Дорога "Совёнка"

Утро встречало меня темнотой за окном и противным звуком будильника. Если занудствовать, то звук будильника у меня как раз был очень приятный, мелодичный и тихий. Но абсолютно всё, что будит меня в 5 утра - оно по определению противное. Мои робкие надежды на то, что мне это всё приснилось (и внизу никого не окажется), разбились, как волна о гранитный утёс. За столом сидели сонная Славя и абсолютно не проснувшаяся вожатая. Когда я появился в комнате, то они обе умоляюще посмотрели на меня в ожидании кофе. По их лицам всё было понятно даже без слов. Без кофе тут делать нечего. И я сам был не намного лучше. А после того как мы хоть немного проснулись, был дан старт мероприятию "Сборы в дорогу". Такие сборы всегда похожи то ли на великое переселение народов, то ли на стихийное бедствие. Чтоб придать всему этому хотя бы видимость порядка, пионеров будили по одному, отправляли в душ и потом усаживали завтракать. Немного больше возни, чем если поднять всех разом, зато не было ощущения утра в спальном вагоне, когда все дружно стоят в очереди в туалет, вяло переругиваясь. Пока вожатая с помощницей развлекались побудкой пионеров, я пошёл прогреть машину. Поворот ключа - и могучий дизель моментально ожил. Уютный бежевый велюровый салон готов был принять нашу небольшую орду. Все стрелки многочисленных приборов показывали полный порядок. Основной и дополнительный баки были залиты вчера под завязку, а ещё несколько канистр удобно устроились в багажнике. Я ещё раз осмотрел салон и переднюю панель. Все приборы, кнопки и крутилки подсвечивались приятным мягким зелёным светом. Этих самых приборов, кнопок и крутилок было не счесть, включая и потолочную консоль, что создавало атмосферу, чем-то похожую на кабину самолёта. Снаружи тоже хватало разного освещения, включая три жёлтых огонька на крыше. Они были не обязательными по нашим правилам, но мне просто нравились и отлично подходили моей большой серой машине. Картину дополняли четыре жёлтых габарита рядом с четырьмя же блоками фар. Сзади красовались огромные красные фонари. Все лампочки были исправны, и машина неярко светилась жёлтым и красным в утренней мгле. Погода сегодня, как и вчера, была аномально тёплой, и я с удовольствием ходил вокруг машины, проверяя, что всё на месте и работает как положено. Наконец первые пионеры начали переносить то, что вчера не погрузили, в машину. Постепенно всё нужное окончательно перекочевало в салон, все были сыты и экипированы, домик закрыт, и теперь все топтались вокруг машины, ожидая выезда. - Ольга Дмитриевна, вы, наверно, вперёд? - спросила Лена у вожатой. - Ну уж нет! Я встала раньше всех и теперь буду спать! - отрезала та и, не дожидаясь возражений, оперативно проскользнула к спальнику на задней полке. Все остальные быстро оценили обстановку и тоже заняли сначала третий ряд, а потом и второй. Ведь там были пледы и подушки, а значит, можно будет спать хоть до самой конечной остановки. Последними на улице остались я и Юля. Её разбудили последней, так что она, во-первых, почти лишний час спала, по сравнению со своими товарищами, и, во-вторых, ещё не проснулась толком, поэтому проморгала вспышку и не приняла участия в битве за спальные места. - Не переживай, впереди тоже очень уютно и можно спать. Я дорогу знаю, мне штурман не требуется, - утешил я хвостатую. Она только неопределённо вздохнула и вскарабкалась на пассажирское сиденье. А я сел за руль, устроив свою пятую точку на объёмном водительском кресле, перевёл кочергу селектора в положение "D", и мы тронулись в путь. На улице понемногу светало, но где-то ещё час нам предстоит ехать в сумерках. Всё равно пока мы будем пробираться через лес с черепашьей скоростью. - А долго нам ехать? - через некоторое время задала вопрос Юля, которая мужественно боролась со сном, пока мы не спеша проезжали мимо высоченных стволов деревьев по едва заметной тропинке. - Ну еще минут пятнадцать-двадцать по лесу будем ехать, потом примерно три часа по грунтовой дороге, где ездят лесовозы. Потом выедем в небольшую деревню, там начнётся нормальная дорога. Ещё часа полтора-два по трассе, и мы в городе. Если ничего нам не помешает, то после обеда будем заселяться в жильё, которое я постараюсь нам найти. - Нам всего полдня ехать, а мы столько всего взяли с собой? - удивилась кошкодевочка. - Ну это если всё хорошо будет. А вдруг дерево где повалило, или дорогу размыло? Может, жильё не сразу найдём или с машиной что-то случится. Лучше взять с собой запас, который не пригодился, чем не взять и потом жалеть, - объяснил я свою позицию. Юля опять вздохнула и ничего не сказала. Мы выпили чая из термоса, который взяли с собой, ещё немного помолчали, и кошкодевочка решила сменить тему: - А что мы будем делать в городе? - Будете изучать новый для вас мир. - А ты нам будешь помогать? - Буду, конечно. - А тебя кто-то в городе ждёт? - Не особо. У меня есть близкие друзья, но они поймут. А больше у меня никого нет. - Трудно, наверно, когда ты живёшь один? - Я привычный, - сказал я, обруливая одинокую берёзку. Хм, что-то не припомню такой. Хотя судя по компасу (штатный, в зеркале заднего вида), я ехал правильно. И от моего дома вела ровно одна тропинка, ошибиться невозможно. Но всё же я решил свериться с навигацией. Телефон демонстрировал ожидаемое отсутствие связи и неожиданное отсутствие спутников. Допустим, данные навигации устарели. Начался новый месяц и новый год, а телефону неоткуда обновить альманах... Чё там ещё может быть? Ах да, холодный старт, все дела... Давно забытые танцы с бубном. Сколько же времени не приходилось всё это вспоминать. Но сейчас телефон упорно не находил ни одного спутника, хотя и выводил предполагаемое местоположение, исходя из инерционного датчика и своих хитрых алгоритмов. Пусть и с большими допусками, но всё же умное устройство старалось дать мне