Где водятся кентавры и иже с ними…

      Как только мы оказались в кабинете, я занял рабочее место, так привычное прежнему хозяину тела и задал прямой вопрос, который мучил меня со вчерашнего вечера. — Скажи, Энсин, кто нанял Луриса? И почему именно его? — Вы и наняли, милорд, - спокойно ответил дворецкий. — Пьяный был что ли? — Нет, Ваша светлость, Вы были вполне трезвы. Однако… - Энсин замолчал. Он не решался сказать, как есть, подбирая такие слова, чтобы, очевидно не вызвать гнева с моей стороны. — «Однако», что? — Вы выбрали первого попавшегося кандидата. Рекомендации были не ахти, он уже два дома сменил. Но Вам было всё равно. Что–то не так? — Всё не так, Энсин! Меня не устраивает качество его работы. Он нанят для присмотра за маленьким господином, а сам занимается черте чем. Да и Эйлин не доволен им. Жалуется на то, что нянь с ним даже не играет, занимается своими делами. И потом, на кой мне нянь, если я сам больше времени провожу с сыном? Не вижу смысла держать его. — Но как же Ваши отъезды, милорд? — Мои отъезды? — Да, Вы ведь часто уезжаете. Если его уволить, то маленький милорд остаётся без присмотра и будет предоставлен сам себе. Представляете, в какую беду он может попасть? — Представляю, - ответил я задумчиво, хотя на самом деле представить себе этого не мог. Наверное, действительно что–то страшное. Как я понял, он единственное дитя Адиссона, а значит - моё. Следовательно, я не имею права подвергать ребёнка малейшей опасности. А раз на данный момент и до конца дней Адиссон – это я, то и беспокоиться о безопасности мальчика мне. — Что Вы намерены делать? — Уволь его. Моему сыну нужна няня, не спорю, но эта бестолочь, коим является Лурис, не должна и на расстоянии мили подходить к нему. Найди эльфийку. Подбери такую, чтобы и поиграть могла и научить грамоте, а позже жизненным навыкам. И вообще, пора давать ему образование. Музыкой с ним я займусь сам, а вот науки предоставлю учителю. Найди такого, который найдёт к мальчику подход и обучит всему необходимому. У моего наследника должно быть образование. — Как прикажите! – согласился Энсин. – Могу я задать вопрос? — Говори, - разрешил я. — Вы случайно головой не ударялись, когда Мелиндэ нашёл Вас под тем деревом? Вы не похожи сами на себя, милорд. — Может и ударялся, я не помню. А что тебя смущает? — Раньше Вас не заботил вопрос образования маленького господина. Что произошло такого, что Вы передумали? — Не могу поменять мнение, Энсин? — Конечно, можете! Только… — Что «только»? Я что, неучу наследство оставить должен? Сами же разоритесь! Представляешь, сколько людей пострадать может? Мне второй Лурис не нужен! Ты спорить со мной будешь или выполнять? – спросил я, теряя терпение. — Простите, милорд, я немедленно займусь подбором кандидатур для няни маленькому господину и рассчитаю Луриса.       Неожиданно, я услышал визг и плачь Эйлина. Ни секунды немедля я подскочил и понёсся в детскую. Энсин бросился вслед за мной, Мелиндэ, стоящий под дверью тоже успевал за нами. Та сцена, что я застал, взбесила меня и я был готов убить Луриса на глазах у четырёхлетнего ребенка. Лурис ругался как сапожник, называл Эйлина бездарностью и эльфийским отродьем (он то был человек), сотрясая в воздухе указкой. На доске были начертаны эльфийские письмена, а Эйлин их писал у себя на бумаге. Судя по количеству исписанной бумаги, занимались они давно, наверное, с самого начала, как ушли от нас из столовой. Ребенок плакал и жаловался, что устал, а недовольный «учитель» грозился строго наказать, если он ещё хоть пару строк не напишет. Собственно, лично я такого указания не давал. Я