О дикий новый мир! / Год 0

      К вечеру пришла группа из трёх человек с двумя рюкзаками оборудования. Один из них говорил на итальянском, он и общался с Марком на предмет размещения проводов, камер, спутниковой тарелки и освещения. Ровно в полночь Мама римская вошла в кадр и ей прицепили микрофон. На маленьком экране перед собой она увидела человека в темно-синей военной форме, сидящего за столом на фоне карты ЕМ. Как только он увидел, что эфир начался, он улыбнулся и закинул ноги на стол. - Доброй ночи, Ваше святейшество! Меня Дэвид зовут, - сказал он на испанском. - Здравствуй. Ты не мог бы сесть, как следует? - Да, конечно. Я готов сотрудничать, когда мне так быстро идут навстречу, - он зевнул. – Извините, с шести утра на ногах... Так до чего мы с Вами договорились? - Это очевидно. Я не заставляю тебя возвращаться к себе на Родину, но и границу ЕМ переступить не позволю. Если тебе так нужно, свое королевство, занимай пустующую территорию, разрабатывай её и мирно сосуществуй с нами. - Вариант неприемлем. У вас в начале Проекта хотя бы запасы были, а моим людям даже есть нечего будет. - Глупости! Одной дичью, рыбой и фруктами можно питаться бесконечно долго. Вас ведь там не так уж и много? - Ладно Вам, я не настолько расслаблен, чтобы невзначай выдать нашу численность! Но я Вам открою одну тайну: мы прибыли сюда чисто мужской компанией. И как нам плодиться и размножаться? - Я думаю, будет неплохо для всех, если вы просто вымрете естественным образом, - ровным тоном сказала Мама. - А я ожидал чего-то такого. Нет, правда, Вы у меня не вяжетесь с образом доброй христианки. Особенно, учитывая Ваше пошлое... - Что не так с моим прошлым? - С тем, что раскопала Мэри? Честно говоря, не знаю, по этому периоду у нас мало информации, да и то, что есть, вот в таком виде, - Дэвид выдвинул ящик стола и достал пакет с блокнотом полностью цвета запёкшейся крови. – Ах да, забыл Вам сказать, что ей не удалось ни меня убить, ни хотя бы самой сразу на тот свет отправиться. Я начал было с ней беседовать, но как-то быстро сорвался – плохо, знаете ли, переношу разговоры с фанатиками... Так о чём я? Да, прошлое. Я что, правда, единственный, кто додумался пойди в миграционный архив и прогнать Ваши отпечатки по той базе? Анна Эрнандес, если я правильно помню? Не досье у Вас, а прямо драма с элементами триллера! А когда я подсчитал, что вышли бы Вы из тюрьмы примерно в то же время, что Вас провозгласили понтификом... Я просто хотел все бросить и написать про Вас фанфик с таким, например, вступлением: «И сменила она робу на рясу, а кандалы на папский перстень, но человек может выйти из тюрьмы, а вот выходит ли беззаконие из человека?» - А ещё я в три года украла лопатку у соседа по песочнице. Про это не забудете упомянуть? - Да ладно Вам преуменьшать! Признайте, Вы были плохой девочкой, да? - Эта часть переговоров как называется, «Шантаж»? – поинтересовалась Мама. – Я полагаю, за ней последует часть 2 «Запугивание»? - Точно. Приятно работать с профессионалом. Отгадайте, что я сделаю лично с Вами? - Думаю, удивить ты меня не сможешь. В конце концов, я знаю сотни историй о житиях святых. А уж изощреннее, чем их, никого не убивали и не пытали. - Сначала я думал сжечь Вас на костре... - Как Жанну д'Арк? – спросила Мама. - Примерно. Потом подумал про распятие... - О, я буду в отличной компании! А как именно планируете всё провести? Как и Иисусом или как с апостолом Петром? А может, в стиле «Апостол Андрей»? - Прекратите, не заставляйте меня думать о банальном обезглавливании! – возмутился Дэвид. - Дионисий Парижский, это так, навскидку. Я тебе сейчас расскажу один стишок, который помогает запомнить такие детали:

Святую Варвару побили камнями,

Но прикончить ее не смогли они.