хоть какую-то информацию. Юля сначала продолжала что-то говорить, но когда заметила, что я нахмурился и не отвечаю, спросила: - Сеня, что случилось? - Что-то не так, - кратко объяснил ситуацию я. Более точной информации у меня пока не было, но некий холодок в глубине живота уже появился. Ещё минут через двадцать мы въехали в молодой подлесок, а потом из него выскочили на дорогу. Белая грунтовая дорога, такие обычно ведут к какому-нибудь меловому карьеру. Она выглядела довольно заброшенной: вся разъехалась и сильно поросла травой. Выехав по центру дороги, я остановился, офигевая от происходящего. Между передними сиденьями влезла Алиса, которая проснулась, когда мы остановились. - Чего стоим, кого ждём? - спросила она. Я собрал мысли в кучу и изложил рыжей и кошкодевочке нашу проблему: - Дело в том, что мы должны были выехать на дорогу на десять километров раньше. И там обычная накатанная колея, а не отсыпанная дорога. Более того, карьеров в этом районе никогда не было и вот такой дороги тут не должно быть. Мой телефон определяет наше положение, пусть и с большой погрешностью. И он уверен, что тут на много километров вокруг нет даже пастушьих троп. А дорога вот она, мы стоим прямо на ней. - Скажи, Сеня... - тихо и очень серьёзно обратилась ко мне Юля с правого сиденья. От её убийственной серьёзности у меня всё похолодело внутри ещё больше. А она продолжила: - В твоём мире есть магия? - Насколько мне известно, нет. По крайней мере, подтверждённых случаев. Юля сделала какое-то движение кистью руки, и между её большим и указательным пальцами засветился синий мерцающий огонёк. Мы с Алисой оторопело смотрели на него несколько секунд, пока кошкодевочка не тряхнула рукой и огонёк не исчез с тихим звоном. - Тут магии больше, чем в нашем мире было, - пояснила она. - Я ощущаю всё более ярким и сильным, чем в нашем мире. И могу делать вот такие вещи вообще без усилий, хотя дома мне приходилось концентрировать нужные силы. Потом она вздохнула, отвернулась к окну и сказала: - Может, поедем уже хоть в какую-то сторону? - Мне кажется, ты чего-то недоговариваешь... - сказал я, но всё же снял ногу с тормоза, и машина тронулась по укатанной белой дороге. - Ты на меня обидишься, - сказала Юля, ковыряя пальцем поручень на двери. Ну точно что-то скрывает. Мы с Алисой переглянулись, и рыжая догадалась о примерном направлении моих мыслей, о чём и поведала Юле: - Ну, если ты не скажешь, то он обидится ещё больше. И я тоже вообще-то. Кошкодевочка какое-то время ещё помолчала, слушая шелест камушков под колёсами, а потом начала объяснять: - В твоём мире нет магии. Я это могу сказать даже по тем вещам, которыми ты пользуешься. Они все сделаны без помощи магии, и в них нет ни капельки волшебства. Я сейчас на всякий случай спросила, но и так догадывалась. И пока мы были у тебя в гостях, то я никакой магии не ощущала, но как только вышла из дома, то почувствовала знакомые ощущения, как в нашем мире. Не совсем такие, и нашего мира больше нет, так что мы не дома. Но это и не твой мир, ведь тут незнакомые тебе места, твоя техника не работает как надо, зато есть всякие штуки, которых не было. Тут мы упёрлись в закрытый ржавый шлагбаум. За ним виднелась площадка, какие-то заросшие бытовки и краешек того, что скорее всего было карьером. Во всяком случае, там была большая просека в лесу. Вряд ли там есть что-то, интересное для нас. Поэтому я занялся разворотом на пятачке перед шлагбаумом. Когда мы тронулись в обратную сторону, Юля продолжила: - Когда ты притягиваешься к кому-то, чтоб перейти, то и этого человека тянет к тебе. Не сильно. Но это как если бы ты держал веревку, по которой я лезу. Тебя бы тоже тянуло в мою сторону, но не так сильно. Я сложил два плюс два, и всё начало становиться на свои места: - То есть я как бы был на другом конце условной веревки, за которую ты дёрнула? Только я был один, а вас почти весь отряд? - Если упрощённо, то да, вроде того... - тихо подтвердила мои догадки Юля, глядя в пол. - И вы всем отрядом так стремились попасть ко мне, что в итоге выдернули меня, вместе с моим домом, в какой-то другой мир. И мы теперь где-то на полпути между моей и вашей реальностью. - Ну не на полпути, мы скорее ближе к твоей реальности, ведь при перемещении на тебя воздействует куда более слабая сила, чем на нас, так что ты не мог сделать половину такого же расстояния, как и мы... - начала тараторить в стиле Мику ушастая. - Да хоть мы в соседний с моим мир попали, мне от этого не легче. Как мне теперь назад-то вернуться? - начал закипать я. Юля же, занимавшая и без того едва половину огромного сиденья, испуганно сжалась в совсем маленький комочек. - Не нервничай, мы что-нибудь придумаем! - положила руку мне на плечо Алиса. - В конце концов, Юля нас сюда переместила, сможет и ещё раз переместить, раз тут магии завались. - ... - что-то шёпотом пробормотала Юля. - Что? - переспросил я. - Не сможет вас Юля никуда больше переместить, - громче сказала кошкодевочка, глотая слезы. - Я, кажется, перестаралась, когда нас спасала. Я никогда не перемещала столько людей за раз. И никто не перемещал. Я смогла, но... Но... Но теперь совершенно не могу ничего никуда переместить! - совсем расплакалась она. Вот это поворот. Я и представить себе такого не мог, когда мы выезжали. Разные варианты развития событий прокручивал, но всё казалось под контролем. Машина исправна и топлива хватит до края материка доехать. Все пионеры умыты и накормлены. С собой есть всё, что может понадобиться даже в случае форс-мажора в дороге. "Что может пойти не так?" - в очередной раз тогда подумал я. И жизнь, в очередной раз, преподнесла мне сюрприз. Алиса пыталась успокоить расстроенную Юлю, а я просто вёл машину. Слева от нас был лес настолько густой, что даже в отсутствие листвы сквозь него ничего не было видно. Справа тоже в основном был лиственный