Глава 6
25 сентября 2022 г., 22:45
— Заткнись, — сразу же сказала Мяньмянь, увидев Цзинь Цзысюаня.
— Я даже ничего не сказал! — возмутился он. Почему его друзья были такими грубыми, он не заслужил этого. Даже если он планировал подразнить её из-за её новой девушки.
— Не важно. Заткнись.
— Хорошо, тогда ты не приглашена на ужин, — язвительно сказал он.
Мяньмянь закатила глаза.
— Твоя мать уже прислала мне отдельное приглашение, идиот.
— Почему я не получил приглашение? — возмутился Вэй Усянь. Они прекратили свой спор, чтобы бросить на него двойной недоверчивый взгляд.
— Она включила тебя в моё, — устало сказал Цзинь Цзысюань. — Потому что она знает, что ты теряешь всё, что физически не связано с твоим телом.
— О, да, — застенчиво согласился он, обняв Цзинь Цзысюаня за плечи, когда они вышли из студенческого общежития. — Как ты думаешь, что будет на обед? Я думал, во время лекций принято находиться отдельно от вашего клана.
— Вероятно, она пронюхала, что ты ухаживаешь за неким учеником Лань, и она здесь, чтобы сделать всё официально, — поддразнила его Мяньмянь.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказал Вэй Усянь, и Цзинь Цзысюань впал в отчаяние, потому что идиот был серьёзен. Он с трудом подавил желание задушить его, когда Вэй Усянь мгновенно обернулся от трепетания голубых одежд на периферии.
— Подожди, я должен... Пока, Лань Чжань! — прокричал он через мирные и безмолвные Облачные Глубины, размахивая руками, как маньяк.
— Цзэу-Цзюнь прямо здесь, — прошипел Цзинь Цзысюань, огорченный.
— О, точно, — сказал Вэй Усянь, а затем закричал:
— Пока, Цзэу-Цзюнь!
Лань Сичэнь помахал ему в ответ, выглядя очень удивленным, в то время как Лань Ванцзи доблестно притворился, что игнорирует Вэй Усяня. Цзинь Цзысюань вытащил его из Облачных Глубин, задаваясь вопросом, поставил ли Вэй Усянь целью своей жизни смущать Цзинь Цзысюаня при каждой возможности.
— Сюань-гэ, не всё касается тебя, — беззаботно сказал Вэй Усянь в ответ на озвученную жалобу. — Но да, обычно это является побочным эффектом.
— Пошлите, я хочу ужинать! — крикнула Мяньмянь из-за ворот.
— Как она смогла так быстро добраться туда? — Цзинь Цзысюань задумался.
— Она подпитывается злобой и голодом, — со знанием дела сказал Вэй Усянь. — В основном злом.
— Ты — зло, так что не можешь такое говорить, — Мяньмянь ударила его по руке и грациозно вскочила на свой меч, чтобы совершить короткий перелет в Цайи. — Ты делаешь жизнь Лань Цижэня невыносимой с тех пор, как мы сюда попали.
— Он начал это! — запротестовал Вэй Усянь. — Он буквально вчера сказал мне, что я слишком громко дышу, и выгнал меня с лекции!
Цзинь Цзысюань закатил глаза.
— Наверное, потому что ты нарисовал кучу его нелестных картинок, которые благополучно оказались во всех учебниках.
— Вы не можете доказать, что это был я, — мгновенно сказал Вэй Усянь.
— Кто ещё, черт возьми, это может быть? — воскликнула Мяньмянь. — Никто из нас не настолько безумен, чтобы провоцировать его.
Цзинь Цзысюань кивнул в знак согласия, но ему пришлось быстро увернуться, когда Вэй Усянь игриво наклонился к нему в отместку, чуть не сбив его с меча. Остаток спуска с горы резко превратился в смертельную игру в пятнашки на головокружительных скоростях, от которой Цзинь Цзысюань раскраснелся и ухмылялся, двигаясь вперёд. Двое других кудахтали, как гагары, где-то позади него, Вэй Усянь сидел на Суйбяне и вцепился в рукоять меча Мяньмянь, чтобы она могла тащить его за собой, потому что у них обоих была склонность придумывать правила игры без предупреждения или объяснения.