Под меч палача попала Катрин,

А Инна и Римма умрут среди льдин.

Утоплен в реке Святой Флориан,

Из лука застрелен Святой Себастьян.

Святую Настасью сожгли на костре,

Апостол Фома погиб на копье...

- Отвратительные стихи, - перебил ее Дэвид. - Строго говоря, это не поэзия, а просто мнемоника, там ещё 300 сток. Но вот что я тебе скажу, мой мальчик: что бы ты для меня не придумал – для меня это всего лишь способ уйти в сиянии славы, потому что, поверь мне, до последней секунды я буду очень громко просить Господа простить тебя и молить Его о защите для моей паствы. Этот эффект ты ничем не сможешь перебить. - Спасибо, что предупредили. Я лишу Вас публики. - Не поможет. Найдутся люди, которым я буду являться во сне, проступать образом на стенах их домов, кто-то будет молиться мне и исцеляться. И что ты этому противопоставишь? Жалкое «А все равно она в детстве машины угоняла?» Ты хоть понимаешь, что здесь даже преступление это неактуально? - Хитрая дрянь, - усмехаясь, констатировал Дэвид. - Попридержи язык. И не забывай, что в моем окружении только сильные люди, органично чувствующие себя на управляющих должностях, у тебя же, как я чувствую, сплошной сброд, а стоит нам тебя прикончить, как они разбегутся. Так что надень бронежилет, каску, спрячься за живым щитом и иди не оглядываясь не менее 2000 км. - Это внушительно и даже немного пугающе, - согласился Дэвид. Возможно, я бы отнесся к Вашим словам серьезно лет 15 назад, но теперь мой опыт подсказывает, что не стоит принимать это близко к сердцу. - Да что ты? - Ваше святейшество, в наших переговорах возникла какая-то напряженность. Давайте разрядим обстановку. Может, массаж плечевого отдела? Или хотите, я Вам что-то подарю? – он посмотрел куда-то поверх камеры и рявкнул: - Эй ты, ко мне!       В кадре появился молодой солдат. Как только он повернулся лицом в камеру, Александра перестала дышать и впилась пальцами в колени. - Нравится? – усмехнулся Дэвид. – Это качественный продукт, могу гарантировать. - Что это вообще такое? Это монтаж или я под гипнозом? – спросила Мама. - Могу доказать, что это человек из плоти и крови, - Дэвид достал из кармана нож. – Говорите, где резать. Монтаж так быстро не работает. - Не надо никого резать, - слабым голосом сказала Александра. - Вот как? Руку! – крикнул Дэвид, и солдат покорно протянул ему левую руку. Нож полоснул по запястью, и кровь закапала на стол. - Отойди, зальёшь мне тут всё! – Дэвид снова начал улыбаться. – Берёте? - О чём ты вообще? Если у вас принято калечить своих солдат, это ваши внутренние проблемы. - Что поразительно, его тоже зовут Бенуа, - как ни в чем не бывало продолжал Дэвид. – Ладно, это не совпадение, - добавил он, видя, как второй Бенуа скривился. – Во всем виноваты его родители-извращенцы. А может, прекратим его жизнь, полную унижений? Поставлю его в первые ряды. Интересно, где у него будет пулевое отверстие: между глаз или в затылке? - Ну всё, хватит! – Александра дёрнула первый попавшийся провод, и изображение погасло. Мама повернулась к Марку и сестре Агнессе, которые испанского не знали, но от этого увиденное стало для них ещё более пугающим. - Что за ступор? Объявляем мобилизацию. Пока задействуем 10000 человек. ***       Когда связь прервалась, Дэвид крикнул: - Саймон! Что за чёрт? Тут все повисло!       Техник проверил провода и покачал головой. - Это они отключились. - Без всякого до свидания, - хмыкнул Дэйв. – Мэтти, иди сюда, хватит там уже кровью истекать.       