лес, но кое-где он перемежался небольшими участками хвойных деревьев. Когда мы проезжали такие участки, в салоне сразу появлялся запах хвои, напоминающий о новогодних праздниках и таком родном - и таком далёком - моём мире. Наконец минут через двадцать мы выехали на асфальтовую дорогу. Она была ещё более странной, чем белая грунтовка до этого. Потому что дорога была сделана из какого-то асфальтобетона, но не совсем. Я даже остановился и вышел потрогать покрытие руками. Оно чем-то напоминало покрытие взлётно-посадочной полосы. И дорога выглядела достаточно свежей. У полотна не осыпались края, обочина не была размыта, нигде не пробивалась трава. Но при этом не было разметки. Просто дорога, гладкая как стекло, уходящая в бесконечность. Из машины вылезли Юля с Алисой и ещё несколько пионеров, которые тоже проснулись после того, как я остановился и заглушил мотор. Алиса вполголоса объясняла им ситуацию, Юля стояла, опустив плечи и шмыгая носом. Я же пытался соображать. Раз кто-то вырубил лес и проложил сквозь него эту странную дорогу, значит, тут есть какое-то движение. Раз есть движение, значит, есть и люди, и какая-то цивилизация. Кто его знает, какая, но есть шанс хотя бы не заниматься охотой и собирательством, когда закончатся топливо и еда в машине. Этими мыслями я поделился с пионерами, потом мы быстренько заели стресс сладостями из моих запасов, пользуясь тем, что не все ещё проснулись и нам больше достанется. - Я почти не чувствую людей, но где-то в том направлении вроде очень далеко кто-то есть, и они вроде бы даже зовут нас, - сказала всё ещё грустная Юля. - Ух ты. И ты всё это можешь почувствовать? - удивился я. - В нашем мире, наверно, не ощутила бы, но тут всё сильнее и ярче. - И как далеко нам к ним ехать? - Я не знаю... - ещё больше погрустнела кошкодевочка. - Может, вечером доедем, а может, они вообще на другом континенте. - Ну, раз есть дорога и есть направление, то грузимся и едем! - подвёл итог я. Всё равно что-то надо делать, а раз хоть у кого-то из нас есть соображения, в какую сторону ехать, значит, туда и поедем. Компас услужливо подсказывал, что мы движемся на запад. Хотя об этом и так можно было догадаться по тому, что солнце сейчас светило нам в спину и отражалось в зеркалах заднего вида. Может, в условиях американского мегаполиса штатный компас в машине и был нужен, но даже в условиях совершенно незнакомого мира он пока был востребован не намного больше, чем стоп-сигнал у зайца. Пока все грузились обратно в машину, рыжая провела ротацию и усадила расстроенную Юлю назад, замотав её в плед. А ко мне вперед пересадили Лену, которая сразу налила из термоса чая себе и мне. - Если на каждой остановке я буду выпивать чашку чая, то к концу дня в этом лесу не останется деревьев, которые я ещё не пометил, - поделился я с Леной своим мнением о совместном распитии горячих напитков, но отказываться не стал. - А тут меньше половины осталось, ты пока дорогу разглядывал, Алиса со Славей тоже приложились к нашим запасам, - весело ответила зеленоглазая обладательница фиолетовых хвостиков, после чего мы какое-то время ехали в тишине. - Интересно, а что нас ждёт в этом мире? - минут через двадцать разглядывания проплывающего мимо нас пейзажа с интересом спросила она. Я же включил круиз-контроль, подтянул ноги под себя и только лениво держал руль одной рукой, размышляя над ответом на вопрос Лены. - Ну, тут есть какие-то люди, которые умеют строить сказочные дороги, - ответил я, наслаждаясь тем, как машина плывёт. Мы двигались так же ровно и плавно, как USS Enterprise по просторам галактики. С двух сторон мимо всё так же не спеша проплывал зимний голый лес, а мой автомобиль уверенно нёс нас вперёд, рассекая воздух своей кирпичевидной мордой. - Если у них тут столько магии, то может, и какие-то сказочные существа есть... - ещё минут через десять мечтательно протянула Лена, продолжая смотреть в окно. В подобной дороге длинные паузы в разговоре были в порядке вещей. Нам предстояло ещё ехать и ехать, спешить было некуда. Можно каждую мысль рассмотреть со всех сторон, обдумать как следует и тогда не спеша поделиться своими соображениями с собеседником. Стесняша сразу почувствовала этот ритм дороги, чем заработала пару баллов в свою пользу. Так что, тщательно обдумав эту идею, я продолжил, решив развить тему: - Ага, и у них тут идёт вечная битва людей и мифических существ, и только наше появление сможет изменить ход истории! - А ведь было бы здорово! Представляешь себе, будем повелителями эльфов и троллей! - не отставала Лена. - А вдруг им и без нас хорошо? И нам в лучшем случае предложат взять под крыло только гоблинов, уруков и прочих сказочно отвратительных тварей. - Ну тогда мы будем буквально вынуждены захватить мир! - Ой... Представляешь себе, сколько работы надо будет сделать, чтоб из сброда, от которого все до нас отказались, сделать армию? - Ну зато у них наверняка что-нибудь особенное есть! Какое-то супероружие! - Лена не собиралась так просто сдаваться. Кто бы мог подумать, что у этой милой стесняши есть такие глобальные злодейские планы? - Может, даже целый дракон есть... - мечтательно продолжала она. Я взвесил эту идею и нашёл в ней некоторые изъяны: - А толку с одного дракона-то? - Ну как же! Он сможет испепелять вражеские армии! - Дракон - это такая огромная бронированная летающая штука. Но не бессмертная. Их по определению мало, прокормить его трудно, да и навряд ли легко заменить. Нам надо как минимум два дракона! - Это ещё зачем? - опешила Лена. - Ну смотри, сколько ты знаешь историй, когда некий могучий герой победил дракона и спас принцессу там или королевство? - Ну... - она прикинула в уме. - Много знаю таких историй. - Вот видишь. Значит, дракона можно победить. Но я лично не знаю ни одной истории, когда бы герой, за один заход, победил сразу двух драконов. Делай