Цзинь Цзысюань сошёл с Суйхуа и поправил свою одежду, прежде чем войти в Цайи, зная, что его мать не одобрит, если они, спотыкаясь, войдут в город, как будто всех троих тащило через лес всю дорогу вниз с горы.
Что, честно говоря, вроде как и было, но он точно не стал бы говорить ей об этом.
— Но правда, — продолжил Вэй Усянь, недостойно извиваясь, чтобы сбить палки, застрявшие на его мантии. — Что было в её письме?
Мяньмянь пожала плечами.
— Никаких подробностей, только приглашение.
— Вероятно, она действительно получила известие о том, что ты собираешься нанести Мастеру Лань удар, — пробормотал Цзинь Цзысюань, выдергивая из волос выпавший лист.
— Ты не можешь винить меня за это!
— Ты единственный, кто сеет хаос в Облачных Глубинах!
— Это вина твоей матери, — настаивал Вэй Усянь.
— В чём я виновата? — лукаво спросила Госпожа Цзинь впереди, скрестив руки на груди.
Вэй Усянь покраснел.
— Здравствуйте, Госпожа Цзинь!
— По-видимому, это Ваша вина, что он довел Мастера Лань до приступов ярости, — ответила Мяньмянь.
— Держу пари, это хорошая практика, — задумчиво сказала его мать. — Если ты можешь сломить главу клана Лань, ты можешь сломить кого угодно.
— Мама, пожалуйста, — умолял Цзинь Цзысюань. — Прекрати поощрять его.
— Нет, — нежно сказала она, похлопывая Вэй Усяня по голове. — Мне нужно где-то развлекаться, А-Сюань. Кроме того, это будет полезным навыком, когда ты станешь главой клана. Просто укажи ему, куда идти, и смотри, как сбегут все эти вероломные маленькие змеи.
— Звучит весело, — согласился Вэй Усянь. — Держу пари, я могу придумать действительно ужасные талисманы, чтобы использовать их против них.
— Хороший мальчик, — сказала она ему, а затем сопроводила их в ресторан.
— Так зачем вы проделали весь этот путь, Госпожа Цзинь? — спросила Мяньмянь, как только их еда была подана, и она внезапно стала намного менее раздражительной. Сидевший рядом с ней Вэй Усянь поглощал самые острые блюда в меню с некультурными возгласами удовольствия, от которых Цзинь Цзысюаню было очень не по себе.
— Твой отец болен, — прямо сказала его мать, так небрежно, что им всем потребовалось мгновение, чтобы понять её слова.
— Болен? — переспросил он с бешено колотящимся сердцем. Мяньмянь и Вэй Усянь обменялись непроницаемыми взглядами.
Мать безразлично пожала плечами.
— Да. Его сердце ослабло от всей нездоровой пищи и прелюбодеяния.
— Но я не готов быть главой клана, — выпалил он, в панике роняя палочки для еды на пол.
— Он ещё не умер, — сказала она. Её губы скривились. — К сожалению.
— А-нян! — прошипел он, дико оглядываясь по сторонам. — Ты не можешь просто так говорить подобное, а вдруг кто-нибудь услышит?
— Никто не слышит, что мы говорим из-за отвратительных звуков А-Сяня. Тебя морят голодом в Гусу или что-то подобное? — спросила она.
Вэй Усянь глубоко вздохнул.
— В Облачных Глубинах всё ужасно на вкус, Госпожа Цзинь. Ни в одном из блюд нет никакого вкуса, кроме разочарования и страдания.
— Вероятно, это потому, что ты сжёг свои вкусовые рецепторы маслом чили, — сказала она ему без сочувствия. — Просто иди купи немного специй и пронеси с собой.
— Да, — беспечно сказала Мяньмянь. — Он много выпивает на данный момент.
— Отчаянные времена требуют отчаянных мер, Мяньмянь!
Цзинь Цзысюань хотел закричать.
— Можем ли мы, пожалуйста, вернуться к тому факту, что мой отец, возможно, умирает и что я стану главой клана в семнадцать?