Младший Бенуа сел на край стола и протянул ему руку. - Я не перестарался? – поинтересовался Дэйв, мастерски перевязывая рану. - Пустяки, - улыбнулся Мэтью. – Новый шрам никогда не помешает. Что теперь: план С? - Так и есть. Жаль, что А и В не сработали, я был бы очень горд, если бы именно ты перерезал ей глотку. Но может, теперь это сделаю я. Пальцы гнутся? - Подуть надо было, - довольно громко пробормотал Саймон, но Мэтью даже не посмотрел на него, только пошевелил пальцами и сказал: - Конечно. Но мне нужна будет перевязка. - Несомненно. Заходи через полчаса. - Ну так что, убирать тут всё или ещё будете с этой монашкой беседовать? – спросил Саймон, когда Мэтт вышел. - Никаких больше бесед. Теперь мы просто придем, стащим её с трона, или где она там сидит, по-тихому расстреляем в каком-нибудь подвале и объявим о начале дивного нового мира. – зевнув, сказал Дэвид. – Слушай, давай побыстрее шевелись, у меня скоро встреча с полковником Кёрком. - У нас нет полковника Кёрка, - в недоумении сказал Саймон. - Уже есть. В полевых условиях нет времени соблюдать такие формальности, как все эти бумаги, предшествующее присвоению звания. А если ты чем-то недоволен, я буду звать тебя рядовой Кроу. - Я всем доволен, полковник Дженкинс. - Генерал Дженкинс, - поправил его Дэвид. – Мэтт, конечно, чрезвычайно одаренный молодой человек, но ему ещё рано быть со мной в одном звании. Субординация – это всё, Кроу. Конфету хочешь? - Я бы лучше выпил. - Из расчета, что наша операция продлится две недели, у нас есть 200 гр пива в день на человека и 50 гр виски на день победы, потом мы начнем исследовать местные запасы. Ты уже получил сегодня свои 200 гр? - Да. Но вот Кёрку, я подозреваю, сегодня перепадёт сверх нормы, - пробурчал Саймон. - Но его же сегодня в звании повысили! Радуйся за боевого товарища! - Я готов прыгать от радости. - Кроу, пошел вон! Ты отрицательно влияешь на мой боевой дух! - Ну, конечно, я же не Кёрк – он-то Ваш боевой дух всегда поднимает. - Отправляйся в карцер! До утра. - Там холодно. - Тем хуже для тебя. - Я ваш последний техник. - С чего это?.. А, точно, они же, наверное, нашу команду расстреляют или, по меньшей мере, в плен возьмут... Вот чёрт! Ладно, иди в карцер на час. - Слушаюсь, сэр! – Саймон взвалил на себя оборудование и вышел. ***       Конечно, мобилизация была объявлена не в тот же час и даже не в тот же день. Всю ночь после так называемых «переговоров» Мама совещалась с премьер-министром и министром вооруженных сил о форме подачи информации армии и остальному населению ЕМ. Все трое были теоретиками в вопросах ведения войны. У Александры был опыт вооруженного захвата власти, но она об этом не распространялась, считая, что в данной ситуации это всё равно не имеет практического приложения. В результате финального голосования один голос Мамы побил голоса двух остальных, и было решено произвести мобилизацию без лишнего шума. Каждый из пятисот военнослужащих ЕМ получил двадцать повесток, которые надлежало вручить лично членам запаса. Предполагалось, что в течение 36 часов вся армия сможет собраться в лагере в 30 км от Рима. При появлении вопросов со стороны гражданских лиц, надлежало сказать, что ведутся учения.       