он давал мне ощущение защищенности и родства. А что сказал Ламонтань? Он провел в отдалении от дома двенадцать лет. За время Кормье ни разу его не навестил. За двенадцать лет, Аня! А это ребенок его сестры! Так что тут явно формальная забота. Племянник никогда не был для убитого важным. — Ммммм, — неопределенно пробормотала Анна, задумавшись. Ей снился мальчик. Три дня назад. Сначала она думала, что это Штольман. Такой же кудрявый, такой же светлоглазый. «Наконец-то, — сказал он. — Я уже устал ждать. Пять лет жду». Для маленького Якова он был слишком весел. Сейчас она стала думать, что это мог быть и он. Брат отца действительно любил маленького Штольмана и делал всё, что мог, исходя из той должности, которую он занимал. Может, грустный мальчик, который виделся ей всё это время, был вовсе не так печален, как ей казалось? — И что за маниакальная потребность жениться именно на Флорин Лафрамбуаз? — спросила она, решив, что не может сейчас думать о прошлом. Она не хотела сентиментальничать, потому что в последнее время у нее и так глаза постоянно на мокром месте. Сейчас еще разревется как дура! — Зачем такие драконовские методы? Мало ли не свете незамужних девиц? Раздался хлопок, и Аня чуть не взвизгнула, подавшись назад. Рядом с возницей, спиной вперед сидел крайне недовольный Валантен Кормье. Штольман увидел лицо Ани, догадался о том, что происходит, проследил за её взглядом и зверски уставился между лопаток кучера. Спустя секунду тот сел ровнее и повел плечами. Видно, почувствовал недовольство Якова. Дух тоже неожиданно моргнул и с опаской посмотрел на Штольмана. Аня удивленно глядела на разыгравшуюся перед ней картину. Надо же, Якова в таком настроении боятся не только подчиненные. — Она не должна была себя так вести! — недовольно объяснил Кормье. — Пресная, неинтересная, глупая, как пробка. Только и знала, что в пол смотреть и молчать. А еще нос от меня воротила! Любая другая, поумнее-то, благодарна была бы, что её замуж взяли, а она только и знала, что говорить: этого мне не нужно, платья ни к чему, драгоценности — пережиток прошлого. Тьфу, дура! — Фу, как некрасиво! — возмутилась Аня. Отвратительный человек! Ну не ценишь ты человека, какой он есть, ну оставь его в покое, зачем его мучить и самому мучиться? Как хорошо, что Франсис разглядел во Флорин красоту и доброе сердце, а то так бы и слышала она, что дура, всю оставшуюся жизнь. — Зачем же вы жениться хотели? Да еще так настойчиво? — Она мне нужна была! — хмуро ответил Кормье. — Зачем? — спросила Анна. — Нужна! — упрямо повторил Валантен. — А он у меня её забрал! Щенок малолетний. Предал меня, недоносок. Призрак исчез, оставив Анну в недоумении.