выводы. - Хммм... И что же нам делать, если выдадут только одного дракона, и дальше крутитесь как хотите? - Тогда надо будет придумывать ему прикрытие, из летающих жутей поменьше. Вроде как в море, когда большой корабль прикрывает куча более мелких кораблей. - Ага, значит у нас таки есть шанс! - просияла Лена. - Ну подожди ещё, нам пока ни одного дракона не выдали. Может, придётся вести партизанскую войну где-то на задворках мира, пока будем добывать яйцо дракона и выкармливать наше супероружие. - А если у нас всяких прочих воинов будет не счесть? - не собиралась сдаваться наша будущая повелительница драконов. - А если враги будут уметь не только драться, но ещё и воевать? - подал голос со второго ряда Шурик, подсев к нашим сиденьям поближе. - В смысле? - удивилась Лена. - В том смысле, что как быть, если стычки будут посложнее, чем просто толпа на толпу? Если ваши противники могут строй там держать, например. Или командой действовать в бою. - Тогда нам понадобится что-то более мобильное, - сказал я, вставая на сторону Лены в споре сил добра и зла. - Оборотни, например. Чтоб сеять панику, заходить в тыл, разбивать строй и вообще всячески портить день нашим противникам. - Да! - радостно кивнула Лена. - Но люди ведь тоже не будут сидеть и ждать, пока вы им в тыл зайдёте. Они со всем этим будут знакомы, не первый же день сражаются, - продолжал настаивать на своём очкарик. - Ну тогда мы уйдём в болота и будем там партизанить, пока у нас не будет хотя бы пары драконов. - Чур я буду наездницей драконов! - подала голос Ульяна, которая проснулась и тоже решила принять участие в делёжке шкуры неубитого дракона. - Для тебя мы подберём что-то более подходящее! - сказал я. - Ух ты... А что? - заинтересованно спросила мелкая. - Хм... Надо подумать. Некромантом будешь? - А кто это? - с сомнением спросила Ульяна. - Это такой человек, который оживляет мёртвых. Будешь верхом на оборотне врываться в лагерь врагов и поднимать против них их же умерших! - А почему именно Уле такая ответственная работа? - удивился Шурик. - Ну, она самая лёгкая, значит, оборотень сможет дальше и быстрее бежать, чем с другими наездниками. А ещё она и так даже мёртвого достанет, так что почти все нужные умения есть! - весело объяснил я. Ульяна уже набрала воздуха, чтоб высказать всё, что обо мне думает, но тут в нашем полку людей, кто даже мёртвого достанет, прибыло: - А я, а я что буду делать?! - радостно взахлёб спросила Мику. - А тебя мы отправим к эльфам договариваться. Ты произведёшь на них неизгладимое впечатление. - Кого? К каким ещё эльфам? - подала голос с галёрки сонная вожатая. - Меня. К эльфам. Ульяна будет оживлять мёртвых, а Сеня дрессировать драконов! - поделилась своим видением нашего нового мира японка. Все удивлённо замолчали. Кажется, даже машина на секунду сбилась с ровного ритма работы. - Да нет! Ты всё не так поняла! - почти сразу с опровержением выступила Ульяна. Я уже почти выдохнул, успокоившись, как она продолжила: - Сеня будет возглавлять гоблинов-партизан, а Лена будет выкармливать дракона! Наглядная демонстрация игры в "испорченный телефон" на примере одной отдельно взятой машины. Конечно же, от таких новостей вожатая сразу проснулась, перелезла со спального места на третий ряд и уже оттуда обратилась ко мне: - Сенечка, а ты не хочешь сделать небольшой перерывчик? Всем надо выйти, размять ноги, подышать свежим воздухом... - с лёгким нажимом сказала она. Пожалуй, это неплохая идея. Я плавно остановился у края дороги и заглушил машину. Все вышли из салона и начали делить остатки чая в термосе. Я же встал у машины, подпирая спиной переднее крыло. Ольга обошла машину, взяла меня под локоток и отвела на другую сторону дороги, где мы могли поговорить так, чтоб остальные нас не слышали. Вообще по игре добрая (и иногда справедливая) вожатая возвышалась над всеми пионерами, включая моего патлатого тёзку. Но в нашей ситуации она была даже немного ниже меня, что было как-то непривычно. Трудно считать её "той самой вожатой", когда перед тобой девушка ниже и моложе. Да и невозмутимости ей недоставало, поэтому когда мы смогли поговорить один на один, она немного нервно спросила у меня: - Сеня, что тут происходит вообще? - Юля затащила нас всех в какую-то другую реальность. Мы не там, где я жил, а в каком-то незнакомом мире, где работют Юлины штучки, причём неплохо работают. Пионеры почему-то решили, что раз такое дело, то обязательно за очередным поворотом нас будет встречать табличка "Добро пожаловать в Анк-Морпорк!"... - Куда-куда? - удивлённо спросила вожатая. - Это из нашего фольклора. Не суть важно. В общем, ребята думают, что тут их будут ждать волшебники, принцессы, драконы и вечная борьба добра со злом, в терминальной стадии. - А на самом деле что нас тут ждёт? - А вот этого я не знаю. Вроде как Юля чувствует людей, и вроде они даже знают, что мы тут существуем теперь. И не слишком на нас за это злятся. Но нам до них ещё надо доехать. Желательно - не встретив по пути крестьян или волшебников. - Ну крестьяне понятно. Особенно если на улице светло и огородов вокруг не видно, а они все с факелами и вилами, - сказала Ольга, глядя в сторону пионеров, делящих остатки моего печенья. - А волшебники тебе чем не угодили? - Человека от лягушки отделяют миллионы лет эволюции... Или одна неудачная встреча с недовольным колдуном, - аллегорически объяснил я своё опасливое отношение к ремесленникам от магии, после чего пошёл принять участие в битве за печенье. Надеяться, что нам с вожатой в любом случае благородно что-то оставят, не приходилось. После того как мы покончили с ранним обедом, все снова загрузились в машину, в очередной раз устроив пересадку. Во избежание новых казусов на переднее правое сиденье вожатая определила Славю, как самого ответственного участника отряда. Я снова завёл машину, вывел её на