Светлячки

— Напомни мне ее имя? — попросила Рил. — Бри, — сказал Винсент. Он нервно ерошил волосы на затылке и смотрел куда угодно, но только не Рил в глаза. — И когда ты успел на ней жениться? Мы же разошлись максимум на пару часов. — Я не женился! — воскликнул Винсент. — Возможно, ты сделал что-то другое? — Рил вопросительно подняла бровь. — Что-то, что можно было расценить как… предложение к отношениям. Ну… такое. — На что ты намекаешь? — Винсент покраснел. — Я… Мы… ничего такого не делали. Мы просто сидели там, старейшина угостил нас вином и… — Это наш обычай, — подала голос Бри, о чьем присутствии они в пылу беседы несколько забыли. — Когда девушка подает мужчине чашу, и он испивает ее, он принимает ее предложение. А когда он соглашается танцевать с ней, они закрепляют его. — Все ясно, — заметила Рил. — Поздравляю, Винсент. Теперь ты семьянин. — Но я не собирался! — вскинулся Винсент. — Так объясни это своей жене, — ответила Рил. Губы у «жены» явственно задрожали. Винсент глубоко вздохнул. — Я уже говорил. Мы не можем быть вместе, — он повернулся к девушке и добавил: — Мы довезем тебя обратно. — Но как я объясню другим в поселении? — воскликнула девушка. — Если я вернусь, одна, я буду обесчещена! Она закрыла лицо руками. Рил закатила глаза. Винсент молча развел руками с несчастным видом. Рил бы поспорила, кто сейчас несчастнее — он или его нежданная «жена». — Я просто хотела увидеть мир. — Бри шмыгнула носом. — Не прогоняйте меня. — Даже если бы у нас хватало запасов еще и на тебя, поверь, ничего особо интересного в этом путешествии ты не увидишь, — сказала Рил. — Винсент, прекрати краснеть, просто поворачивай корабль и высадим ее возле поселения. — Не надо! — Бри шагнула вперед и схватила Рил за руку. Рил удивленно уставилась на нее. — Дайте мне время! Я могу быть полезной, обещаю. — Я сомневаюсь, — ответила Рил. — Как бы то ни было, дело не в твоей полезности, а в том, что еды и воды может не хватить на троих. Поэтому мы поворачиваем обратно. Верно? — она пристально посмотрела на Винсента, и он вздрогнул. *** Ворота в оранжерею были распахнуты настежь и скрипели на ветру. Одна створка повисла, покачиваясь на оставшейся петле, замок был выломан. Теплый воздух выходил оттуда клубами пара, и их тут же уносило ветром. Лампа на входе нервно мигала, повиснув на проводе. Впереди было сумрачно. Рил замедлила шаг, всматриваясь вперед. Новый порыв ветра ударил с такой силой, что вся оранжерея задрожала и заскрипела. — Ты не обязана туда идти, — сказал Винсент. — Это может быть опасно. — Как и снаружи, — напомнила Рил. — Здесь никто не в безопасности. Кто-то должен проследить за Пино и детьми, если они там, когда на тебя найдет желание помериться силами с другим Прокси… — Это не желание помериться силами! — резко возразил Винсент. — Прости, — добавил он, понизив голос. — Неважно. Мы находим Пино, забираем ее и, как сказал старейшина, избегаем потерь, — ответила Рил. Они вошли внутрь. Воздух в оранжерее все еще был теплым и влажным, несмотря на холод снаружи. Растения шелестели на образовавшемся сквозняке. Рил огляделась: ни следа Пино, ни Прокси. Казалось, что оранжерея пуста. — Разойдемся, — решила Рил. — Так будет быстрее. — Рил-сан… — Я могу защитить себя, — отрезала Рил. — Просто давай закончим это. — Нет, — возразил Винсент. — Будем держаться в пределах видимости друг друга. Рил раздраженно выдохнула и первая двинулась вперед. — Пино, — позвала она негромко. Ответом ей была лишь тишина. Может, Прокси уже ушел? Рил ускорила шаг, озираясь и отмахиваясь от мельтешащих перед самым