Внуши мне чувство любви

Просыпаюсь я от ярких лучей солнца, бьющих мне прямо в лицо. Изначально я не понимаю, где нахожусь, но воспоминания проигрываются в хронологическом порядке. Мне становится тошно на душе. «Как он мог так поступить со мной? Он хоть понял, насколько больно сделал мне? Что он сейчас испытывает? Совестно ли ему?» От вопросов голова шла кругом. Я перевернулся на другой бок и увидел сладко сопящую Сандру. Сейчас она не выглядела как бунтарь-панк. В своей розовой пижаме с клубничками она выглядела довольно мило. Сандра словно почувствовала мой взгляд и мигом открыла глаза, а затем подскочила и уставилась на меня: — Ты как? Вопрос, конечно, хороший. Я не знаю, что я сейчас чувствую. Плакать мне не хочется, но внутри меня распирает от боли. Мне не очень хочется говорить об этом, но тем не менее я отвечаю: — Нормально. Лучше. — Он просто ублюдок раз поступил так! Я кисло усмехаюсь и киваю. Я понятия не имею, почему он так поступил, почему не остановился. «Может это со мной что-то не так? Может я просто чего-то не понимаю? Но нет, это просто попытки оправдать Джейсона». Сандра отводит взгляд в сторону и больше ведёт монолог, нежели говорит со мной: — Нет, ну может у него были какие-то причины на это. Но это его, конечно, не оправдывает. Затем она поворачивается и смотрит мне прямо в глаза: — Вы должны поговорить. — Не знаю, смогу ли я, — замялся я. Сандра сказала как отрезала: — Сможешь! Я отвожу взгляд и криво улыбаюсь. Моя смелость резко куда-то улетучилась. Вопрос, вернётся ли она? Сейчас я понимаю, что опять возвращается тот зажатый неудачник Эдди. Тот Эдди, который не может возразить абсолютно никому, который не имеет своего мнения, а лишь подстраивается под других. Эдди, который боится отличаться и самоутверждаться. Я не хочу, чтобы он возвращался. С ним всегда возвращается неудачи. Я поднимаю глаза на Сандру, которая всё это время смотрит на меня, изучая: — Смогу. Она улыбается и треплет меня по волосам. Уголки моих губ приподнимаются в ответной улыбке. — Иди прими душ, а я пока придумаю, чем бы нам позавтракать. Сандра даёт мне полотенце и я иду в ванную. Первым делом я смотрюсь в зеркало и замечаю свой измученный вид. Под глазами появились тёмные круги, которых раньше было. Да и в целом мои светло-серые глаза словно потускнели, приняв оттенок мокрого асфальта. Впрочем, я не сильно зацикливаю на этом своё внимание и раздеваюсь, чтобы принять душ. Горячая вода помогает мне прийти в себя и почувствовать себя лучше. Кажется, что вода помогает заполнить пустоту в моей душе и залечить рану на сердце. Я не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Сандра зовёт меня. Наверняка, она переживает, чтобы я не натворил делов. Но это глупо. Я бы не стал причинять себе боль: за меня это сделал Джейсон. Я вытираюсь и выхожу. Рядом с дверью стоит Сандра, облокотившись на стену: — Выглядишь куда лучше. Я улыбаюсь и киваю. Затем мы спускаемся вниз, на кухню. — Надеюсь, твой отчим не прибьёт меня? — спрашиваю я. — Неа, они с мамой уже на работе. Так что можешь выдохнуть. Это хорошо, потому что, честно говоря я не желаю пересекаться с ним. Боюсь, что эта встреча не закончится ничем хорошим. Мы заходим на кухню, которая весьма маленьких размеров. Кажется, что места здесь нет и на двоих человек, но мы с Сандрой вполне помещаемся. Сандра открывает холодильник и издаёт звук, похожий одновременно на цоканье и стон. Я выглядываю из-за её спины и вижу, что холодильник практически пуст. В нём нет ничего кроме пакета молока, пары яиц и бутылок с алкоголем. Сейчас мне искренне жаль Сандру. По её худобе я мог бы и догадаться, что она не доедает, но я не думал, что всё настолько печально. Затем Сандра открывает морозилку и восторженно восклицает: — Эдди, да мы пируем! Она достаёт какую-то коробку и я понимаю, что это лазанья быстрого приготовления. Я радуюсь вместе с ней. Мы отправляем лазанью в микроволновку и завороженно наблюдаем за тем, как она крутится, пока завариваем чай из одного пакетика. Далее мы садимся завтракать. Сандра ест с большим аппетитом, а вот мне кусок в горло не лезет. Я поднимаю глаза на Сандру, но вместо неё вижу Джейсона в тот момент, когда я страдал от похмелья и пытался съесть хотя бы кусочек блинчика. Я быстро моргаю, чтобы иллюзия ушла. Я смотрю на Сандру, находясь в полнейшем ступоре. Подруга замечает изменения в моём лице: — Всё нормально? Я лихорадочно киваю: — Да… Да. Затем я начинаю есть, дабы не беспокоить её. Ведь я вижу как она переживает. У неё хватает своих проблем мои ей ни к чему. Через силу я доедаю и допиваю чай, а затем собираюсь уходить. — Уверен? Мог бы остаться ещё, — боится отпускать меня Сандра. — Спасибо, но нет, мне правда нужно домой. Сандра кивает. Я надеваю джинсовую куртку (уже достаточно тепло). Я впервые за утро достаю телефон из кармана куртки и вижу четырнадцать пропущенных. Три от мамы, а остальные от Джейсона. Моё сердце пропускает пару ударов, но я выключаю телефон и с невозмутимым лицом поворачиваюсь к Сандре. Она