— Ты прав, — согласилась его мать. — Мы должны начать устанавливать связи для тебя заранее. Связи обеспечат тебе место на троне.
— Я не это имел в виду, — сказал он слабым голосом, но Вэй Усянь уже радостно сдал Мяньмянь его матери.
— Мяньмянь встречается с Вэнь Цин! — радостно пропел он, а затем вскрикнул, когда она ударила его по руке.
— Неужели? — задумчиво сказала мадам Цзинь. — Это может быть полезно.
— Ага? Итак, Вэй Усянь влюблен в Лань Ванцзи! — сдала его Мяньмянь в отместку.
Его мать удивленно моргнула, явно задаваясь вопросом, что она пропустила со времени их последнего письма к ней.
— Лань Ванцзи? Второй Нефрит Лань?
Но Вэй Усянь застыл на месте с открытым ртом. Все уставились на него.
— Влюблен? — наконец прохрипел он.
Цзинь Цзысюань уронил голову на руки.
— Ты, должно быть, шутишь.
— Ты хочешь сказать, что даже не знал? — недоверчиво спросила Мяньмянь. Она с отвращением бросила в него палочку для еды. Она отскочила от его головы совершенно незаметно, пока он смотрел в пространство и переоценивал всю свою жизнь.
— Связи с кланами Цзян, Вэнь и Лань, — размышляла его мать. — Это даже лучше, чем я надеялась. А-Сянь, что бы ты ни делал, не облажайся. Если дела пойдут хорошо, мы могли бы устроить ваши с Мяньмянь свадьбы ещё до того, как Цзинь Цзысюань станет главой.
— Свадьбы? — прохрипел Вэй Усянь. Мяньмянь просто выглядела задумчивой.
— Всем известно, что Не Минцзюэ презирает твоего отца, — рассуждала Госпожа Цзинь. — Восхитительно с его стороны, правда. Интересно, изменится ли его мнение о нашем клане, когда ты станешь главой?
На самом деле Не Минцзюэ пугал его, так что он надеялся, что мужчина останется в Цинхэ и забудет о существовании Цзинь Цзысюаня.
— У Не Хуайсана что-то происходит с Цзян Чэном, — сообщил Вэй Усянь с набитым ртом. — Они думают, что я не знаю, но я довольно хорошо замечаю подобное.
— Не сомневаюсь в этом, — сухо сказала мадам Цзинь. — Вся эта практика в Ланьлине, наконец, окупается, — Цзинь Цзысюань вздрогнул. Все в Ланьлине знали, как определить признаки романа. Его отец не был искусным человеком, но вопиющее неуважение к матери было хуже всего.
— Если мы получим Цзян Яньли, её брат будет рядом, верно? — спросила Мяньмянь, ловко меняя тему, прежде чем их коллективное горькое негодование сорвало весь ужин.
— Мадам Юй говорит, что они очень близки, — сказала его мать, кивая. — Я бы предположила, что да.
— Круто, — сказал Вэй Усянь. — Они мне нравятся.
— Какую временную шкалу мы рассматриваем? — спросила Мяньмянь, осторожно взглянув на Цзинь Цзысюаня, когда тот жалобно всхлипнул. Он не был готов стать главой клана — ему было всего семнадцать, ради всего святого!
— Меньше года, — сказала его мать с довольной улыбкой.
Мяньмянь посмотрела на Вэй Усяня.
— Держу пари, я смогу обручиться раньше тебя.
— Это нечестно, у тебя фора!
— Извините, кто-нибудь ещё видел, как я беспокою Вэнь Цин с момента нашего прибытия? Нет! Это ты с самого первого дня таскался за Лань Ванцзи, как потерянный щенок.
— Но Вэнь Цин, по крайней мере, держит тебя за руку! Лань Чжань едва позволяет мне прикасаться к нему. Мы должны сделать всё более справедливым. Что ты думаешь, шисюн? — оба с надеждой повернулись к нему.
— Я бы хотел, чтобы вы оба были нормальными, — в отчаянии сказал Цзинь Цзысюань, но пусть они втянут его в свой всё более нелепый спор, пока он не забудет о грядущих переменах, ожидающих его.