В 7:30 утра одной из первых повестку получила Дюбуа. Она уставилась в листок желтоватой бумаги и сказала: - Вот nazzo! Так это всё-таки правда! - Так ты уже слышала об учениях? – спросил солдат. - Какие еще учения? Мне-то ты можешь эту чушь не рассказывать! - С тобой проживают гражданские? – вполголоса спросил солдат. - Тони! Влад! – вместо ответа крикнула Бубу, и появился Тони с зубной щёткой за щекой и Влад с чашкой чая. - Меня призывают, - объявила Бубу. - Мы не можем выдавать им информацию, - упрямо сказал солдат. - Так это правда! – воскликнул Тони, сплевывая за порог пасту. - Нам хоть оружие-то дадут? – спросила Бубу. - Скорее всего, - неуверенно сказал посланник. – Но если у тебя вдруг есть что-то своё, я бы посоветовал без колебаний брать всё с собой. - Бу, ты никуда не пойдешь, - сказал Влад. - Я пойду с тобой добровольцем, - сказал Тони. - Вы, два идиота! Там же всё по-настоящему! – в несвойственной ему резкой манере высказался Влад. - Да, боюсь, что неподготовленные добровольцы пока не приветствуются, - подтвердил солдат. – У тебя есть сутки, чтобы явиться в лагерь, где обычно проводятся учения. Если нет своего транспорта, надлежит идти пешком либо прибыть в военный пункт для организованной перевозки. Подпиши, - он протянул ей список. - Я тут на днях заключила брак и еще не определилась с фамилией, - растерянно сказала Бубу. - Солдат, мы тебя знаем, как Тровэйль, это и пиши, чтобы не было потом путаницы. - С надгробием?! – снова вспылил Влад. - Повестка передана. До встречи в лагере, - солдат сунул список в рюкзак и умчался на велосипеде. - Зачем ты подписала? – Влад выплеснул чай и захлопнул дверь. - Потому что я готова к этому. Лучше пойду я, чем какой-то любитель. - Да плевал я на этих людей! - Влад, мне всегда казалось, что ты очень гуманный. - Здесь я вынужден согласиться, - сказал Тони. – Плевать на людей – они мне не жена. - Вы меня разочаровываете. И не ходите за мной, мне нужно собираться,- Бубу закрылась в своей комнате. - Антоний, мы должны что-то предпринять. - Тут и думать нечего, пошли тоже вещи собирать, - сказал Тони. - Да когда вы уже научитесь думать! Если ещё и мы туда отправимся, это только усугубит ситуацию. Бу придется думать, как нас защитить, она сосредоточиться не сможет, от нас никакой помощи ожидать тоже не приходится. Я тут вижу только один исход: три трупа в течение одного часа. - Посмотри-ка, иногда от тебя есть польза, - нехотя согласился Тони. – Делать-то что будем? - Призовем на помощь авторитеты, - Влад подошел к телефону. - Нам нужен Бенуа. - И Лин. По одиночке она их сможет переубедить, а вместе – ни за что, - добавил Тони. ***       Когда через час Бубу вышла из своей комнаты с рюкзаком и красными глазами, её встречали не только мужья, но и родители. Она не по-доброму взглянула на своих супругов. - Проболтались уже? - Бу, они поступили совершенно правильно, - Бенуа забрал у неё рюкзак и усадил на стул. – Ты обязана сообщать нам о таких событиях. Не говоря уже о том, что мы должны подписать разрешение. - Не должны, - Бу достала из кармана два кольца. – Я замуж вышла. - Влад! – воскликнула Лин. – Почему мы ничего об этом не знаем?! - Это было спонтанно. Гражданский брак. И вообще, не моя идея. - Настолько спонтанно, что вы даже не успели нам позвонить? Бенуа, хватит молчать! – не дождавшись ответа от Дюбуа, Лин повернулась к бывшему мужу. - Чёрт бы побрал эти новые брачные законы. Вот раньше-то ждали приглашения на регистрацию, а в церкви часами со священником беседовали, - без всякой интонации сказал Бенуа. – Но не мне с вами обсуждать необдуманные браки. Вы мне лучше скажите, из-за чего паника? - Меня призвали, - не поднимая головы, сказала Бубу. - Куда? – не поняла Лин. - Зачем? – спросил Бенуа. – Я всегда думал, что армия – самое безопасное для тебя место. - Не делай вид, что не знаешь...