приобнимает меня и улыбается мне, но улыбка выходит натянутой. Сандра переживает за меня и одновременно чертовски злится на мистера Дежардана. — Ты пиши если что. Захочешь выговориться — я всегда рядом. — Спасибо. На этот раз я сам целую её в щёку. Я не знаю, почему, но мне просто захотелось это сделать. За столь короткий промежуток времени она стала мне куда роднее, чем мои друзья из Детройта, с которыми мы были знакомы несколько лет, и которые тут же забыли про меня, как только я уехал. Мы прощаемся и я ухожу. На улице уже во всю светит солнце, напоминая о близящемся лете. С каждым днём становится всё теплее и теплее. Это здорово. И это вызывает у меня улыбку. Домой я дохожу довольно быстро и захожу решительно внутрь. Меня уже не волнует, будут ли на меня кричать или просто не заметят. Второе, конечно, было бы более привлекательным. Зайдя домой, я сразу же отмечаю пустующие вешалки. Папы и Бриты нет дома, но зато есть мама. Как вы уже поняли, мама у меня с боевым характером, а вот папа весьма мягкохарактерен и всегда поддакивал ей(что и бесило меня). Про Бриту я вообще молчу, та была просто невыносимым ребёнком, которого родители вознесли на престол. В общем, я всегда был предоставлен самому себе. Я не жалуюсь, не подумайте! Это наоборот сделало меня сильнее. Ну а теперь возвращаемся к истории. Вам ведь интересно, что произойдёт дальше между мной и мистером Дежарданом, не так-ли? Первое, что повергло меня в шок - мама не караулила у двери со своим убийственным выражением лица, не предвещающим ничего хорошего, второе - мама не вышла орать на меня. Сказать, что удивился - не сказать ничего. Я молча пошагал наверх, к себе. И вот на втором этаже из родительской комнаты вышла мама. Её лицо не излучало никаких эмоций. На ней было серое платье, а поверх был накинут зелёный вязаный кардиган, идеально сочетающийся с её такими же рыжими волосами как у меня. Мама выглядела устало так, словно она не спала всю ночь. - Где ты был, Эдди? Странно, но спросила она это вполне спокойно. От непривычной интонации её голоса я обернулся на неё и склонил голову на бок, изучая. Она не злилась, скорее переживала. «С чего вдруг?» Тем не менее, я решил рассказать ей лишь долю правды: - Я был у Сандры. Мама выдохнула с облегчением и кивнула. Я готов был к тому, что она накричит на меня, но этого не последовало. «Что вообще происходит? Что за сюрпризы приносит мне жизнь?» Я захожу в свою комнату, мама заходит следом и садится на мою кровать, заламывая пальцы рук: - Ты не хочешь уезжать, да? Вопрос застал меня врасплох. «Не хочу ли я уезжать теперь, после всего случившегося?» Наверное я сам не знаю, хочу ли я. Сейчас я бы наверное уехал подальше от всего этого. - Хочу, - буркаю я. Мама поднимает на меня удивлённый взгляд. Да я и сам удивлён своему ответу. - Правда? - Меня здесь ничего не держит. Взгляд мамы становится обеспокоенным. Похоже она начала замечать, что со мной что-то происходит. Только вот как-то поздно она начала заботиться обо мне. - Эдди, тот учитель, который литературу и английский ведёт, он тебе нравится, да? - неожиданно спрашивает мама. Сердце пропускает удар, глаза округляются, дыхание сбивается. «Что она имеет ввиду? Неужто мама знает что-то? Она нас видела? Догадалась?» Мой взгляд метается по её лицу, эмоции которого я не могу прочитать. - Что ты имеешь ввиду? - стараюсь не выдавать своего волнения я. - Ну, ты активно занимаешься литературой. Он видит в тебе потенциал, да? - Похоже на то, - отвечаю я максимально нейтрально. Я не хочу говорить ей о том, что именно он зажёг во мне надежду. Именно он заставил меня поверить в себя. И именно он вчера причинил мне ноющую боль. - Это здорово. Я кисло усмехаюсь: - Очень. Мама поправляет волосы, убирая их с лица, и смотрит на меня с мягкой улыбкой. Не помню, когда в последний раз она улыбалась мне. Но, само собой, она понимает, насколько мы далеко друг от друга. Поэтому она вскоре покидает мою комнату, оставив меня со странными, но приятными чувствами. Я рад, что впервые за года два мы пусть и скованно, но поговорили без криков. С маленькой долькой тепла я сажусь за уроки. Как бы плохо мне не было от школы меня никто не освободит. Это слегка добивало меня. Я не хочу видеть Джейсона. Я не знаю, что сделаю, когда мы окажемся рядом. Я пишу конспект по физике в тот момент, когда мой телефон звонит и на экране загорается: "Дж. Дежаржан". Воздух словно выбивают из моей груди и мне становится трудно дышать, будто я не умею этого делать. Сердце начинает бешено стучать. Но несмотря на всё это, я нахожу в себе силы сбросить вызов. И чёрт, это оказывается так просто. Я слегка улыбаюсь, когда делаю это. Доделав уроки, я принялся за своё самое любимое занятие в мире - чтение книг. На этот раз мой выбор пал на Терри Пратчетта. Вечер проходит просто чудесно. Я читаю и валяюсь в кровати, а на ужин мы заказываем пиццу(что было крайне удивительно). Меня даже позвали на семейный просмотр телевизора, но я вежливо отказался, сказав, что хочу почитать.