Indian Summer (Бабье лето)

      Прошли годы с тех пор, как ему доводилось участвовать в парной аппарации, и он чувствует некоторую тревогу, когда хватает Молли за руку. Почему он не может знать, куда аппарирует? Неужели Снейп живет настолько уединенно, что лишь немногим избранным позволено знать об этом таинственном доме? Почему ему не доверяют эту информацию? Дело не только в том, что он не знает, куда аппарирует, но ему не позволено знать. Это расстраивает его, хотя он знает, что ему нужно быть спокойным, если он когда-нибудь хочет снова заговорить. У Снейпа могут быть свои причины хотеть жить подальше от кого бы то ни было, кроме того, всем известно, как сильно он ненавидит Гарри — зачем Снейпу сообщать ему, где он живет?       Теплый порыв ветра пробегает по его телу, и он делает глубокий вдох. Он старается сфокусироваться на чём-то другом. Например, на его рюкзаке, который так набит вещами, которые ему могут понадобиться в ближайшие пару дней, что почти рвется.       В тот краткий момент, прежде чем они аппарируют, Молли так близко к нему, что он даже чувствует её запах на секунду — яблоки и жареный цыпленок — потом всё исчезает, запахи, тёплый ветер, даже вес его рюкзака. Есть только темнота и ужасное сдавливающее ощущение.       Солнце ярко светит там, где они оказываются. Воздух, кажется, пахнет намного лучше, свежее и как-то приветливее. Он приносит ароматы дыма, тыквы, влажной земли и чего-то цветочно-сладкого. Гарри медленно открывает глаза.       Вздохи удивления, которые вырываются из его рта, к счастью, бесшумны. Он стоит на опушке леса, перед очаровательным домиком. Лиственные и вечнозелёные деревья создают беспорядок цветов вокруг себя: ярко-желтый и золотой, а также тусклый коричневый и шоколадный, каштановый и темно-бордовый, коричневый, настолько темный, что почти черный. Ярко-зелёный и темно-зелёный, как глаза Гарри. Красный и оранжевый создают впечатление, что некоторые деревья горят. Всё выглядит хаотично, дико, неорганизованно, и Гарри это нравится.       И посреди всего этого аккуратный домик. Он видит яблони впереди, сочные яблоки свисают со всех ветвей. Цветов оказалось больше, чем Гарри когда-либо ожидал — хотя, он должен признать, что даже не ожидал их увидеть. За домиком ещё деревья и поля, и озеро.       Всё выглядит так волшебно, и Гарри почти забывает, кто здесь живет. Это происходит всего на мгновение, но его захватывает прекрасный пейзаж, такой непохожий на Лондон, такой очаровательный, тёплый и… гостеприимный.       — Я бы сказал, чувствуйте себя как дома, — говорит низкий голос за его спиной, — но я бы предпочел, чтобы вы этого не делали. Я не хочу, чтобы вы оставались здесь долго, Поттер.       Зверь здесь, и первое впечатление от волшебного места крошится, как краска на старом портрете. Деревья — это просто деревья, как в Гайд-парке. Некоторые ветки яблонь сломаны и мертвы. Плющ ползет к аккуратному домику, цепляясь за камень, как паразит. Большая часть полей пустует, сейчас на них только тыквы. Озеро зелёное и даже с такого расстояния выглядит грязным. Снейп грозный и тёмный, как и помнил Гарри.       Поттер собирается вытащить свою палочку, но прежде чем он успевает это сделать, он сталкивается с чёрной палочкой. Молли тихо фыркает рядом с ним.       Снейп смотрит на него, приподняв бровь. Гарри лишь закатывает глаза в ответ. Он замедляет движение и делает его максимально безобидным. Когда он всё-таки достает палочку, он медленно пишет в воздухе:       — Здравствуйте, сэр.       — Так вот как вы общаетесь? — спрашивает Снейп, оценивающе оглядывая его с ног до головы.       Гарри кивает.       — Боюсь, в вашем случае придется общаться по-другому, — он взмахивает палочкой, и появляется блокнот с прикрепленным сбоку маггловским карандашом. Он бросает его Гарри в грудь, — отныне вы будете писать. Должным образом.       