носом насекомых, заглядывая под разросшиеся растения. Искать здесь Пино — все равно, что пытаться найти иголку в стоге сена. Она слышала шаги Винсента неподалеку. В очередной раз оглянувшись, Рил обратила внимание на огоньки в воздухе: светлячков стало больше, они кружили в воздухе. Рил нахмурилась, но тут ей показалось, что она слышит что-то. Она прислушалась, а потом повернулась на звук и резко присела, заглядывая под огромный ящик с рассадой. И встретилась глазами с ребенком. Мальчик на вид чуть старше Пино, вжавшись спиной в груду пустых ящиков. Он прижал палец к губам, а потом так же беззвучно указал за спину Рил. Потянувшись к пистолету на боку, Рил медленно обернулась. Высокая фигура нависала над ней, почти упираясь головой в потолок. Серое потрепанное одеяние с капюшоном скрывало его очертания. Жутковатый взгляд белесых глаз остановился на Рил, будто рассматривая ее. «Я могу защитить себя». «Мне просто нужно успеть вытащить оружие», — подумала Рил. Просто успеть… За спиной Прокси выросла другая фигура, и первая вздрогнула и исчезла. Раздался треск разламываемых ящиков и расколотых горшков, и что-то темное, как мимолетная тень, проскользнуло мимо. Рил обернулась к мальчику и спросила: — Здесь были другие? — Да, — ответил он. — Еще четверо. — Где? — спросила Рил. — Мы спрятались, — ответил мальчик. — Где-то здесь. — Зови их и уходите! — приказала Рил. — Нам нельзя шуметь, когда Он рядом, — возразил мальчик. — Нужно подождать, когда Он уйдет. — Сегодня это может занять больше времени, — ответила Рил. Она выпрямилась и позвала в полный голос: — Пино! Ты здесь? Хватай своих друзей, мы уходим! — Нельзя! — придушенно воскликнул мальчик. Не собираясь спорить, Рил просто схватила его за руку и вытащила из укрытия. — Пино! — крикнула она снова. — Рил! Я здесь! Оценив расстояние до Пино и до места, где сошлись Прокси, Рил наклонилась к мальчику и спросила: — Отсюда есть другой выход? — Да, — ответил мальчишка. — Туда и идем, — приказала Рил. Она направилась к Пино, таща мальчишку за собой. Пино устремилась к ней сама, с силой утягивая за собой какую-то девочку. — С нами еще Эрик и Ланс были! — прошептал мальчик. Рил раздраженно выдохнула и сказала: — Бегите ко второму выходу. Пино, присмотри за ними. Сама же она огляделась в поисках потерянных детей, мысленно проклиная решение за ними пойти. *** — Я знаю тебя? Это было первое, что сказал Прокси. Его лицо тяжело было разглядеть под капюшоном и свисавшими на лицо длинными, свалянными прядями белых волос, но его глаза тускло мерцали. Эрго Прокси не ответил — в приступах боевого запала он не был склонен к разговорам, тем более к разговорам со смертниками. Он размахнулся и ударил, но противник избежал его удара. Зато разлетелся в щепки очередной ящик с землей. — Я знаю тебя, — это было утверждение. — Эрго Прокси. Неизвестный Прокси отступил от него, не сводя пристального взгляда. — Далеко от дома. Эрго Прокси неотступно следовал за ним, но Прокси держал дистанцию. Когда Эрго не ответил, первый продолжил: — Ты ответишь мне? Или разучился говорить? Какой именно недуг из всех поразил тебя? — Кто ты? Это были единственные слова Эрго Прокси, не считая гортанных эмоциональных выкриков, которые он издавал во время атаки. — Не помнишь… — Прокси издал скрипучий смешок. Внезапно, его настроение переменилось, лицо исказилось, и он прорычал: — Убирайся отсюда! Туда, откуда пришел! Прокси бросился на противника, обхватив его поперек тела, и инерция удара вынесла обоих в проход, прямо в холодную темноту. Снаружи Эрго смог сбросить с себя другого Прокси, но