велел Лурису лишь отвести ребенка в комнату, чтобы он отдохнул, а значит, просто поиграл в тишине. Этот пройдоха решил заняться самодеятельностью и научить маленького господина «уму – разуму» вместо игры. — Что здесь происходит? — Я… просто мы учились… Маленький милорд говорил, что ему скучно, я решил его занять… - Лурис резко поменялся в лице, увидев меня в проёме двери детской комнаты. Естественно, я и слову не поверил. – Маленький господин сам предложил, а теперь ленится… — Чего? – рыкнул я, подходя ближе. Только сейчас я заметил, что от плача у Эйлина не только глаза красные, но и пальчики. Этот изверг вообще берега потерял что ли? Это взбесило меня ещё больше, но я едва сдержался. Поэтому, обратился к рядом стоящему дворецкому. Он, кстати, тоже такого не ожидал. – Энсин. — Да, милорд. — Уведи маленького господина помыться, обработай руки и уведи в сад погулять. Если встретишь Макмиллана, передай ребёнка ему, и займись тем, о чем я тебя попросил ранее. — Да, милорд! – отрапортовал Энсин. Он подошел к Эйлину и взяв на руки, вынес из комнаты. Вот теперь меня ничего не сдерживает. — Ты, мразь подхолимная! – я вцепился одной рукой в шею Луриса и как следует надавил. Он обхватил моё запястье, рефлекторно пытаясь освободиться. — Вы же сами ве-ле-ли… - испуганно выдавил из себя парень, едва ловя воздух ртом. — Как посмел ты поднять руку на маленького господина? Ты вообще, соображаешь, на кого руку поднял, челядь безмозглая? - рычал я, едва удерживаясь оттого, чтобы не надавить на его горло сильнее и не придушить, наконец. — Вы же сами… приказали… — Что я велел и что приказал такого, что вместо игры с ребёнком, которому полных пяти лет нету, ты доводишь его до слёз и поднимаешь на него руку? Как ты посмел его оскорбить? Милорда! Наследника этого дома! Ты в своём уме вообще? — Когда Вы наняли меня, то просили быть с ним по строже и если надо, то и наказывать! – оправдывался горе-нянь. Вот же ж подстава! Не объяснять же этому малохольному, что я не тот, кем был раньше, попаданец! Пришлось выкручиваться иначе. — Но не оскорблять же! Наказывать, не значит унижать! Кто ты такой, чтобы поднимать на него руку? Не дай боги, ты травмировал ему пальцы! Я урою тебя на месте! Если он не сможет играть на клавесине, я тебя самого изуродую! Тварь ползучая! Для проформы, со всего маха, я толкнул его в стену. Он летел с шумом, разбрасывая в сторону игрушки и ломая мебель. Несколько ударов под дых и по лицу привели его в чувство. Так как о состоянии ребёнка я не знал, то вызвал охрану. — Стража! - позвал я. Как только зашёл Мелиндэ с охранниками, я приказал: - Арестовать! Посадить на хлеб и воду до выяснения обстоятельств. Позже решу, что с ним делать. Действуй! Охранники схватили упирающегося Луриса и потащили в неизвестном мне пока направлении. Да это было и не интересно. Мне сейчас главное найти сына в саду и успокоить. Энсин действительно нашёл кентавра и приказал ему присмотреть за юным милордом до моего прихода. Плачущий Эйлин, по всей видимости, вызвал в сердце гиганта такое же негодование, как и у меня. Я застал Макмиллана в человеческой ипостаси, сидящим на земле под деревом и успокаивающим плачущего Эйлина. Его конь пасся неподалёку, не обращая ни на кого никакого внимания. Я присел рядом. — Что стряслось, Адиссон? Я не могу успокоить Эйлина, - пожаловался Макмиллан. — Рассказать, так ты грех на душу возьмёшь. Признаюсь, я и сам не в восторге, сам чуть не прибил эту тварь! Немного только пар выпустил, едва сдержался, - ответил я, забирая сына к себе на колени. Он всё ещё хныкал и дул на покрасневшие пальчики. В какой–то