Гарри сначала закатывает глаза, затем качает головой. Он взмахивает палочкой, и в воздухе между ними появляются гневные красные слова:       — Так проще.       Глаза Снейпа сужаются, и Гарри удивляется, увидев в них ярость.       Он ожидает проклятия. Он не ожидает, что Снейп подойдет к нему и просто вывернет палочку из его рук, возможно, поэтому мужчине удается осуществить свой план.       — Если вам нужна моя помощь, Поттер, вы должны соблюдать определенные правила, — строго констатирует он, — правило номер один, вы будете делать так, как я скажу. Это понятно?       Гарри морщится, не желая больше подчиняться своему бывшему профессору Зелий. Однако в следующее мгновение теплая, мягкая рука, легкая, как перышко, опускается на его плечо. Миссис Уизли умоляюще смотрит на него, и почти материнская нежность во всей её позе и глазах заставляет Гарри смириться со своей участью. Его глаза устремляются на Снейпа, и он кивает. Он убирает свою палочку и открывает блокнот.       Есть ли другие правила, о которых я должен знать?       Снейп почти торжествующе ухмыляется, читая единственную строчку:       — Я дам вам знать по ходу дела.

o.O.o

      Интерьер самого коттеджа выглядит слишком очаровательным. На этот раз Гарри даже не видит его через волшебное зеркало, Снейп — злой зверь — ведет его внутрь заколдованного замка с широко открытыми глазами. Он видит изгибы старой мебели, видит потрескавшуюся зелёную краску на шкафах. Но он также видит маленький чёрный столик с тремя стульями вокруг него. На нём разбросаны книги, рулоны пергамента и стоит кувшин. Слева от него стоит шкаф побольше, на этот раз белый и наполненный книгами. Сначала Гарри думает, что это книги по зельеварению, но затем он улавливает названия и понимает, что это всё поваренные книги. При ближайшем рассмотрении он замечает и другие названия: книги по выращиванию деревьев, по цветоводству, волшебные книги по садоводству. Он может поклясться, что видел некоторые из этих томов и в Норе.       Кухня не просторная, но светлая, благодаря огромному окну над раковиной. С потолка свисают сухие цветы, лаванда, аконит и многое другое, что Гарри даже не узнает. Стены более темного персикового цвета, что удивительно подходит к зелёным шкафам. Камин сейчас пуст и холоден, но он достаточно велик, чтобы в нем мог стоять человек, а значит Снейп, вероятно, подключен к каминной сети.       Справа есть две двери. Одна зелёная и без окон, другая белая, состоящая почти полностью из стекла. Гарри идет туда, не обращая внимания на раздраженное фырканье позади него.       Проходя через дверь, он оказывается в гостиной. В маленьком камине горит огонь, явно не для приготовления пищи. Здесь стены каменные или состоящие из окон в пол. Комната светлая и открывает вид на террасу, задний сад и озеро неподалеку. Вдоль стен много книжных полок, мебель разношерстная, что-то коричневое, что-то зелёное, что-то в клетку — но всё выглядит уютно.       Он старается не наступать на ковер и остается только на деревянном полу, когда проходит. Он колеблется у лестницы, ведущей наверх.       — О, не стесняйтесь, вдруг ни с того, ни с него, — возмущается Снейп, — просто снимите обувь.       Гарри снимает ботинки и поднимается по железной винтовой лестнице, не зная, чего ожидать на этаже. Он не может сказать, что удивлен, увидев спальню Снейпа, однако он не совсем ожидал увидеть подобное. Кровать на железном каркасе аккуратно заправлена и накрыта белым покрывалом. Прикроватные тумбочки такого же зелёного цвета, как кухонные столешницы. Только одна из них заставлена маленькими безделушками: крошечными бутылочками с зельями, огромными томами, очками для чтения.       