тот не спешил атаковать снова. Разыгравшийся ветер поднимал вокруг них клубы пыли. Густые тучи полностью заволокли небеса, а пыль снижала и без того плохую видимость. Все вокруг тонуло в холодной мгле. — Прячешься под маской человека? — глумливо поинтересовался первый Прокси. — Это никогда не срабатывало. Уж ты-то должен понимать. *** Рил повезло: мальчики обнаружились недалеко от выхода. Судя по грохоту в другой части оранжереи, Прокси нашли себе занятие, и Рил вместе с ребенком направились к второму выходу, где ждали Пино и дети. Они выбрались оттуда все вместе, и сразу же попали в окружение. Взволнованные родители хватали своих детей, прижимали к себе. Пино стояла рядом с Рил, держа ее за руку — Пошли к Винсенту, — потянула Пино ее в сторону. — Да, — согласилась Рил. — Идем. Она снова положила руку на кобуру, мысленно чертыхаясь. Она должна была действовать осторожнее. Быть быстрее. Да, может быть после этого у нее не осталось бы ни одной FP-пули, но ей бы не пришлось переживать за этого идиота!.. — Все будет хорошо, Рил, — уверенно сказала Пино, будто прочитав ее мысли. Обойдя оранжерею, они обнаружили Винсента снаружи, одного, но целого и невредимого. Это успокаивало. А вот отсутствие трупа второго Прокси — не очень. — Куда он пропал? — спросила Рил. — Я не помню, — ответил Винсент. — Я… — он приложил ладонь ко лбу и нахмурился, будто пытаясь понять что-то. — Опять провал… — Ты жив, и это хорошо, — констатировала Рил. — Пино тоже в порядке. Они помогли Винсенту подняться и все вместе побрели обратно. Рил полагала, что они вернутся на «Кролик», но жизнь вмешалась в их планы. Буквально наперерез им бросилась давешняя девушка — и устремилась прямо к Винсенту с криком: — Какое счастье, вы живы! — Она заглянула ему в лицо и зачастила: — Боги, мы думали вы погибли! Мало кто остается в живых… К ней присоединились другие люди и, неожиданно, они оказались в компании. Люди благодарили их, будто они на себе выносили этих детей, а не прошмыгнули вместе с ними мимо Прокси, когда представилась возможность. Девица от Винсента не отлипала, едва ли не ощупывая его, постоянно справлялась о том, как он себя чувствует, и вызывала у Рил своим бессмысленным мельтешением раздражение. Неужели не заметно — как обычно он себя чувствует! Улучив момент, Рил все-таки оттащила Винсента в сторону, когда какая-то сердобольная женщина начала угощать детей и Пино в том числе ягодами, и поднялась суматоха. — Нам нужно, — начала она, — найти безопасное место для «Сенцона». Приближается буря. Это прозвучало очень «своевременно» — ветер уже дул с такой силой, что путешественники вздрагивали от его порывов, и мелкие редкие ледяные крупинки секли кожу и стучали по крыше оранжереи. — Если поторопимся сейчас, потом сможешь вволю наболтаться со своей новой подругой. — С кем? — переспросил Винсент. — А… Ты имеешь в виду Бри. Да, она звала меня прогуляться… После столкновения с другим Прокси все, что происходило меньше часа назад, словно подернулось дымкой в его памяти. Рил хмыкнула. — Разумеется. — Что? Я не понимаю, Рил-сан, — честно ответил Винсент. — Ничего, гуляй на здоровье, — ответила Рил. — Я не собираюсь мешать, но не стоит слишком задерживаться… Рил оборвала себя, когда поняла, что несет точно такую же бессвязную чушь, какую обычно нес Винсент. Это сравнение ее не порадовало. Снова она задала себе вопрос: отчего ее так задел интерес той девушки к Винсенту? Единственное, что должно ее беспокоить — это цель их путешествия. — Первым делом — «Сенцон», — резюмировала Рил. — А уже потом… все остальное. Винсент