момент он напомнил мне меня самого. Было время, когда некому было меня пожалеть, кроме матери. А у Эйлина матери не было. Я ему и мать, и отец. Беглый осмотр показал, что с ними всё в порядке, они целы, просто побиты указкой няня – мучителя. Мгновение и в моих руках с пальчиками малыша стало всё в порядке: боль и покраснение ушли безвозвратно. — Обещаю, что не убью. Рассказывай! – потребовал Макмиллан, как только я закончил «лечить» пальцы сына. Он был как никогда серьёзен. Таким озабоченным и встревоженным я кентавра ещё не видел. — Лурис возомнил себя учителем и учил Эйлина писать. Только вот, не учёл, что ребёнок ещё мал и для обучения нужна игра, а не муштра. Он не только оскорбил его и повысил голос и, но и руку поднял. Я переживал, что пальцы повредил. — Где он сейчас? — Не знаю, его увёл Мелиндэ. Мне надо кое–что выяснить прежде, чем я решу его судьбу. — Что именно ты хочешь узнать о нём? — Например, как давно это происходит? Эйлин… — Как он появился… - пояснил сын, пряча лицо у меня в складках рубахи. — Сколько времени? – решил я уточнить. — Месяца три, - ответил за Эйлина Макмиллан. – Да, помню, он тогда заменил кормилицу-эльфийку. — Он сказал, что это ты приказал меня строго наказывать… - прогудел Эйлин всё ещё пряча лицо. — Неправда! Ничего такого я ему не говорил! – ответил я ребенку, обнимая за голову. И это было чистой правдой. Лично я ничего такого не говорил! Точно! - Эйлин, ты ведь мне говорил, что он тебя не обижает. — Он не обижал. Он наказывал стоянием в углу и ещё много чего, когда я не хотел учиться, - пояснил мальчик. От этого у меня побежал неприятный холодок вдоль спины. Будь я сейчас диким зверем, моя шерсть дыбом поднялась бы на холке и вдоль всего хребта. – «За учебу или поведение — это же не обижать, а воспитывать…». Ну, он так говорил… - сопел мальчик, пряча лицо у меня на груди. — И почему ты молчал? – задал я резонный вопрос. — Он пригрозил, что если пожалуюсь, то ты слушать не станешь, а он только накажет сильнее. Я его не боялся только когда ты рядом был. — Он больше и пальцем не тронет тебя, обещаю, - я поцеловал малыша в голову и крепче обнял. Только сейчас я понял, что за столь непродолжительное время этот ребёнок стал мне дорог. Такого светлого и доброго мальчика я ещё не встречал. Его нельзя не любить. - И тебе не придётся никого бояться. Его в особенности. — Ага, пусть только подойдёт или появится мне на глаза… - тоже пообещал Макмиллан. — Я его сегодня же уволю, - сказал я. – Надо же, как получилось: когда я услышал крик, то в это время как раз обсуждал с Энсином вопрос о замене няня на няню. Он подыщет эльфийку. Она и няней, и охранником будет. Мне этот тип очень не понравился. Сначала я присматривался, а потом понял, что он полный дилетант в вопросах воспитания детей, да и бездарь несусветный. К тому же, безответственный. Он даже посмел мне в глаза сказать, что это я его надоумил собственного ребенка бить за что-либо! Врун несчастный! Раз так, я ему даже рекомендательного письма не дам. Пусть катится на все четыре стороны и по-дальше. — Верно говоришь, Адиссон, - согласился Макмиллан. – Будь я на твоём месте, то поступил бы точно так же. Просидели мы так, наверное, с час, пока Энсин на обед не позвал. После обеда уставший Эйлин прекрасно уснул на диване в гостиной, пока я разбирался с бумагами для казначея. Как только он явился, то я потребовал расписать мне всё, на что уходят деньги графства, как собираются налоги и попросил разобраться с теми, кто ранее был обманут. Последним была выплачена компенсация и прощён несуществующий долг. Позже, когда Эйлину была нанята эльфийка