Гарри отрывает взгляд от кровати и оглядывается, рассматривая шкафы, окна на потолке, растения - всё, кроме кровати.       Снейп прислоняется к перилам и указывает на ванную.       Гарри заходит в маленькую комнату, которая должна быть прямо над кухней. Он стоит лицом к окну, перед которым, как ленивый бегемот, стоит старая медная ванна. Её ножки толстые и выкованные в форму напоминающую птицу.       Снейп идет за ним и открывает кран, потом поворачивается к одному из многочисленных шкафов и достает белое полотенце. Затем он идет к другому и достает оттуда бутылку. Пока вода медленно наполняет довольно большую ванну, Снейп стоит над ней и медленными, элегантными движениями капает в неё ровно три капли зелья.       — Сейчас вы примете ванну, — говорит он со спокойствием, которого Гарри не уверен, что когда-либо достигнет в этом доме.       Он вытаскивает блокнот, чтобы что-то написать. Краем глаза он видит, как Снейп закатывает глаза, и это раздражает его еще больше.       Простите, что? пишет он на белом листе.       — Вы меня слышали, я полагаю, — Снейп растягивает слова, — разденьтесь и примите ванну. Оставьте свою одежду за дверью.       Сердце Гарри пропускает удар, и он хмуро смотрит на Снейпа. Зачем? это следующее, что он пишет.       Снейп какое-то время смотрит на него, приподняв брови, затем медленно произносит:       — Потому что я так сказал.       Гарри рычит на него бесшумно, конечно, и начинает писать так усердно, что чуть не рвет бумагу. Он бросает блокнот Снейпу, чтобы тот прочитал.       Я больше не чертов ребенок, Снейп! Я не буду делать то, что вы мне скажете, если вы не объясните зачем всё это!       — Вы всё равно скорее всего этого не поймете, — пожимает плечами Снейп, — я ничего вам не должен, Поттер, запомните это. Вы пришли за моей помощью. Если помогаю вам я, я делаю это так, как мне нужно…       Рискните.       Гарри смотрит в ненавистные чёрные глаза, пытаясь мысленно прожечь в них дыру. Однако Снейп выдерживает его взгляд и невозмутимо оглядывается.       Выдерживая паузу на мгновение, будто сомневаясь, он объясняет:       — Вы были достаточно глупы, чтобы использовать магию в последние пару недель. Магия всегда оставляет после себя след. Мне нужно, чтобы вы избавились от следов магии, которую вы использовали, чтобы я мог увидеть то проклятье, которое наложили на вас.       Гарри чувствует, что краснеет.       И поэтому вы не хотите, чтобы я писал своей палочкой?       — Отчасти, — признается Снейп после прочтения блокнота, — и отчасти потому, что я не хочу, чтобы вы размахивали своей палочкой в моем доме. Боюсь, вы можете что-нибудь поджечь… случайно, конечно.       Уголки его тонких губ дразняще дергаются вверх, и Гарри фыркает, хотя и не совсем от раздражения. Затем он бросает на своего бывшего профессора взгляд, высылая его из его же собственной ванной.       Снейп поворачивается, чтобы уйти, но останавливается в дверях. Он не оглядывается назад, когда объясняет:       — Мне также нужно будет вымочить вашу одежду в зелье, чтобы избавиться от магии, которая могла на ней остаться. Ткани это не повредит.       Гарри ценит объяснение, хотя не говорит этого. Затем Снейп оборачивается, и Гарри внезапно ощущает некий дискомфорт в воздухе.       — И добро пожаловать на передержку, мистер Поттер, — тихо говорит Снейп, слегка склонив голову, и выходит из ванной.       Гарри какое-то время смотрит ему вслед, затем начинает раздеваться, складывая одежду в аккуратную стопку, которую оставляет перед дверью.       От горячей воды исходит аромат лаванды. Он погружается в неё по шею. o.O.o       Северус сидит у кипящего Зелья Очищения. Одежда Поттера маринуется в нём и радостно пузырится. Разноцветные пузыри поднимаются вместе с дымом в воздух, указывая на все остатки магии на материалах.       