согласился, но далеко они уйти не успели. Им на дорогу заступил старейшина со своим почетным караулом. — Вы повели себя более чем смело, хотя и безрассудно, нарушив наши правила, — заметил он. — Кто-то же должен был среагировать, — ядовито заметила Рил, глядя на него. Ей очень хотелось сорвать на ком-нибудь раздражение. — К счастью, обошлось без жертв, — с нажимом заметил старейшина, игнорируя ее вызывающий тон. — Возможно, вы даже не представляете, с чем столкнулись. Всем нам очень повезло. «Прекрасно представляем, получше некоторых», — подумала Рил, но промолчала. Как бы она ни сердилась, лучше было держать язык за зубами. — Но, если вы сейчас отправитесь на своем корабле в путь, может случиться несчастье, — продолжил старейшина. — Мы найдем какое-нибудь укрытие, — сказала Рил. — А можете и не найти, — возразил старейшина. — Я приглашаю вас к себе, всего на одну ночь. Вы сможете переждать бурю, а завтра уедете, если пожелаете. Винсент и Рил переглянулись. — Это очень щедрое предложение, — сказал Винсент. — Спасибо. Но нам все равно нужно закрепить корабль получше. — Конечно, — ответил старейшина. — Когда закончите, возвращайтесь. Я живу вон там, — он указал на нужный дом. Когда они вернулись к «Кролику», ветер дул уже с такой силой, что приходилось его перекрикивать и напрягать силы, чтобы идти против него. — Как думаешь, ему можно верить? — крикнул Винсент. — У нас нет другого выбора! — ответила Рил. Они с трудом сложили паруса «Сенцона» и укрепили его дополнительными растяжками, но Рил все-равно хотелось остаться в корабле. — Все будет хорошо, — сказал Винсент. — Его не унесет, максимум повалит. — Тоже мало хорошего, — пробормотала Рил. — Ладно! Идем обратно. Они двинулись назад, ориентируясь на слабо видимый во мгле свет оранжерей. Ветер дул с такой силой, что им пришлось взяться за руки, пересиливая его напор, и, когда наконец показавшиеся дома закрыли их от ветра, они с облегчением привалились к ближайшей стене. Дом старейшины, несмотря на его громкое звание, был небольшим, тесным и темным. Старые шкафы теснились, подпирая потолок и делая помещения еще меньше, стол, некогда исполнявший обязанности письменного, был заставлен чем угодно, но только не письменными принадлежностями. Старейшина прикрыл за Винсентом, Рил и Пино дверь, спасая их от ветра и безжалостно бьющей ледяной крупы. — Располагайтесь, — сказал он. — Комнат тут всего две, и в одной живу я, но не думаю, что на вашем корабле намного просторнее. — Спасибо, — сказал Винсент. — Мы вам очень благодарны. — Много еды я вам предложить не могу, — продолжил старейшина, гремя чем-то в маленьком закутке, отведенном под кухню. — Не стоит, — сказал Винсент. — То есть, спасибо. Вы не обязаны. — Позвольте мне самому определять круг моих обязанностей, молодой человек, — усмехнулся старейшина. В итоге, на ужин у них была несоленая бобовая каша и мелкие свежие помидоры. Пино не ела — они отболтались, что у нее болит живот, и она поест потом, но с интересом рассматривала еду. — И это все, — она обвела стол рукой, — из оранжереи? — Конечно, — ответил старейшина. — Если бы не оранжерея, мы бы все давно тут вымерли, или разбрелись кто куда. — А кто ее сделал? — спросила Пино. — Один из беженцев этого купола был инженером. Его звали Люциус. Он специализировался на постройке таких оранжерей, — ответил старейшина. Он полуприкрыл глаза, откинувшись на спинку кресла. — После того, как он смог построить первую, наше поселение получило шанс на жизнь. Я помню, как мы путешествовали, чтобы обменять еду и волокна гиппокампа на любые семена и