середину дороги, и мы опять набрали нашу довольно небольшую крейсерскую скорость, на которой мой Шеви потреблял меньше всего топлива. Кто его знает, сколько нам ещё ехать и есть ли в этом мире чем заправить дизельную машину. Пока стоит экономить. За окном лес постепенно сменялся равниной и холмами. Возможно, это когда-то были поля, но за ними давно не ухаживали, поэтому они поросли чем попало. Видок у них был запущенный, хотя кое-где пробивались свежие зелёные ростки. Кажется, тут была ранняя весна. Этот сезон поприятнее будет, чем середина зимы. Особенно когда ты один на один со всем миром, а из инструментов выживания только сильно подержанный внедорожник. Наконец, через некоторое время, Славя решилась прервать тишину: - Даже непривычно как-то. Столько времени едем, и ни одной машины не встретили. Как будто мы одни в этом мире. - Это ты ещё под парусом не ходила! - ответил я блондинке. - Вот там можно целую неделю никого не встретить ни живьём, ни даже в радиоэфире. - Ну в море, наверно, другие ощущения. В море ты один на один с природой. А в машине едешь, и вроде как есть рукотворная дорога, а ты на ней совсем один. - Такие дороги тоже были в моём мире. Лично я однажды провёл несколько дней в таком путешествии. - Ух ты! - заинтересовалась активистка. - А где? - В Канаде. Хайвей Аляска называется. Проходит через всю Канаду, от США до Аляски. - И там так же было? - Не совсем. Та дорога начинается в достаточно населённых районах Канады, и сначала её ещё можно считать хайвеем не только по названию в карте. По две полосы в каждую сторону, разделитель посередине, туда-сюда постоянно мчатся машины и тяжёлые грузовики. Но чем дальше на север забираешься - тем меньше машин. Дорога переходит сначала в двухполосную, но хорошую. А потом, с каждым часом пути, всё ветшает и ветшает и местами такая узкая, что трудно будет разъехаться, если вдруг будет встречная машина. И есть даже участки без асфальта. Совсем не ровня по качеству этой дороге. Я бросил быстрый взгляд на приборы, немного уменьшил температуру от печки и продолжил: - В принципе, там встречаются какие-то форпосты цивилизации по пути. Но чем дальше, тем реже. А вокруг только леса, горы и дикие звери, гуляющие у дороги. Если за весь день встретишь пару машин, то считай, повезло. Значит, сейчас сезон перевозок. Потому что когда не сезон, то легко можно за целый день вообще никого не встретить, кроме лис и медведей. И вот вроде и есть асфальт, знаки даже какие-то встречаются. Разметка почти везде есть. Мосты через реки переброшены. Но никаких других признаков человека. Ни жилья, ни машин, ни заправок, ни даже линий ЛЭП или одинокого трактора где-то у горизонта. - Ничего себе! - вздохнула Славя. - А у нас были в основном места или совсем дикие, и там нет никаких дорог нормальных, или хорошие дороги, но достаточно часто машины ездят и нет вот такой атмосферы, когда кажется, что есть только ты и дорога. - Ну что же, наслаждайся! - я обвел рукой панораму, которая расстилалась перед нами. Славя хихикнула, и некоторое время мы опять ехали молча, наслаждаясь видами. Сейчас перед нами были только пустые поля и заросшие невысоким кустарником долины. Хотя, когда машина взбиралась на вершины холмов, было видно, что далеко впереди нас ждёт ещё много леса. И что вдалеке, где-то у самого горизонта, понемногу сгущаются тучи. Но пока эта потенциальная непогода для нас не представляла никакого интереса. Даже если тучи никуда не уйдут и мы не свернём никуда в сторону, то что нам немного дождя? Я изо всех сил старался не возвращаться к своей привычной мантре "Ну что может пойти не так?" - потому что обычно после такой реакции с моей стороны как раз всё и шло наперекосяк. Конечно, трудно не думать о чём-то конкретном, но я очень старался. Помогла мне в этом деле Славя, которая наконец-то перешла от созерцания природных красот вокруг к более приземлённым вещам. Она осмотрела и потрогала переднюю панель. Провела рукой по кнопкам и регуляторам на потолочной консоли. Потом потрогала ткань сиденья. Глянула на меня. - Ты, наверно, очень любишь эту машину? - спросила она. - Ну не то чтобы люблю. Просто уважительно отношусь к своей технике. - Она очень ухоженная. Ты покупал её новой? - Нет, её привезли в мою страну уже подержанной, и даже у нас я был не первым владельцем. И даже не собирался её покупать, но проехался и мне понравилось. Мы ещё какое-то время говорили о технике - оказалось, Славя немного в этом разбирается. Она хоть и блондинка, но определённо не поведётся на истории сервисменов про погнутый клиренс. А машина всё так же мчалась вдаль, урча как довольный бегемот и понемногу поедая километры пути. В салоне стоял негромкий гомон от переговаривающихся пионеров. Хотя все и проснулись, но пребывали в умиротворённо-сонном настроении. Я же старался просто наслаждаться процессом. Я это обожал. Никакой встречки или череды обгонов. Никаких колдобин или продавцов полосатых палочек. Мы просто едем и едем по отличной дороге. Иногда дорога немного петляла, но все повороты были очень пологими и даже для моего грузовика, принаряженного в семейный внедорожник, не представляли никакой сложности. Справа от дороги снова начался лесок, слева по-прежнему были опустевшие поля и холмы. На небе проплывали одинокие облака, всё так же где-то вдалеке, у горизонта, собирающиеся во что-то более значительное. Всё выглядело прекрасно, и я с наслаждением вёл машину, вдыхая приятный весенний воздух из приоткрытого окна и разглядывая всё окружающее нас великолепие, пусть и не развернувшееся ещё в полную силу. Если я правильно угадал с сезоном, то оставалась буквально пара недель до того, как все деревья начнут распускаться, а всё вокруг покроется свежей зелёной травкой и молодой листвой. Боковым зрением я заметил что-то выбивающееся из ставшей уже привычной за весь день пасторальной