брат Захарий. - О, Господи, Бу, так нельзя! – в ужасе выдохнул Влад. – Бенуа, извини, мы всё объясним... - Да уж, давайте. Я думал, у меня опять паранойя началась, и мне только кажется, что за мной следят. С чего вдруг такое любопытство? - Это не мы, - сказала Бубу. – Она почти насильно нам всё рассказала. - Пока мне нужно пояснение по двум пунктам: кто такая «она», и что такое «всё». Кто начнёт? - Ну, это просто какая-то женщина, - сказал Тони. - Антоний, я согласен с Бубу, что ты ужасно симпатичный, но послушать хочу того, кто умеет выражаться связно, - он повернулся к Владу. - Ты мимо меня смотришь! – Бубу уткнулась лицом в колени. – Как будто меня здесь и нет! С Евой-то, наверное, ты никогда так не разговаривал! - Ну вот, оказывается, у меня всё ещё есть совсем маленький ребенок, - вздохнул Бенуа, - Друзья мои, идите, погуляйте, мы тут в семейной команде кое-что обсудим. Когда Влад и Тони вышли, Лин осторожно спросила: - Дюбуа, у тебя все в порядке? Я не помню, чтобы ты себя так вела... Ты не беременна? - Мама! – Бубу в ужасе посмотрела на неё. - Лин! – одновременно с притворным возмущением воскликнул Бенуа. – Но да...что-то такое мне тоже в голову приходило. - Вы что, совсем того? – у Бубу было такое же напряженное и красное лицо, как при поднятии штанги, - Столько всего происходит, мне не до глупостей сейчас! - Что ж, с одной стороны, приятно слышать, но с другой... Лин, дорогая, а ты говорила с нашим ребенком на всякие неловкие темы? - Почему я? Она пять дней в неделю у тебя жила, - заявила Лин. – Вот Ли у меня прекрасно просвещен. - Меня не волнует, что там с Илией, у нас тут назревает тревожная ситуация... - Тебя никогда не волновало, что там с Илией! У тебя что, куча сыновей, что ты можешь позволить себе такое отношение? - Я ухожу на войну! – громогласно напомнила Дюбуа. - Не говори глупостей, никуда ты не уходишь, - Лин открыла форточку и закурила. - Да, не думаю, что это вопрос первостепенной важности, вряд ли мы посоветуем тебе что-нибудь очень полезное, так как у нас нет опыта пребывания в той неестественной форме брака, что выбрала ты... - Да все у меня естественно! И это обычный брак, разрешенный Мамой! Кстати, о ней. Я все про вас знаю. - Про кого это, про нас? – Лин бросила окурок в раковину. – Бенуа, у тебя что, хватило наглости рассказать ей про Митча? - Ничего я не говорил, - медленно сказал Бенуа. – Лин, ты бы пошла, позвонила своему мужу и разузнала какие-нибудь сведения про эту якобы войну, а то мы так долго можем спорить, кто прав. - Ладно уж, - Лин вышла. - Ну, и что вы там себе навоображали? – спросил Бенуа. - Ты возглавляешь какой-то Особый комитет Ватикана под вымышленным именем. Я видела твой пропуск. - Я его сам сделал. - Там подпись Мамы. - Это что, большая сложность? Знаешь, сколько её подписей я видел, пока стадион строил? Могу хоть сейчас так расписаться. - А зачем?  - Такой документ очень помогает в ведении бизнеса. - Ну, ладно. Но тут была одна личность, которая нам говорила, что прибыла из другой части планеты, и она узнавала всякие сведения про Маму. - О, Господи, Бу! Слухи про какую-то мифическую «другую часть планеты» были всегда, ещё задолго до того, как ты родилась. И всегда появлялись сумасшедшие, которые искали какие-то заговоры или жуткие тайны, скрываемые Ватиканом. Но даже если каким-то непостижимым образом там кто-то живёт, а Мама нам этого не говорит, у неё есть для этого серьезные причины. - Бенуа, мне кажется, она не врала. Иначе меня бы сейчас не мобилизовали. - Да, кстати об этом. Ты уверена, что это настоящий военный призыв, а не какие-то внеурочные сборы? - Ну да. Там все очень серьёзно, мне дали всего сутки на прибытие, заставили подписать согласие и не рекомендовали кому-то об этом сообщать... А я из-за этих двоих болванов уже нарушила это требование! - Ясно. Тогда нам нужно торопиться. - Ты мне поможешь? – оживилась Бубу. – Я бы не отказалась от какого-нибудь оружия. - Бу, ты туда не поедешь, - твёрдо сказал Бенуа. - Ты что?! Это ведь преступление! Меня расстрелять могут за дезертирство! - А тебе в голову не приходило, что тебя и так там застрелят? Тебе кажется, что солдатом умирать приятнее, чем дезертиром? - Не факт ещё, что меня убьют, - поёжилась Бубу. - Нет, конечно. Вероятность не более 95%, если ты действительно хорошо подготовлена и сама будешь быстро и эффективно уничтожать врага. Тогда, правда, ты выйдешь с поля боя живая, и всего лишь покрытая грязью, чужой кровью, мозгами, кишками и кусочками кожи. Ну что, будем настраиваться на этот вариант? Тогда я тебе вручу автомат и пару тысяч патронов. По всей видимости, и в бронежилете ты сможешь передвигаться. Не вешай нос, - он обнял ее. – Не всё так плохо. Сейчас так холодно, что точно не будет сотен мух над трупами, а если тебе побриться наголо, то, может, ты и вшей не подхватишь. - Ты что, думаешь, я хочу туда? – Бубу ещё сильнее уткнулась ему в грудь, зашмыгала носом, и он почувствовал, как на рубашке растекается мокрое пятно. – Но я же не могу не пойти, я...я обещала! - Кому? - Ну...не знаю...государству, - Бубу растерялась и даже перестала рыдать. - Кто это? Мне кажется, в первую очередь ты должна думать о своей семье, о маме, Илии, своем немолодом отце, о Владе и этом, втором... - Его Тони зовут! - Вот именно. А если кто-то устраивает неожиданный призыв, этому кому-то нужно было раньше подумать о создании более многочисленной профессиональной армии. - Ты правда думаешь, я могу не ходить? - А ты правда думаешь, что людям нравится становиться вдовцами через пару дней после свадьбы? Не подумай, что я напрашиваюсь на жалость, но я кое-что об этом знаю. - Ой, извини... Я поняла. Но мне нужно выяснить, как Влад и Тони отнесутся к жене-дезертиру. - Уверен, что без предубеждения, - Бенуа выглянул за дверь. – Друзья мои, она остается с нами! - Ещё бы, - Лин начала задёргивать шторы. – Стефан подтвердил, что все серьёзно и запретил мне выходить на улицу, но надо срочно найти Ли. - Я уверен, что семья Леоники о нем позаботится, - сказал Бенуа. - Ну хоть сейчас прекрати быть такой скотиной! – рассвирепела Лин и повернулась к Дюбуа. – Извини, детка, но я просто уже не могу! - Что с вами вообще происходит? Пап? – Бубу беспомощно посмотрела на отца. - А что, мне тоже интересно послушать, что происходит, - сказал Бенуа. – Валяй, Лин, выкладывай, пока нас не разнесло ядерным взрывом. - И пожалуйста! Дело в том, что лет этак 18 назад твой папочка упоролся какой-то дрянью, а