ростки, обыскивали купола в надежде, что там что-то осталось… Это было так давно. — Сколько вам лет? — спросила Пино. Старейшина улыбнулся. — Шестьдесят три. Старше выгляжу, да? — Не знаю, — честно ответила Пино. — А светлячки? Откуда они у вас? — Это не обычные светлячки, — ответил старейшина. — Их предков тоже принес Люциус. Никто не знал, где он их раздобыл. А сейчас уже не узнать. Может быть, он нашел их в дальних пещерах — там сейчас обосновались зараженные авторейвы. Говорят, раньше там что-то росло и была какая-то живность… После ужина старейшина оставил их, заперевшись в своей комнате. Пино стащила с себя капюшон и уже собралась было расстегнуть комбинезон, но Рил шикнула на нее. — Не надо, — сказала она. — Кто-нибудь может увидеть, что ты авторейв. — Пино надоел комбинезон, — буркнула Пино. — Потом снимешь, — безапелляционно ответила Рил. — Завтра, когда уедем. — Пино скучно, — протянула Пино. Она подошла к шкафу, уставленному книгами и стала читать надписи на корешках. — Я хочу почитать что-нибудь. — Читай, только потом положи на место. — Рил сердито фыркнула и с силой села на старый продавленный диван, на котором ей предстояло ночевать. Напротив Винсент устраивался спать на подобном диване, стараясь улечься так, чтобы вылезшие пружины не впивались в тело. На столе тускло горели свечи, а снаружи завывал ветер и град мелко стучал по крыше. — Что, если он вернется? — сказала Рил наконец, понимая, что не уснет. Диван был неудобным, в комнате было душно, а на душе у нее — муторно. — Он же не может проигнорировать, что в его краях объявился другой Прокси? — Мы могли бы сами поискать его, — заметил Винсент. Он лежал, заложив руки за голову и глядя в потолок. — Не похоже, что он стремился к конфронтации любой ценой. — Ты, вообще-то, сказал, что ничего не помнишь. — Не совсем, — Винсент вздохнул и пожаловался: — Не могу заснуть. — Надо было тебе в гости напроситься к твоей новой знакомой, — хмыкнула Рил. — Вот бы и развлекал ее всю ночь разговорами. — Рил-сан, я не настолько интересный собеседник. — Винсент покраснел. — Не прибедняйся. Она так не считала. — Видя, что Винсент по какой-то причине смущается, Рил не удержалась, чтобы еще раз не проехаться по этой теме: — Если не ошибаюсь, она даже звала тебя в гости. Винсент повернулся к ней спиной и накрылся диванной подушкой. Подушка была пыльной, и он, давя кашель, сказал: — Давайте спать. Спокойной ночи, Пино, Рил-сан. *** Проверив утром «Кролик», они выяснили, что ветер не нанес ему никакого ущерба. Можно было продолжать путешествие, но Винсент чувствовал себя в долгу перед старейшиной. Рил эту идею не одобрила, но Винсент настоял на своем. Он изъявил желание помочь с починкой оранжереи, в благодарность за ночлег, хотя Рил не видела ничего плохого в том, чтобы ограничиться устной благодарностью. Поэтому им предстояло задержаться еще немного. В целом, ремонт протекал довольно быстро, что дало Рил надежду, что к вечеру они уже уберутся из этого поселения. Итак, Пино снова лазила где-то с детьми, Винсент помогал, а Рил, считая ниже своего достоинства околачиваться возле оранжереи и предлагать помощь, решила все же расспросить старейшину о Прокси, который приходил вчера. Сделать это было несложно, старейшина руководил ремонтом, а потому и Винсент, и Пино были у Рил на виду. Ее плохое настроение было весьма кстати, и Рил было не остановить. — Кто на вас напал? — спросила Рил, улучив момент. — Вы сказали, что оно приходит не впервые. Вы знаете, что это за существо? — Нет, — коротко ответил старейшина, и посмотрел на Рил с укоризной, будто