в качестве няни и охраны по имени Айнон, я был вынужден отправиться в одну их своих провинций. Пришло сообщение от наместника, что, покоя не дают разбойники на дороге. Нельзя спокойно проехать по дорогам как в соседнее селение, так и просто приехать ко мне, чтобы пожаловаться. Чудом, что это письмо пришло. Как оказалось, уже третье. Первое, конным курьером не дошло, видимо. Второе пешим посыльным тоже где-то потерялось вместе с самим курьером, а третье прилетело с голубем. Сам наместник в письме и указал, что это третье письмо. Долго не думая, я начал собираться в путь. Ведь если староста написал, то дело приобрело серьёзные масштабы и не может не беспокоить. Вот о каких отъездах говорил Энсин. Поэтому, дождавшись того, как он найдёт для Эйлина достойную няню, я засобирался. — Я поеду с тобой, - заявил мне Макмиллан. — Ещё чего? Я сам что ли не справлюсь? Да и охрана со мной, – успокаивал я кентавра. - Отряд личной армии идёт! Чего ты боишься, не пойму? — Если это третье письмо, значит, дело дрянь! – пояснил Макмиллан. – Лишние руки тебе не помешают, Адиссон. — А с Эйлином кто останется? Мне спокойнее, когда ты рядом и в случае чего, с охраной поможешь. — А эльфийку – воина ты для чего тогда нанял? — Охранять, конечно, - ответил я. – Помощь в твоём лице ей не помешает. — Если она так хороша, как описано в её рекомендательном письме, то она прекрасно справится и одна. — Макмиллан! Не серди меня! Ты остаёшься! – сказал я строго. — Да, господин! Как прикажете! – кентавр нарочито–театрально откланялся и вышел вон из кабинета с каменной миной на лице. У меня осталось поганое чувство, что слишком легко он согласился. Это было для него странным и мне не нравилось. Через пару недель, как я нанял эльфийку для Эйлина и проверил ее боевые навыки, отправился в путь до провинции Шансси, где предстояло разобраться с бандитами на дорогах. Ехать двое суток. На первом же привале Мелиндэ сообщил, что за нами шёл «хвост». Этим «хвостом» оказался вышеупомянутый кентавр в своей истинной ипостаси. И нет бы, скромно и виновато в глаза смотреть, мол, простите раба верного за ослушание. Нет же, это не про Макмиллана. Смотрел он твёрдо, уверенно, абсолютно без страха, что я его отругаю и прогоню. Только взглянув в его наглючие карие глаза, я понял, что спорить с ним бесполезно. Явился он в полном военном обмундировании, за спиной красовался лук, колчан со стрелами, на конской спине сумки с провизией и аптечкой. Палатка тоже имела место быть. Он прикрепил ее под сумкой с провиантом. Под аптечкой Макмиллан умудрился прикрепить меч. Интересно, он до садовника воином был что ли? Сейчас в доспехах он смотрелся куда как более гармоничнее и естественнее, чем у меня в саду, ухаживающим за цветами. Я аж залип. Пришлось срочно приходить в себя, дав мысленный подзатыльник. — Я что, с пустым местом разговаривал, когда велел дома оставаться и присматривать за юным милордом? - только и спросил я, едва не поперхнувшись похлёбкой, которую приготовил походный повар. — За ним есть кому смотреть, господин Адиссон, - возразил он спокойно, соблюдая субординацию в присутствии членов моей охраны и слуг. — Возвращайся! — И не подумаю! – с долей вызова ответил кентавр. – Моё место рядом с Вами. — Мы не рассчитывали на тебя провиант, - решил я схитрить, но не вышло — У меня всё с собой, милорд. — Еще одно нарушение приказа, будешь строго наказан! – сдался я. – А если с моим сыном что – нибудь случится за наше отсутствие, это останется на твоей совести и ответственности. Если, конечно, совесть у тебя есть. В любом случае, будешь отвечать! — Как прикажете, господин! – это