картины. Я посмотрел в ту сторону и увидел выцветший дорожный указатель и уходящую в сторону старую дорогу. Прочитать, что на нём написано, я не успел, но мне показалось что-то до боли знакомое. Я нажал на тормоза, сбросив скорость, развернулся и под недоумённые возгласы пионеров вернулся к указателю, встав поперёк дороги поближе к нему. Не может быть... Это был обычный прямоугольный лист металла, который покрасили в белый и через трафарет чёрной краской написали "ЛАГЕРЬ СОВЁНОК". И добавили от руки уголок, который как бы указывал направление. Туда вела разбитая и заросшая асфальтовая дорога, которая была ниже уровня нашей автострады, по которой мы ехали весь сегодняшний день. Все потрясённо молчали, я же решил, что уж на это мы просто обязаны посмотреть! Ступенька между уровнем новой и старой дороги не представляла никакой проблемы для моей машины, как и не идеальное состояние дороги к лагерю. Так что я уверенно свернул на эту дорогу, и в полной тишине мы не спеша покатились к тому, что нас ждало дальше. Только редкие звуки высоких растений, цепляющихся за днище машины, нарушали тишину, да негромкое урчание дизеля, работающего почти на холостом ходу. Через полтора километра мы упёрлись в забор. Определённо это был не тот "Совёнок", к которому все присутствующие, включая меня, привыкли. Дорога просто упиралась в забор из сетки-рабицы, в котором были ворота, сделанные из сетки же. Сбоку от ворот была ещё более облезлая железяка, чем на повороте сюда. Видимо, там было название лагеря. И... Всё. Только забор, ворота и дорога, сворачивающая за воротами в заросли. Пионеры начали спорить, стоит нам туда заезжать или, может, развернуться и поехать обратно. Они не учли, что я их мнение в данном вопросе не спрашивал. Так что я молча вышел из машины и пошёл к воротам. Замка на них не было. Распахнув ворота, я вернулся в машину и заехал внутрь. За поворотом мы выехали на маленькую площадь, и асфальт на этом закончился. Ещё немного мощёной дорожки вело к столовой, имеющей приличное сходство с известной нам. Но во все остальные направления расходились грунтовые или присыпанные щебнем тропинки. Никаких статуй на площади, никаких лавочек. Всё куда более скромно и куда менее организованно. Те домики, которые можно было рассмотреть, были раскиданы между деревьев в хаотичном порядке, заросшие тропки имели самые причудливые изгибы, и всё это было сдобрено какими-то хозпостройками, так же хаотично раскиданными то тут, то там. - Скромненько, но чистенько, - резюмировал увиденное я. - А ведь похоже немного... - протянула Славя. - Надо же... - задумчиво сказала Алиса. Потом снова начался гомон всех сразу, который прекратила вожатая. - Так, замолчали все! - командирским голосом сказала она. Когда все затихли она обратилась уже лично ко мне: - Сеня, ты уверен, что нам надо сюда? - Сейчас зима или около того, темнеет рано. Не хотелось бы ехать в темноте. К тому же если до людей всё так же далеко, то нет смысла гнать до последнего, - объяснил я свои соображения вожатой и обратился к кошкодевочке: - Юля, что скажешь насчёт нашего расстояния до людей? Но ответа на свой вопрос я не получил, потому что ушастая под шум прибоя заняла мой спальник на галёрке и сейчас спала там, повернувшись к нам спиной. Только торчащие из спальника уши намекали на личность того, кто занял спальное место. Кое-как растолкав кошкодевочку, мы получили ответ, что до людей ещё далеко, точного расстояния она не знает, примерное тоже как-нибудь потом, когда она выспится, а теперь отстаньте... Поэтому мы решили идти на разведку, пока ещё было светло. - Может, есть пригодные для ночёвки места, чтоб не спать в машине сидя, - объяснил я пионерам план. - А как мы греться будем? - спросил Шурик. - Костёр разведём, устроимся все в одном помещении. В той же столовой, например. - А мы не можем спать в машине? Тут тепло! - с надеждой спросила Мику. - Если в лагере всё сгнило и развалилось, то, может быть, так и сделаем. Но спальник на галёрке тогда мой! - сразу застолбил место я. - Эй, я хотела там лечь! - возмутилась Ульяна. - Ну разве что если вместе со мной... - ехидно промурлыкал я. Все засмеялись, а рыжая покраснела до самых кончиков волос и стала с ними почти одного цвета. - Дурак! - сказала она, чем вызвала ещё больший хохот в машине. На разведку мы пошли двумя парами. Дело в том, что идея ходить в лёгкой летней обуви по заброшенному лагерю была так себе. Да ещё с открытыми ногами. Из всего отряда более-менее подходящие штаны, не считая меня, нашлись только для вожатой, Слави и Шурика. У очкарика в довесок ещё была самая большая нога, так что в двух парах носков самые тесные мои старые ботинки на нём сносно держались. В одной группе были я и Славя, в другой вожатая с Шуриком. Мы с кибернетиком будем идти в авангарде наших сыскных групп, а девушки нас страхуют, на всякий случай. И стараются не лезть слишком глубоко в непонятные места, раз с обувью у них не очень. Мы поделили направления, договорились слишком уж далеко не забираться и снова встретиться у машины через полчаса. После этого разошлись в разные стороны. Следующие минут десять мы с блондинкой шли зигзагами по территории лагеря, но кроме жилых построек и леса, ничего интересного не было. Разве что одно двухэтажное здание, но быстрый экскурс по нему показал, что там ничего интересного нет. Это тоже было жилое помещение, просто более капитальное, чем домики. Во всём этом удивлял разве что факт того, что всё было в очень пристойном состоянии. Да, пара окон выпала, один домик просел на одну сторону и теперь был кривой, как моя карма. Но в остальном состояние жилья внутри не соответствовало той запущенности, которая царила снаружи. Зачем в каком-то мелкотравчатом летнем лагере такой запас прочности даже для деревянных домиков? Но всё было построено очень надёжно. Это не походило на какую-то