Он вздыхает, когда рыжий полосатый кот неторопливо входит в лабораторию зелий.       — Что ты здесь делаешь? — спрашивает он напрасно, потому что кот не останавливается. Он вскакивает на стол и нюхает футболку Поттера. Через мгновение он уже лежит на красной одежде, купаясь в запахе.       — Предатель… — Северус шипит на него, и оранжевые глаза смотрят на него, такие огромные и невинные. Он качает головой и вытаскивает джинсы из зелья. Он постукивает по ним палочкой, чтобы высушить, затем аккуратно складывает. Остался только один последний предмет одежды, но кот, похоже, не хочет его отдавать. Северус угрожает ему палочкой, но кота это не смущает.       Он перекатывается, трется головой и шеей о мягкий материал. Его урчание резонирует через стол, Северус почти чувствует его, когда его бедро касается дерева.       — Хватит, — бормочет он животному, выдергивая футболку из-под него. В конце концов он опускает одежду в зелье, а его единственной наградой становятся красные, кровоточащие царапины.       Он всё ещё грозно смотрит на кота, когда из зелья появляется первый чёрный пузырь. Он так удивлен, что сначала просто смотрит на него. Он проклинает себя, когда пузырь лопается, и хватает банку, чтобы заманить в ловушку следующий, и ещё один, и все остальные, что следуют за ним. В конце концов, у него остается стеклянная банка, полная крошечных чёрных пузырьков, тяжелых и маслянистых.       — Интересно… — бормочет он, изучая результаты эксперимента.       Он кладет баночку в карман, затем, взяв с собой одежду Поттера, идёт наверх. Он выбирает из кучи одежды ту, что была на Поттере сегодня, и тихонько стучит в дверь. Он слышит плеск внутри, поэтому слегка приоткрывает дверь, левитируя одежду.       — Они чистые, — объясняет он, пока одежда левитирует над раковиной, а затем мягко приземляется на край. Он секунду ждет благодарности, а потом понимает, что может ждать целую вечность, он никогда её не услышит.       ​​Внезапно дверь широко открывается, и Северус оказывается лицом к лицу с Поттером, который дико и благодарно улыбается, хотя с него всё ещё капает вода.       Северус закатывает глаза — пока они не смотрят на Поттера, он счастлив — и поворачивается, чтобы уйти.       — Я уберу это, — тяжело выдыхает он, как будто три рубашки и двое джинсов будут самыми тяжелыми вещами, с которыми ему приходилось иметь дело. Рука касается его плеча, и он улавливает запах лаванды. Он смотрит через плечо, приподняв бровь.       Поттер одними губами произносит «Спасибо» и улыбается, преждем чем дверь закрывается перед лицом Северуса.       Он спускается вниз, барабаня пальцами, пока рука скользит по тонким железным перилам. На мгновение он не уверен, куда положить одежду Поттера, возможно, ему следовало оставить её наверху, рядом со своим шкафом, но юноша мог воспринять это как намек. Поэтому вместо этого он кладет одежду рядом с сумкой Поттера на диван. Он может распоряжаться ими по своему усмотрению.       Он чувствует вес стеклянной баночки в своем кармане, поэтому берет её и, направляясь к внутреннему дворику, подставляет её под лучи света, заливающие комнату снаружи. Солнечные лучи изо всех сил пытаются проникнуть сквозь густую липкую магию, но им это не удается. Северус видел подобную магию давным-давно, когда он был учителем, когда Поттер был никем иным, как сопливым возмутителем спокойствия.       Теперь всё по-другому: Поттер — аврор и герой, как и Северус. А эта магия всё ещё темна и требует для нейтрализации самых необычных ингредиентов.       Он слышит, как Поттер возится наверху. Тяжело вздохнув, он разворачивается и мчится вниз, в свою лабораторию. Он вытаскивает новый котел, толстый железный, и наливает в него десять унций воды. Через несколько секунд он зажигает под ним огонь, и вскоре вода закипает.       