был ответ непримиримым тоном латентного лидера. — Можно подумать, ты выполняешь мои приказы, Макмиллан, – проворчал я. –А теперь скройся с моих глаз! Довольно улыбаясь, Макмиллан ушёл к охране, а я продолжил трапезу. Охрана всё время была на чеку и Макмиллану ничего не оставалось, как присоединиться к ней. И не зря. Ночь прошла относительно спокойно, но за полдня до Шансси, случилось то, чего мы и ожидали. На нас напал отряд хорошо вооруженных разбойников. Мы были готовы к нападению в любой момент, поэтому, застать нас врасплох у них не получилось. Тем более, что присутствие только одного кентавра в наших рядах поубавило спеси у нападавших. Через пятнадцать минуть отражения атаки, разбойники отступили в меньшем количестве, у нас же потерь не было. И все же меня мучили мысли: что же прежний владелец тела такого натворил, за что его постоянно кто – то хочет убить? Кому вообще выгодна моя смерть? Я спросил об этом у Макмиллана. — Ну, у меня два основных предположения, - ответил он, немного подумав. — Каких же? — Первое, - начал он свои рассуждения, – это обычное разбойничье нападение. Мы ведь для этого едем, чтобы разобраться с ними? Так? – я кивнул, а он продолжил: — В данном случае мы можем послать отряд, чтобы найти их по следам и уничтожить. А при появлении такой банды вновь – повторить сделанное ранее. В противном случае, все твои подданные будут только страдать от разбойников. В конце концов, люди платят тебе налоги, так будь добр их защитить. Иначе, ты можешь просто разориться, так как налоги будут присылаться не тебе, а в карман разбойной шайки. — А второе? – спросил я, поторапливая кентавра с ответом. Уж больно он много разглагольствует. — А второе – более жестокое, чем первое. И, если в первом случае врага ты знаешь, то в этом случае, кто твой реальный враг – загадка. Тогда получается, что бандиты эти не простые разбойники с дороги, а наёмники. Найти этот отряд будет непросто, а тем более узнать, кто за этим стоит и чего добивается. — И как же я это сделаю? Найти разбойников в лесу – это всё равно, что искать иголку в стоге сена. — А следопыты на что? Найми одного и дело с концом. Лучшие следопыты – эльфы Верхнегорья. Тебе ли не знать? Дороговато твоя братия берёт за работу, зато всегда гарантированно находит то, что ищет. Нам бы только узнать, кто их нанял, а что с ним делать, разберёмся на месте. — И где я следопыта тебе возьму? — Мелиндэ попроси! Он тебе быстро по своим каналам отыщет! — Я, конечно, попрошу. Но что толку искать по холодным следам? Пока он найдёт следопыта, следы исчезнут! — Не факт! Вы - эльфы в лесу как у себя дома. А эльфы Верхнегорья тем более, потому не стоит за это волноваться. — Да? Не знал, что эльфы такие волшебники, что могут отыскать человека лишь по едва заметным признакам пребывания в лесу, - искренне изумился я. Не, ну, серьёзно! Может, прежний владелец тела и знал об этом, но не я. К тому же, я полагал, что магия эльфов заканчивается на самоврачевании. Моя реакция умилила кентавра, и он обворожительно улыбнулся на мои слова. Полмира можно отдать за эту улыбку «сказочного существа», а мне она досталась абсолютно просто и безвозмездно! Немного переведя дух и оказав раненым помощь, мы тронулись дальше. Путь проходил спокойно, и никто больше не посмел на нас напасть. Из-за задержки в пути, мы приедем в Шансси не раньше следующего утра. На привале вечером, у костра я рассказал Макмиллану о том, что на меня уже нападали. Тогда я отделался небольшим ранением, с которым быстро справился. Он выразил мнение, что, если такое происходит один раз – это можно принять за случайность. Но