она подняла неподобающую тему. — Мы зовем его Он. Или Хозяин. Никогда по имени. Он попытался уйти, но Рил последовала за ним. — Значит, вы знаете его имя, — подытожила Рил. — Он разумен. — Вполне, — старейшина остановился, чтобы отдать короткий приказ, а потом двинулся дальше. — И вы ничего с этим не делаете. — Мы ничего не можем с этим поделать. — Старейшина снова резко остановился, так, что Рил, едва в него не врезалась. Он замер, чуть разведя руки, а потом быстрым движением схлопнул их, держа ладони лодочками. — Пчела, — пояснил он Рил. — Они с большим трудом прижились, легко умирают… Он двинулся к оранжерее, намереваясь выпустить пчелу там. — Вы знаете о нем хоть что-нибудь? — спросила Рил. — Откуда он? — Как и мы, из Купола. Я не хочу показаться грубым, Рил, но вы наговорили достаточно вещей, которых мы тут вслух не произносим, — резко заметил старейшина. Он остановился перед широким листом полиэтилена, прикрывающим вход в оранжерею, пока не будут сделаны двери, и коротко кивнул, указав на него. Рил не сразу сообразила, что он имеет в виду — чтобы она открыла ему вход, ведь его руки заняты. Когда Рил, нахмурившись, отодвинула полиэтилен, старейшина поднырнул под него и скрылся внутри. Более говорящий жест сложно было бы представить, но Рил не была бы Рил, если бы не проигнорировала тощего мужика с потрепанным автоматом, подпиравшего стену оранжереи, и не шагнула внутрь следом за старейшиной. — Например его имя, — заметила Рил, нагнав старейшину в оранжерее. Здесь приходилось говорить тише, потому что в этот час народу тут было много, и на Рил неодобрительно косились. — Да, — коротко ответил старейшина. — Пожалуйста, покиньте оранжерею. — Почему? — спросила Рил, имея в виду совсем не приказ уйти. Старейшина посмотрел на нее и ответил как само собой разумеющееся: — Чтобы не позвать его. Оказавшись снаружи, Рил раздосадовано поддела носком сапога какой-то камешек. Здесь они точно ничего нового о Прокси не узнают. Хоть поведение людей и выглядело странно, свой смысл в нем был… Если ты ничего не можешь поделать с Прокси, безопаснее с ним не пересекаться. Подняв взгляд, Рил быстро отыскала Пино, а вот с Винсентом получилось сложнее. Каким-то образом этот нелепый Прокси в человеческом обличье стал центром внимания, и к компании вчерашних девушек добавилась еще парочка девиц. Изредка кто-то из прохожих делал им замечания, напоминая про работу, но девицы лишь хихикали. Наверное, бескорыстная помощь сыграла свою роль, или то, что Винсент был тут новым человеком. Он как ни в чем не бывало болтал с окружившими его девушками, они смеялись над его шутками и спрашивали его о какой-то ерунде, а он просто… Улыбался им и был собой. Он просто был таким… Винсентом! Рил не понимала почему, но это ее ужасно бесило. *** Как она и надеялась, оранжерею отремонтировали к вечеру. Все работники собирались отметить это скромными посиделками, да и погода как раз установилась тихая и безветренная. Рил бы предпочла отправиться в путь побыстрее, но Винсент и Пино в один голос начали заверять ее, что всего одна ночь ничего не изменит, а отправляться в путь в кромешной темноте вообще опасно… Поэтому теперь Рил сидела рядом с ними возле сложенного на пустыре огромного костра и чувствовала себя чужой на этом празднике. Ей было не весело, совсем. Она хотела вернуться на корабль, который, к своему собственному удивлению, уже воспринимался как дом. Что же до Пино и Винсента… Они развлекались, болтали с местными и кажется уже даже по именам их запомнили. Особенно девушек. Поняв, что еще немного, и ее раздражение найдет