Припять. Почти всё было целым и исправным с виду. Как будто люди только недавно отсюда исчезли. Потом мы вернулись на площадь к машине, так как время было на исходе. Шурика и вожатой не было. Ещё минут через пять ожидания мы стали немного волноваться. А ещё через пару минут уже были готовы сами идти на их поиски, но к этому моменту послышались шаги и звуки голосов. - Да какая баржа тут? Зачем она? - спрашивал Шурик. - Ну не знаю, что это было, но сейчас похоже на затонувшую баржу, - отстаивала своё мнение вожатая. Наконец они появились из-за кустов и подошли к нам. - У нас ничего интересного, почти одно только жильё, раскиданное кое-как на полянках прямо в лесу. Разве что пара пристаней есть, и у одной что-то вроде затонуло. Судно какое-то, может, - сказала Ольга, покосившись на Шурика и решив не продолжать спор на тему принадлежности затонувших останков к конкретному классу судов. - Мы тоже только дома и домики в ассортименте видели. Вполне жилые. На экскурсию по столовой и прочим складам вместе пойдём? - спросил я. Дело в том, что капитальные здания, которые были прямо рядом с нами, мы оставили напоследок, решив сначала проверить, что вокруг есть интересного. А там, кроме жилья, причалов да заросшей волейбольной площадки, ничего нам так и не встретилось. Так что мы перешли к десерту. Начать решили со столовой. Во-первых, с виду это было самое знакомое всем нам здание. Во-вторых, к нему же примыкало ещё несколько зданий, так что я предполагал, что всё самое интересное (администрация, например) расположено тут же. Столовая нас встретила запахом сырости, но такой же удивительной сохранностью, как и все остальные постройки до этого. Мы прошлись по залу с поднятыми на столы стульями и заглянули на кухню. Всё выглядело так, как будто все уехали если не вчера, то уж точно недавно. Наваждение было таким сильным, что я не удержался, подошёл к крану в мойке и открыл его. Воды, конечно же, не было. Но меня смутили сами краны. И мойка, если на то пошло. Они были из чего-то, что больше всего напоминало латунь. Зачем такие сложности? Ради интереса я заглянул под раковину. Трубы были пластиковыми... Что за ерунда? Я подошёл к холодильнику и постучал по нему. Он был не пластиковым, но и не металлическим. Какой-то композит. Блин, какие ещё пластиковые трубы и композитные холодильники в советском лагере? Что тут происходит вообще? Трое остальных участников поисковой партии с интересом наблюдали за моими перемещениями по кухне. Наконец, когда я вернулся к кранам, вожатая решила высказаться: - Сеня, не переживай, надо включить электричество, думаю, тогда будет и вода. - Тут всё заброшено и поросло травой... Какое электричество? Какая вода? - недоумённо спросил я. - Обычное электричество, из розетки. И вода из крана, которую накачает насос, - как маленькому, объяснила мне Славя успокаивающим голосом. Если до этого я предполагал, что рехнулся, то теперь был в этом почти уверен. Всё это заброшено много лет назад. Откуда тут все эти блага цивилизации? Судя по тому, как на меня смотрели мои товарищи - я не просто рехнулся, а рехнулся и потом ещё раз рехнулся, уже когда рехнулся... Ну ладно, хуже не будет! - Ну, пошли тогда искать щитовую! - весело сказал я, и мы приступили к выполнению этой части плана. Особой надежды на это у меня не было, но девочки и Шурик были так уверены в своём плане, что я не стал с ними спорить. Сбоку от столовой был вход в администрацию. Табличка у дверей выцвела и осыпалась, но ошибиться было невозможно. На всей территории лагеря только тут перед входом росли ёлки. Это универсальный знак входа в административное здание. На поросшей травой площадке у входа стоял остов мотоцикла. Видимо, тут часть газона выделили под стоянку, где и припарковали мотоцикл. А потом он тут так и остался. Хотя всё заросло травой, шины спустили и сам байк немного криво просел, но краска на нём выглядела довольно прилично, и вообще, если бы не то, что он понемногу врастал в землю, можно было бы подумать, что он тут стоит ну максимум пару месяцев. Кажется, тут не только дома строили с запасом прочности, как у пирамид. Дверь в здание была открыта, но внутри тоже никого не обнаружилось. Зато обнаружилась щитовая. Чтоб её открыть, нужна была Г-образная ручка для двери. Мы думали выдернуть такую из ближайшей двери, но для этого был нужен инструмент. Инструмент нашёлся в кабинете с табличкой "главный инженер" на двери. Но там же нашлась и подходящая ручка, так что вандалить двери не пришлось. Мы открыли дверь в щитовую и полюбовались на выключенные рубильники. Некоторые из них даже были подписаны. Вперёд протолкался Шурик и начал изучать электрическое хозяйство лагеря. Потом он отогнал нас от двери, так как мы загораживали ему свет, а ещё через пару минут бормотания перешёл к действиям. Клацнуло несколько рубильников и... Ничего не произошло. К нам пришёл очкарик, весь в пыли и паутине, посмотрел на наши скептические лица и щёлкнул выключателем на стене. Пара светильников дневного света на потолке хрюкнула стартерами и загорелась. Я смотрел на это как на чудо. - У тебя глаза по пять копеек, - сообщил мне Шурик. - Не понимаю, чего ты так реагируешь. Можно подумать, у тебя дома как-то иначе всё работало. - У меня дома я регулярно обслуживал всё, чтоб оно так работало. А тут, судя по мотоциклу у входа, давно никого не было, а электричество есть. - Кажется, этот мир похож на наш больше, чем мы думали, - хмыкнула вожатая, так же, как и я, разглядывая лампы под потолком. Похоже, что для них работающие годами без обслуживания коммуникации - это в порядке вещей. Дальше мы прошлись по всем помещениям администрации. Нашли фотографии сотрудников и фотоальбомы разных смен. Бегло просмотрели несколько. Никто ни капли не был похож ни на кого из нас. Люди как люди... Интересно, куда они все пропали? Из полезных находок было