Изготовление антисыворотки требует терпения и, самое главное, спокойствия и сосредоточенности. Поскольку в настоящее время он не демонстрирует последние два фактора, он не особо удивляется, когда вместо корня лакрицы режет себе палец. Шипя, он слизывает кровь и после короткого исцеляющего заклинания пытается снова. На этот раз корни лакрицы нарезаны ровно, но затем он слышит, как открывается и закрывается дверь наверху, и он внезапно опрокидывает банку с ягодами боярышника.       — Поттер… — злобно рычит он, хотя не слышит приближающихся шагов молодого человека.       Поттер так и не приходит. Вместо этого рыжий меховой шарик бросается на ягоды из-под стола. Между ними снова происходит драка, и Северус выходит почти полностью победителем. Только одна ягода стала жертвой внезапного нападения, с которой теперь медленно сдирают кожуру и облизывают. Северус наблюдает за котом, который был с ним, кажется, целую вечность, не понимая, почему он держит его здесь (хотя, по правде говоря, он подозревает, что даже если бы он отослал кота, животное было бы достаточно упрямым, чтобы вернуться). Полосатый кот всегда был эгоцентричным и высокомерным, никогда не слушал ни слова Северуса. Днем они всегда яростно ссорились, всё тело Северуса всегда было покрыто красными отметинами, но в конце дня кот всегда прыгал на кровать Северуса и находил хороший уголок, или сворачивался калачиком на подушке рядом с головой Снейпа, и они спали вместе в тихой компании друг друга.       Северус встряхивается, чтобы вынырнуть из воспоминаний. Кого волнует, почему он приютил дикую и высокомерную сироту.       Он бросает в воду пять очищенных от кожицы ягод и пять раз перемешивает её против часовой стрелки.       Проходит почти два часа, спина болит, колени испачканы и тоже болят, но он доваривает зелье. Предпоследний ингредиент (кора гамамелиса) всё ещё плавает на поверхности. Когда она утонет, антисерум войдет в последнюю стадию. Самый сложный этап из всех.       Нужен еще один ингредиент, но Северус пока не уверен, что это должно быть. Требуются дальнейшие тесты, но, к сожалению, они должны быть проведены на Поттере. Северусу не очень хочется проводить рядом с живым и дышащим юношей больше минуты. Но чем раньше он узнает, какой компонент добавить, тем скорее Поттер покинет его дом. Что будет хорошо. Потому что он не будет скучать по Гарри Поттеру. Ни капли.       Секунду за секундой медленно кора гамамелиса опускается на дно, и внезапно зелье превращается из туманно-серого в смесь фиолетового и тёмно-синего. Северус ставит перед собой несколько баночек и начинает разливать в них зелье. В конце концов, шесть маленьких баночек наполнены густой смесью, которая ещё долго медленно кружится за стеклянными стенками, слегка поблескивая в полумраке комнаты. Сквозь стекло кажется, что там облака, пушистые и более светлого цвета — это почти похоже на маленькую вселенную.       Довольный собой, Северус встает и стряхивает пыль со своей чёрной мантии. Он потягивается, прислушиваясь к громкому треску своих старых костей. Кота нигде не видно, поэтому он закрывает за собой зелёную дверь, выходя из лаборатории.       Он зовет Поттера по имени, но молодой человек не отвечает. Северусу требуется мгновение, чтобы понять, почему. Он всё ещё не привык к молчащему Поттеру, хотя тот факт, что юноша не может язвить ему в ответ, заставляет его улыбаться. Он ждет, прислушиваясь к звукам, которые мог бы издать другой волшебник, но ничего не слышит. Он проходит через кухню, обыскивает гостиную и даже заглядывает в ванную, но Поттера нигде нет.       