выход само, Рил наклонилась к Винсенту, как раз рассказывающего про купол Офелии (с купюрами, но Рил опасалась, что он может сболтнуть что-нибудь лишнее) и сказала: — Я проверю, что там с «Кроликом». — А? Рил-сан! — Винсент обернулся к ней, когда Рил уже встала, и схватил ее за руку. — Останься, пожалуйста. Корабль никуда не денется. Рил покачала головой: — Я просто не хочу. Вы веселитесь. Завтра мы уедем. Винсент ослабил хватку, и Рил сделала шаг в сторону. Ее рука выскользнула из его руки, и она вышла из круга тепла и света, отбрасываемого костром, не оборачиваясь, и двинулась в темноту. В одиночку ей лучше думалось. Сейчас улицы поселения были пусты и темны. Слабые огоньки светились в окнах, но Рил была единственным человеком на улице. Когда она вышла за границу поселения, ей пришлось включить фонарик, чтобы не сбиться с пути и найти «Сенцон». Корабль стоял на месте. Рил еще раз осмотрела его и стала убирать растяжки: рано или поздно это нужно было сделать. Проходя мимо грузового отсека, она замедлила шаг и еще раз присмотрелась к нему: все ли на месте? Вроде бы все, но… Рил забралась на палубу, прошлась по ней, а потом присмотрелась к двери, ведущей в трюм. Дверь была заперта, как и когда они уходили, но, спустившись вниз, Рил увидела еле заметные царапины на ней. Будто кто-то, не разобравшись, как она открывается, пытался отжать дверь в сторону. Рил сердито фыркнула и поднялась обратно на палубу. Нужно было уезжать отсюда, пока «Сенцон» по кусочкам не разобрали. Возвращаться не хотелось. Рил оперлась на поручни, рассматривая засыпающее поселение. *** Она вернулась назад, когда большая часть присутствующих разошлась, зато у тех, кто остался, праздник был в самом разгаре. Костер догорал, и все сгрудились вокруг него, передавая из руки в руки бутылки. Пино сидела в сторонке со старшим из детей, кидая в костер мелкую щепу и наблюдая, как она сгорает. Винсент обнаружился неподалеку. Один, что обрадовало Рил, но она сразу обратила внимание на его осоловелый сонный взгляд. А когда она подошла ближе, все стало ясно. — Винсент! — прошипела Рил, отнимая у него бутылку. Из бутылки пахнуло кислым винным запахом, и Рил торопливо отставила ее в сторону. А потом, схватив Винсента за руку, оттащила его в сторону от костра. — Ты рехнулся? Взгляни на себя! — Все нормально, — твердо ответил Винсент. — И за Пино я слежу… — Мы уже давно должны были уехать! А ты в таком состоянии не сообразишь, что и где подключать! — Я могу сделать это с закрытыми глазами, — заверил ее Винсент. — Хочешь покажу? — Нет, не хочу! — Пойдем, и я сейчас все нормально сделаю… — Винсент, ты пьян! — заявила Рил. — И вовсе нет, — возразил Винсент — Я оставила тебя буквально на час, и посмотри, что случилось. — Гораздо больше, чем на час. И я трезв как…стекло. Стекло? Ведь так говорят. Так странно, — задумчиво заметил Винсент. — Если подумать, причем тут стекло? — Давай, философ, размышлять будешь завтра, на руле, — поторопила его Рил. — А сейчас тебе надо проспаться. — Почему ты не хочешь остаться? — спросил Винсент. — У нас есть возможность отдохнуть, почему ты… — он неловко развел руками. — А почему ты хочешь остаться? — спросила Рил. — Ты не торопишься в Моско, хотя там ты можешь выяснить правду о том, кто ты, о твоем прошлом. — Я не знаю, — ответил Винсент. Он покачал головой. — Кажется, я просто боюсь. — Не будь трусом, — сказала Рил. — Ты сражался с другими Прокси. Там-то чего ты испугался? — Это был не я, — пьяно возразил Винсент. — И я боюсь, что там, в Моско, там тоже буду не я. Рил уже собралась спросить: «А кто