потом с собой хотел покончить, отчего, видимо, у него случились необратимые изменения в мозгу. Да ладно, я мирилась со всеми его навязчивыми состояниями, но потом он совсем сдвинулся, в частности, начал думать, что Ли – вовсе не его ребенок! - Представленное так, всё это, правда, мерзко звучит. – согласился Бенуа. – Но у меня были основания для сомнений. - Schwilze, да ты по полгода на меня даже не смотрел! Мы больше двух лет жили на грани бедности, на мне весь дом держался, я и крыс ловила, и канализацию чинила, и детей воспитывала, а ты или страдал или вообще пропадал, или был на очередной реабилитации... А Митч мне хоть немного помогал. И я не горжусь тем, что один раз, всего на мгновение, но позволила себе обнять друга, который, видите ли, мужчина! - Мама! – ужаснулась Бубу. - Да что за несправедливость! – обиделась Лин. – Единственное отличие между мной и Бенуа – это то, что он сразу женится на женщине, к которой прикоснулся. Никто и не заметил, что Влад отлучился и снова появился. Он воспользовался паузой в ссоре и сказал: - Я тут попробовал Илии позвонить, но Лео говорит, что к ним заходила Зоя, после чего они вдвоем куда-то умчались. - Тошнит меня уже от вашей семейки! – Лин все-таки влепила Бенуа пощечину. – Куда твоя племянница утащила моего ребенка?! - Так всё-таки твоего, а не нашего? – спросил Бенуа, уже набирая номер. Лин только горестно застонала. - Привет, брат. Илии там у вас нет? Будь добр, загляни и проверь, что они там делают... Да, подожду... - Что там? – спросила Бубу.  - Тано говорит, они только что прибежали и закрылись у Зои в комнате... Ну, по крайней мере, он жив... Да, что там? Я так и думал. Поставь их в угол и давайте уже собираться на совет, надо что-то решать... Ладно, часа через два, - Бенуа положил трубку. – Они собрались добровольцами отправиться в военный пункт. - Чокнутое поколение, - почему-то с облегчением сказала Лин. - Да они просто ещё не знают, что это такое. Нам...мне пришлось пережить много всякого, хотя мы этого совсем и не желали. А вы ничего опаснее крысы не видели и собрались воевать, - Бенуа пошарил по карманам, достал пакетик и высыпал в рот порошок. - Тебе что-то новое выписывают? – обеспокоенно спросила Лин. - Старое. Просто уже месяца два вместо таблеток дают порошки, - Бенуа поморщился. - Я не думаю, что стоит заявлять так категорично. Например, я не хочу принимать участия ни в каких боевых действиях, - сказал Влад. - Знаю. И мне всегда нравилась твоя разумность, - Бенуа одобрительно похлопал его по плечу. - А я-то почему тебе не нравлюсь? – возмутился Тони, - Да я готов был куда угодно идти за твоей дочерью!  - Дорогой, там бесполезно искать логику, - утешающе сказала Лин. – И давайте уже объявим перемирие и начнем действовать. - В первую очередь нам нужен штаб, - Бенуа достал из сумки блокнот и карандаш. – Общий сбор у Марко через два часа, но в качестве постоянного центра его квартира не подходит, нам нужно уходить из города. - Ферма Марио? – предложил Влад. - Скорее всего. Некоторые запасы еды, вода, есть подвал. Везем туда наши припасы. Только необходимое: пища, одежда, перевязочные материалы, антибиотики, обезболивающие. - А как же оружие? – уже совсем спокойным голосом спросила Бубу. - Кто умеет обращаться – да, остальным, - Бенуа выразительно посмотрел вокруг. – Ни в коем случае. - Мы можем научиться, - сказал Тони. - Прибудем в штаб – будет видно, а пока вам положена только одна единица. Шкаф отодвиньте. - Будем блокировать дверь? – удивилась Бубу. - Будем доставать клад.       