когда второй раз подряд – это уже не случайность и шутить с этим не стоит. Надо срочно принимать меры. Я неожиданно притих и задумался, глядя на то, как пляшут языки огня. Ко мне подсел Макмиллан и обнял за плечи, набрасывая на них одеяло. Я дёрнулся, чтобы он отстал от меня. Что я, девица какая, чтобы меня утешали? Обойдусь как – нибудь, да и охрана во главе с Мелиндэ смотрят. Неловко как-то! — Отвали! – прошипел я, скидывая с плеч его теплые и сильные руки. — Тише, не буянь! – шепнул он мне на ухо и только крепче обнял. – Тебе надо успокоиться и отдохнуть! Утром будешь думать, что да как! А сейчас лучше поспать. — Макмиллан, я просто хочу, чтобы ненадолго меня оставили в покое. Понимаешь? – не сдавался я. — Понимаю! Но если ты будешь себя изводить, то я могу вскоре потерять тебя второй раз. А такого я допускать не могу и не хочу. — Никто тут себя не изводит! - возразил я, сбрасывая, наконец, с моих плеч руки кентавра. - Я хочу просто помолчать, посидеть в тишине. Мне так легче думать. Утром, уже сидя на лошади, я пытался что-то придумать на счет сложившейся ситуации. Разные мысли роились. Но в виду того, что информации было мало, я не мог отработать ни одну мало-мальски стоящую версию. Мельтешащие мимо деревья не давали сосредоточиться на мыслительной деятельности. Поэтому время от времени, я поглядывал по сторонам, чтобы меня никто не мог застать врасплох. Промолчал я вплоть до самого приезда в провинцию. *** В самом Шансси нас встретили с радостью, местные давно не видели, чтобы хозяин земель их навещал (в моём лице, естественно), а потому и радовались. Знали, что с его приездом всё наладится. Не сразу, конечно. Мы подъехали к небольшому скромному особняку. Встретили нас слуги и как только удалось разместиться, с докладом прибыл наместник – тот, что писал мне письмо. Пришлось сразу с дороги, не обедая и не позволяя себе хоть сколько-то отдохнуть, выслушивать метра Седрика Сарна. Это оказался немолодой мужчина-эльф, приятной внешности, с копной серых длинных волос, зеленоватыми пронзительным глазами, среднего роста и деловом потрёпанном костюме. Сразу было видно, что ему доложили о приезде хозяина буквально десять минут назад и он поспешил предстать пред ясны мои очи. Я смерил его быстрым оценивающим взглядом и попросил рассказать всё, что его беспокоит.       Беседа затянулась и пришлось перенести ее в маленькую, но довольно уютную столовую. За наскоро приготовленным обедом мэтр Сарна продолжил рассказывать о делах. Как оказалось, беспокоили его не только разбойники на дорогах, но и усложнившаяся ситуация с поставками некоторых продуктов в провинцию. А всё из-за разбойников и одного известного флейтиста – одиночника. Поймать его не смогли, да и с дудкой своей он не расстаётся. Несколько отрядов профессиональной и добровольной охраны он вывел из строя. Люди не хотят больше ходить в лес, чтобы изловить этого гада. Хорошее дело – сломать бы эту флейту, да как подобраться, если самого флейтиста словить нет никакой возможности. Седрик также рассказал, что флейта заговорённая и к ней невозможно подступиться, чтобы просто так сломать. Лучший способ снять заклятье – бросить в огонь. Но разве это реально? Кроме прочего несколько домов требовали ремонта, в том числе складское помещение для хозяйской провизии и налоговых сборов. Впрочем, людям давно нечем платить налоги, прибыли благодаря разбойникам практически нет. Закончив беседу с метром Сарной далеко за полночь, я отправился спать. Сил уже ни на что не было. В хозяйские апартаменты меня проводил Макмиллан и тут же остался со мной. Я очень удивился этому. — Не