несколько масляных радиаторов, которые нашлись в небольшой подсобке в кабинете, подписанном "бухгалтерия". Радиаторы мы переселили в пару кабинетов. Благо самое большое и почти пустое помещение было тут же, буквально через коридор, его решили выделить под спальню для девочек. Из всех остальных были только я и Шурик, так что мы себе один обогреватель оставили в маленьком кабинете бухгалтерии. Тут места хватит на то, чтоб два человека с комфортом смогли расположиться на полу. Сегодня тут будет наша комната отдыха. Не совсем понятно, какие опасности могут нас поджидать, но вроде как проснувшаяся недавно Юля уверяла нас, что в округе нет ничего и никого, агрессивно к нам настроенного. К тому же на окнах красовались решётки, а тяжёлую входную дверь можно было запереть изнутри на засов. Машину, к сожалению, спрятать было некуда. Ничего достаточно надёжного (и хотя бы отдалённо похожего на гараж) не было видно. Остаётся только уповать на повышенную чувствительность кошкодевочки. Можно подумать, я слишком перестраховываюсь, и, возможно, так оно и есть. Но ведь давно известно: если у вас паранойя, то это абсолютно не значит, что за вами не следят... В соседнем, довольно унылом, здании был склад. Как само здание, так и его содержимое были под стать лагерю. Там нашлись вполне пригодные к эксплуатации спальники. Из ближайших домиков в наше временное логово перекочевали матрасы, тоже выглядящие вполне живыми. Вода действительно пошла из крана после включения электричества, а почти все кухонные приборы в столовой работали. Там же нашлись и консервы местного разлива. - Три тысячи сто пятьдесят третий год выпуска... Срок годности десять лет... - изучала этикетку Алиса. - Интересно, от какого места они считать начали свой первый год... И кто знает, какой сейчас год по этому календарю? - обратилась она к нам. - Если консерва не вздулась, пахнет вкусно и цвет не слишком страшный, значит, сейчас год знакомства с местной кухней! - я решил внести хоть какую-то ясность. В конечном итоге было решено рискнуть, так как никаких признаков порчи не наблюдалось, а уж после того, как содержимое разогрели - запах был просто сверхаппетитный, и попробовать вызвались абсолютно все. Ну что же, в крайнем случае туалетов на территории хватает... К счастью, никаких негативных симптомов после еды не было, так что после ужина довольные путешественники сидели за столом с какао, которое тоже нашлось в закромах лагеря. И тоже было на удивление неплохим. Разговор крутился вокруг этого удивительного лагеря. - Кажется, ты до сих пор удивлён, что тут хоть что-то работает и пригодно к использованию, - обратилась ко мне Славя. - В вашем мире что, не так? - Бывает по-разному. - Это как? У одних всё работает, у других всё ломается? - удивилась Ульяна. - Не совсем. Вот смотри. Моя машина. Ей двадцать пять лет. - Прилично, - хмыкнул Шурик. - Ага. И в ней всё работает, салон не истрепался, она достаточно надёжна. При этом большая часть её деталей до сих пор не менялась. А машина поездила на двух континентах, повидала самые разные условия и проехала расстояние почти как от Земли до Луны. И это, в принципе, в порядке вещей для автомобилей. А вот бытовые приборы у нас совсем не такие. - Но почему? - удивилась Мику. - Нет необходимости. У нас самолёты могут и по полвека летать. Исправной совершеннолетней машиной никого не удивишь. Мосты и здания могут стоять веками. Но обычная микроволновка или электрочайник делаются с минимальным запасом надёжности. Наверно, если взять наших автомобильных инженеров и посадить делать домашнюю технику и мебель, то получится примерно то, что мы видим здесь. Когда даже самый жадный производитель закладывает запас минимум на пять лет самых тяжёлых условий использования техники. - В нашем мире было тоже как здесь, - задумчиво сказала Лена. - Всё делалось так, чтоб оно могло много лет стоять без обслуживания, а потом работать как ни в чём не бывало. - А зачем такие сложности? - поинтересовался я. - Это долгая история, Сеня, наверно, не сегодня, - подвела итог вожатая. - Ага, ладно, - сразу согласился я и не стал спорить. Встал я очень рано, пережил ещё тот стресс, целый день то вёл машину, то бегал по незнакомому лагерю. И после сытного горячего ужина объективно было не лучшее время выслушивать истории. - Что завтра делаем? - спросила Лена. - Едем дальше. Встаём в пять, выезжаем в шесть, всё как обычно. - А может, ещё немного тут побудем? - с надеждой в голосе спросила Ульяна. - Плохая идея, - ответил я. - Нам надо поскорее добраться до людей, а не устраивать каникулы в ничейном лагере. Кто его знает, какие опасности тут могут быть. - Мммм... Жалко... - протянула мелкая. Мы убрали за собой в столовой и перешли в административную часть здания. На улице уже стремительно холодало, так что я порадовался тому, что мы предусмотрительно оставили в помещении включённые обогреватели. Гостиница "У заброшенного Совёнка" была готова принять нас в свои объятия. У нас имелись удобства в конце коридора, слегка попахивающие пылью спальники и худосочные матрасы. Как бы у меня имелся свой спальник, в машине. Но я решил обойтись тем, что перепало от щедрот лагеря, потому что от моего спальника был устойчивый запах духов вожатой и кошкодевочкового шампуня. Ароматы, несомненно, приятные, но это слишком личное, на мой взгляд. Так что спать мне предстояло в альтернативе производства этой реальности. Шурику хотелось ещё обсудить события прошедшего дня и потенциальную возможность подглядывания за переодеванием всей женской части отряда разом, но я отвечал невпопад и засыпал, ещё даже не ложась. День был хоть и не самым долгим, но самым изнурительным морально в моей жизни. Так что я уснул, как только влез в спальник и убедился, что при необходимости быстро смогу достать дробовик. Это было последним моим осмысленным воспоминанием этого дня.