Рыча оскорбления себе под нос, он выбегает наружу, на ослепительное солнце. Он оглядывается, но Поттера по-прежнему нигде нет. Он выкрикивает его имя два раза, но появляется только рыжий полосатый кот, думая, что зовут именно его. Это заставляет Северуса понять, что время обеда уже прошло, а он не дал коту еды.       Его громкое мяуканье также является хорошим напоминанием.       — Иди поймай себе мышь, — рявкает на него Северус, когда он сходит с крыльца и идет через палисадник.       Только благодаря своему старому чутью он замечает яблоко, летящее ему на голову. Он по-прежнему быстр, как змея, когда дело доходит до самообороны, и ловит плод всего в нескольких дюймах от своего лица. Он смотрит туда, откуда появилось яблоко, и находит виновника. Поттер сидит на дереве, с одной стороны от него ведро, полное яблок, с другой — одно наполовину пустое. Он перебрасывает яблоко из руки в руку, и его лицо явно передает его хорошее настроение.       Северус вытаскивает палочку и взмахивает ею, но Поттер, который ещё не растерял свои квиддичные инстинкты, тоже ловит летящее в него яблоко.       Он кусает его, и изо рта течет сок. Северусу хочется найти это отвратительным, но это не та эмоция, которая бушует внутри него.       — Слезай, дурак, — ворчит он с раздражением в голосе.       Поттер слезает вниз с элегантностью и скоростью обезьяны, держа яблоко в зубах. Когда его ноги касаются земли, у него слегка текут слюни, и Северус ругается себе под нос, потому что почему-то находит улыбающиеся зелёные глаза и розовые щечки очаровательными, а не отвратительными.       — Вы использовали какую-нибудь магию? — спрашивает он, скрестив руки. Его глаза медленно поворачиваются к ведрам.       Поттер жует и с трудом проглатывает, прежде чем снова укусить яблоко, освобождая обе руки. Он достает блокнот из заднего кармана и начинает писать. Он протягивает его Северусу, чтобы тот прочитал.       Вы сказали не пользоваться магией. Так что я и не пользовался.       — Хорошо. Никогда не используйте магию в саду. Она меняет вкусы.       Брови Поттера взлетают вверх под его челку, и вдруг Северус понимает, что он сказал. Поттер здесь не для того, чтобы учиться у него чёртовым советам по садоводству.       Он ненавидит ухмылку, которая появляется на лице Поттера:       — Вы помните, как в вас попали этим заклинанием?       Поттер качает головой, пока пишет. Я даже не знал, что это заклинание.       — Как всё это началось?       Поттер какое-то время пишет, почти две маленькие страницы заполняются текстом к тому времени, как он показывает их Северусу.       Ну, последние несколько месяцев в офисе было очень тихо, и единственный раз, когда я был на дуэли, было на тренировке, но я никогда не чувствовал, что в меня что-то прилетело… и всё это началось примерно через неделю после той тренировки. Это было похоже на простуду. Я охрип, из носа текло, потом я начал кашлять, потом у меня заболело горло, а потом однажды утром я проснулся без голоса. Затем всё остальное начало постепенно проходить, кроме моего голоса. Сейчас я в полном порядке, но я всё ещё не могу говорить.       Северус мычит, будучи глубоко в своих мыслях, рассеянно кладя руку на горло Поттера и поднимая подбородок. Он медленно поглаживает кадык юноши с сильным нажимом. Он не чувствует комка, поэтому его большой палец скользит по толстым влажным губам, и он раздвигает губы Поттера.       Он чувствует, как Поттер судорожно выдыхает, что было бы хныканьем, если бы он был способен издать хоть какой-нибудь звук. Взгляд Северуса перескакивает с влажных губ на широко распахнутые от шока зелёные глаза. На секунду он понимает, насколько они близки, что он держит Поттера за шею, его палец на мягкой, пышной нижней губе, и ему хочется отпрянуть. Ему приходится заставить себя остаться на месте, и он с вызовом смотрит в эти глаза. Он испытывает Поттера, ожидая, когда тот решит отстраниться, показывая недоверие, чтобы он мог справедливо рассердиться и на юношу, а не только на себя. Но соблазнительные зелёные глаза медленно закрываются, и Северус заставляет себя прикусить собственные губы, прежде чем он мог бы прикусить нечто другое.       