За шкафом обнаружилась никак не замаскированная дыра, из которой Бенуа извлек бряцающий сверток. - Они же могли его найти! – в ужасе воскликнула Дюбуа. - Но не смогли бы собрать, - Бенуа развернул части автомата. – Пошарьте, там еще должны быть патроны. Всего по квартире мы их спрятали около восьми тысяч. Немного, конечно, но Тано проверил эту партию, говорит, все должно быть в порядке. - А мне нельзя что-нибудь более прицельное? Ну, винтовку, например? – поинтересовалась Дюбуа. - Бу, при всем уважении, в нашей семье хорошими снайперскими качествами обладает только Тано, так что бери, что дают. Это всё везём в штаб – по улице никто с автоматом бегать не будет. - А защищаться как? – спросил Тони. - Я просто неправильно выразился. Вы не будете не только с автоматами, вы вообще никак бегать не будете. Думаю, сегодня всё будет еще более-менее тихо, а потом – никаких вылазок без одобрения и согласования. Помимо вклада в общие запасы у каждого должен быть собран подъемный рюкзак, который, если что, позволит вам выжить в одиночку хотя бы пару дней. - А в рюкзак нам можно гранату или пистолет? – оживилась Бубу. - Нет. Только нож широкого спектра действия. И не резать им людей, пока на 100% не будете уверены, что это не свои. Все, расходимся. Лин, у тебя всё будет нормально? - Странный вопрос к жене отставного полковника, но спасибо, что спросил, это самое милое, что я слышала от тебя за последние 15 лет. Неужели все так плохо? - Похоже на то. Настолько, что мне даже хочется с вами обняться и проявить сентиментальность. Лин, пожалуйста? - Ладно, - проворчала она, и они с Бу обняли Бенуа. - Всегда помните, что вы - часть самого счастливого периода моей жизни, - вздохнул он. - Ты в своем уме сейчас? - опасливо спросила Лин, впрочем, не пытаясь перестать обниматься. - Абсолютно. Когда мне нужно срочно вспомнить что-то хорошее, первое, что мне приходит на ум, это один вечер, когда Бубу был месяц или около того. Как я пришел домой, а ты просто сидела на полу и смотрела, как она спит. А потом мы там с тобой вместе просидели полночи, наверное, иногда шепотом разговаривая, и я просто поверить не мог своему счастью и удаче - как же у меня получилось так удачно тебя найти. - Вот как у тебя получается все делать с опозданием в 16 лет, обясни мне? - Лин шмыгнула носом и отошла. - Да, надо прекращать настолько тормозить. Я думаю, что даже смогу сейчас под шумок Ингу уговорить помириться. - Ну, дерзай, пробовать никто не запрещает. - Да что вы все, с ума посходили, что ли? С чего вы взяли, что я сотворил что-то ужасное? - В эфир просочилась информация, что ты лет 40 с кем-то встречался и, может быть, у тебя есть ещё пара детей на стороне. - Ничего подобного. - Да знаю, что нет. Особенно в период нашего брака. Ты нас-то еле содержал, какие там ещё другие дети...но вот женщина - вполне вероятно. И это даже хорошо. Так меня еще меньше совесть мучает. В общем, Ли я забираю с собой, а ты присмотри за Дюбуа. - Ты серьезно думаешь, что Илия согласится сейчас отделиться от нас, а особенно – от Зои? - Nazzo! Сдаётся мне, мы ошиблись с контрактом и будем выплачивать ту часть его содержания, которую вносила семья Леоники? – вздохнула Лин. - Не будь так пессимистична. Может, мы ещё и не доживем до этого.