тогда?», но не стала. Она поняла, о чем говорит Винсент, и никаких аргументов против привести не могла. Она могла съязвить: «Раз так хочешь, оставайся тут сколько угодно, хоть навсегда», но это было бессмысленно. — Реши уже, — сказала Рил наконец, — нужно ли оно тебе. — Я решил, — ответил Винсент. — Просто мне нужно немного времени. Совсем чуть-чуть… Рил! — он внезапно схватил ее за руки, и Рил вздрогнула от неожиданности. — Ты смогла бы остаться? — Остаться? — переспросила Рил. — Да. Здесь. Со мной и Пино. Если бы я вдруг передумал, если бы плюнул на все — ты смогла бы остаться здесь с нами? — Прекрати, — Рил попыталась убрать руки, но Винсент лишь крепче сжал ладони. — Отпусти, Винсент. — Ты бы осталась здесь со мной? — повторил он. — Я отправилась в это путешествие не для того, чтобы остаться с тобой на краю мира, — сказала Рил. — И ты тоже. Нам всегда есть, куда вернуться, я обещаю тебе. Винсент покачал головой. Он выглядел расстроенным — разочарованным. Он отпустил руки Рил и негромко сказал, не глядя на нее: — Я так не думаю. Рил нахмурилась, но не успела возразить. Воздух буквально разрезал крик: — Она авторейв! Винсент и Рил обернулись, как по команде. Пино все-таки расстегнула свой несчастный комбинезон и сняла капюшон, и кто-то присмотрелся к ее телу. Слова подействовали как брошенный в воду камень. В одно мгновение люди, только что спокойно сидевшие рядом с Пино, образовали вокруг нее круг. Женщина оттащила мальчика от нее и прижала к себе. Рил и мигом протрезвевший Винсент бросились обратно, расталкивая их, чтобы добраться до Пино. — Это наш авторейв! — заявила Рил. — Она вам ничем не угрожает! — Вы оставили ее вместе с нашими детьми! — крикнул какой-то мужчина. — Вы в своем уме? — Она ничем и никому не угрожает! — повторила Рил. — Это авторейв-компаньон! — Они опасны!.. — Хватит! — прогремел голос старейшины. Он вошел в круг и оглядел собравшихся. — Я поговорю с этими людьми, — сказал он, обводя всех взглядом. — И авторейва мы заберем с собой. А вы расходитесь! Уже поздно! Нехотя люди стали расходиться, бросая мрачные взгляды на путешественников и шушукаясь между собой. Пино удивленно и с огорчением следила, как ее новый знакомый уходит с родителями, даже не обернувшись. Он лишь притормозил ненадолго, осмотрел Пино с ног до головы и вынес вердикт: — Так и знал, что с ней что-то не так! И сплюнул между зубов на пыльную землю. *** Старейшина вновь отвел их в свой дом, подальше от любопытных и недобрых глаз. Охране он знаком приказал остаться снаружи и запер дверь. — Ну и ну, — сказал он, усаживаясь за стол и глядя на путников. — Может быть, кто-то еще из вас тоже авторейв? Каких сюрпризов от вас ждать? — Никаких, — негромко ответил Винсент. — Мы можем уехать сейчас же, если хотите. Старейшина невесело усмехнулся. — Это утешает. Вы притащили с собой авторейва, а все знают, насколько они опасны, но… — он дотянулся до захватанной бутылки с янтарной жидкостью, стоявшей на столе, достал из ящика стакан и щедро плеснул жидкости туда, — вы рисковали собой, чтобы спасти наших детей, и я не могу это проигнорировать. — Пино бы не причинила никому вреда, — сказала Пино. — Я полагаю, я должен в это поверить, — старейшина отпил из стакана. — Слишком много всего произошло: Он пришел, уже в третий раз, незнакомцы привели авторейва, оранжерея пострадала… Вы как будто привезли с собой неприятности. — Неправда, — сказала Пино. — Пино, тихо, — заметил Винсент. Старейшина вздохнул. — Ночь сегодня спокойная. Не хотелось бы прощаться вот так, но, да, будет лучше, если вы уедете прямо сейчас.