понял? Ты чего не выходишь? Я сам разденусь и лягу спать. Камины уже давно топятся, мне будет тепло и не страшно, не переживай, – решил я его направить к выходу. Но, не тут-то было. — Ага, будто я не знаю, что тебя одного в принципе оставлять нельзя! Слышал же, что сказал Седрик? Разбойники кругом! Откуда им взяться, если они не местные? Они предприняли уже не одну попытку убить тебя, и не факт, что успокоились после последней заварушки. Скорее всего сбежавшие уже доложили кому следует и их главарь в курсе того, что ты прибыл на место и быть может, они не оставят попыток тебя убить. Вспомни, сколько их было на дороге сюда и что они орали, пока бились? – возразил кентавр в человеческом обличии. – И не спорь со мной! Я останусь спать с тобой, чтобы вовремя защитить. — За дверями поспишь! – буркнул я. — У меня нет сил спорить с тобой, Адиссон! Раздевайся и живо в постель, – скомандовал кентавр, скидывая одежду с себя. – Не беспокойся, приставать не буду. Мы просто поспим, я, как и ты очень устал. Мне не до чего, только бы до подушки дойти.       Нисколько не стесняясь, он разделся абсолютно до нага, и прыгнул в постель. Я посмотрел на это наглое создание и тяжело выдохнул. Спорить и ругаться, действительно сил не было. Хотелось тупо спать. Я сдался. — Это у тебя «волшебная флейта» мозг в жидкость превратила что ли? – съязвил я в надежде, что он обидится и сам покинет мою спальню. Но не тут-то было! — Ага, она самая! – ответил он, не моргнув глазом, удобно устраиваясь под одеялом. Даже глаза закрыл, типа уже спит и включил режим «не беспокоить до утра»! — Мне жутко интересно, кентавр! Ты после этой флейты без комплексов или без принципов? – усмехнулся я, глядя, как Макмиллан разыгрывает сущую невинность. — Не понял… - сладко зевнув, спросил этот здоровяк, притворяющийся спящим. — Я говорю, ты без совести или без манер? - продолжал я попытки заставить кентавра покинуть мою комнату. — Не понимаю, о чем ты? – прогудел он, устраиваясь на кровати ещё поудобнее. Для этого даже одну из четырёх подушек себе под бок положил. Сдаваться он и не собирался. — Всё ты прекрасно понял! Короче, тронешь меня – убью! Будешь кубарем с кровати лететь и удивляться, с какой скоростью ты на полу оказался! – пригрозил я, ложась в кровать под одно одеяло с Макмилланом. Он демонстративно фыркнул и отвернулся, обнимаясь с подушкой, мол, я ни при чем, больно и надо было. Я улёгся с другого края, лишь слегка придвинувшись к нему, чтобы не растягивать одеяло. Отвернулся в свою сторону и едва коснувшись подушки - уснул. Проснулся я оттого, что меня обнимает за пояс сильная тёплая рука, в промежность упирается довольно нехилый стояк. Я заворочался и перевернулся на спину, чтобы снизить немного опасность утреннего вторжения в моё святая святых! Макмиллан, лежавший рядом, даже ухом не повел. Продолжал меня обнимать и сопел уже не в затылок мне, а в шею. Тихо вздохнув, я попытался высвободиться. Осторожно убрав его руку со своего живота, медленно поднялся. Стоило спустить ноги на пол, как услышал тихий гул за спиной. — Далёко ли собрался, любезный? — Природа зовёт! – проворчал я. – Спи, рано ещё! — Не вернёшься через минуту, сам приду проверить, чем занят. — Можешь выключить режим охранника, Макмиллан! Я не дитя! Быстро поднявшись, я посеменил по прохладному полу в направлении двери в уборную. Макмиллан внял моей просьбе и не врывался даже тогда, когда я должен был уже выйти. После завтрака мы отправились по городку, осмотреться. Со мной поехал и Седрик, чтобы ещё раз рассказать и показать, что как есть. Сразу же записывал за мной все решения. На многое нужны были деньги, а их привести невозможно, пока на дорогах орудуют банды разбойников. После обеда я собрал всю охрану провинции. Вместе с Макмилланом и Мелиндэ, осмотрели имеющийся кадровый состав. Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать. Опытный Мелиндэ сразу отметил, что охрана никуда не годится. Одни больные, другие раненые. Есть калека на один глаз, а также хромоногий эльф – следопыт, давно потерявший сноровку. Всего человек пятьдесят, не более. Часть из них мне не нравилась вовсе, так как не вызывала никакого уважения своим злобным видом. Сразу было понятно, что служат не по своей воле, напуганы происходящим и в случае опасности просто сбегут. Ситуация, мягко говоря, патовая. Что с таким набором делать я не знал. Зато знал Мелиндэ. Он предложил подписать с ними контракты, как следует обучить, пообещать хорошую оплату только после того, как избавятся от всех разбойных банд. Кроме этого, следовало отсеять всех больных и слабых, дабы не иметь в их лице бесполезного груза. Прописная истина: лучше меньше, да лучше! Начали отсев с медицинского осмотра. Нашли пару лекарей (единственных на весь город), которые могли такой осмотр произвести. Всех солдат охраны отправили проходить осмотр. Помимо этого, они получали лечение и рекомендации, как поправить здоровье. В результате, половина людей была отсеяна. Остальных поставили на довольствие, одели как следует и начали обучение. Больше месяца Мелиндэ со своими людьми и Макмилланом в придачу гоняли будущих профессионалов по плацу и снарядам, обучали тактике и военному делу. К концу второго месяца появились первые результаты. Ещё с десяток было отсеяно в ходе тренировок, но столько же взято новобранцев из числа молодёжи. Остальные продолжали обучение. Пока шли подготовительные мероприятия, я с Седриком занимался восстановлением складских помещений, работал над поставкой провизии, давал наделы жителям, чтобы могли сами себя обеспечивать хотя бы минимальным набором продуктов. Как оказалось, в провинции была некогда большая сыроварня, которая практически простаивала, давая лишь минимум от общего объёма производства. А ведь это довольно большая статья дохода! Я выяснил, что даже молочного скота, благодаря бандам, стало меньше. Разбойникам надо было что – то есть, поэтому они угоняли скот, чтобы не помереть с голоду. Кто их надоумил вообще встать на скользкий путь разбойничества, выяснить ещё предстоит. Удалось лишь вычислить тех, кто тайно помогал разбойникам, «сливал информацию» и даже грабил вместе с ними. Мелиндэ не зря начальник моей охраны, он очень наблюдателен и умеет правильно задать вопросы. В результате, тех кто рубил сук, на котором сидит, мы прилюдно ликвидировали. Рыба как известно, гниёт с головы, оставалось выяснить главаря, убрать его, и таким образом избавиться и от самих банд. Но на это надо время. Хорошо, что они появлялись не всегда и не везде, поэтому удалось наладить поставки некоторых продуктов, строительного материала и новый молочный скот в Шансси.       Уже три месяца прошло, как я не был дома. Соскучился по Эйлину и уже считал дни, когда же вернусь домой. Везти его сюда, в Шансси, пока не могло идти и речи, на дорогах ещё было опасно. Посланный не один раз отряд под руководством Макмиллана так и не нашел местонахождения банды, хотя она и продолжала бесчинствовать на дорогах в отдалённых селениях. Оставалось ждать. Только мысль об этом светлом мальчугане грела моё сердце и подстёгивала к тому, чтобы побыстрее справиться с имеющимися проблемами. Макмиллан постоянно был рядом, поддерживал. Ну, и конечно помогал справиться с тоской.