Он делает глубокий вдох, полностью осознавая, что Поттер всё ещё слышит его, даже если не видит. Он продолжает говорить, надеясь, что это поможет предотвратить другие ненужные действия.       — Мне удалось определить возможное проклятие, которое в вас попало. Если я не ошибаюсь, заклинание, поразившее вас, оставило после себя некие... остатки, которые, вероятно, ослабили вашу иммунную систему, и поэтому вы потом заболели физически. Есть ещё несколько тестов, которые я должен провести, чтобы убедиться в этом. С вашего позволения, конечно.       Теперь Поттер пристально смотрит ему в лицо, но Северусу кажется, что в его большой голове не укладывается ни слова.       Юноша медленно моргает, а затем жизнь (или сознание) снова возвращается в его зелёные глаза. Он пожимает плечами, глядя на Северуса, и снова начинает писать.       Делайте, что считаете нужным.       Северус смотрит на бумагу, потом снова на Поттера. В ярких глазах, которые смотрят на него, нет ничего, кроме доверия. Он не привык видеть Поттера таким: без какой-либо ненависти или волнения. Не мятежный, но полностью готовый к сотрудничеству.       Он держит Поттера неподвижно одной рукой, когда начинает произносить заклинание, а его правая рука выхватывает чёрную палочку и рисует различные мотивы на коже Поттера. Он чувствует, как юноша дико дрожит, но не останавливается. Тон его голоса становится сильнее, но углубляется по мере того, как заклинание достигает середины.       Поттер тяжело дышит прямо перед ним, его глаза закрыты, и Северусу приходится крепко схватить его, чтобы он стоял прямо.       Поттер держится за Северуса, когда приступ кашля настигает его и заставляет наклониться. Он почти выплевывает свои лёгкие, так сильно он кашляет, Северус не слышит этого, но видеть его страдания оказывается достаточно убедительно. Он пытается помочь, нежно поглаживая по спине, и постепенно приступ стихает.       Внезапно Поттер хватает себя за горло и снова кашляет. Это то, чего ждал Северус. Он вытаскивает из-под мантии чистую банку и подносит её ко рту Поттера. Юноша сплёвывает в неё.       Чёрная слизь медленно стекает по прозрачному стеклу. Северус вытаскивает и другую банку с черными пузырями и поднимает обе к солнцу. Он не удивлен, увидев, что они точно такие же.       Так это… тёмная магия? говорится в записке, которую Поттер держит перед собой, она написана явно дрожащей рукой.       — Нет, это волшебная пыльца, — огрызается Северус, закатывая глаза, — конечно, это тёмная магия. Вы теперь ещё и ослепли?       Поттер смотрит на него секунду и снова начинает писать. И вы положили её в БАНКУ?       — Ну… — Северусу вдруг становится неловко, и он чувствует, как тепло разливается по его щекам, — у меня было несколько свободных под рукой.       Поттер беззвучно смеётся, и Северусу хочется дать ему подзатыльник.       Но прежде чем он успел это сделать, Поттер успокаивается и снова начинает писать. И что вы теперь собираетесь делать?       — У меня уже есть основа для антисыворотки. Не хватает ещё одного ингредиента. Я попробую некоторые варианты, прежде чем… — ввопросительный взгляд не даёт ему договорить, — ингредиент довольно трудно достать. Я бы сказал, почти невозможно. Если вам повезет, мы сможем заменить его чем-то другим, что работает так же хорошо.       Если повезет? Мне? Поттер пишет и добавляет улыбающийся смайлик.       — Если кому и повезет, Поттер, так это вам, — отмечает Северус, наконец отпуская руку Поттера, — а теперь можете закончить то, что начали. Яблоки сами себя не соберут.